Глава 15

Кристина

– Может, ты всё-таки отдашь его мне?

Пыхтя, Алиса попыталась поднять пакет выше. Едва не споткнулась, но упрямо продолжала сжимать ручки. С того момента, как мы вышли из такси, она не выпускала его из рук. Платье, которое мы выбрали, понравилось ей настолько, что поначалу она вообще хотела пойти домой прямо в нём. Уговорить её снять его удалось с трудом.

– Алис, – позвала я и, когда дочь подняла взгляд, с упрёком качнула головой. – Сейчас споткнёшься и упадёшь. Будешь в красивом платье с ободранными коленками. Ты этого добиваешься?

– Ты говорила, что мы заберём мои другие платья, а мы не забрали. А если это тоже потеряется?

– Не потеряется.

Она поколебалась, но платье всё-таки отдала. Я действительно обещала, что скоро она получит свои игрушки и другие вещи. Но дело затягивалось. Ехать в дом Дмитрия сама я не хотела, да и вряд ли бы мне позволили зайти даже за ограду. Оставалось ждать, пока вещи соберёт горничная. Можно было обойтись и без этого – Рихард настаивал на том, чтобы купить всё, что нужно. Но жизнь Алисы и так перевернулась. Лишать её любимых игрушек и того, что ей было дорого, я не хотела.

Время летело так быстро, что я не успела заметить, как три недели до свадьбы превратились в три дня. С самого утра мы с дочерью отправились штурмовать магазины. Лента для волос, белоснежные маленькие туфельки и, конечно же, маленькое свадебное платье. Мы втроём и самые близкие люди. Хотелось, чтобы этот день стал по-настоящему особенным. Нашим.

– …большие связи, – услышала я, открыв дверь в квартиру. Голос показался мне знакомым. – Ты не сможешь ничего сделать.

– Эта чёртова система давно прогнила, – Рихард был не в духе.

С утра он уехал на какую-то встречу. Подвёз нас до центра, всучил карточку и сказал, чтобы мы ни в чём себе не отказывали. Ничего определённого по поводу того, когда вернётся, он мне не сказал. Честно говоря, я не ожидала застать его дома.

Голоса приближались.

– Сразу было понятно, чем кончится дело.

Яков. Это точно был он. Рихард мог бы и предупредить, что они приедут. Не успела я подумать об этом, муж Мирославы вышел в коридор.

– Этот сукин сын… – за ним появился и Ард. Увидел меня и замолчал. Осмотрел с головы до ног, перевёл взгляд на Алису и опять на меня.

– Вы рано.

– Простите, если помешали, – поставила пакет на тумбу. – То же могу сказать про тебя.

Выглядел он мрачным и крайне раздосадованным. Глаза гневно блестели. Яков был не многим лучше. Не знаю, что там у них случилось – лезть с расспросами, пока Яков тут, я не хотела. Рихард стиснул челюсти. Мне показалось, что он как-то странно напряжён, что смотрит он на нас тоже как-то странно. Нет, не на нас – на меня.

– Я поеду, – прервал повисшее молчание Яков. – Обещал Мире быть пораньше. Не горячись, Ард. Этим ты ничего не изменишь.

– Именно сейчас это некстати. Чёрт бы его побрал.

Я помогла снять Алисе сандалии, разулась сама и повела её в комнату. Ощущение было, что при мне эти двое говорить не хотят. Стало неприятно. Не из-за того, что Рихард, как всегда, не считал нужным делиться со мной, а из-за чувства, что от меня что-то скрывают. Первый раз оно появилось в тот день, когда мы ходили в цирк. Во время нашего разговора после представления. Тогда оно было таким невесомым, что я почти не обратила на него внимания. Почти. Потом появлялось лёгкой дымкой ещё пару раз. А вот сейчас… Не закрывая дверь спальни, я прислушалась.

– … сейчас это уже ничего не меняет.

– Тем более. Всё, давай. Обещал Мире быть пораньше.

Вслед за ещё несколькими ничего не значащими фразами раздался хлопок двери. В квартире стало тихо. Только Алиса шуршала обёрткой от коробочки с набором для лепки. Пластилин интересовал её куда больше взрослых разговоров. Скорее всего, я просто накручивала себя. Последние месяцы я жила в постоянном страхе, постоянном ожидании. Ещё и свадьба. Я ждала этого дня так давно… Ждала, потом перестала ждать и верить, а теперь опять.

– Вы тут, – вошёл в комнату Рихард.

– А где нам ещё быть? – я присмотрелась к нему. – Что опять случилось, Ард? Зачем приезжал Яков?

– Ерунда.

– Не ерунда, – возразила я. Видела, что не ерунда. Подошла к нему. – Не ври. Почему ты не хочешь мне рассказать?

– Потому что это не важно.

– Если бы это было не важно, ты бы не хмурился, – заглянула в глаза и дотронулась до его лба. Кончиками пальцев провела по переносице. – Расскажи. Мне важно, что с тобой происходит.

– Ничего не происходит, – взял мою руку и собрал пальцы. – Да и рассказывать нечего. Кое-что по работе, – спрятал мой кулак в ладони. – Пойдём, лучше покажу тебе то, что действительно важно. Алис, – позвал дочь. – Пойдём с нами.

Она отвлеклась от пластилина. Не подошла, но в глазах мелькнул интерес. Вот ведь лисичка!

Рихард вышел первым, мы за ним.

– Мой мишка! – радостно воскликнула Алиса, когда мы вошли в гостевую комнату. – И Ляля, – разулыбалась, взяла куклу.

У стены стояло несколько коробок. На них и рядом – на столе, на постели, были её игрушки. Я тоже улыбнулась, видя, как счастлива дочь. Уже и не надеялась, что получится забрать её игрушки. Дмитрий запросто мог распорядиться, чтобы их уничтожили, как и любое напоминание о нас в доме.

– Спасибо, – поблагодарила Арда. – Ей это сейчас важно.

Он кивнул на дверь. Мы вышли из комнаты Алисы и зашли в другую.

– Когда ты успел?! – ахнула я. Окно было завешано бирюзовой занавеской, в углу стоял светлый комод, пол был застелен ковром.

На следующий же день после нашего переезда в квартиру мы занялись обустройством спальни, но ещё вчера она была пустой. Всё, что было сделано – переклеены обои. Ни мебели, ни этого самого ковра, на котором мы стояли.

– Вот это действительно важно, – Ард довольно улыбнулся. Подвёл меня к комоду и, открыв каталог, показал на представленные в нём покрывала. – Займись лучше этим. А не той ерундой, которая не должна тебя волновать.

Ладони его легли на мою талию, опустились на бёдра. Забыв про каталог, я повернулась в его руках. Он прижал меня к деревянным ящичкам, ручка одного из них упёрлась мне в ягодицу.

– Алиса, – только и успела шепнуть прежде, чем Рихард накрыл мой рот своим. Остановить его у меня не хватило воли.

Коснулась его шеи и принялась отвечать. Это было так хорошо, что тревога рассеялась мгновенно. Просто свадьба через три дня. Просто так много всего…

– Как же я хочу тебя, Крис, – просипел Ард, вжимая меня ещё сильнее.

– Сильно хочешь, – согласилась я. Чувствовала его твёрдый пах, и сама начинала дрожать.

– Очень сильно, – прикусил губу. – Может…

Внезапно раздавшийся грохот заставил нас обернуться. Я опомнилась первая. Бросилась в коридор. Там было пусто, как и в спальне. Залетела в кухню.

– Алиса! – сердито вскрикнула, увидев рассыпанные по полу конфеты. У столешницы стоял стул, дверца верхнего кухонного шкафчика была распахнута. На полу лежала перевёрнутая конфетница. Дочь стояла рядом, губы и руки её были выпачканы шоколадом. – Кто тебе разрешил?! Ты…

– Кража со взломом, – Ард положил ладонь на спинку стула. – Знаешь, какое наказание за это полагается?

Дочь быстро замотала головой.

– Я ничего не крала. Я просто хотела…

– Улики на лицо.

– Скорее на лице, – я была сердита. Раньше она ничего подобного себе не позволяла. А тут…

Подняла конфетницу. Ард забрал её у меня и подал Алисе.

– Для начала собери всё с пола.

Нехотя она взяла конфетницу. Рихард хмыкнул. Дочь принялась собирать рассыпанное.

– Я такого от тебя не ожидала, Алиса.

– Говорю же, ты её недооцениваешь, – Ард подобрал с пола две конфеты. Подал одну мне и, подцепив за петельку на джинсах, заставил подойти. – А зря, Крис, – насмешливый и одновременно серьёзный взгляд. – Не забывай, чья она дочь.

– Мама, – тихонько позвала меня Алиса, лёжа в постели.

Глаза у неё слипались, но она продолжала бороться со сном.

Я кивком спросила её, в чём дело. Она притихла в нерешительности, но потом всё-таки сказала:

– Мне нравится дядя Ард.

– Мне он тоже нравится, – ответила честно, с тронувшей губы улыбкой. Погладила дочь по ладошке. – В этом нет ничего плохого. Если захочешь, можешь сказать ему, что он тебе нравится. Думаю, это его обрадует.

– А папа? – ещё немного помедлив, спросила она.

– Что папа?

– Папа рассердится. Ма-а-ам… Он так злился, когда тебя не было. На Иру кричал, а потом взял и прогнал её. Она плакала, а он всё равно её прогнал.

– Кто такая Ира? – её слова стали для меня полной неожиданностью.

Наверняка зная, что она скажет, я всё равно ждала подтверждения. Всё это было уже не важным, осталось позади. Да какая мне вообще разница?! Дмитрий уже давно перестал быть частью моей жизни. Не день, не месяц и даже не год назад. И всё равно сейчас я ждала ответа от дочери со странной смесью горечи, сожаления и непонимания.

– Ну… Ира, – Лисичка сдвинула бровки. – Когда ты ушла, пришла она. А потом папа её прогнал, и она тоже ушла.

Я вздохнула. Вот, значит, как. На том банкете, куда притащил меня Рихард, всё выглядело иначе. Но сейчас это уже в самом деле не имеет значения. Пора мне прекратить думать и о бывшем муже, и о том, почему всё сложилось так, как сложилось. Было ли потрачено это время впустую? Когда-то я сказала бы, что да. Но сейчас, поглаживая дочь по ладони, глядя на неё, я понимала, что не права. Разве могу я наверняка знать, как сложилось бы у нас с Ардом, не расстанься мы тогда? Что, если бы мы так или иначе всё разрушили? Может быть, к этому моменту у нас была бы большая крепкая семья, а может быть, не было бы ничего. И Алисы тоже бы не было.

Сон всё-таки одержал верх. Ещё некоторое время Алиса пыталась держаться, но потом сомкнула веки, дыхание её было ровным и лёгким. Я выключила ночник. Притворила дверь детской и, всё ещё не в силах до конца отогнать мысли, остановилась напротив кабинета Арда. Он сидел за столом и просматривал бумаги. Почувствовав мой взгляд, поднял голову. Я молчала, продолжая смотреть на него до тех пор, пока он не выдвинул ящик и жестом не подозвал меня к себе.

– Это что? – спросила, когда он протянул мне плоскую коробку величиной с альбомный лист. Два её угла по диагонали были перехвачены серебристой атласной лентой.

– Свадебный подарок.

Взяла, но сразу открывать не стала, хотя сказать, что мне было любопытно, значило не сказать ничего. Случайно увидела документы, лежащие на столе и стикер. Это было дело, которое Рихард называл делом истерички с котом. Он перехватил мой взгляд.

– Слава Богу, с этим покончено.

– Ты вернул ей кота? – улыбнулась.

Рихард хмыкнул.

– Вернул, – молча указал на коробку с лентой. – Открой, Кристина.

Он неотрывно смотрел мне в глаза. Я вдруг почувствовала такое волнение, что стало трудно дышать. Руки похолодели. Слишком уж пристальным был взгляд Рихарда. Он буквально проникал в душу, в самые её потаённые уголочки.

Губы мои дрогнули. Я слабо улыбнулась. Почему-то стало не по себе до такой степени, что засосало под ложечкой. Сняв с коробки крышку, положила её на стол. Внутри оказалась тонкая папка без надписей. Только в самом уголке были выдавлены такие же серебристые, как и лента, буквы «RA». Открыла её и, бегло прочитав первые строчки, едва не выронила. Не веря своим глазам, посмотрела на Арда.

– Хотел отдать тебе в день свадьбы, но подумал, что нечего тянуть.

– Но как? – шёпотом, всё ещё до конца не веря.

В папке было постановление суда. Постановление, по которому мне не просто возвращали родительские права – я получала право полной опеки над дочерью. Голова пошла кругом. Следующее заседание должно было состояться только через неделю. После задержания Дмитрия я несколько раз разговаривала со следователем, прошла медицинскую экспертизу, зафиксировавшую следы на моей шее. В моём присутствии Алиса разговаривала с детским психологом, но…

– Как?

– Скажем, суд принял к рассмотрению все детали и рассмотрел дело вне очереди без твоего присутствия. Остальное знать тебе не обязательно. Главное, что теперь Алиса с тобой.

– С нами, – поправила я. Не глядя положила папку на стол, схватила Рихарда за руку. – С нами, Ард. Ты… у меня нет слов. Это… – я прикрыла глаза, качая головой. Разве могли хоть какие-то слова стать отражением того, что творилось внутри меня?!

Каждый божий день я опасалась, что органы опеки отберут у меня Алису. Что Дима надавит на нужные точки, и даже нахождение в следственном изоляторе не помешает ему сделать это. Алиса была со мной, но до этого момента прав на неё я, в сущности, не имела. А теперь… Радость охватывала меня постепенно. Из крохотной точки она превращалась в огромный солнечный шар. Сдавленный смех слетел с губ вместе с брызнувшими из глаз слезами. Я плакала и смеялась, чувствуя себя глупой и счастливой.

– Спасибо. Спасибо, Ард. Спасибо тебе. Ты… Господи, Ард!

Рихард подхватил меня и посадил на край стола. Положил руки на бёдра. Я обвила его лицо ладонями и поцеловала. Нежно, неспешно, поглаживая скулы. Прижалась к его лбу своим и шмыгнула носом.

– Это лучший свадебный подарок, какой только ты мог мне сделать.

– У меня были свои корыстные интересы, – он сжал мои бёдра и отпустил.

Я мотнула головой.

– Теперь всё будет хорошо, – вздохнула. Соскользнула со стола, придерживаясь за шею Арда. Поцеловала ещё раз и повторила: – Наконец-то у нас всё будет хорошо.