Глава 8, · в которой Тася пытается объяснить, что она ни в чем не виновата!

Эол остался сидеть за столом, и когда последняя фигура скрылась за дверью, его взгляд встретился с моим. Холодный, пронизывающий, почти бесстрастный – но в этой тишине мне вдруг показалось, что в них мелькнуло что-то большее. Вопрос? Угроза? Или… заинтересованность?

– Я сейчас расшифрую и запротоколирую свои записи и принесу вам! – сказала я, нервно сглотнув.

– Позвольте сначала взглянуть на них.

Хочет посмотреть, как у меня со стенографией?

Я бросила взгляд на блокнот. Вроде бы все нормально… не считая того, что сама-то я стенографии не знаю, а потому проверить работу ручки не могу.

Когда я протянула ректору блокнот, он не взял. Его взгляд задержался на моих руках, потом медленно поднялся выше – к лицу… потом к чепцу… потом опустился к груди! И снова к лицу. Он словно что-то искал, изучал, и это внимание заставляло меня чувствовать себя как под микроскопом.

Так и не взяв из моей протянутой руки блокнот, Эол поднялся, неторопливо обошел стол и остановился прямо передо мной. Я стояла, не решаясь пошевелиться. Его шаги были тихими, почти беззвучными, но в них чувствовалась неотвратимость. Он смотрел на меня как человек, который долго боролся с чем-то внутри себя и вот-вот сдастся.

– С того момента как вы появились на пороге моего кабинета, мисс Касиопис, меня терзает один-единственный вопрос… – Его голос стал ниже, мягче, но в этой мягкости таилась опасность. Он говорил медленно, растягивая слова, словно не хотел, чтобы этот момент заканчивался. – И знаете какой?

Я нервно сглотнула, пытаясь собраться с мыслями.

– Хм… Может, о моем умении стенографировать? – пробормотала я, отчаянно надеясь перевести разговор в безопасное русло.

Он усмехнулся. Но это была не насмешка, а улыбка человека, которому все равно. Который слишком устал от собственных чувств, но никак не может от них избавиться.

– Неверно, – сказал он мягко, почти шепотом. – Я думаю, что мне безумно хочется стать тем, кто увидит ваши волосы.

Что?!

Я замерла, сердце ухнуло куда-то вниз. Что я там ему говорила про волосы? Что дала обет не показывать их до свадьбы? Он что, хочет на мне жениться?!

Заморгав, я вдруг поняла, что пячусь назад и уже уперлась в кресло. Пришлось сесть, чтобы оказаться подальше от ректора, который шел за мной.

Но он тут же наклонился и даже взялся руками за подлокотники кресла.

– И не только волосы, – продолжил он, нагнувшись еще ниже, так, что его дыхание касалось моей кожи. – Кожа такая белая, такая нежная… Хочется узнать, везде ли она такая. И какова она на вкус.

Я вжалась в спинку кресла.

Кто-то из нас сошел с ума. Лучше бы я, чем ректор. Может, мне все это снится?!

– Лорд Девиаль, мне кажется… вам стоит отодвинуться, – сказала я дрогнувшим голосом.

Ректор хмыкнул:

– А мне кажется, что вам, моя любезная секретарша, стоит признаться.

– П-простите?.. В чем признаться?

– В том, что и как вы сделали. – Его глаза сузились, голос стал ниже, почти рычащим. – Потому что это первый случай в моей жизни, когда я взял на работу молоденькую секретаршу! И первый случай, когда мне хочется сотворить подобное с тощим недоразумением в идиотском чепце!

– Что сотворить? – тупо спросила я.

– Попробовать это недоразумение на вкус!

Либо ректор натуральный вурдалак, либо до него наконец дошло, что с ним что-то не так. И с этим «чем-то» связана я! Никогда не думала, что стану надеяться на первое…

Он замолчал, его взгляд скользнул по моим губам, и на секунду я даже подумала, что он поцелует меня прямо сейчас.

Молчание затянулось, в комнате повисла напряженная тишина.

– Это на меня не похоже, – выдохнул наконец он. Голос стал хриплым, почти рычащим. – Я всегда был рассудительным человеком, мисс Касиопис. Я не ведусь на красивые глаза, я не теряю голову из-за женской улыбки. Будем откровенны, меня не впечатлить даже очень интимными ласками. Моя голова отключается ровно на тот период, пока эти ласки продолжаются, – да и то не до конца. Но с вами все иначе. И знаете, что это значит?

Конечно знаю. И знаю, к чему вы ведете, драгоценный лорд Девиаль.

А потому я бесстрашно вскинула на ректора глаза, сцепила руки на груди и с придыханием сказала:

– Конечно знаю! Это значит, что вы тоже влюбились в меня с первого взгляда! Я так рада, так счастлива, что это чувство взаимно!

– Так, подождите… – Он сразу же отодвинулся. Отлично!

– К чему ждать! – всплеснула я руками, и блокнот плавно соскользнул с моих колен на пол, а там почему-то рассыпался на кучу листочков. – Вы сами сказали, что хотите увидеть мои волосы. А значит, готовы на мне жениться! Прочь сомнения – я согласна!

Боги, лишь бы природное нежелание всех мужчин связывать себя узами брака и сейчас пришло мне на помощь!

– Пусинда! – рявкнул Эол и отскочил. – Хватит вешать мне лапшу на уши.

– Я вешаю?! – Обиженно поджав губы, я встала и ткнула его пальцем в грудь: – Это же вы первый начали и открыли мне свои чувства. Я обычно не такая… я бы никогда не решилась! Но случай особенный. Я понимаю, что вы охвачены любовным томлением и даже взяли меня на работе… ой, в смысле, на работу.

Ректор заморгал и сделал два шага в сторону от меня.

А потом вообще ушел к столу, сгреб оттуда тонкий свиток, перевязанный красной лентой. Когда повернулся ко мне, его лицо снова было невозмутимо и спокойно.

– Это ваш график на ближайшую неделю, мисс Касиопис, – сказал он. Тон ровный, взгляд прямой, но в уголках губ мелькнула почти незаметная ухмылка. – И примерный перечень обязанностей. Можете идти.

– А как же мои записи? – Я подняла с пола один из кучи листов и потрясла им.

Почему-то мужик посмотрел сначала на меня, потом на листы, и его отчетливо перекосило.

– Я сам соберу. Уходите наконец!

Да без проблем!

Но в тот момент, когда моя ладонь уже легла на ручку двери, вдруг настежь распахнулась оконная створка.

И в кабинет влетела ворона.

Очень-очень знакомая ворона, которая села на предплечье ректора и громко каркнула.

Мое сердце сначала рухнуло в пятки и там на несколько секунд замерло, а после рвануло под горло и забилось настолько безумно, что этот ритм отдавался в моих ушах.

– У вас остались вопросы, мисс Касиопис? – осведомился ректор, видя, что я стою вполоборота, держась за дверную ручку.

– Да… – медленно кивнула я. – У вас такая красивая птица. Это, наверное, фамильяр?

– Вы поняли верно. Знакомьтесь – Язьмина.

Язя.

Это действительно Язя.

Я опоила хозяина Язи!

* * *

Эол Девиаль, герцог Девиальский, Второй лорд Триумвирата Королевской службы безопасности

Все тридцать пять лет своей жизни я считал себя сдержанным и даже хладнокровным человеком.

Никогда не терял головы и во многом именно поэтому достиг таких внушительных карьерных высот. Я вообще не мог представить, что способно вывести меня из себя. Что или кто.

Действительно сложно!

Потому что вообразить себе Пусинду Касиопис было затруднительно! И еще более тяжело вообразить, что я буду мечтать стянуть с невнятной девицы чепец, платье и белье!

Чепец!

Откуда она вообще его взяла?!

Еще записи ее собирать… Я щелкнул пальцами, и маленький вихрь, подхватив разбросанные по полу листки блокнота, аккуратной стопкой положил их на стол.

Лучше так, чем если бы девушка начала собирать их лично. О да, за те несколько мгновений, пока листы разлетались по ковру, я уже успел вообразить, как она грациозно опустится на колени, изогнет поясницу, потянется вперед…

– Все хор-р-рошо? – осторожно поинтересовалась фамильяра. – Я помешала допросу?

Я лишь невесело усмехнулся:

– Можно и так сказать.

Это действительно должно было стать допросом. Вдумчивым, по всем правилам психологического давления. С железными аргументами, с убийственными доводами!

А в результате? Что в результате… я практически прямым текстом сообщил Пусинде, что она вызывает совсем недетские желания. Она же, очевидно, обрадовалась и предложила пожениться.

Просто великолепно.

Пульс стучал в висках, кровь все быстрее бежала по венам… ниже и ниже, оседая тяжестью в районе бедер. Тихо рыкнув, я с силой ударил кулаком по столу, так, что чернильница подпрыгнула и пролилась на документы.

Вспышка ярости помогла, и я стал чуть более логичен.

В целом мои обвинения обоснованы… Вот только есть один нюанс: у девушки никак не получилось бы что-то сделать ВО ВРЕМЯ собеседования. Я не идиот и прекрасно понимаю, что у того, что мне вдруг понравилась такая… особа, есть причины. И самая логичная – приворот. Это объясняет все!

Ну, предположим, ей удалось… Но зачем привораживать сразу? Не лучше было бы сделать это уже потом, когда она освоится на новом месте? Хотя я ведь мог просто не взять ее на работу…

В любом случае приворот, скорее всего, не особо мощный, потому как у меня несомненно хватило бы силы воли расстаться с милейшей Пусиндой.

Но я поступил правильно: допустил ее к столь желанному месту. Чтобы посмотреть, что же она станет делать.

У нее точно есть сообщники. И лучше им показать, что я повелся на такую оригинальную наживку, чем ждать, а что же еще придумают противники.

В целом понятно, почему они прислали именно такую девушку. Не только блеклая внешность – манера держаться, говорить, одеваться… Красотку я бы на работу не взял ни при каких условиях. Однако интересно, как она выглядит, если стащить с нее этот треклятый чепец? И платье… а вот чулки можно оставить…

Я зажал переносицу пальцами, пытаясь хоть немного вернуть себе контроль.

– Думать невозможно, – пробормотал сквозь зубы и порывисто поднялся.

Подошел к распахнутому окну, перегнулся через подоконник, чтобы холодный вечерний воздух ударил в лицо. Где-то там, в тишине академического двора, шуршали листья. А в голове продолжал звучать подрагивающий от волнения голос девчонки: «Я так рада, так счастлива, что это чувство взаимно!»

Бред какой-то. Проклятье! Почему я не могу выбросить ее из головы? Однозначно приворот!

Шагнув к шкафу у стены, я достал оттуда крохотный пузырек с мутноватой жидкостью.

Поставил отворотное на стол, с сомнением глядя на него.

Герцог Девиальский был крупной рыбой на брачном рынке и весьма неудобным человеком на важной должности. Потому приворожить меня пытались не один раз.

Но у меня всегда имелось это зелье. Самое сильное из тех, что предназначались для снятия приворотного воздействия. «Чистый разум», как назвали его алхимики.

Проблема заключалась в том, что я уже выпил его. Дважды.

Но каждый раз, как я видел Пусинду Касиопис, сердце начинало бешено биться, спокойствие улетучивалось, а мысли были только об одном. О том, как я снимаю с нее чепец, платье… Бред!!!

Я тихо выругался, вылил остатки зелья в бокал и выпил залпом. Горький привкус заставил поморщиться, но облегчения не наступило. Сердце продолжало колотиться, и в голове звенело это дурацкое имя.

Пусинда. Пусинда. Пусинда!

Ужас какой, за что ее родители так назвали?

Не могли придумать что-то уместнее для эротических фантазий…

Но самым кошмарным было то, что весьма весомое выражение желания в штанах того, кого называли Ледяным Герцогом, ни разу не смущалось именем избранницы.

Странно. Ведь зелье «Чистый разум» работало всегда – кроме этого случая.

Неужели эти мерзавцы нашли какой-то экспериментальный состав приворотного? Отвратительно!

Позор, на самом деле. Одного из лучших безопасников королевства опоили приворотным зельем. Нет, об этом даже говорить никому нельзя. Во-первых, пострадает репутация!

А во-вторых, мне и так есть чем заняться. Второй лорд Триумвирата Королевской службы безопасности и его команда взяли на себя руководство Хармарской академией вовсе не для того, чтобы навести в ней порядок. Этим могли заняться и более подходящие для такой работы люди.

Но у меня другая цель. И я здесь не просто потому, что академии нужен надзиратель. Я здесь по личному распоряжению короля. И меня не должно интересовать, что там под чепцом у моей секретарши. А также под платьем и чулками…

– Хозяин, ты нашел следы мага, который меня укр-р-рал?

Я благодарно покосился на ворону, которая вырвала меня из развратных мыслей.

– Разведгруппы прочесывают тот участок леса, на который ты указала, но никакого дома пока не нашли. Возможно, он скрыт серьезным магическим пологом…

– Я хотела попр-росить. Когда вы его обнар-ружите, возьми меня с собой. Я хочу пр-р-рисутствовать во время смер-р-рти этого… этого…

– Так уж и смерти, – хмыкнул я и ласково коснулся черных перьев любимицы, которая вернулась лишь вчера. После многомесячного отсутствия.

Собственно, сам факт того, что я согласился стать ректором Хармарской академии, имел не одну причину. И немалую роль сыграло то, что полгода назад какой-то ненормальный похитил у меня фамильяру.

К моему удивлению, даже со всеми возможностями Второго лорда Триумвирата найти ее оказалось не так-то просто. Больше того – Язьмина вернулась ко мне сама.

Я хорошо отношусь ко всем животным, даже к нечисти. Кроме высшей, конечно. Потому что ее представители слишком хитры для животного и недостаточно… человечны для человека. Что бы ни говорили сторонники признания высшей нечисти равноправной разумной расой, я считаю, что высшие слишком отличаются от остальных.

Опустившись в кресло, я снова посмотрел на пустой бокал и медленно сжал кулаки. В мыслях снова мелькала девчонка-секретарша.

«Соберись, Девиаль! Это просто приворот. Это пройдет. Это должно пройти».

Но даже в собственном внутреннем монологе звучало сомнение.

Коротко выругавшись, я достал из одного из ящиков дополнительный артефакт ментальной защиты и прицепил на сюртук.

Учитывая, что это уже третий, – вряд ли поможет.

Но немного успокаивает.