Глава 34. Лепота
Остап
– Ты совсем охренел! – шипит на меня Степан, демонстрируя кровь на зубах. – Такое учудить…
Я учудил, да.
Оглядываю гостиную, еще десять минут назад чисто прибранную и, мягко говоря, обалдеваю от разительных изменений.
В пылу драки мы даже умудрились опрокинуть диван, который стоял посредине комнаты. Разбили деревянный кофейный столик. Это не считая измазанного кровью бежевого ковра. Кровь не моя, к слову.
– Развяжи меня, придурок двинутый! – орет Степан.
Внимательно смотрю на бывшего друга.
Он сидит на деревянном стуле, обмотанный скотчем. Это тоже я, да.
Сначала вырубил его отменным хуком с правой, потом примотал к стулу и вылил на голову бутылку холодной воды, чтобы очухался.
– Развязывай! – продолжает он орать.
И ухом не веду.
Достаю телефон, хмыкаю, подметив, что в пылу драки пострадала не только Степкина физиономия, но и мой мобильный тоже. Экран в левом верхнем углу треснул. Но аппарат еще рабочий.
Навожу камеру на Степана и требую:
– Извиняйся давай.
– Не буду! – рычит Степан и пытается выкрутиться.
Вот только фигу с маслом у него это выйдет, я на скотче не экономил, все равно не мой.
– Я не понял, тебе выбить пару зубов? – цежу строго. – Я могу. Хочешь?
– Из-за какой-то девки, блондинистой су…
– Стоп, – резко его торможу. – Если что, ты сейчас говоришь о моей будущей жене. Извиняйся или я расскажу всем нашим общим друзьям, какое ты мурло. Быстро давай!
Степан корчит недовольную мину.
– Вперед! – командую и нажимаю на запись.
– Я извиняюсь, – бурчит Степан. – Бес попутал, не иначе…
Останавливаю запись.
– Паршиво извиняешься. Если так пойдет и дальше, придется мне доложить твоей Ирке, за каким мудаком она замужем. Ну это в добавление к славе, которую я тебе обеспечу среди знакомых. Будешь нерукопожат и разведен. Хочешь?
Включаю запись, навожу на Степана телефон.
– Я извиняюсь… – начинает он бубнить. – Честно, не хотел…
Снова останавливаю.
– Опять не то. Ты по делу говори: я, чмо, решившее чпокнуть девушку друга, спер у него ключи от ее квартиры и полез к беззащитной девчонке. Мне очень стыдно, я дерьмо на палочке. Я больше никогда так не сделаю. А почему? Да потому что Остап мне яйца вырвет и в глотку засунет… Ну, давай повторяй, и без самодеятельности мне тут.
С пятой попытки он все-таки повторяет то, что я от него требовал.
– Развяжи теперь, – просит он жалобно. – Ирка скоро с работы придет…
– Ты мне объясни сначала, – зло на него смотрю. – На что вообще рассчитывал? Думал, Эля так и не расскажет про твой визит?
– Ну не говорила же… – он сплевывает кровью. – Понту ей было говорить вообще, только себя подставлять. А будь ты нормальным другом, мне бы верил, а не какой-то бабе…
В этот момент не удерживаюсь, пинаю его под коленку.
– Сука, больно! – орет он.
А мне вот тоже больно. Но не оттого, что измочалил этого придурка, а потому что не смог уберечь единственные стоящие отношения в жизни.
– Хорош у меня друг, весь испизделся, лишь бы в рожу за дело не получить, – смотрю на него с презрением.
Самое паршивое – он ведь в чем-то прав. Сложись ситуация по-другому, не увидь я ожога Эли… Или не начни Степан так уж откровенно сочинять про то, что Эля демонстрировала ему грудь… Может, тогда у меня и зародились бы крохи сомнений. И он смог бы каким-нибудь макаром заговорить мне зубы, ведь мастер, как оказалось. К тому же я ему доверял.
Но я видел ожог. И… Это ж насколько надо не знать моего Эльфа, чтобы даже чисто теоретически предположить, что она вот так просто станет демонстрировать грудь. Она даже при мне стеснялась. Я лицезрел ее прелести только во время занятий любовью, а сразу после этого она норовила спрятать их от меня. Потому что скромная, потому что не привыкла себя показывать. Как при таком раскладе можно подумать, что она вот так с лету предложит кому-то с ней переспать? Да никак. Это не про мою девушку.
Любуюсь на его физиономию, окрашенную во все оттенки красного. Тут и бордовый, и почти синий, и алый на разбитой губе.
Думаю думу, решаю. Треснуть еще пару раз или с него достаточно?
– Учти, Степка, видео я закинул себе в облако. Если не хочешь, чтобы всплыло, к моей Эле больше не подходи и на пушечный выстрел. Иначе трындец твоей репутации. Усек?
– Усек… – бурчит он, деморализованный моими стараниями.
Иду на кухню, нахожу ножик, возвращаюсь в гостиную, разрезаю скотч.
Как только это делаю, Степан тут же подскакивает с места, отбегает от меня на приличное расстояние и по-бабьи орет:
– Ты пожалеешь! Я сейчас побои сниму и заяву на тебя накатаю…
Складываю руки на груди и говорю:
– Ага, давай. Еще к знакомым побеги в отдел, откуда тебя вышибли. Там все оборжутся от того видео, что я заснял. Ты, Степа, берега попутал, когда полез к моей Эле. Трахаешь шлюх в бане, вот и трахай, а к приличным девушкам не суйся, тем более если это девушки твоих друзей.
И тут как чертик из табакерки из прихожей выпрыгивает Ирина, жена Степана.
– Кого ты там трахаешь, козел недорезанный? – визжит она с квадратными глазами.
Степан моментально звереет и орет на меня:
– Это ты специально при ней! Не слышал, что ли, как входная дверь открылась, сука!
А я не слышал, слишком занятый делом.
– Упс! – говорю с наглой ухмылкой. – Не хотел подставлять тебя перед женой, бес попутал.
– Ты клялся! – меж тем кричит на него Ирина. – Ты божился, что больше ни одной подстилки, а сам… А ну, пошел вон из моей квартиры!
– Никуда я не пойду! – снова визжит по-бабьи Степан. – Это и моя квартира тоже!
– Ничего не твоя, – не остается в долгу Ирина. – Мне ее родители подарили, она на мою маму оформлена. Так что вон пошел!
– Ладно, вы тут сами как-нибудь…
Я уже собираюсь уйти, но Ирина останавливает меня строгим взглядом.
– Остап, мусор забери! – при этом она указывает на Степана.
Смотрю на этого придурка, а он грудь выпячивает с женой ругаться собирается. И вправду мусор, только его бывшая работа тут совсем ни при чем.
– Отчего б не забрать-то, собственно, – пожимаю плечами. – Степка, на выход!
Он пытается сопротивляться, но мне не составляет большого труда взять его на болевой, вывернуть руку и вышвырнуть к шутам.
– Добился чего хотел?! – шипит он на меня на лестничной клетке. – Она ж теперь к адвокату побежит!
– И правильно сделает, – хмыкаю с издевкой.
Оставляю его на лестничной клетке и спускаюсь. Слышу, как он остервенело барабанит в дверь, только никто ему не открывает.
Выхожу из подъезда и наблюдаю чудную картину: Ирина вышвыривает в окно вещи. Рубашки, галстуки, брюки. Они летят с третьего этажа прямо на высокий куст, который растет под балконом. Красиво летят! Аж засматриваюсь на это зрелище.
Чуть погодя из подъезда выбегает Степан, орет жене:
– Не смей выкидывать мои вещи! Ты что творишь, дура?!
Лепота.
Довольный, подхожу к своей машине.
Слышу крики Ирины, ор Степана. Ругаются… А у меня на душе от их ругани почему-то радостно.
В самом деле, на кой черт Ирине сдался этот мудак? Приличная женщина, еще найдет себе кого получше.
А Степан что думал? С Элей меня разведет, а сам останется в шоколаде?
Бумеранг дело такое, сколько ни убегай, а все равно треснет в лоб.