Глава 7, · в которой Тася заводит питомца, обретает подругу и ведет протокол

В итоге мы с бармосуром сошлись на том, что постараемся быть друг другу полезными.

Я – зарегистрирую его как своего питомца. А он – поможет мне как можно дольше скрывать то, что я совсем не человек. И совместное проживание сыграет в этом немалую роль, потому что мой запах достаточно слабый и отлично будет маскироваться запахом бармосура.

Надеюсь, что только от нечисти, потому что пахнуть для людей не хотелось бы. Не то чтобы от Сурика воняло… но шерсть все-таки не духи!

В общем, мы с Суриком не стали ничего откладывать и отправились в регистрационный отдел Хармарской академии. И я пламенно заверяла служащих, что всегда мечтала о разумной нечисти. Встретила вот бармосура – и сразу же поняла, что это именно то, что мне нужно!

Спустя полчаса Пусинда Касиопис стала почетной обладательницей домашнего питомца.

Сурик радостно умчался в мои комнаты – то есть теперь наши, – а я впервые задумалась о том, что эту самую комнату как-то нужно будет поддерживать в чистоте!

В конспектах Пуси были и записи по бытовой магии.

И в целом учитывая уникальные особенности моей памяти, это оказалось посильно изучить. Самое сложное: освоить разные положения пальцев на руках. Оказалось, что от этого зависит вектор направления магического потока.

Я быстро поняла, что если приложить безымянный палец к большому, согнув его под углом девяносто градусов к ладони, энергия пойдет налево. Если угол будет тридцать градусов – то направо… И так далее.

Во многом меня спасало еще и весьма гибкое тело и подвижные суставы. Потому что выломать пальцы под нужным углом труда не составило. Чисто физиологически мне сразу оказалось посильно то, на что у людей уходят годы тренировок.

Вчера талантливая я сумела магическим путем отгладить доставшееся мне платье и чепец! Так что разберусь и с уборкой!

Только сначала нужно разобраться с оставшимися делопроизводительными артефактами… После обеда, потому что я и так почти на него опоздала.

* * *

В столовой было практически пусто. За преподавательским столом – единственная женщина, за студенческими – от силы человек десять. Подумав, я присоединилась к женщине-преподавателю, которая задумчиво ковырялась вилкой в каком-то салате.

А стол-то пустой… Вчера ломился от разных блюд. Все уже слопали, что ли?

Тетка, видимо заметив, что я печально рассматриваю столешницу, оторвалась от своего салата и спросила:

– Вы новая секретарша ректора, да? У вас еще такое имя… необычное. Очень звучное, знаете ли.

Она растерянно перебрала пальцами в воздухе, словно пытаясь выудить из памяти нужное слово.

– Пусинда, – напомнила я. Издевается, что ли?

– Да-да. И у него, должно быть, столько вариаций… – вздохнула она. – Пусия, Синда, Усина…

О-о-о…

– Лучше просто Пусинда, – твердо сказала я.

Женщина моргнула, словно приходя в себя.

– Я вас не задела своей забывчивостью и перебором сокращений? Один студент пару дней назад наложил на меня заклятие – неудачную попытку ментального контроля. С тех пор что в голове, то и на языке, даже обдумать не успеваю! Такое чувство, будто я теперь не разговариваю, а проговариваюсь.

– А это нормально, что студенты могут вот так поступать? – осторожно спросила я. – Ментальный контроль – звучит серьезно.

И неприятно.

– Так они же не нарочно! – отмахнулась женщина. – Дети, сами понимаете, да и срок действия всего неделя! Можно и потерпеть. Кстати, а я Сая.

– Приятно познакомиться.

– Да, просто Сая и никаких сокращений, – вздохнула она, словно не слыша меня. – Даже если назвать ласково – Саечка, так это ведь название булки… Ужасно!

Ну, всяко лучше, чем Пусечка! Но вслух я этого не сказала.

– Булку бы получить неплохо, – вздохнула, косясь на тарелку соседки: – Не подскажете, а где можно добыть еду? Я вот опоздала…

Женщина разулыбалась и разом стала гораздо очаровательнее.

Не сказать что красавица, но черты лица мягкие, взгляд открытый. И никакая она не тетка – лет двадцать пять, может, чуть больше. Правда, выглядит как образцовая преподавательница факультета чего-то туманного и давно забытого – вроде древнеэльфийской этики.

Этакий синий чулок.

Каштановые волосы туго затянуты в пучок, веснушки и огромные очки в толстой черепаховой оправе. Бесформенная коричневая юбка, строгая белая блуза по типу мужской рубашки, с воротником, застегнутым под горло. И квадратный синий беретик! Нет, студенты все в таких беретиках, а вот преподы практически их не носят. Разве что завхоз. И эта вот… Сая.

– С удовольствием вам расскажу. Смотрите, Пусинда! – Она подхватила со столешницы тоненькую папку. – Это меню. В академической столовой все очень просто и удобно устроено: выбираете блюдо, удерживаете пальцем и говорите вслух название. Что вы хотите съесть?

– Суп… Мм… – Я всмотрелась в список и ткнула пальцем: – Вот, куриная лапша с зеленью. Ой!

Передо мной беззвучно возникла глубокая тарелка с благоухающим супчиком и столовые приборы.

Отлично!

Потыкав в аппетитные названия, я принялась обедать, на некоторое время забыв о новой знакомой.

– Рекомендую клубничные пирожные, – подсказала Сая, чуть склонившись ко мне. – Они просто великолепны. Но мне, увы, нельзя. Раз в неделю – предел дозволенного.

– Диета? – пробубнила я, дожевывая пирог и прицеливаясь пальцем в названный ею десерт.

– О нет-нет. Ах, мне нет дела до моей фигуры! – Она покачала головой. – Просто… леди не должны показывать, что получают удовольствие от еды. Это дурной тон. И сладости – особенно. Это же… почти неприлично.

Она запнулась, посмотрела на меня, на тарелки и тут же вспыхнула:

– Простите! Я совсем не это имела в виду.

Мы обе уставились на три пустые тарелки, стоявшие около меня.

– Эм-м… – протянула я. – Вы правы, конечно. Просто я не всегда успеваю поужинать.

– И правильно! – обрадованно закивала Сая. – Ужин – это вообще ужас. А если еще в присутствии мужчин – так это же верх неприличия. Мужчины всегда так смотрят, что просто кусок в рот не лезет. Я на обед-то стараюсь приходить самой последней.

М-да… как она вообще живет? И откуда взяла такие странные правила этикета? Если я правильно помню, то в этом мире подобного угнетения женщин нет. Вон студентки спокойно едят вместе со студентами.

Да и сам факт того, что им доступно образование, уже о многом говорит.

– Как приятно встретить человека, который разделяет эти принципы! Сейчас ведь все наоборот – студентки еду жуют на ходу, сидя на подоконниках. А как одеваются! – Сая всплеснула руками. – Ладно бы девицы. Но и преподавательницы все чаще забывают о скромности… хотя они, конечно, взрослые женщины, которые уже не стремятся замуж… Впрочем, я тоже туда не стремлюсь!

– А вы какой предмет преподаете?

– О, я всего лишь библиотекарь. Сая Мирандис, к вашим услугам.

К услугам – это хорошо…

– Скажите, Сая, а вы ведь наверняка знаете, где в Хармаре находятся магазины одежды?

– Некоторые знаю. О, вы не местная? Знаете, Пусинда, я могу показать вам прекрасный недорогой магазинчик, совсем недалеко от академии. Я вижу, мы с вами предпочитаем похожий стиль одежды…

Да уж. Пусино платьице – воистину верх приличий! Все закрытое, до щиколоток, совершенно старушечьего покроя… И вряд ли это местная мода, судя по остальным преподавательницам. Они довольно стильно одеты. Ну вот не считая библиотекарши…

Я бы тоже с радостью приоделась, но мало что будет удачно смотреться с моим прелестным головным убором. Потому пока так…

– Буду очень благодарна, Сая, если вы составите мне компанию в прогулке по городу. А сегодня сможете? Часов в шесть вечера. Раньше не получится, у меня совещание… то есть у ректора совещание.

Потому что в качестве проводника по магазинам эта Сая Мирандис – однозначно лучше, чем линяющий котобелк!

– Конечно! – немедленно согласилась библиотекарша. – Но как же я вам сочувствую!

– В чем? – не поняла я.

– Совещание! Целый час или даже больше провести наедине с мужчинами… это ужасно!

– Верх неприличия, – согласилась я. – Но что делать, работа. А разве в библиотеку мужчины не ходят?

– Ходят, – кивнула Сая. – Но я стараюсь общаться с ними как можно меньше. Хотя эти студенты ужасно шумные и невоспитанные. Вот профессора все же хоть какие-то манеры имеют… Особенно профессор Эйдан.

Ее глаза, кстати большие и карие, будто заволокло мечтательной дымкой.

– Он старается говорить со мной как можно меньше! И это так мило с его стороны, – вздохнула она.

– Профессор Эйдан – очень красивый мужчина, – заметила я, поднимаясь.

– Ах, что вы, Пусинда! Я с этой точки зрения вообще на него не смотрела, – уверила Сая, заливаясь румянцем.

Ну да, ну да. Верю.

С трудом удерживая ухмылку, я распрощалась с библиотекаршей до вечера. А напоследок услышала:

– Я так рада, что вы теперь здесь работаете! Сразу поняла, что мы одного круга и найдем общий язык.

И не дай бог подружимся… Хотя, может, мне удастся ее перевоспитать?

Или хотя бы узнать, откуда растут уши странных убеждений о жизни, мужчинах и вообще… о неприличности.

* * *

Добравшись до ректорской приемной, я погрузилась в работу. Сперва следила за почтовым автоматом. Артефакт справлялся с потоком писем быстро и четко – настройка прошла успешно. Дальше – записывающее перо. Выглядит как авторучка с пушистым помпоном на конце. Цвет помпона задает режим: синий – диктовка, изумрудный – просто запись речи, сиреневый – стенография с указанием говорящих, а желтый расшифровывает все в текст и переносит на бумагу.

Штука удобная, но без таблицы цветов не разобраться. Хорошо, что у меня идеальная память. Раньше-то я думала, что главное – быть магом, а дальше не вопрос. Палочкой махнул – и получил, что хочешь. Ага, конечно! Оказалось, это целая наука.

И я ее освою! Для начала на бытовом и секретарском уровне.

* * *

В три часа, как Эол и обещал, была встреча с проректорами.

Первыми пришли те памятные мужики, которых я видела еще в первый свой вечер в академии.

– Добрый день, – смерив меня пристальным взглядом, сказал тот, что суровый как начало рабочей недели. – Позвольте представиться: Хант Урвис – проректор по учебной части.

– Ректор назначил встречу на пятнадцать ноль-ноль, но мы пришли чуть раньше, – словно продолжая за ним, добавил второй мужчина, со шрамом на правой щеке. – Меня зовут Арнак Гор, я проректор по хозяйственной части.

Вот это у нас хозяйственник! Ему бы монстров по лесам гонять или сокрушать заклятьями чужую армию, ведь точно боевой маг. Но однозначно – в академии теперь ни в чем не будет недостатка. Ни в оборудовании, ни в учебниках, ни в постельном белье. И тренировочный полигон приведут в порядок, и вообще…

Судя по пухлым папкам в руках визитеров, они пришли с докладами по аудиту.

Мои предположения оказались верны: Эол Девиаль, заступив на должность ректора, на ключевые посты расставил своих подчиненных. Интересно, насколько большая у них команда? Вряд ли крупная, иначе точно был бы делопроизводитель, а не пришлось бы полагаться на милость судьбы в лице первой попавшейся Пусинды.

– Проходите, вас ожидают, – сказала я новым проректорам и кивнула на дверь в ректорский кабинет.

Джентльмены зашли туда и плотно прикрыли за собой створку.

Спустя несколько минут в приемной появился профессор Кайшер Эйдан.

– Добрый вечер, мисс Касиопис, – лучезарно улыбнувшись, поздоровался он, а после стремительно перехватил мою руку и, перегнувшись через стол, поцеловал кончики пальцев. – Или можно просто Пусинда? У нас тут обычно без церемоний.

Я нервно отдернула руку.

– Лучше по фамилии. Вы всегда такой вежливый?

– С прекрасными леди – несомненно.

Очень захотелось заглянуть в зеркало, чтобы проверить, не нарисовалась ли там эта самая леди неземной красы.

Или они все тут извращенцы – любители чепчиков?

Профессиональная деформация на фоне форменных академических беретов! Видимо, передается воздушно-капельным путем, потому что Эол подцепил это очень уж стремительно и даже без лобызаний в десны с местными.

Хотя, может, этот профессор Эйдан действительно хорошо воспитан? Как настоящий джентльмен…

– Могу ли я зайти к господину ректору? – осведомился профессор.

– Не думаю. У него совещание проректоров.

– Мисс, я и есть проректор. По исследовательской части.

– Тогда заходите! – разрешила я.

М-да, нагрузили мужика. И декан, и проректор…

Посмотрев ему вслед, я прикинула, сколько еще должно явиться проректоров. Хозяйственный, учебный и вот исследователь. Вроде бы все на месте.

Я подхватила блокнот, магическую ручку и, встав из-за стола, тоже направилась в кабинет. Постучала, заглянула и робко сказала:

– Лорд Девиаль, ровно три часа. Вы просили подойти, как только все соберутся.

– Верно… – Он немного подумал, но все же произнес мое имя: – Пусинда.

Проректор-хозяйственник невнятно хрюкнул. Видимо, это дивное имечко тоже не оставило его равнодушным!

Все трое сидели за огромным ректорским столом – напротив хозяина кабинета. Оглядевшись, я устроилась на кресле в углу, открыла блокнот и сжала волшебную ручку так крепко, что побелели костяшки пальцев.

От души надеясь, что мы с ручкой не накосячим. Или не накосячим очень уж сильно.

– Итак, господа, – сказал ректор, – приступим.

Так, заклинание и нажать вот тут… Я выдохнула и запустила ручку, придав помпону сиреневый цвет. Наступал самый сложный этап сегодняшнего дня – стенографирование беседы руководящего состава академии.

– Начнем с аудита, – ровно произнес Эол. – Какие проблемы выявились в ходе проверки?

Хант Урвис открыл свою папку и сообщил, не поднимая головы:

– Выявлено много фактических несоответствий.

Волшебная ручка тихо зашуршала, начав вести протокол. Я выдохнула с облегчением. Все-таки иногда магия – это спасение для отчаявшихся новичков. Да здравствуют артефакты, которые нужно всего лишь активировать и поддерживать тонкий магический поток!

– В том числе есть расхождения по оплате обучения, по распределению грантов, – подхватил Арнак Гор. – Плюс выявлены неполадки в инфраструктуре: неисправные защитные чары в лабораториях факультета нечистеведения, а также аварийное состояние тренировочного полигона боевого факультета. Вдобавок…

А чего только не было вдобавок!

Плохое обеспечение студентов и нечисти. Недостаток удобрений и погодных артефактов для оранжереи. Отсутствие необходимого оборудования, которое тем не менее числилось как присутствующее. Форма студентов и преподавателей. И пресловутые простыни, которые действительно оказались в дефиците!

В общем, воровали в Хармарской академии все, что плохо лежит! А что лежало хорошо, то клали плохо и тоже воровали!

За последние три года страшное слово «оптимизация» коснулось практически всего…

Ректор слушал молча. Но очень выразительно! Я впервые увидела, как выражение спокойной уверенности на его лице сменилось чем-то похожим на бешенство.

– Судя по датам, как только магистр Виртон заступил на ректорскую должность, так и начались сложности, – резюмировал Арнак Гор. – Очень хорошо, что в Министерстве образования все же обратили внимание на заявление профессора Эйдана и обратились в наше ведомство.

До чего же интересно в этом мире решают проблемы с образованием! Нет, я понимаю, что разбираться с воровством должна именно полиция или там налоговая служба. Но чтобы и ректором назначали какого-нибудь полковника – такого у нас точно нет. А жаль!

– Несомненно хорошо, – подтвердил упомянутый профессор. – Но было бы еще лучше, если бы министерство озаботилось моим заявлением хотя бы год назад. А лучше три, то есть сразу после того, как я его написал. И продолжал писать все эти годы.

– Бюрократические проволочки, увы, всеобщая беда, – холодно ответил ему ректор. – Но, как видите, господин Эйдан, Королевской службе безопасности потребовалось всего две недели, чтобы оценить масштаб проблемы. Хармарская академия, а главное, факультет нечистеведения слишком ценен для государства, чтобы пустить дело на самотек.

Ага! Значит, и ректор, и его команда – действительно безопасники!

– Лорд Девиаль, я не сомневаюсь, что вы наведете здесь порядок, – кивнул Эйдан. – Но есть и другие вопросы. При магистре Виртоне бюджет на исследовательские работы факультета нечистеведения был сокращен до минимума. С такими средствами любые изыскания бессмысленны. Собираетесь ли выделить бюджет вы?

– Естественно собираюсь. – Ректор смотрел на декана нечистеведов вообще без радости, но и бешенство с лица уже пропало. – Господин Эйдан, как вы относитесь к тому курсу, которого придерживалась академия при лорде Торре, предшественнике магистра Виртона?

– Прекрасно отношусь, – кивнул Эйдан. – Торр провел в кресле ректора пятнадцать лет, и его инициативы были бесценны не только для факультета нечистеведения. А вот при магистре Виртоне совет попечителей стал гораздо меньше, потому нам, собственно, и стало не хватать финансирования. Исследования, как вы понимаете, это дорого. Кстати, из академии ушли некоторые профессора, что вам тоже должно быть известно.

– Профессоров вернем, – коротко сказал Эол. – Значит, так, господа. Урвис, к завтрашнему дню деканы должны подготовить полный список проблем по каждому факультету. Особое внимание – факультету нечистеведения. И тренировочному полигону, разумеется. Нужно будет составить график восстановительных работ.

Он посмотрел на Арнака:

– Гор, подготовьте список подрядчиков и поставщиков, которые могут быстро выполнить ремонт. Сравним цены и заключим новые контракты. Господин Эйдан, я попрошу вас составить единый список того, в чем нуждается ваш факультет. Пусинда!

– Да, господин ректор? – Я вжалась в стул, но заметила, что волшебная ручка продолжала записывать каждое слово – при этом четко и без помарок.

– Подготовьте соответствующее распоряжение. А также поднимите всю информацию о попечителях Хармарской академии. А также о грантах, которые они финансируют, и так далее. Как текущих, так и тех, кто вышел из совета. На этом все, господа проректоры. Пусинда – задержитесь.

Ой…