Глава 43

— Отстань! — визжу, пытаясь убежать от мужчины, но этим лишь усугубляю своё положение. Райнер загоняет меня в ловушку, словно жертву. Спасения для меня сегодня нет, я его истратила ещё утром, когда после издевательств над мужчиной меня оставили живой и… с намёком на признание в любви. Приятно, чёрт возьми. После такого была готова на всё,… вот что с девушками делает любовь. Была умной, стала влюблённой дурой. Но Райнеру пыталась этого не показывать. — Нет! Даже не думай! Я не хочу! Райнер!

— Кошка… — лениво растягивает моё прозвище, приближаясь. — Кыс-кыс, — манит меня пальцем свободной руки, а глазами показывает на рабочие наручники, которые он достал из стола.

— Пожалуйста! Я больше так не буду! — вру, но знать ему об этом необязательно. — Больше никогда не буду тебя сковывать наручниками! — буду галстуками и верёвками. — Прошу! Сжалься!

— Я хочу, чтобы ты на себе испытала беспомощность, — говорит, наступая на меня, пока я, полностью голая, иду назад, боясь хотя бы на секунду отвести взгляд от мужчины, что решил меня наказать.

— Ты и без наручников заставляешь меня её чувствовать, — хнычу, смотря на него жалостливыми глазами. — Да и к тому же, чего такого ужасного ты мне сделаешь? Все виды извращений мы этим утром прошли, и мне казалось я хорошо «извинилась», — мой голос срывается, когда я руками наталкиваюсь на стену. Быстро оглядываюсь и понимаю, что я в тупике. Коридор закончился и только балкон по правую сторону от меня — единственный путь отступления. Но и он не подойдёт, потому что заперт.

«Полная хана, Амалия!» — вспоминаю слова Райнера и мысленно соглашаюсь.

— Мне не хватило самой малости, — задумчиво произносит, а на его лице возникает улыбка. — Ещё немного извращений, Амалия, и…

— Не подходи! Буду царапаться! — угрожаю, поняв, что между нами осталось всего два шага, а то и меньше.

— Я знаю, — спокойно отвечает, посмотрев на свой исцарапанный бицепс, за который я хваталась во время секса, сама того не осознавая. — Можешь продолжать. Это возбуждает. Я не чувствую боли от твоих коготков, кошка…

— Извращенец!

Тем временем Райнер оказывается вплотную ко мне, и я понимаю, что ловушка захлопнулась. Этот монстр вновь меня поймал. Но ничего ужасного он со мной не сделает, потому что… я ему ещё нужна. И всегда буду нужна, потому что он зависим мной. Приятно так…

— Руки вверх, Амалия, — проговаривает, и я повинуюсь, ведь другого выхода у меня нет. Возьмёт силой, а это больно и неприятно. Лучше поиграть роль послушной девочки, а в конце получить приз, чем очередное наказание, которое последует за этим поучительным мучением.

— И что дальше? — обиженно спрашиваю его, когда он пристёгивает мои руки к трубе над нашими головами. — Анал, БДСМ, порка? Какие эротические фантазии в вашей голове, мистер Хартманн?

— Какая ты скучная, кошка, — шепчет и в одну секунду разворачивает меня лицом к стене. Его руки в одну секунду оказываются на моей спине, еле ощутимо проходясь пальцами по позвоночнику, заставляя меня прикрыть глаза, и попытаться сделать эти прикосновения более ощутимыми, но предугадав то, чего я хочу, стал рушить каждый мой план. — Знаешь, я не хотел этого раньше признавать, но думаю Лайла права, — проговаривает, но от своего занятия не отвлекается. — Мне нравится играть с тобой, говорить, спать, трахаться… Мне даже нравится тебя слушать, Амалия, — короткий смешок. — Не люблю слушать сук,… но ты не они. Ты интересная…

— Только интересная? — не выдержав, задаю вопрос, который вылетает из моего рта вместе со стоном, потому как мужчина решил всё же, чем будет меня наказывать: поркой.

— Нет, — отвечает и грубо сжимает мои ягодицы в своих руках. — Но это всё принадлежит только мне одну. Поэтому я доволен. Поэтому ты жива ещё… — шлепок. — Поэтому в моём доме… — очередной удар. — Поэтому ты мать моего сына… — мой стон. — Поэтому я бешусь, когда рядом с тобой твой сопляк и мой племянник… — хватает меня сзади за голову, заставляя запрокинуть голову. — Моя же?

— Твоя… — выдыхаю. — Твоя плохая девочка… только твоя… — шепчу не в силах молчать, потому что хочу говорить об этом! Кричать!

— Моя хорошая девочка… — шепчет. — И это моя тайна,… которую ты сохранишь в секрете.

— Я люблю тебя, Райнер, — произношу и разворачиваюсь в его руках, чтобы увидеть его глаза и понять его реакцию на мои слова. Я так хочу, чтобы он улыбнулся на мои слова. Хочу, чтобы он понял, что я больше никому не буду принадлежать кроме него. После встречи с ним все мужчины потеряли для меня привлекательность, сексуальность и интерес. Хочу, чтобы он это знал и возможно когда-нибудь, и он ответит мне этими же словами,… хотя это маловероятно.

— И я… — еле слышно выдыхает и мне даже кажется, что он этого не говорил, но его глаза… Они говорят то же самое. Они горят, искрятся и дарят тепло.

Впервые он открылся мне, и я счастлива. Кажется, мир сошёл с ума. Этот мужчина, что всегда терзает меня, сказал, что любит. Смотрит на меня так, словно я для него всё… Нет, кажется, это я схожу с ума…