Глава 14. Гордей

Паркую электросамокат около подъезда. Случайно выдалось небольшое окошко между доставками. Успею домой забежать, а то мама переживает. Переехал и редко балую визитами. Просто времени не хватает, а она скучает. Да и Илюха болеет, надо его немного взбодрить. Купил вон робота-трансформера. Давно просил. Поправляю рюкзак и иду в подъезд. Поднимаюсь к себе на этаж, открываю дверь ключом и замираю озадаченно. Все инстинкты встают на дыбы, а сердце срывается в галоп. Втягиваю носом воздух, улавливаю знакомый аромат и боюсь поверить своим ощущениям. Евгения? Сама? Не может быть. Но ее плащ висит на вешалке, а на полу стоят ботинки. Прислушиваюсь – из кухни слышны голоса. И правда пришла… Но зачем? Нервно сглатываю и торопливо скидываю куртку и ботинки. – Мама, Гордей пришел! – Илюшка выбегает из комнаты и несется ко мне. Фак. Незаметно подкрасться не получилось. Распахиваю объятия и подхватываю брата на руки. Обнимает крепко за шею и доверительно шепчет: – Там твоя невеста пришла. – Почему невеста? – усмехаюсь я. – Я ее фото видел у тебя в телефоне, – признается он. Вот хулиган, везде уже залез. Треплю его по волосам и иду на кухню. Евгения поворачиваются ко мне. Смотрю в глаза и подозрительно прищуриваюсь. Неспроста она здесь. Интересно, что успела матери наговорить? Только все это не поможет. Я все равно не отступлюсь. Женя будет моей, и точка. Тем более на инстинктивном уровне чувствую отдачу. Ей не все равно. Как бы ни старалась меня в этом убедить. – Ой, сынок, ты пришел. – Мама делает ко мне шаг. – Обедать будешь? Опускаю брата на пол и рассказываю, где лежит его подарок. – Привет, мамуль. Я не голоден, – целую ее в щеку, но взгляд от учительницы не отвожу. – Евгения Владимировна? – Здравствуй, Гордей. – Она поджимает губы и с вызовом смотрит в глаза. – Какой повод? – едва заметно усмехаюсь. Такая смешная. Вроде взрослая, а способы борьбы детские. Так и хочется вспомнить детсадовское «ябеда-карябеда». – Решила познакомиться с твоими родителями и рассказать о… – Похвально, – перебиваю и вопросительно изгибаю бровь. – Рассказали? Да все я понял, о чем она хотела рассказать. Но, судя по всему, не стала. Испугалась? Или есть еще что-то? – Спасибо за чай, я, наверное, пойду. – Евгения Владимировна отставляет чашку в сторону и поднимается на ноги. – А вы что хотели-то? – спохватывается мама. – Я заявила Гордея на городскую олимпиаду по алгебре, – выкручивается торопливо, а я едва сдерживаюсь, чтобы не рассмеяться. Долго же ждала. Уже отборочный тур был, который я прошел. И жду второй муниципальный. – Алгебра? – Мама радостно складывает ладони на груди. – Если выиграет, получит возможность поступления в вуз. – Женя с нажимом смотрит на меня, а я улыбаюсь и качаю головой. – Гордей, это же то, о чем ты мечтал, – вступается мама. – Это было давно. – Что же ты изменяешь мечте? – язвительно хмыкает Евгения. – Я мечту изменил, – не отпускаю ее взгляд и очень надеюсь, поймет, что она сама стала моей мечтой. Разве я могу отступиться, когда просыпаюсь и засыпаю с мыслями о ней? Да ни за что! – Я пойду, спасибо вам, – смущается и сбегает. – Ой, ну что вы. – Мам, я провожу, – выхожу следом за Женей из кухни. Дожидаюсь, пока обуется, и галантно расправляю плащ. Не могу упустить такую возможность прикоснуться. Она недовольно косится, но все же позволяет мне помочь надеть. Задерживаю руки на ее плечах и несильно сжимаю. Вздрагивает и вскидывает на меня глаза. В них отчетливо читается паника и что-то еще, такое острое, но едва уловимое. – Давай сходим куда-нибудь? Мое сердце бухает так громко, что я едва слышу свой голос. – Ты обалдел, что ли? – испуганно шепчет Евгения. – Я же вижу, что тебя тянет ко мне, – притягиваю ее ближе и смыкаю ладони на лопатках. – Прекрати. Хватит этих глупостей, – пытается вырваться, но не слишком активно. – Я уже тысячу раз тебе сказала, что… Не хочу слышать никаких отговорок. Все они лишены смысла. Втыкаюсь носом в ее висок и сильнее стискиваю в объятиях. Жадно вдыхаю особенный аромат, дышу ей, через легкие впуская ее частички в свой организм. – Отпусти. – Она снова дергается. – Немедленно. – Не могу, – жадно вдыхаю новую порцию своего наркотика. – Неужели ты не видишь, что творишь со мной. – Нет, – упирается ладонями мне в грудь. – Гордей, остановись. Приходится подчиниться и отпустить. Ситуация не особо располагает к откровенным разговорам. – Приходи вечером ко мне, – хрипло прошу я и смотрю в ее почерневшие глаза. – Что? С ума сошел? – качает головой, а щеки предательски выдают румянец. Нет, ей точно не все равно. – Я буду ждать, – пытаюсь вновь приблизиться, но Женя трусливо юркает за дверь. – Ненормальный, – кидает мне и сбегает по лестнице. С улыбкой провожаю ее и закрываю дверь. Внутри все горит, а как потушить это пламя, не понимаю. Иду на кухню, падаю на табуретку и роняю голову на ладони. Какое же мучение все эти отношения. Вот надо было втрескаться в самую неподходящую женщину. Хотя у меня все всегда через задницу. – Ну и что это было? – строго спрашивает мама. – Ты о чем? – как ни в чем не бывало поднимаю на нее глаза. – Гордей, я же не дура и не слепая, – усмехается она и выжидательно складывает руки на груди. Спорить бессмысленно. Мама знает меня слишком хорошо и, конечно, обо всем догадалась. Но сил на защиту у меня нет. Я слишком уязвлен после встречи с Евгенией. – Ой, мам, не начинай… – с мольбой прошу я. – Мой мальчик влюбился. – Мама подходит ко мне и обнимает. Вместо нотаций я чувствую колоссальную поддержку от нее. Как и всегда. Она единственный человек, который всегда в меня верит и поддерживает в любых начинаниях. Я очень благодарен ей за то, каким она меня воспитала. – Что только делать теперь? – выдыхаю я и поднимаю голову, чтобы поймать ее взгляд. – Не сдаваться, – без тени сомнения произносит она. – Если твердо решил. – Спасибо, мамуль. Поднимаюсь на ноги и сам обнимаю ее. Я вновь получил зарядку энергии и поддержки. Это очень дорогого стоит.