Глава 15

Дуня весь день пыталась найти себе заботы. Однако Маргарита Павловна запретила ей хлопотать по хозяйству. А Аня предложила устроиться на шезлонгах в саду. День был солнечным, теплым, весенним. Вода прогрелась, и теперь, на закате была достаточно теплой для купания. Вот только плескаться в бассейне Дуня совсем не хотела. Да и купальников у них с Аней здесь не было.

– Ой, да кто нас здесь видит, да? – фыркнула Аня и, сбросив юбку, тонкий свитер и обувь, сиганула в воду прямо в спортивной майке и белье.

– Анюта, ты совсем бесстрашная, – рассмеялась Дуня, видя, как подруга, фыркая, вынырнула из воды. – Холодно же!

– Шикарно! В самый раз! – рассмеялась Аня.

– Схожу за полотенцем, – решила Дуня и вернулась в дом.

Отыскав в ванной одной из гостевых спален первого этажа полотенце, девушка вернулась в сад. А там Аня уже была не одна. У кромки бассейна стоял Тахиров, скрестив руки на груди. Аня, все еще находясь в воде, смотрела на парня убийственным взглядом. Наверняка, способным размазать Тамерлана по плитке. Однако мужчина широко и дерзко улыбался и не торопился уходить.

– Вали отсюда, убогий! – зыркала Аня на парня.

– Давай руку, русалка, помогу вылезти, – парировал Тахиров.

Аня поплыла в обратную от собеседника сторону. А Дуня поторопилась с полотенцем. И потом, если Тамерлан приехал, то, значит, и Георгий уже здесь.

И когда Дуня, оставив полотенце на шезлонге, собралась вернуться в дом, Тамерлан вдруг остановил ее:

– Нельзя пока в дом, Евдокия Андреевна. Там незваные гости. Лучше побудьте здесь.

– А Георгий? С ним…

– Жив-здоров, – хмыкнул Тахиров. – Это же Ирбис. Что с ним станет?

Дуня кивнула, обхватила себя руками и замерла, глядя на то, как Аня плавает в теплой воде. И темно уже стало, только свет фонарей освещал часть сада и бассейн.

– Странная она девушка, – задумчиво пробормотал Тахиров, будто ни к кому и не обращался.

– Аня хороший друг, – решительно произнесла Дуня.

– Если хороший друг не выползет из воды, сляжет с пневмонией утром, – хмыкнул Тамерлан.

– Не сляжет. Анька никогда не простужается, – улыбнулась Дуня.

– Говорю же, странная она, – подмигнул Тамерлан и подхватил полотенце.

Дуня наблюдала за тем, как мужчина шагает к дальнему бортику бассейна. Аня оттолкнулась и поплыла обратно, как только увидела, что Тахиров караулит ее там.

Было забавно наблюдать за это парочкой. Дуня даже улыбнулась, когда Аня все же решила завершить водные процедуры и ухватилась за лестницу, чтобы подняться по ступеням. Однако мужскую руку проигнорировала. Выдернула полотенце и завернулась в него.

– Замерзнешь же! – разобрала Дуня недовольный голос Тахирова.

Обернулась, увидела, как Аня величественно присаживается на шезлонг, обтирается, игнорируя предложенный мужчиной пиджак.

– Отвали…те! – шикнула Аня, когда парень возобновил попытку укрыть ее поверх полотенца.

Дуня украдкой улыбнулась. Странная парочка. Странная. Но в Тахирове Дуняша не чувствовала угрозы для Ани. Здесь явно читался мужской интерес.

Присев в плетеное кресло у самого входа в дом, где уже замер Вадим – личный охранник Дуни, девушка вздохнула. Хотелось, чтобы те самые незваные гости побыстрее уехали из особняка. И тогда Георгий вновь вспомнил бы о том, что Дуня его ждет.

Девушка лениво слушала, как препираются Аня с Тамерланом. В итоге мужчина победил, укутал ее в свой пиджак и присев рядом, принялся растирать плечи и спину Ани. Наверняка, подруга все же замерзла. И весьма кстати Маргарита Павловна принесла мягкий теплый плед.

Анютка пригрелась, замолчала, что было ей совершенно не свойственно.

А Дуня начала думать о Гоше. Вспоминала их встречу в клубе. Их разговор. Его обидные слова. И те слова, что слышала от него этой ночью и утром.

Будто два разных человека. Будто тот, грубый Ирбис, был чужаком. А вот тот, что держал ее в руках, дарил неземные ласки и удовольствие, принадлежал только ей одной.

А надолго ли?

Дуня растерла лицо ладонями. Насколько она здесь? До завтра? На неделю? На месяц? Пока не надоест? А когда надоест?

Было страшно признаваться себе, что привыкла. Привыкла к жадным рукам и тяжелому взгляду. Георгий, как наркотик, незаметно проник в ее организм, привязал к себе, сделал зависимой. А потом что? Ломка?

Телефон, спрятанный в кармане спортивного костюма, ожил. Дуня не сразу поняла, что звонит именно ее гаджет. Непривычно ведь. Все, кто мог звонить, и чьего звонка Дуня ждала бы, находились в особняке. А потому девушка решила, что это вновь отец, или его люди.

Не ошиблась. За незнакомой комбинацией цифр скрывался знакомый голос родителя.

– Ну, как, доченька, твои успехи? Замолвила словечко за старика?

– Вас уже отпустили? – вместо приветствия уточнила Дуня, а сама поднялась с кресла.

Если рядом не было Гоши, то наверняка Тамерлан сможет подсказать, как быть дальше.

Дуня приблизилась к шезлонгам, жестом показала Тахирову, чтобы молчал, а сама включила громкую связь.

– С бандитами удалось договориться, Евдокия, меня отпустили, – спокойно ответил Коротков. – Я так понимаю, что Ирбис потакает всем твоим капризам. Это хорошо, дочь. Прекрасно.

Дуня отчаянно замотала головой, глядя на Тахирова.

Тамир показал жестом, что Дуне нужно тянуть время и дальше. Поднял большой палец вверх, словно говоря, что Дуня молодец и все делает правильно. А сам торопливо начал что-то печатать в своем телефоне.

– Что вам нужно от меня? Все что можно, вы уже отобрали! – произнесла Дуня.

– Не все, Дуняша, не все, – хмыкнул Коротков. – Дуняша… Так он тебя называет, да? Удивительно, как легко и быстро ты приручила хищника, дочка. Но ведь в тебе моя кровь. Ты Короткова. И должна понимать, что спишь с врагом.

Дуня молчала, только зло прищурилась, глядя на мобильный в своей ладони.

Если уж кого и воспринимала Дуня врагом, так это совсем не Георгий.

– Это мое личное дело, с кем спать, – резко ответила Дуня.

– Это бизнес, дочь! Делай, как велю! Или ты забыла о подружке? Так я напомню. Моим парням она как раз пришлась по вкусу, – насмешливый голос отца неприятно резал слух Дуни.

– Что за…? – начал было Тахиров, но Аня тут же накрыла его рот ладонью, чтобы молчал.

– Не трогайте Аню! – торопливо произнесла Дуня.

– Другое дело, дочка, – похвалил Коротков. – Ты должна сделать так, чтобы Ирбис оказался в нужном месте в нужное время. Подробности я скину сообщением. И чтобы без фокусов, поняла?

Последние слова Коротков произносил торопливо, словно у него закончилось время на беседы. Или терпение.

Звонок завершился. Дуня села, выронила телефон на колени.

– Что за хрень творится, а? – возмутился Тахиров и тут же поднес свой гаджет к уху. – Засекли? Номер пробили?

И пока Тамерлан говорил, Дуня поняла, что Георгий рядом. Не видела его, просто ощутила, как затылок пронзили сотни острых иголок, а по спине – мурашки.

Дуня стремительно обернулась. Поняла, что две предательские слезинки все же скатились по щекам. И спокойно думать не получалось. Внутри кипели и бурлили эмоции. Они разрывали Дуняшу на части.

Ирбис стоял в нескольких метрах от нее, а она видела всего его, целиком, от залегшей меж бровей морщинки, до поджатых в недовольстве губ.

Дуня не помнила, как поднялась на ноги и сделала несмелый шаг к Ирбису. А потом просто побежала. К нему. Так хотелось ощутить тот покой и чувство защищенности, когда она в сильных руках этого мужчины.

Гоша, сцепив зубы, беззвучно ухнул. Ребра трещали. И хорошо, что Георгий послушал Макса, надел броник на «стрелку». Так бы не стоял сейчас перед Дуняшей.

А она обнимала его тонкими руками и щекой прижималась к рубашке.

Кайф же, кайф! Чего еще желать от жизни, а?

– Чего рыдаем? – глухо уточнил Ирбис, подметив следы слез. Но отстраниться сейчас от Дуняши, даже чтобы посмотреть в красивые глазки, Гоша не мог. И сам ощущал дикую потребность в этой девушке, в своей женщине.

– Папаша звонил, – хмуро ответила Аня и попыталась встать с шезлонга.

Однако Тамерлан придавил ее своей лапищей, заставляя оставаться на месте.

– Да не рыпайся ты! – рыкнул Тахиров. – Ни шагу без охраны! Усекла?

– Нужна мне больно твоя охрана, – негромко проворчала Аня.

– Лучше молчи, Анюта! – еще громче рявкнул Тахиров, поправил плед на девичьих плечах и только потом встал и взглянул на Ирбиса: – Звонок отследили. Отправлять парней?

– Рано. Пусть расслабится, – мотнул головой Ирбис. У него были другие планы на грядущий вечер. А Коротков, сука, никуда теперь из города не денется.

* * *