Глава 15. Евгения

Уроки у одиннадцатого «Б» стали моей персональной пыткой. Очень нервной и изощренной. Царев всегда присутствует на каждом и лично наблюдает. Специально не пропускает, чтобы изводить меня. Вот же привязался. И предъявить же ему по факту нечего. Ни цветы, ни кофе, ни даже те умопомрачительные круассаны он не дарит лично. А кто не пойман, тот, как известно, не вор. Гордей не преследует меня сам, но в моей жизни его с каждым днем становится все больше. Он протискивается со всех сторон и сжимает пространство вокруг. Я постоянно чувствую его присутствие. В школе, по дороге с работы, даже дома мне нет от него спасения. Я чутко улавливаю, когда он возвращается в свою квартиру, и меня это непривычно волнует. Каждый раз борюсь с желанием пойти к нему и высказать все, что думаю. И проигрываю. Но в последний момент нахожу тысячу и один аргумент, чтобы не ходить. Это какое-то безумие, но оставаться безучастной мне все сложнее. Гордей как преступник проник в мои мысли. Я не могу не думать о нем. Не получается переключиться. Он, словно вирус, присутствует в организме, и нужно подобрать правильное лечение, чтобы избавиться от него. Или просто переболеть. Неугомонный мальчишка. Когда уже остынет и оставит меня в покое? Злюсь на него, но в то же время поражаюсь настойчивости, с которой Гордей осаждает меня. Это же надо иметь столько упрямства. Никак не возьмется за ум. Что с ним делать, я не знаю. Может, скоро надоест, и переключится на какую-нибудь одноклассницу. Только вот от этой мысли становится как-то неприятно. Иду домой с четким желанием забрать цветы, что опять будут в ручке двери, и выбросить их в ведро. Чтобы неповадно было. Вхожу в подъезд и поднимаюсь к почтовым ящикам. Открываю свой и достаю содержимое. Платежки, бесплатная газета (неужели их еще кто-то читает?) и диплом. Нервная дрожь прокатывает по телу. Читаю: «Выдан Цареву Гордею Андреевичу за первое место в городской олимпиаде по алгебре». Улыбка сама по себе растягивает губы. Какой же молодец. Пообещал и сделал. Ладно, может, и не буду выкидывать его цветы. Открываю небольшой конверт, в нем ключ и записка. «Отметь со мной победу…» Ничего себе заявочки. Наглости ему, конечно, не занимать. Кручу в руках ключ, думая, как поступить. Отправить в ящик «по прописке» или… все же кладу в карман и поднимаюсь к себе. Букет на прежнем месте. Качаю головой и улыбаюсь, как дурочка. Что он со мной делает? Не мытьем, так катаньем. Я и сама уже привыкла к нему. Ладно. Думаю, Гордей заслужил небольшое поощрение. Ведь не зря старался. Целую олимпиаду выиграл. Это же большое достижение, особенно для одиннадцатого класса. Нервно посматриваю на часы и никак не могу выбрать, что надеть. Тысячу лет никуда не выбиралась. Да и сейчас повод так себе. Но внутри все дрожит от предвкушения. Боже, о чем я только думаю? Но уже отступать поздно и как-то глупо. – Ты куда-то собираешься? – вздрагиваю, услышав голос сестры. Ушла в свои мысли настолько, что не слышала, как она вернулась. – Я? Нет, – нервно дергаюсь. – С чего ты вообще взяла? – Весь шкаф вывалила. – Рита равнодушно пожимает плечами, а я чувствую себя полнейшей дурой. – А, это так… – отмахиваюсь небрежно. – Думаю, что можно отдать… Да что со мной? Что я несу? Зачем? Я так не волновалась перед первым в жизни свиданием. Сестра придирчиво осматривает мои немногочисленные наряды и кивает на одно из платьев. – Вон то кофейное в белый горох подойдет. – Думаешь? – с сомнением смотрю на нее. – Подожди, к чему подойдет? – Систр, ты как маленькая. – Рита смеется и качает головой. А затем и вовсе уходит к себе в комнату, а я, наконец, отмираю и спешу за ней. – Рит, подожди, что ты имеешь в виду? – Да ничего, – усмехается она, падая на кровать. – Гуляй спокойно, я потуплю в телек, а потом спать лягу. – Спасибо. Неужели я тоже начинаю думать об этом всерьез? Но все же сдаюсь и примеряю платье в горох. И правда хорошо садится. И не вечернее. Скорее, коктейльное. И не надевала ни разу. Купила когда-то под настроение, да так и висит без дела. Хоть выгуляю разок, все не так обидно. Смотрю на часы. Гордей еще не пришел. Я слышу его шаги каждый вечер. Я сошла с ума? Возможно… Быстро завершаю образ, надеваю туфли и брызгаю любимые духи. Беру ключ и поднимаюсь в квартиру сверху. Неуверенно открываю дверь и прохожу внутрь. В квартире, как ни странно, чисто и свежо. Неожиданно, учитывая, что в ней живет один парень. В холодильнике есть продукты. Гордей вернется с работы и будет готовить? Чем он вообще питается? Может, мама помогает? Но я ни разу не видела, чтобы она приходила. Раз уж пришла, решаю похозяйничать. Нарезаю салат и закуски. Больше, к сожалению, уже ничего не успею. Но Гордей же хотел отметить победу. Накрываю стол, достаю вино и шампанское. Не жирно? Ну давай, Иволгина, спаивай мальчика. Да где там мальчик-то? Щелкает замок на входной двери и мурашками прокатывает по позвоночнику. Ставлю обе бутылки на стол и выхожу в коридор. Гордей замирает на мгновение и скользит по мне восхищенным взглядом, оценивая каждую деталь. – Привет, – выдавливаю из себя и смущенно отвожу глаза. – Какая же ты красивая. – Его голос срывается от волнения. По телу пробегает предательская дрожь, а щеки вспыхивают смущением. Гордец так смотрит на меня, что внутри все переворачивается. С немым обожанием и восторгом. Как никто и никогда. Словно я единственная для него. – Спасибо. – Это тебе. – Он показывает небольшой букетик. Тот самый, что завтра бы появился в моей двери. Улыбаюсь и подхожу ближе, чтобы забрать цветы, но внезапно оказываюсь прижата к стене крепким мужским телом. Гордей такой горячий и сильный, от него пахнет так, что ноги становятся ватными, а голова кружится. – Женечка. – Хриплый шепот пленяет мою волю и разум. Я становлюсь текучей, как жидкость, и едва не стекаю к его ногам. Гордей крепко удерживает меня и целует в шею, а я позволяю. Тряпка. – Спасибо, что пришла. Никогда не теряла голову от мужчин, а с этим мальчишкой все не так и не по правилам. – Не привыкай, это разовая акция, – нахожу в себе силы и высвобождаюсь из объятий. – И руки держи при себе. – Как скажешь, – усмехается он. – Я быстро в душ и помогу. – Давай. Слышу, как вода шумит, и нервничаю, ломая пальцы. Хочется трусливо сбежать, но Гордей был так рад. Я не могу с ним так поступить. Что я творю? Это же капец. Так нельзя. Надо срочно расставить все точки. Но как ему противостоять? Пока я мечусь из стороны в сторону, вода выключается, и Гордей выходит из душа в одном полотенце. Боже, если ты меня искушаешь, то напрасно. Передо мной совершенно точно не мальчик, а самый настоящий мужчина. С телом бога. Нервно сглатываю, чтобы не начать пускать слюни и отвожу взгляд в сторону. – Я был уверен, что ты сбежишь. – А я решила тебя удивить, – улыбаюсь и закусываю губу. – У тебя получилось. Я быстро. Он уходит в комнату, а я получаю еще один шанс сбежать и спасти остатки гордости. Но вместо этого расставляю тарелки так, чтобы было красиво. Со мной явно что-то не так. С головой так точно. Гордей переодевается в брюки и рубашку, но не застегивает пару пуговиц и закатывает рукава до локтя. Прохожусь внимательным взглядом и кусаю губы. Ему очень идет, даже старше кажется. Какой же он все-таки… Боже, что мне делать? Это все, капитуляция? Или я просто пьяна? Но не пила ведь. Я пьяная от близости Гордея. Он разливает шампанское и подает мне один из фужеров. – Поздравляю с победой, – неосторожно смотрю ему в глаза. Напрасно. Он не отпускает. Затягивает меня в свои сети. – Это для тебя. – Хриплый и взволнованный голос расшатывает меня все сильнее. – Не нужно, – пытаюсь остановить его и привести себя в чувство. – Не спорь, мне просто хотелось сделать тебе приятное. – Улыбка и озорные ямочки на щеках. Что он со мной делает? – У тебя получилось. Я знаю, сколько сил и времени он приложил для победы. Это непросто. И не быстро. – Я горжусь тобой… – Спасибо. – Он опасно приближается, а я даже не пытаюсь отступить. – Для меня важно, чтобы любимая девушка верила в меня. – Гордей… – Не спорь. – Он переплетает наши руки. – Ты же пришла. – Просто поддержать и… – Не обольщайся… – решительно перебивает и залпом осушает свой фужер. – Я тебя больше не отпущу… И смотрит так… С дикой жаждой и откровенной страстью. Пью шампанское до дна и не чувствую вкуса. Только губы Гордея, что терзают мои неистовым поцелуем. Он так целуется, что сносит крышу. Одновременно нежно, словно пробуя на вкус, и порывисто, лишая кислорода и последних крох разума. Почему я не могу просто отключить голову и поддаться соблазну? Потому что он твой ученик, дура. Да, но это же ненадолго. Плевать я хотела на все. Просто пусть это случится. Я больше не могу себя сдерживать. Подаюсь вперед и обвиваю шею Гордея. Он не торопится, продолжает меня целовать, распаляя все больше, и гладит спину, постепенно спускаясь ладонями на ягодицы. – Ты моя первая. – Его горячий шепот ласкает ухо. – И единственная. Его искренность подкупает, но и отталкивает одновременно. А еще отрезвляет мгновенно. – Что? – ошарашенно распахиваю глаза. То есть как первая? Совсем? – Я никогда этого не делал. Ни с кем. Доверчиво трется носом о мою щеку, а я в панике. Нет, нет и нет. Надо заканчивать этот фарс. О чем я только думала, когда пришла сюда? Он же ребенок совсем, но с телом взрослого и чертовски сексуального мужчины. – Поможешь мне? Он не просит, а ставит перед фактом. А еще целует. Так, что земля уходит из-под ног. И мысли тоже. Да, я готова на все. Лишь бы он не останавливался.