19

Валерия

— Поверить не могу, что я на это согласилась, — тихо шепчу на ухо Эльдару.

Я стою на украшенной живыми цветами, открытой террасе особняка Амировых. На мне бежевое, закрытое платье ниже колен и такой же ободок на голове. Мужчины выносят из дома невесты огромные коробки одинакового цвета. Здесь много гостей. В большинстве это женщины, но есть и мужчины. Молодые девушки не все замотаны в хиджабы. У многих на головах обручи, тканевые ободки и платочки. Наверное, многие семьи становятся более прогрессивными и современными в плане традиций и веры.

В саду накрыты фуршетные столы, там же организована сцена, где играют национальные мелодии музыканты. Пока невесту фотографируют, гости общаются между собой, едят и пьют кумыс.

— Признайся, что ты завидуешь, — ехидничает парень. — На самом деле ты хочешь, чтобы и у тебя такая свадьба была.

— Мечтаю просто. А еще замотаться в паранджу и сплясать с окровавленной простыней, — делаю глоток боржоми из бокала на ножке.

— А вот и моя сестра, — Амиров кивает в сторону девушки. На ней белоснежное платье. Поверх которого надета такая же белая чоха. На голове хиджаб и фата, а на талии красная лента. На лице девушка ни живая, ни мертвая. В глазах пустота. Она послушно следует за фотографом.

— Зачем эта лента? — красный атлас, словно кровавое пятно на снегу.

— Символ чистоты и невинности. Ленту повязывает брат жениха. Он же и отвезет Амину в ресторан.

— Самого жениха не будет?

— Нет. Он будет праздновать свадьбу отдельно. Со своими друзьями.

— Бред какой-то, — хмыкаю.

— Традиции, — пожимаете плечами. — В моем случае — это к лучшему.

— Ты точно решил, что заберешь ее.

— Да, — кивает.

— Господи, Эльдар мне страшно от всего этого.

— Тебе уж точно нечего бояться, — говорит он и незаметно касается моей руки. На нельзя показывать здесь свои истинные отношения. Потому как для его родственников, я просто начальница, которой стало безумно интересно посетить кавказскую свадьбу.

Сорокалетний мужчина подходит к невесте. Она достает белый платок, и прикрывая руку тканью, подает ему ладонь. Я так понимаю, что прикасаться к голой коже руки тоже запрещено.

Гости потихоньку начинают расходиться по машинам, и мы следуем их примеру.

В ресторане невесту встречает старушка. Лет эдак восьмидесяти. Насколько я понимаю — это свекровь. Она берет чайную ложку с медом и дает съесть его невесте. Затем девушку отводят в центр зала, где она скромно стоит словно статуэтка и принимает поздравления всех гостей, который идут непрерывным потоком. Судя по размеру зала, их здесь должно поместиться человек пятьсот.

Складывается такое впечатления, что эта свадьба только праздник для гостей. Потому как невесте нельзя пить, есть и веселиться. Она должна молча стоять, потупив глаза в пол. Пока все вокруг, едят роскошные блюда, выселяться и танцуют лезгинку. К слову, мужчины и женщины здесь сидят в разных половинах зала.

В ресторане Эльдара куда-то уводят мужчины, а я остаюсь одиноко стоять возле фуршетного стола. Мне чужды все эти традиции, как и эти люди, со своими традициями, обычаями и законами, и отношением к женщинам. Я приверженец более феминистических взглядов.

— Здравствуй Валерия! — слышу над головой знакомый, мужской голос и поднимаю глаза. Передо мной появляется Рустам. — Не ожидал тебя здесь увидеть, — усмехается мужчина.

— Я тебя тоже, — недовольно шикаю в ответ.

— Ты можешь сколько угодно фыркать, все равно рад этой встречи, — говорит без всяких колкостей.

Игнорирую его слова и никак на них не реагирую.

— Я собирался на днях найти тебя, — мужчина задерживает на мне свой взгляд. — У нас есть неразрешенный вопрос.

Удивленно поднимаю брови.

— Касательно наших детей, — добавляет он. — То есть моего сына и твоей племянницы.

— По-моему все давно уже решено, — веду плечом.

— Какая ты все-таки упрямая женщина, — тяжко вздыхает он. — Я дам свое добро на их свадьбу.

— Какой ты великодушный, — сверлю злым взглядом.

— Не язви, — терпеливо отвечает Рустам. — Я дам свое согласия, но при одном условии. Надо будет, чтобы твоя племянница приняла ислам.

— Чтобы вы ее замотали в чадру и посадили дома, как машину для рождения детей? Или чтобы она была третей женой, и каждый вечер представляла своего мужа в порнографических мыслях с двумя предыдущими?

— Перестань, — резко отрезает мужчина. — Я никогда не был фанатиком и не требовал, даже от своих дочерей, чтобы они носили хиджаб. Достаточно платка при старших в нашем доме.

— Послушай меня внимательно Рустам. Если Катя примет предложение твоего Карима, я естественно, не смогу запретить это сделать. Но и поддерживать тоже не буду! — каждое свое слово, будто чеканю сквозь зубы.

Отворачиваюсь от него и спиной чувствую, он напрягается.

— Добрый день, Рустам Сагитович, — подходит к нам Эльдар и я облегченно выдыхаю.

Чувство защищенности возвращается ко мне вместе с ним.

— Привет, Эльдар! — мужчины пожимают руки. — Поздравляю со свадьбой сестры.

— Спасибо, — Амиров кивает в ответ.

— Отец тебе уже сообщил новость? — спрашивает Рустам.

— Какую именно? — настороженно уточняет парень.

— Мы решили скрепить дружбу между семьями, бракосочетанием наших детей, — заявляет он. — Отдам за тебя Карину.

— Впервые слышу о вашем решении, — нервно отвечает Эльдар и переводит на меня свой взгляд, ожидая реакции с моей стороны.

От этой новости у меня внутри все скручивается тугим узлом. Органы чувств отключаются, а к горлу подступает тошнота. Второй раз в жизни этот человек наносит мне глубокий удар в спину. Его слова меня буквально пронзают насквозь, оставляя глубокую, кровоточащую рану.

— А вот и моя дочь, — мужчина машет рукой. Протискиваясь сквозь толпу танцующих гостей к нам подходит красивая, молодая девушка. Глаза темные, словно смоль. Пухлые губы и длинные волосы ниже пояса. На ней синее, шелковое платье в пол. На голове платок в цвет платья, расшитый камнями. Он аккуратно завязан назад. Это больше напоминает украшение, чем атрибутику веры.

— Добрый день, — смущенное произносит девушка и опускает глаза в пол.

— Карина, ты узнаешь Эльдара? Это друг твоего брата. Скоро станет твоим женихом.

— Да, — скромно кивает девушка, пряча улыбку на губах. — Правда, вы немного выросли с того времени, когда я видела вас в последний раз, — тихо отвечает она и несмело поднимает глаза на Амирова, у которого от шока, а может и от восторга, слегка приоткрывается рот.

Я смотрю на Рустама и чувству, как появляется чувство жара. В глазах появляются серые мушки. Гулкий звон в ушах. Мышцы расслабляются, а земля будто бы уходит из-под ног. И я лечу в спасительную темноту.

***

Резкий запах нашатыря бьет в нос несколько секунд, и я открываю глаза. Вижу перед собой потолок в цветочных узорах. С трудом поворачиваю голову — передо мной сидит красивая, ухоженная женщина средних лет.

— Как вы себя чувствуете? — мягко спрашивает она и кладет на мой лоб прохладную ладонь.

— Затрудняюсь ответить, — выдавливаю слабое подобие улыбки. — Что произошло? — спрашиваю, а сама обвожу глазами незнакомую комнату. Две небольшие тахты и парочка кресел. Низкий журнальный столик. Вся мебель исполнена в стиле ренессанс.

— Вам стало плохо, и вы потеряли сознание, — отвечает женщина.

— Голова гудит. Кажется, я ничего не соображаю, — она помогает мне подняться. — Где я?

— Вы в ресторане. Это комната отдыха. Вас сюда перенес Эльдар.

— А извините, как вас зовут?

— Меня зовут Мадина Зафаровна. Я врач терапевт и по совместительству родная тетка этого шалопая, Эльдара, — женщина садится рядом со мной и протягивает стакан холодной воды.

— Спасибо, — благодарно киваю и делаю несколько глотков.

— Что со мной было?

— Обычный обморок. В зале было много людей. Духота. Вот и стало дурно.

Конечно, всему виной духота. Только вот помимо нее, есть и другие факторы влияния. К примеру, я встретила здесь своего бывшего, который решил женить на своей дочери моего настоящего. Класс, да?

— А еще я живу в постоянном стрессе, — говорю и снова отпиваю из стакана.

— Наверное, в этой жизни у нас, у всех хронический стресс, — улыбается.

Интересно, как ей, женщине, рожденной в этой семье, удалось стать врачом? Может у них и правда не все так плохо и можно как-то совмещать религию, обычаи и современные реалии?

— А с таким помощником, как наш Эльдар не только стресс получить можно.

— О, да! — подкатываю глаза. — По началу, я думала, что мы не сработаемся и между нами была настоящая холодная война.

— Это в его стиле. ОН всегда был очень ветреным и шебутным мальчиком. Таким и остался. Возможно если жениться, немного остепенится рядом с супругой.

В моей голове тут же раскручивается маховик мыслей и перед глазами всплывает образ дочери Рустама. Красивая девочка. Молоденькая совсем как моя Катюша. От этого неприятно щемит где-то слева под ребрами.

— А вы замужем? — интересуется Медина Зафаровна.

— Нет, — мотаю головой. — И никогда там не была.

— Что ж, у каждого своего счастья, — ее слова звучат так, словно она мне сейчас завидует.

— Медина Зафаровна, спасибо вам за помощь, — ставлю стакан на стеклянный с толик и поднимаюсь.

— Всегда пожалуйста, — улыбаясь кивает она. — Вам бы отдохнуть.

— Да. Я сейчас такси вызову и домой поеду. Только вот не подскажите, где у здесь уборная? Мне надо умыться и привести себя в порядок.

— Как выйдите за дверь и минуете лестницу, сразу на лево и до конца коридора.

— Спасибо, — тихо отвечаю и выскальзываю из комнаты.

Так. Куда она сказала? Лестница. На лево коридор и до конца. Я иду по длинному коридору и понимаю, что он почему-то не заканчивается. Поворот. Еще один поворот. Блин. Надо было стащить со стола кусок хлеба и оставлять крошки по пути. Снова поворот. Да это лабиринт какой-то! Дохожу до угла и слышу мужские голоса. Черт! Я, наверное, зашла на мужскую половину. Хочу незаметно уйти, но слышу знакомое имя и останавливаюсь.

— Дамир, ты знаешь порядки. Я не суюсь к вам, а вы не трогаете мой город. Взамен за это я бросаю в общак не десять процентов как все вы, а двадцать пять. И такой расклад много лет всех устраивал, — говорит хрипловатый мужской голос.

— И что? — рявкает отец Эльдара.

— То, что твой новоиспеченный зять имел неосторожность проигнорировать данный факт и полез туда, куда не следовало. В результате чего, приношу тебе свои соболезнования. Мне жаль, что твоя дочь, в таком юном возрасте, не успев побывать супругой, обрела статус вдовы.

От услышанного я прикрываю рот ладошкой и делаю шаг назад. Надеюсь, мне не отрежут уши за то, что я только что услышала.

— Не понял. Объяснись Иван! — зло громыхает он.

— Ты знаешь правила Дамир, спокойно отвечает мужчина, лицо которого мне не видно. — Валид полез не туда и получил то, что заслужил, по справедливости.

Дальше я уже не слушаю. Тихо разворачиваюсь на каблуках и стараюсь максимально бесшумно покинуть эту часть помещения. Господи, кажется я только что услышала об убийстве человека!

Оказавшись на безопасном расстоянии от этих мужчин, я перевожу сбившееся дыхание. Так. Надо найти Эльдара и рассказать ему, что я несколько минут назад услышала. Может грех говорю, но с одной стороны хорошо, что ему теперь не придется увозить Амину и идти против семьи. Забыв, что мне нужна дамская комната я быстрым шагом иду в сторону лестницы. С первого этажа доносятся звуки зажигательной лезгинки. Гости беззаботно танцуют и веселятся, не зная, какая новость ждет их в ближайшем будущем. Хватаюсь рукой за перила и смотрю вниз. Пытаюсь выцепить глазами Эльдара и без труда нахожу его. Он стоит недалеко от Амины. Рядом с ним стоит дочь Рустама. Подвисаю глазами на этой картинке. Как бы меня сейчас не съедало чувство ревности, стоит признать, что смотрятся они просто шикарно. Словно актеры турецкого сериала.

— О, Валерия, — неожиданно слышу за спиной голос Медины. — Как вы? Голова не кружится?

Вздрагиваю и разворачиваюсь к женщине лицом: — Спасибо еще раз. Мне значительно лучше, — пытаюсь ей улыбнуться, а у самой по плечам начинают разбегаться мурашки. К горлу снова подступает тошнота. Мое тело начинает нервно потряхивать. Вновь возвращаюсь взглядом к Эльдару и Карине. Мое сердце и голова пытаются договориться между собой и найти общий консенсус. Мне становится невыносимо трудно, смотреть трезвыми глазами на данную ситуацию. Внутри меня начинается тихая истерика. Музыка резко затихает, и гости в недоумении замирают. К невесте подходит какая-то пожилая женщина и начинает что-то шептать ей на ухо. Ну вот и закончилось веселье. Сейчас Эльдар все узнает без меня.

— Что-то случилось? — спрашивает взволновано женщина.

— Не знаю, — жму плечами. — Надо спуститься и узнать.

— Вы правы, — говорит она и приподняв длинную юбку, семенит по ступенькам вниз.

Стараясь не смотреть в ту сторону, где находится Амиров младший, я спускаюсь следом за ней и поворачиваю в сторону выхода. Отхожу подальше от ресторана, достаю из сумочки телефон и заказываю себе такси. Мне просто нужно домой. Чтобы побыть в тишине и как-то все это пережить. Осознать, что я как полная идиотка умудрилась влюбиться по уши в молодого мальчика. С которым у меня нет никакого будущего. И на это есть тысяча причин.

***

Отрывок из романа Марины Вуд " Мои (чужие) дети или двойня для случайного папы":

— Я понимаю, что это звучит дико, но это твои дети, Чернов! — Что значит, мои? — подаюсь вперед и беру в руки медицинские документы. — Наверное, это была просто судьба, — друг достает из кармана пачку сигарет. Одну зажимает зубами, а вторую протягивает мне: — Будешь? — Спасибо, — отмахиваюсь и еще раз всматриваюсь в напечатанный текст. Я даже во сне не могла себе представить, что встречу отца своих детей совершенно случайно. Да еще и при таких обстоятельствах! Я всегда знала, что кровь — не водица. Но, их родственные узы проявляют себя на каком-то высшем уровне. И что греха таить, я и сама теперь жизни не представляю без этого человека…