Глава 21. Банальная ласка спасёт мир…
По пути в логово волколаков, я размышляла над двумя вещами.
Первое: остались ли взрослые драконы. И, какая у них будет реакция на новость о том, что Киран жив? Животрепещущий вопрос, не правда ли?
Второе: если Люциан не хочет меня пока убить, то чего он хочет? Волнительно, аж мурашки по коже…
И третье, что тоже немаловажно. Если меня всё-таки не убьют до наступления темноты, то, когда я засну, Башня перенесёт меня? Очень хочу на это надеяться…
— Дильяр действительно жив? — отстранённо-пафосно поинтересовался волчок, не разжимая своих пальцев на моей руке, чуть выше локтя. Следы останутся…
Усмехнулась и ответила:
— Я не настроена на разговор. Волчок чуть не запнулся.
— Я бы на твоём месте не дерзил… — угрожающе процедил он.
— А ты не на моём месте, — легко парировала я. — Но, если очень хочешь, можем поменяться не глядя.
«Вот Киран удивится…» — мысленно закончила я. Волчьи глаза мрачно сверкнули.
— Ты не можешь служить дильяру. Если он вырвется на свободу, то от нашего Мира ничего не останется. Снисходительно улыбнулась, искоса глядя на волчка.
— Это папаша тебе сказал?
Волчок на мгновение замешкался.
— Это все знают.
— Ну-ну… — скептически отозвалась я. — А я знаю совершенно другую историю. Волчок впился в меня заинтересованным взглядом.
— Знаю, что между Кираном и Люцианом давняя вражда и делёжка территории. И так как твоему отцу было мало, он заточил дракона в волшебную Башню. А Хранительницу — мою бабушку хотел убить, чтобы Башню навсегда разрушить.
— Это ложь, — сухо отозвался волчок.
— Вполне вероятно, — легко согласилась я.
Волчок впервые изумлённо на меня взглянул, растеряв весь свой угрожающий вид. До чего забавный ребёнок…
— Понимаешь, — пустилась в полемику, высвобождая руку. — Тут такое дело, что у всего две стороны. У медали, у монеты, и тем более у правды. Правды не существует, лишь точка зрения. Угол, под которым мы смотрим на ситуацию.
— Прекрати нести эту чушь, — раздражённо рыкнул волчок, пытаясь меня снова взять за руку.
— Почему же, чушь? — добродушно улыбнулась. — Глупо верить, узнав только одно мнение, но не знать всей ситуации в целом. Даже я, до конца Кирану не верю и настроена настороженно. Хотя… — лукаво прищурилась, подогревая интерес волчка. — Скажу по секрету, есть у меня весомые аргументы, думать, что дильяр говорит правду.
— Я не хочу ничего знать, — упрямо произнёс волчок, плотно сжимая губы.
— А придётся, — без капли сочувствия произнесла я. — Первый аргумент, который ставит по сомнение историю, поведанную твоим отцом: письмо от моей бабушки, Эвэлин.
Волчок гневно засопел.
— Я тебе закрою рот, — пригрозил он.
— В письме сказано, серым по жёлтому, что Люциан обманул Хранительницу, а после — пытался убить. И чтобы спасти дракона и Башню, Эвэлин бежала в другой мир.
— Прошу, помолчи, — процедил волчок. Я, безусловно, нарываюсь, но есть вероятность, что мои слова отложатся в его подрастающем мозгу: вдруг, что-то щёлкнет?
— Ещё один аргумент не в пользу Люциана… — я задумалась, подбирая слова. — Для того, чтобы волшебные свойства Башни заработали, её не только напитали магией, но и принесли жертву. Убили совсем юную девочку, навсегда привязав её дух к камню. А её кости до сих пор покоятся там. Как думаешь… — повернула голову к молчаливому волчку, который смотрел прямо перед собой, только желваки на лице угрожающе гуляли. — Такая жертва оправдывает помыслы и намеренья твоего отца? Разве, это не жестокость, убить ни в чём не повинную одарённую девушку?
— Отец заботится о своём народе. Иногда, такие жертвы вынуждены… — сквозь зубы процедил волчок. Ну хоть на контакт идёт, и то хорошо. Не всё с ним потерянно.
— Каждый сам решает, заблуждаться ему или нет, — примирительно произнесла я, умолчав и о других аргументах. Например, о том, какой дракон заботливый… — Ладно, теперь твоя очередь рассказывать причину конфликта Люциана с Кираном.
Волчок недоверчиво на меня взглянул.
— Ты странная, — констатировал он. — Ты совсем не боишься меня…
Улыбнулась, поджимая губы. Не говорить же волчку, что я детей в принципе не боюсь. Они такие милые…
— Пока я зачем-то нужна Люциану, мне ничего не угрожает, — ответила ровно.
Волчок сжал челюсти и отвёл взгляд. Я следила за дорогой и запоминала. Вверх по мощённой улице, мимо кривых домиков с перекошенными красными крышами, мимо стен и изгородей, что обвивает дикий вьюнок. Перейдя бревенчатый мост, который перекинулся через грязный водоканал, мы вышли к крепостной стене высотой под три метра.
— Я не полезу, — предупредила, на всякий случай.
Волчок криво хмыкнул и ловко нажал на камни замысловатую комбинацию. Каменная кладка дрогнула, продавилась и открылась, будто бы обычная дверь.
— Ого, — поражённо протянула я и усмехнулась. — Хорошая конспирация.
— Заходи, — деланно сухо велел волчок. — И… мы скоро будем в клане. Во избежание проблем, молчи.
— Спасибо, — благодарно произнесла я и улыбнулась. Волчок сильно втянул воздух и рвано выдохнул.
— Иди за мной.
И я пошла. Через подземный лабиринт, подсвеченный факелами. Пахло сырой землёй и плесенью. Пищали и бегали крысы…
Последних, к слову, я не боюсь. Даже хотела завести однажды, но зная мою уважаемую маман, играла с пауком, что жил за газовой плитой. Только не понимаю, почему, когда уже съехала от неё не завела животинку. Привычка, наверное, выработалось. Сейчас я бы с удовольствием кого-нибудь завела. Дракона, например…
Когда читала и на тыкалась в книгах на слово «клан», то всегда представляла, что это небольшой палаточный лагерь. Где все спят на земле и готовят на кострах. Но как же я ошибалась…
Мы вышли, будто, в ином измерении. Дома белокаменные, и синебокие с острыми крышами, что тянутся вверх, с округлыми рамами, и гипсовыми фасадами. У каждого дома, который больше напоминает особняк, свой дворик с изящной кованной оградой и буйной растительности внутри.
Но улицы удивительно безлюдны. Только тёплый ветер колышет подол моей накидки и треплет волосы. Вдали кричит одинокая птица, словно предупреждая об опасности.
— Практически все спят, — пояснил мой провожатый. — Старшие на охоте.
— Получается, вы ночные животные? — заинтересовалась я и осеклась. — Прости. То есть, люди. То есть… чёрт, — обречённо закатила глаза, окончательно запутавшись.
Волчок хмыкнул, следя за мной украдкой.
— У нас активная фаза ночью, всё верно.
— А этот парень? — я махнула рукой в сторону незнакомца, что шёл нам навстречу: не обнажённый по пояс, как волчок, а в свободной тунике, штанах и сапогах.
Багровые волчка настороженно сверкнули. Он оставил мой вопрос без ответа, и только когда парень поравнялся с нами, я поняла, почему…
Встретилась с янтарным жгучим взглядом, увидела полыхнувший огонь на дне радужки и всё-все поняла!.. На шее дракона болтался толстый металлический обруч.
— Что это у него? — беспечно спросила, показывая на свою шею. — Какое-то украшение или артефакт?
— Ошейник, — мрачно отозвался волчок, сверкнув на меня глазами.
— Ого!.. — изумлённо воскликнула и снова обернулась на парня. — То есть, это пошёл раб? Ваш раб?
— Не твоё дело, — огрызнулся волчок и свернул к светло-бежевому особняку. Толкнул калитку и вошёл во двор. Я ступала по пятам, размышляя исключительно о том, что сейчас увидела, как врезалась в спину, остановившегося волчка.
— Пришли? — спросила, заглядывая ему через плечо.
К нам навстречу бежали два лохматых чёрных, как уголёк, волчонка с красными очаровательными глазками.
— Какая прелесть, — умилённо протянула, опускаясь на корточки.
— Не смей трогать! — предостерёг меня волчок, но я уже тянула свою загребущие руки. Волчата испуганно затормозили и синхронно втянули воздух носом.
— Они отгрызут тебе пальцы… — шёпотом произнёс волчок, пытаясь за шкирку поднять меня на ноги.
— Мои хорошие, — восторженно пискнула я. — Мои щенятки. Идите к мамочке. Мамочка вас не обидит… — я звала так ласково, что чуть не пустила слезу от умиления.
Волчата прижали уши и осторожно, крадучись, приблизить. Обнюхали мои руки и наконец дали себя погладить. Пальцы остались целы…
— Мои лапочки, — приговаривала я, гладя одной рукой одного, очень осторожно, без резких движений. Другой, понятно дело, второго волчонка. — Очаровашки мои славные.
Один волчок издал рычащий звук и, поймав край моей накидки, давай её трепать. Хороший знак, полагаю. Волчок недоумённо хмурился.
— Процесс полового созревания долгий и сложный. Щенки постоянно кусаются и раздражены. Они агрессивны и не управляемы…
— Ага, — отозвалась я, заглядывая в пасть волчонку. — Да у них просто зубы режутся. Дайте хорошую палку, чтобы грызть, и «медвежатки» будут счастливы. Можно ещё толстую верёвку.
— Правда? — скептически отозвался волчок, недоверчиво глядя на меня. — Мы так не делаем… До созревания, щенков держат в вольере, но эти, похоже сбежали…
Вытаращила глаза, задыхаясь возмущением.
— Вы что, с ними вообще не играете?! И не гуляете?! Хорошо хоть кормите… — сказала и засомневалась. — Кормите ведь?!
— Естественно, — процедил волчок.
Закатила глаза и окатила волчка снисходительным взглядом.
— За малышами нужен уход, подход и воспитание… — волчата драли накидку, рыча от удовольствия. — Нельзя просто запереть их вольере и ждать чудесного обращения. Это же дети… — тепло улыбнулась я и опустилась обратно на корточки. Взяла одного волчонка, несмотря на его попытки укусить меня и почесала за ухом. Малыш мигом притих и заболдел, даже глазки стали закрываться.
— Видишь, — произнесла очевидное. — Банальная ласка.
— Мы всегда растим щенков именно так… — в голосе волчка слышалась обида. 1439f7c
— Не удивительно, что они агрессивные, — улыбнулась в ответ, спустила волчонка с рук, и сняла накидку. Все равно уже порвалась. Завязала с двух сторон узлы и бросила щенятам. Они тут же бросились в атаку.
— Им нравится… — задумчиво протянул волчок.
— Молодой господин! — в ноги волчка упала женщина в переднике горчичного цвета и в кокошнике. — Не говорите хозяину. Не уследила…
Я вопросительно вздёрнула бровь. Волчок неуютно дернул плечами.
— Просто отнеси их на место… И это забери, — после паузы добавил волчок, указав на мою накидку, с которой щенки и так расставаться не желали.
— Да, молодой господин, — обрадовалась женщина и, подскочив с колен, ловко подхватила под мышку одного волчонка, а затем и второго.
— Пошли, — сухо бросил волчок и направился к дому.
Вот и настал мой час, мысленно вздохнула я и перехватила ручку фонаря поудобней…