Глава 26.

Лучи зимнего солнца еле пробивались сквозь серые облака, затянувшие небо. Идти было трудно, ноги утопали в свежевыпавшем снеге. Она поёжилась и поплотнее закуталась в меховую накидку, надвинув капюшон на глаза. Неловко шагнув, она поскользнулась и упала бы, если бы её не подхватила сильная рука.

— Осторожнее, — услышала она знакомый голос. — Мы почти пришли.

Она кивнула. Старая покосившаяся церковь находилась не более, чем в десяти ярдах от них. Её общарпанные стены навевали уныние, как и всё остальное в этом богом забытом месте. Услышав громкое карканье, она подняла голову и отшатнулась. Над потемневшим от времени деревянным крестом кружилось чёрным дымом вороньё.

— Дурной знак! — воскликнула Хелен и проснулась.

Сев на постели и отдышавшись, она обнаружила, что утро уже в самом разгаре.

— Дурной знак, — бормотала девушка, натягивая на себя штаны и тунику.

В этот раз на постоялом дворе нашлись аж две свободные комнаты. Томас занял ту, что получше, а ей отвёл каморку на чердаке. Вернее, Хелен сама так распорядилась после косых взглядов служанки, когда Томас готов был уступить спутнице свою комнату.

Она фыркнула, вспоминая, как та девица висла на молодом бароне, видимо, надеясь подзаработать грядущей ночью. Наскоро умывшись и спустившись, Хелен не обнаружила Томаса ни за одним столом и вышла во двор. Мужчина, надвинув шапку на глаза, как раз сделал коня.

— Вот ты где, бездельник! — старательно меняя голос, громко пробасил он. — Всё дрыхнешь, когда хозяин встал ни свет ни заря! Нажрался вчера как свинья! Ну ты у меня получишь плетей.

Хелен удивлённо икнула и обернулась вокруг. Несмотря на раннее время, внутренний двор был полон прибывающими и отбывающими торговцами, паломниками, странниками и скитальцами. Занятые собственными делами люди не обращали внимания на молодого хозяина и нерадивого слугу.

— Поехали, миледи, — шёпотом обратился к ней Томас, когда она подошла ближе. — Не нравится мне здесь. Не уверен, но, кажется, я видел людей графа. Может, они и не по нашу душу, но лучше не рисковать.

Хелен похолодела. Несмотря на обуревавшие её сомнения в правильности поступка, в башню она не вернётся. Она не хочет оказаться заживо замурованной.

— Перекусим в пути, — бросил Томас, усадив Хелен на коня позади себя.

Увиденный ночью сон никак не шёл из головы, яркой картиной отпечатавшись в памяти. Старая, скособочившаяся церковь совсем не была похожа на храм в Литл-Роке. А хриплое карканье кружащихся воронов над полупросевшим куполом леденило кровь, но Хелен была уверена, что уже видела это когда-то.

Вцепившись в Томаса, она заняла своё место за его спиной. Его слова о том, что он видел людей Дэвида, не на шутку встревожили её. Страшно представить, какое наказание может ждать за побег.

Проехав в полном молчании несколько миль, они остановились на привал.

— Пеласу нужен отдых, — пояснил Томас. Похлопав коня, он съехал в сторону с широкой дороги. — Да и нам не помешает подкрепиться.

Приметив небольшую полянку возле ручья, он направил туда коня. Спешившись, Хелен решила пройтись, чтобы размять затёкшие ноги. Грубые сапоги натирали мозоли, одежда не по размеру была неудобной.

Девушка не хотела признаваться самой себе, но иногда она с тоской вспоминала пору, когда ещё не знала об обмане и верила в любовь того, кого называла мужем.

Подняв лицо к солнцу, Хелен наслаждалась его теплом. Дни ещё стояли погожие, но она знала, что это ненадолго. И хорошо бы им добраться до Розберри раньше, чем начнётся сезон дождей.

— Я получила не все ваши письма, — призналась она, кота Томас, стреножив коня, позвал её к завтраку.

— Некоторые из них были перехвачены Дэвидом. Например, то, де вы говорите, что именно он виновен в смерти моего отца.

От Хелен не скрылось, как помрачнел Томас после её слов.

— Это послание я отправил вам очень давно. И вы читали его, — сообщил он обомлевшей от откровения девушке. — Чтобы узнать правду, вы встретились со мной в церкви, и я всё вам рассказал. Вы хотели в тот же миг бросить графа, но вокруг были его люди, они не дали вам сделать и шага. Мы договорились, что я буду ждать вас на следующий день в условленном месте. Не представляю, как вы провели ту ночь с этим чудовищем, погубившим вашего отца, но утром вы сообщили ему, что хотите совершить верховую прогулку.

Граф не стал вам препятствовать. Увы, я слишком поздно понял, почему он так легко вас отпустил.

Хелен слушала его, а сердце снова сжималось от боли. Подумать только, за то недолгое время прошедшее после падения, она успела полюбить того, кто достоин лишь проклятий.

— Что случилось потом? — глухо спросила она, хотя уже знала ответ.

— Граф ждал нас. Увы, в тот день я чуть задержался в деревенской кузнице, у моего коня отпала подкова.

Я приехал слишком поздно. Вы пытались убежать от него, ваша лошадь несла во весь опор, а он гнал вас как дикое животное. Вы не удержались в седле. Дальше вы знаете.

— Боже мой.

Спасибо, что рассказали мне, — еле слышно вымолвила Хелен. — Как вы узнали, что наш с ним брак недействителен?

И снова Томас одарил её тем самым странным взглядом, которым он смотрел на неё, стоило Хелен заговорить о прошлом.

— Миледи, вы и сами всегда это знали. — Хелен ожидала услышать все что угодно, но только не это. — Я теряюсь в догадках, как он заставил вас играть по своим правилам, но уверен в одном — у вас не было иного выхода. Вы всего лишь слабая женщина.

— Всего лишь слабая женщина в мире жестоких мужчин, — грустно повторила Хелен.

— Не все мужчины жестоки, — возразил Томас. — У вас ещё будет возможность в этом убедиться.

Хелен кивнула и ничего не ответила. Какая горькая ирония: человек, обвинивший графа Барлоу в измене, написавший на него лживый донос, гладко разыгравший всю партию от начала и до конца, сам готовил мятеж.

Хелен уже хотела поделиться с Томасом тем, что ей удалось подслушать в ту ночь, но что-то её остановило.

Всю семью графа Барлоу казнили, не дав ни единой возможности оправдаться. Эта же участь будет ждать и Хелен. Никто не станет разбираться, действительно ли она является ему женой. И в отличие от Элинор её никто уже не спасёт. Её тело будет болтаться на виселице рядом с телом Дэвида.

— Что вы думаете о герцоге Эттвуде? — вспомнила Хелен о сообщнике Дэвида. Она так жаждала получить ответы на вопросы, что совершенно позабыла про завтрак, так и держала в руках ломоть хлеба, намазанный медом.

— Редкостный гордец! — презрительно фыркнул Томас. — Ходит слух, что его прапрабабка была фавориткой короля Эдварда и родила от него внебрачного сына, а значит, в его потомках течёт королевская кровь. Однако, кода династия Эвансов неожиданно прервалась, и на трон образовалась очередь из претендентов, отец Дэниэла не смог подтвердить своё родство с Эвансами. Его Величество Джеральд | назначил лорда Эттвуда послом в Восточную Империю. Только благодаря этому самый известный во всём Королевстве любитель роскоши не разорился, наладив в страну поставки шёлка.

Вскоре с завтраком было покончено, и путники снова отправились в дорогу. Им предстояло проделать немалый путь.

— Скоро мы покинем графство Малгрейв, — сообщил Томас. — Мои земли лежат западнее Розберри в герцогстве Глостер. Там граф до нас не дотянется.