Глава 64

Руслан

*****

– Ублюдок, дай сейчас же противоядие!

Подошёл ко мне практически вплотную, начиная сверлить меня своими льдинистыми мерзкими глазёнками. Плотно сжал побелевшие губы, над которыми выступили выпуклые блестящие капли пота.

Такие же мерзкие как и он сам.

Я ухмыльнулся. Указал рукой на комод, стоящий у входа.

– Возьми. Вон там таблетки, видишь? Только надо выпить сразу несколько штук. Три, или лучше – четыре.

– Точно?

– Ага. Так быстрее подействует. Давай, не мелочись.

Подбородок сводного брата затрясся мелкой дрожью, а левый уголок рта предательски пополз вверх, обнажая ровный ряд белоснежных зубов. Эта ухмылка зверя заиграла так фальшиво, будто он сам внутри сейчас борется сам с собой.

Но я остался невозмутимым.

Он окатил меня внимательным взглядом и в три прыжка оказался рядом с комодом. Схватил горсть белых кругляшков, которые я предусмотрительно освободил от упаковки, высыпая себе в рот. Запил водой из стакана, приготовленной по этому случаю.

Развернулся на сто восемьдесят градусов.

Нахмурился, упирая руки в бока.

– Когда оно начнёт действовать?

– Минут пять, наверное. Поздравляю, ты успел. По крайней мере, ты не откинешь копыта. Пока, во всяком случае.

– Это потому что мне нечего тебе сказать! Ты – больной, и тебе нужно лечиться!

В это самое мгновение дверь с треском распахнулась.

Мы с Иваном синхронно повернулись на звук, только в моих глазах заплескался смех, а в глазах сводного брата – настоящий, неподдельный ужас.

Эмма, одетая в длинную белую сорочку тихонько встала напротив него. Запрокинула голову, чтобы он мог получше рассмотреть шрамы. Прищурилась, смеривая его ненавистным, жёстким взглядом. Со свистом втянула носом воздух, заставив насыщенный кислород всколыхнуться от этого мимолётного движения.

– Аааааа!

Из горла этого тридцатилетнего мужика вырвался хриплый крик, и он тут же отшатнулся от девушки, как от огня. Спрятался за кресло, сверля меня полным ужаса, взглядом.

Я ухмыльнулся, старательно сдерживаясь, чтобы не расхохотаться.

Всегда считал свою малышку красавицей, и никогда не видел, чтобы другие мужики реагировали на неё с таким страхом в глазах. Но Ванька, видимо, решил сдаться.

Значит, пришло время возобновить допрос. Тем более, он уже почувствовал себя фаворитом в этой игре. А этого никак нельзя допустить.

Я должен довести это дело до конца.

– Ты чего орёшь?

– Там! Там!

Дрожащий указательный палец ткнул в сторону Эммы, и я незамедлительно состроил самое невинное выражение лица. Приподнял левую бровь, всем видом показывая, что Ванька не в себе.

– Там Эмма!

– Где?

– Да вот же, стоит рядом с тобой! Смотрит на меня так осуждающе! Боже! Я ведь не хотел, чтобы так получилось!

– Что получилось? О чём ты говоришь? Тут никого нет.

– Но вот же она!

– У тебя галлюцинации. Видимо, яд ещё действует.

– Нет! Она пришла за мной!

В этот момент мой братец бухнулся на колени, впечатываясь мордой в ковёр. Заскулил как побитый пёс, всхлипывая от страха. Врезался ладонями в пушистый ворс, захлёбываясь от сдавленного хриплого бульканья, вырывающегося из его горла, словно фонтан с помоями.

Я выдохнул, стараясь держаться как можно спокойнее.

Чёрт, этот ублюдок испортил мой любимый ковёр своими слюнями. Что ж, придётся потом купить новый. Как только всё закончится.

Прищурился, выдыхая:

– Зачем ты ей сдался, придурок?

– Я… Я её убил, Рус.

– Что ты сделал?

Злость прокатилась по венам, скручивая всё тело в напряжённый металлический канат. Волосы на затылке встали дыбом от признания сводного брата, а противные мурашки побежали по позвоночнику вниз, к копчику.

– Я убил Эмму! Убил её! А потом и Баландина! Он пытался шантажировать меня!

– А водитель бензовоза?

– Его тоже пришлось. Выкинул из окна. Он денег просил, придурок. Я всех их убил. Со всеми расправился. Сам. Она пришла поэтому!

Дикий огонь моментально пробежал по венам, опаляя всё тело. Я хоть и знал уже всю правду от своей девочки, не мог представить, что мне будет так сложно выслушать исповедь этого человека. Того, которого я терпеть не мог всю жизнь, но который был мне родственником.

Пусть и не кровным.

И сейчас, видя, как из него начинают выливаться признательные показания, мне стало противно. Мерзко от того, что я не поквитался с ним раньше. Довёл до этого спектакля.

– Ты готов во всём признаться?

– Да, только пусть она уйдёт. Пусть не смотрит на меня так.

Выдохнул, открывая дверь в спальню и пропуская в гостиную несколько представителей правопорядка во главе с Шариковым, который любезно согласился помочь провернуть мне всю операцию.

Устало сел в кресло, подперев подбородок руками, стараясь не смотреть на трясущегося от пережитого ужаса Ваньку.

– Рассказывай всё полиции.

– Это что? Ты всё подстроил? Но как?

Глаза Ивана моментально распахнулись, и в них как будто мелькнуло озарение. Вспышка, молния. Она заискрилась в зрачках, возбуждая мозг. Разлилась по телу моментальной волной, даруя ему ледяное хладнокровие.

– Это спектакль! Ты специально всё сделал!

Подпрыгнул, переводя безумный взгляд с меня на Эмму. Выдохнул, вытягивая вперёд правую руку.

Я тут же вскочил с кресла, загораживая любимую. Сцепил зубы в чёткую линию, процедив:

– Не смей трогать мою малышку. Ты больше никому не причинишь вреда!

– Она жива? Жива?

Взревел, растопыривая руки.

Поднял лицо к потолку, громогласно расхохотавшись. По красному, опухшему лицу покатились истеричные слёзы, ломаными линиями разукрашивая кожу.

– Иван Денисович Юсупов, вы должны пойти с нами для дачи показаний. Вы обвиняетесь в попытке убийства Эммы Александровны Вербиной и убийстве трёх лиц – Валерии Демидовой, Морошкина Василия Эммануиловича и Баландина Антона. Можете позвонить своему адвокату.

Полицейский шагнул вперёд, потрясая в воздухе наручниками. Чуть дотронулся до локтя Ивана, подталкивая его к выходу. Кивнул в мою сторону в знак признательности.

– Нет!

Ванька дёрнулся. По его породистому лицу пробежала серая тень, накладывая отпечаток звериной ярости. Перепрыгнул через журнальный столик, стремясь покинуть квартиру.

Один из полицейских попытался преградить ему дорогу, но тотчас был отброшен в сторону сильным ударом под дых.

– Схватить его!

Шариков бросился вдогонку, размахивая канцелярским ножом для бумаг, но Ванька уже оказался у входной двери. Дёрнул ручку, понимая, что спасительная створка закрыта на ключ. Быстро прижал к своей груди частного детектива, перехватывая нож из его рук.

Впечатал лезвие в шею, брызгая ядовитой слюной:

– Рус, открой дверь!

– Тебе всё равно не скрыться.

– Мне плевать! Открой эту чёртову дверь, или я порежу твоего детектива на кусочки.

– Ну, канцелярским ножом – вряд ли.

Ехидно хмыкнул.

Увидел заплескавшееся отчаяние в глазах Шарикова и медленно вытащил ключ из кармана брюк, поняв, что частному детективу не до шуток.

– Сейчас, не дёргайся только.

– Живее!

Произнёс чуть хрипло, моментально поморщившись.

Издал какое-то бульканье, выпучивая глаза.

– Он же сбежит, Руслан Игоревич.

Полицейский зашептал, пытаясь осторожно вытащить пистолет из кобуры. Посмотрел на меня, ожидая ответа.

– Всем стоять на месте! Увижу ствол – тотчас пырну вашего детектива, перережу ему артерию!

Громкое урчание в животе моментально заставило его согнуться пополам. Застонать от сильной рези.

Я заметил, как взгляд братца затуманился, а руки затряслись от сильной боли, распространяющейся по его организму.

– Что… Что за херня, Рус? Ты же сказал, что противоядие я успел принять…

– Прости.

Развёл руками, пытаясь не расхохотаться.

– Кажется, я перепутал противоядие с сильным слабительным! А ты ещё, как назло, выпил убойную дозу.

– Ублюдок…

Нож со стуком выпал из его пальцев, откатившись куда-то в сторону, а самого мужчину тут же пронзила острая боль в животе. Стала выворачивать наизнанку.

–Не волнуйся, в тюрьме тебя обеспечат чистой одеждой. А пока придётся походить так.

Расхохотался, понимая, что слабительное уже начало действовать, раздирая кишки сводного брата.

Похлопал полицейского по плечу, подмигивая:

– Я оплачу химчистку автомобиля, забирайте этого засранца.