Глава 17

Лорд Эдвард Дарлин вернулся в столовую внешне спокойный и расслабленный, но даже миссис Луисон почувствовала, что молодой человек чем-то очень взвинчен и расстроен.

— Прошу прощения, джентльмены, у меня много дел и, думаю, игра сегодня вряд ли продолжится, — миссис Луисон поднялась и, сделав положенный книксен, медленно и с достоинством тактично вышла из столовой.

— Очаровательная женщина, умная и проницательная, — заметил сэр Майкл, смотря вслед миссис,  — была бы помоложе лет на двадцать, женился бы на ней.

А потом лорд Рид внимательно вгляделся в лицо друга и с беспокойством спросил:

— Эд, что случилось? Ты догнал её?

— Догнал, и хорошо, что сделал это. Неожиданно выяснилось, что я ошибался насчёт расположения ко мне мисс Стрендж, — ровным тоном ответил сэр Эдвард.

— И как ты пришёл к такому выводу? — поинтересовался сэр Рид.

— Я не хочу об этом говорить, Майкл. Но убедился, что моей невесте не нужны ни мои признания, ни моя помощь, ни участие. И вообще, похоже, я ей неприятен, — сэр Эдвард старался говорить без эмоций, но всё же не смог скрыть от друга, как он расстроен.

— Так и сказала тебе? — недоверчиво усмехнулся лорд Рид.

—  Нет, конечно. Мисс Стрендж — леди и не позволила себе такой бестактности. Но указала мне на мою невоспитанность.

Лорд Рид понимающе улыбнулся.

— А ты к этому не привык.

— Не в этом дело, — поморщился сэр Эдвард. — Ты заметил то впечатление, которое Эвелина произвела на меня, а её… передернуло после моего поцелуя. Я неприятен мисс Стрендж.

— Ты поцеловал её?! — искренне опешил лорд Майкл, с изумлением уставившись на друга, становясь сразу серьёзнее и задумчивее.

— Не знаю, что на меня нашло, — тихо покаялся лорд Дарлин. — Я не сдержался. Потерял над собой контроль. Да и Эвелина показалась мне не той, с кем нужно с точностью соблюдать правила этикета, ведь она сама часто нарушала их или вообще забывала. Ты свидетель этому. Но я ошибся.

— Бедная девочка, — пробормотал сэр Рид всё так же задумчиво и невесело.

— Бедная? — лорд Дарлин теперь холодно уставился на друга.

— Я не о том, о чём подумал ты, — отмахнулся сэр Майкл. —  Бог мой, Эдвард, половина женщин королевства влюблена в тебя. Не думаю, что твои поцелуи могут быть кому-то неприятны. Я  имею в виду леди, конечно, — насмешливо уточнил лорд Рид. — Я о том, что ты всё ещё больше усложнил. Но я не учёл твою молодость.

— О чём ты? — раздраженно процедил лорд Дарлин. — Не понимаю.

Лорд Рид вздохнул.

— Как хорошо, что ты выбрал карьеру военного, а не придворного, друг. Иначе ты утонул бы и захлебнулся в придворных интригах. Мой совет тебе, пореже появляйся при дворе, почаще на службе. Тогда с тобой не случится беды.

— Майкл, можешь просто сказать мне, что я идиот, — сухо заметил лорд Дарлин.

— Нет, ты не идиот, Эд. К тому же ты благороден, смел и отважен. Именно поэтому для меня честь называться твоим другом. И его высочество тоже приблизил тебя к себе не просто потому, что ты спас ему жизнь, а потому что понял, что ты никогда не ударишь в спину. Но ты пока слишком молод, поэтому делаешь ошибки, а я всё же старше тебя на восемь лет и при дворе с детства, и признай, что мои советы часто выручали тебя. А единственный нелепый поступок в твоей жизни за последнее время, который ты совершил, не прислушавшись ко мне, — это игнорирование нежеланной невесты. Но когда ты получишь по носу от мисс Стрендж, это станет для тебя хорошим уроком, и дальше ты сто раз подумаешь, прежде чем что-то сделать. Поэтому, — лорд Рид чуть поморщился с досадой, — я и позволил затянуться этой игре.

— Какой игре? — нахмурился сэр Эдвард.

— Любимой игре его величества, Эдвард, о которой, я убедился, мисс Стрендж тоже имеет представление. А может быть, леди и сама участвовала в ней, когда была при дворе.

— При чём здесь его величество и его «Отражение»?

 — А ты помнишь суть игры? — лорд Майкл теперь цепко и с ожиданием посмотрел на хмурого друга.

— Конечно. Тянешь из шляпы его величества фант и читаешь, с кем ты должен обменяться ролью и на какой срок. Мне пока везло, я вытаскивал пустые фанты.

— А вот мне не очень, — криво усмехнулся лорд Рид. — Как-то сутки я изображал из себя грума лорда Честека, а его грум был мной. Забавно было для всех, кроме меня.

— Зато его величеству было тогда очень весело, — вспомнил сэр Эдвард. — Но больше всего он веселился, когда лорд Родан поменялся ролями с леди Белисмор. После данного случая я избегаю этой игры и вообще двор его величества, меня больше привлекает двор его высочества, а принц Роберт, похоже, не разделяет интересы отца.

Характерный шум на улице отвлёк мужчин от разговора. Они удивлённо переглянулись, так как распознали стук копыт лошади, и даже не одной, и одновременно направились к окну.

Лорд Рид убрал в сторону мешающую смотреть штору, после чего друзья  увидели двух всадников у парадного входа в дом.

— Милорд Стрендж вернулся, — заметил сэр Майкл. — Вероятно с местным управляющим. И что-то заставило милорда изменить планы и поторопиться домой, поскольку меньше часа назад миссис Луисон говорила, что лорд Стрендж приедет через три-четыре дня.

— Я подозреваю, ты знаешь, что именно заставило его вернуться, — сдержанно заметил Эдвард, наблюдая в окно, как лорд Стрендж и его спутник спешиваются и передают жеребцов подбежавшим мальчишкам, помогающих конюху.

— Я могу только предполагать, друг.

Выглядел лорд Стрендж уставшим и каким-то потерянным. Молодой управляющий смотрелся немного бодрее, но тоже не лучшим образом. Похоже, мужчины гнали своих жеребцов прямиком из столицы, а это был неблизкий путь, занимающий чуть меньше суток верхом на лошади, а в карете и того больше.

— Может быть, лорд Стрендж узнал о нашем здесь пребывании? — задумчиво пробормотал сэр Эдвард. — И поспешил домой.

— Не думаю, — возразил лорд Рид. — Мисс Стрендж обещала никому не говорить о нас. И не говорила. Насколько мне известно, писем из поместья никто не отправлял, вестников — тоже; слуги, связанные клятвой верности, также не могли проболтаться, даже если бы захотели.

— Тогда соседи? Или их прислуга? Кто-то же мог нас увидеть.

— Эд, за кого ты меня принимаешь? — сэр Майкл обернулся и скептически взглянул на молодого друга. — В первый же день, когда ты метался в горячке и боролся за жизнь, я отправил к его высочеству в столицу вестника, и он сразу прислал теней, которые взяли нас под свою защиту. А тени не пропустят ни одного лишнего человека.

— Если они сразу приступили…

— В тот же день.

— Тогда что-то случилось у самих Стренджей, — произнёс Эдвард и почувствовал беспокойство за Эвелину.

— Пойдём встретим нашего хозяина и посмотрим, удивится он нашему присутствию в его доме или нет, — предложил лорд Рид и немного грустно усмехнулся: — И, знаешь, Эд, у меня подозрительное  предчувствие, что сегодня произойдёт что-то… чрезвычайное. То, чего мы никак не ожидали.

— Мы? — лорд Дарлин с сомнением посмотрел на друга. — Или я?

Сэр Майкл лишь тонко улыбнулся уголком губ и поспешил навстречу к лорду Стренджу. Лорд Дарлин с плохим предчувствием последовал за другом, размышляя, почему Майкл недавно вспоминал любимую игру его величества «Отражение»?

***

Когда Тина осознала, что успокоилась и держит эмоции под контролем, она поднялась со ступенек, тщательно отряхнула тёмную ткань платья от пыли и стала спускаться, отстранённо отметив, что, похоже, она немного перестаралась с «успокоительными средствами».

Тина спускалась, замечая, что в этой части дома давно не прибирались: вокруг было очень пыльно, а на потолке и в углах хозяйничала давняя паутина. Тина решила, что надо сказать об этом Эве, пусть кого-то отправит почистить лестницу на мансардный этаж.

Мелькнула мысль, как она сейчас может думать о какой-то паутине? Но… мелькнула и пропала, оставив безразличие. Почему бы и не подумать ей об этом, ведь она горничная и её обязанность наводить чистоту.

Как только Тинария открыла дверь и вышла в коридор, на неё обрушилась масса звуков, которых ещё полчаса назад не было в доме.

Возбужденные переговоры, торопливые шаги, шиканье, хлопанье дверьми, нервный смех, звон посуды… Домашняя прислуга будто сошла с ума, и все сновали по коридору мимо Тинарии с озабоченными лицами.

Тина схватила за рукав одного из лакеев:

— Что случилось, Том? Пожар? — с удивлением поинтересовалась она.

— Не то слово, Тинария, — усмехнулся высокий худой блондин с веселыми глазами. — Милорд Стрендж вернулся, вот так внезапно, когда мы ждали его ещё  через несколько дней, а с ним и пожар, ты права, — наш управляющий мистер Кухарт. Вот все и носятся, доделывают то, что не успели или должны. А ты всё ещё в леди играешь?

— Что? — Тина в недоумении посмотрела на парня.

— Милорд вернулся, Тина! Просыпайся уже! Все слуги спускаются вниз его встречать, — сказал Том и пошёл к лестнице, видимо, чтобы спуститься к остальной домашней прислуге. — И тебе советую к нам присоединиться. Ты же, вроде как, тоже из нас.

Тина осталась стоять посреди коридора, а прислуга обходила её, награждая удивлёнными взглядами.

— Нора, — остановила Тина одну из горничных. — Ты не знаешь, где Эва?

— Мисс Стрендж ещё не появлялась. Наверное, у себя. Она звала девочек помочь ей переодеться и сделать укладку.

— А джентльмены где?

— По-моему, вышли из дома к нашему милорду.

Тина направилась к комнате Эвы и столкнулась с подругой на выходе той из комнаты. Сначала вперёд вышла горничная Марси, придержавшая перед госпожой дверь. За ней вышла сама мисс Стрендж. Такая, какой её Тинария уже не видела много дней, — истинная леди, элегантная, изящная, безупречная и невероятно красивая. В том самом нежно-голубом платье, которое Тина сменила этим утром на другое.

— Эва…

— Я уже знаю, что отец вернулся, — перебила девушку Эвелина с задумчивым выражением на лице. — Ты знаешь, это к лучшему. Не нужно будет объясняться. Полагаю, джентльмены быстро всё поймут сами, — усмехнулась она.

Тина на миг прикрыла глаза, подумав, что хочет спать, а ещё, что нужно непременно рассказать Эве о паутине.

 — Ты слишком переживаешь и накручиваешь себя, — с досадой отреагировала мисс Стрендж.  — Лордам не будет до тебя никакого дела, поверь мне. Они сообразят, кто заставил тебя играть роль мисс Стрендж, и что это была не твоя инициатива.

— Ты не заставляла меня, Эва, —  голос Тинарии прозвучал ровно и даже равнодушно. — У нас договор.

— Но милордам об этом необязательно знать, не так ли? — лукаво улыбнулась Эвелина, чуть внимательнее вглядываясь в лицо подруги. — Пусть считают, что я тебя заставила. Не переживай так. Это от волнения ты такая… странная? Неживая какая-то… Пойдём и ничего не бойся. В обиду я тебя никому не дам.

***

Лорд Стрендж не скрывал своего искреннего удивления при появлении двух высших лордов королевства, вышедших его встречать из парадного входа его собственного дома.

После того, как мужчины вежливо раскланялись между собой и обменялись положенными приветствиями, милорд поинтересовался:

— Какими судьбами, лорд Дарлин? Лорд Рид?

— Действительно судьба привела нас в ваше поместье, милорд, — ответил лорд Дарлин. — Мы уже чуть больше недели пользуемся щедрым гостеприимством мисс Стрендж.

— Как так? Больше недели?! — растерялся лорд Стрендж, на взгляд друзей вполне искренне, отчего они сделали вывод, что милорд — хозяин дома действительно не знал об их пребывании в его поместье. —  Я встретил в столице леди Мориссон, нашу соседку, и она сообщила, что Эвочка уже больше недели больна, нигде не появляется и у себя никого не принимает. Слуги миледи не смогли к нам попасть и всё выяснить, потому что по каким-то непонятным причинам никак не могли найти дорогу к нашему поместью. Артефакты связи и у Эвы, и у миссис Луисон, видимо, сломались, потому что я не смог с ними связаться. Вестники отчего-то не долетали… Я места себе не находил. И вот решил вместе с Кухартом отправиться домой. Мы, как двое сумасшедших, без отдыха  гнали своих жеребцов, — милорд тяжело выдохнул, по-простому устало вытер вспотевший лоб и с невероятным облегчением проговорил: — Значит, Эвочка не больна? Леди Моррисон ввела меня в заблуждение?

Лорд Стрендж был очень взволнован, его дорожный костюм был покрыт таким толстым слоем дорожной пыли, что, скорее всего, отправится сразу к прачкам, как и дорожный костюм крепкого молодого мужчины, который стоял рядом с милордом и выглядел не менее взволнованным и озадаченным.

— Артефакты связи заглушены по нашей вине, — несколько сконфуженно признался лорд Рид. — Вестники тоже не долетали из-за нас. Мы вынужденно так поступили, милорд, и причины подобного поведения объясним в приватной беседе.

На лице лорда Стренджа вдруг вспыхнуло то выражение, которое бывает у человека, когда он вспомнил что-то невероятное.

— Я рад буду вас выслушать, джентльмены, ещё и по той причине, что в столицу дошёл слух о вашей смерти якобы от покушения, а вы вот живы и здоровы и гостите у меня в поместье, — проговорил милорд с недоумением и вдруг снова взволнованно спросил: — Значит, Эвочка не больна?

— Нет, отец. Я вполне здорова, — раздался спокойный женский голос.