Глава 71

Я не звоню Лизе ни этим вечером, ни на следующий день, ни через день. Она тоже не идет со мной на контакт первой. Через два дня я порываюсь набрать ее номер, но в итоге отбрасываю телефон в сторону. Я все еще сержусь на нее, на себя, на обстоятельства. Мы действительно находимся в тупике, и у меня нет ни идеи, как из него выбраться. Не то что бы я жажду постить с Лизой фотки в Инстаграм и подписывать их сердечками, но сам факт того, что я не могу никуда спокойно сходить со своей девушкой, меня убивает. Нам всю жизнь придется оглядываться по сторонам. И у меня нет ни малейшей идеи, как нам с Лизой строить в будущем семью.

А я хочу с ней семью. Хочу общий дом, общий быт и даже детей. Не сейчас, попозже, когда она окончит институт, а я закрою нелегальные бои в своем клубе и найду способ зарабатывать на безбедную жизнь законным путем. С уличными гонками тоже пора заканчивать. Я ни секунды не сомневаюсь, что Лиза та самая девушка, с которой я хочу прожить жизнь, вот только как нам выбраться из той ловушки, в которой мы находимся, — я понятия не имею.

Приближается суббота, а я помню, что в этот день Лиза собирается на свадьбу своей однокурсницы. На гадкое ощущение от нашей ссоры теперь накладывается и ревность, накатываемая на меня приступами. Она пойдет на эту вечеринку одна, без меня. На нее будут пялиться все присутствующие парни, наверняка кто-то и танцевать пригласит.

Как представлю чужие мужские руки на ее талии — так сразу убивать хочется.

В субботу я не выдерживаю и, узнав через Иру место проведения свадьбы, в 7 вечера приезжаю к ресторану. Я решаю все-таки не тревожить Лизу своим появлением и, обуздав ревность, просто жду на парковке, когда закончится торжество, и девушка соберется домой. Я не вижу Лизу в окно ресторана и ее нет среди тех, кто выходит покурить, но я точно знаю, что она на вечеринке.

В 11 вечера, когда я уже скурил полпачки сигарет, Лиза веселая и счастливая выходит из заведения в компании нескольких парней и девушек, но не вызывает такси, а просто стоит с ними, пока они курят. По их пьяному смеху я понимаю, что вечеринка еще не заканчивается.

Я уже устал ждать, поэтому все-таки звоню ей. Лиза достает из клатча телефон, на мгновение замирает с ним в руке, а потом отходит в сторону, чтобы принять вызов.

— Алло, — слышу в трубке ее голос.

— Я на парковке у ресторана, поверни голову вправо.

Лиза послушно поворачивается и видит меня.

— Сейчас подойду, — сбрасывает вызов и направляется к автомобилю.

Я замечаю, что она тут же серьезнеет. Уже нет того задора, который был на ее лице, когда она вышла на улицу с курящими друзьями.

— Привет, — садится на переднее пассажирское. — А ты давно тут?

— С семи часов.

Лиза удивленно смотрит на меня.

— А почему раньше не позвонил?

— Чтобы не мешать тебе веселиться.

— Ты бы не помешал.

Мы оба замолкаем и просто смотрим друг на друга. Я ужасно соскучился по Лизе за эту неделю. Сгрести бы ее в охапку и зацеловать до потери пульса. Но вместо этого я сжимаю руль, пытаясь совладать со своими эмоциями. Самыми разными: от трепета и нежности до злости и ревности.

Лиза первая тянется меня обнять. Обхватывает могу шею и притягивает к себе. Я тут же обвиваю ее руками в ответ.

— Я так соскучилась, — шепчет и трется своей щекой о мою.

— И я соскучился, — целую ее в висок и иду ниже.

Наши губы встречаются и сливаются в крепком поцелуе. В нем вся боль и отчаяние, в которых мы оба находимся. Я сжимаю ее в руках еще крепче, усиливаю поцелуй. Мне мало, мало этой девушки. Не видеть ее неделю — сущая пытка, настоящий ад.

— Лиза… — шепчу сквозь поцелуй, прерываясь на маленький глоток воздуха. — Моя Лиза…

— Твоя… — шепчет в ответ.

Я вжимаю ее в свое тело и зарываюсь лицом в волосы на затылке, вдыхая запах любимой айвы поглубже. Хочется раствориться в ней.

— Малыш, поехали домой, — тихо скулю ей в макушку.

Лиза отрывается от меня и смотрит в лицо, тянется ладонью к щеке и гладит по трехдневной щетине.

— Я побреюсь, — тут же обещаю, вспоминая, как ей не нравится, когда я колючий.

Она расплывается в улыбке, а на глазах выступают слезы.

— Я тебя и колючим люблю.

Я так и застываю, глядя на Лизу. Это ее первое признание мне в любви с той ноябрьской ночи, когда я приехал к ней домой после посещения могилы своей родной матери. За несколько месяцев наших отношений мы ни разу не говорили друг другу этих слов. Я их не произносил, потому что мои чувства к Лизе гораздо сильнее любви. А она не знаю, почему.

— Давай ты зайдешь внутрь хотя бы на 10 минут? — тут же задает вопрос, не давая мне ответить на ее признание. — Там нет никого из наших общих знакомых. Все гости с моего курса и одноклассники жениха и невесты. Они учились не в тех школах, что мы с тобой. Нас там никто не знает.

Я молчу в растерянности.

— Пожалуйста, Миша, — слезно просит. — Всего лишь 10 минут, и мы поедем домой.

Я не могу отказать Лизе, когда она смотрит на меня такими глазами.

— Пойдем, — поворачиваюсь к двери и открываю ее.

Мы выходим из автомобиля в теплую майскую ночь и, держась за руки, направляемся в ресторан. Зал довольно большой и красиво украшен, Лиза уверенно ведет меня к одному из пяти круглых столов. Садится на стул, на спинке которого висит табличка «Елизавета Самойлова», а меня сажает на соседний — на спинке которого указано «Михаил Самойлов».

Это тут же коробит меня. Я испуганно кручу по сторонам головой, но пьяным Лизиным однокурсникам нет до меня никакого дела. Ведущий о чем-то шутит в микрофон, и гости увлечены им куда больше, чем появлением нового человека в зале.

— Я до последнего надеялась, что мы придем на эту свадьбу вместе, — Лиза отвечает на мой немой вопрос. — Поэтому для тебя было приготовлено место.

— А они не спросили, почему у нас одна фамилия? — осторожно интересуюсь.

— Спросили.

— И что ты ответила?

— Что мы однофамильцы.

Я глубоко вдыхаю и шумно выдыхаю. Ко мне тут же подходит официант с вопросом, что я буду есть и пить. Прошу просто воды. Я действительно не нахожу в этом зале ни одного знакомого лица. Это позволяет мне немного расслабиться и даже начать слушать ведущего.

Лиза держит меня за руку и периодически кладет голову на мое плечо. Мне нравится находиться вместе с ней в обществе, нравится открыто демонстрировать свои права на нее, например, обнимая за талию. Я никогда не был сторонником проявления чувств на людях, но с Лизой мне всего этого хочется: ходить вместе с ней на свадьбы и дни рождения знакомых, ездить вместе отдыхать, целовать ее, когда захочу. Жаль, что перед этим нам нужно оглянуться по сторонам и убедиться, что поблизости нет никого из знакомых.

— Давай один танец и поедем домой? — шепчет мне на ухо. Ведущий как раз перестал травить шутки, и настал звездный час диджея.

— Сейчас слишком быстрые песни.

— Дождемся медленной, потанцуем и поедем.

— Хорошо, — соглашаюсь.

Через несколько клубных треков диджей включает медленный, и Лиза тут же тянет меня на танцпол. Я обнимаю ее за талию, она обвивает меня за шею, и мы начинаем крутиться под «Богемскую рапсодию» группы Queen. Покойный Фредди Меркьюри поет своей маме о том, что он убил человека, прощается со всеми и говорит, что ему нужно идти.

Я люблю Queen, но сейчас меня вдруг охватывает тревога. Я совсем не суеверный, но мне не нравится, что наш с Лизой первый совместный танец под такую грустную песню. Не под просто медленную, а именно под трагичную.

— Поехали домой, — тихо прошу ее, не в силах больше двигаться под эту композицию.

— Дотанцуем и поедем.

— Мне не нравится эта песня.

— Ты же любишь Queen, — удивляется.

— Да, но эта песня слишком трагичная для нашего первого танца.

— Да брось, — смеется и еще крепче сжимает мою шею.

Силой заставляю себя дотанцевать до конца, хотя неприятное ощущение только усиливается.

— Nothing really matters, — Лиза тихо подпевает последним словам песни и смеется. — Тебе следует прислушаться к этой фразе, Миш.

— Давай домой, — нетерпеливо прошу.

Лиза согласно кивает. Мы возвращаемся к столу, она берет свой клатч, прощается с друзьями, затем идет к жениху с невестой и расцеловывает в щеки их. Когда мы наконец-то садимся в машину, я спокойно выдыхаю. Завожу мотор и везу нас к себе домой. В моей квартире достаточно Лизиных вещей, так что заезжать к ней не будет надобности.

Мы едем молча, каждый из нас погружен в свои мысли. Уже возле двора Лиза берет меня за руку и переплетает наши пальцы. И в том, как она сжимает мою ладонь, столько невысказанных чувств. Не нужно, чтобы она озвучивала их вслух, я понимаю без слов.

Как только мы переступаем порог квартиры, я тут же подхватываю ее на руки и несу в комнату. Аккуратно положив Лизу на кровать, я накрываю ее собой, не переставая целовать. Иду губами все ниже и ниже, запускаю ладонь под короткое платье. Лиза выгибается дугой, а я целую ее тонкую кожу на шее, ключицах.

Из ее груди вырываются тихие стоны, когда моя рука достигает цели. Дрожащими пальцами она наощупь пытается расстегнуть ремень у меня на джинсах. Лиза так быстро старается избавить меня от одежды, что путается в ней. В итоге я сам стягиваю с себя футболку, а затем принимаюсь раздевать Лизу. На секунду задерживаюсь, рассматривая ее новый комплект белья и тонкие, почти прозрачные чулки.

— Ты такая красивая, — провожу пальцами от ее груди до пупка.

Лиза расплывается в улыбке и тут же переворачивает меня на спину, садясь сверху. Медленно блуждает ладонью по моему торсу, заводя меня еще сильнее. Дразнит.

— Nirvana, — читает самую главную из всех моих татуировок, проводя пальчиком по надписи.

Затем склоняется к ней и целует каждую букву, а я закрываю глаза от удовольствия и на самом деле проваливаюсь в нирвану.

Следующим утром мы просыпаемся обнаженные, счастливые и в обнимку. В воскресенье нам обоим никуда не надо, поэтому мы целый день проводим в постели, прерываясь только на еду. Но даже ее мы не готовим, а заказываем несколько коробок пиццы и сет роллов из ресторана. К вечеру все-таки отрываемся друг от друга и включаем на ноутбуке кино.

Это замечательный выходной день, когда мы не выходим даже на балкон. Живем в своем собственном мире из нас двоих. Удивительно, но у нас целый день не звонят телефоны. Как же это прекрасно.

Мы не обсуждаем нашу ссору, не обсуждаем сложившуюся ситуацию, хотя я прекрасно помню, что Лиза спрашивала, как я вижу развитие наших отношений. У меня нет ответа на этот вопрос. Иногда мне кажется, что у наших отношений нет развития, но я стараюсь задвигать эту мысль подальше. Наверное, мне следует меньше думать и больше наслаждаться моментом.