Глава 2

Ноксис де Игнис

— А почему ты не найдешь ее по запаху? — Ролан принюхался к туфле, судя по мелькнувшему на его лице озарению, хозяйку обуви он распознал.

— Не могу, девчонка облила меня непонятно чем. Нюх отбило.

— Надо же. Сочувствую, — искренне проговорил он, откладывая туфлю на стол. — Ты же успокоился? Убивать ее не будешь?

— Возможно.

Успокоиться я, может и не успокоился, но убивать неуклюжего рыжика уже не собирался.

— Вообще, ты с ней знаком. Заочно.

— Да? — протянул я, направляясь к дальней части кабинета, где за фальшпанелью находился шкаф с напитками.

— Да, я отправлял тебе ее личное дело неделю назад для зачисления на практику.

Фальшпанель отъехала в сторону, стоило дернуть рычаг бронзового настенного светильника в виде улыбающегося младенца с крыльями.

— Практика-практика…

Перебрав взглядом представленный ассортимент напитков, я остановил свой выбор на лёгком синем вине. Оно поможет расслабиться и не наорать на нерадивую девчонку. Докатился, пью с утречка. В последнее время на мою голову свалилось много дел. Я мотался между Управлением и дворцом, да еще так некстати убили Никласа — императорского алхимика — и к списку дел прибавилось новое расследование. Потому с трудом вспомнилось дело практикантки. И то, потому что в этом году я допустил в Управление только троих студентов, среди них была лишь одна девушка.

— Друидка?

— Ирида Каори, — подтвердил Ролан, поднимаясь из высокого кожаного кресла. Он прошел к открытому шкафу с напитками, но в отличии от меня, выбрал безалкогольный морс.

Да, теперь я вспомнил. Каори — человеческий род купцов, сделавший состояние на продаже зелий. Когда-то основателю рода посчастливилось спасти от смертельной опасности друида — последнего представителя уникальных магов-природников. Друид посчитал спасителя достойным и передал ему свой Дар. Дар оказался уникален еще и тем, что не передавался по наследству, и мог находиться только у одного представителя рода. В принципе, потому друиды в свое время исчезли.

Шесть лет назад Ирида получила Дар от умирающей от болезни матери. А в этом году завершала обучение в академии. Именно из-за ее Дара я дал согласие на практику, но теперь весьма сомневался, что в Управлении нужна эта криворучка.

— И что решил насчет Ириды, отменишь назначение в Управление? — Ролан взглянул на меня с легкой улыбкой, в желтых глазах все еще искрились смешинки.

— Вызови ее, там и решу.

Пожалуй, для начала загляну в ее наглые глаза. Ведь засранка вместо того, чтобы исправить то, что натворила, запустила в меня коробкой и сбежала.

Ролан отдал распоряжение секретарю. А потом мы расселись в креслах с резным круглым столиком между ними.

— Как проходит расследование смерти Никласа? — Ролан вмиг посерьезнел, на лицо набежали тени.

— Я почти уверен, что это убийство.

— Серьезно? — он запустил пятерню в густые пшеничного цвета волосы, чуть растрепал их, глядя перед собой.

Наша дружба с Роланом длилась многие годы еще со студенчества и службы в Императорских войсках. Потому он не выказал недоверия, пусть моё заявление и звучало абсурдно, учитывая детали смерти. Никласа нашли мертвым в его кабинете в академии четыре дня назад. Двери заперты, кабинет под защитой, алхимик лежал в луже собственной крови со вскрытыми венами. На вид — самоубийство, но я слишком хорошо знал Никласа, и мог с точностью сказать, что причин самостоятельно уходить из жизни у алхимика не было.

Стук в дверь прервал нашу беседу. Мы с Роланом переглянулись, Ирида не заставила себя долго ждать.

— Войдите.

В личном деле девушки не было изображения, а рассмотреть ее в коридоре я не успел и сейчас задумчиво оглядывал друидку. Почему-то в первую очередь я взглянул на ее ноги. Ирида успела обжиться новой парой туфель. Тонкая ткань алого платья облегала стройную фигуру девушки, а декольте было столь глубоким, что только плотный корсет не позволял девичьим грудям вывалиться наружу. Жидкое пламя волос стелилось по точеным плечам, в карих глазах поселился страх. Ирида нервно кусала губы, на побледневшей коже особо ярко выделялись золотистые веснушки.

— Вы меня вызывали, — фраза была произнесена ровным голосом, но Ирида неосознанно заламывала руки, что выдавало ее истинное душевное состояние.

Вновь оглядев откровенное платье, сшитое по последней моде, и красивое лицо, с идеально нанесенным макияжем, я убедился в том, что передо мной обычная светская пустышка. Она первая на потоке? Что-то не верится. Ведь я собирался направить ее в лучшую лабораторию Империи. Пожалуй, планы меняются, пусть занимается полевой работой.

На моих губах растянулась предвкушающая улыбка. Нам с напарницей не помешает алхимик в команде.

Ирида Каори

Вилмар, наконец, отпустил мою руку. Первым желанием было вытереть ладонь о подол дурацкого платья, а в идеале продезинфицировать. Но приходилось растягивать на губах доброжелательную улыбку. Этот день просто нужно пережить. Если все пойдёт по плану, то с Вилмаром я больше не увижусь. И уж точно он не станет мне мужем.

— Нас ждет столик в “Престиже”, - отчим приосанился, кажется, даже раздулся от гордости, когда сообщил, что забронировал столик в самом известном в городе ресторане. — Там и обговорим детали свадьбы.

— Свадьбы? Отец, вы же помните о моей практике?

— Само собой, — поморщился он.

Не скажу, что я с детства стремилась стать следственным алхимиком. Но шесть лет назад, сбегая из дома, я не придумала иного способа, чтобы обезопасить себя от притязаний отчима на мою жизнь. Академия при императорской службе правопорядка — престижное учебное заведение военного типа. Плата за обучение с адептов не взимается, но обязательной является трехлетняя отработка по назначению. Одним из ограничений, наложенных на адептов — запрет на личные отношения.

Пока длилось обучение отчим не имел права распоряжаться моей личной жизнью. Но безопасные годы в академии завершались, и отчим был намерен выдать меня замуж, получив для рода статус аристократов, и, скорее всего, прописал в брачном контракте передачу Дара друида ему. Шесть лет назад он пытался заполучить мой Дар сначала уговорами и убеждением, а потом и силой, и вряд ли отказался от идеи обрести столь уникальные и прибыльные способности.

— Всего две недели практики, Ирида, до нашей свадьбы, — Вилмар подставил локоть, и мне пришлось опереться на него.

— И три года обязательной службы Империи.

— У меня есть знакомые в Управлении. Мы сможем устроить твою службу номинально, моя супруга не будет работать.

— И в чем же будут заключаться обязанности вашей супруги? — огромных трудов мне стоило произнести эти слова ровно, без примеси яда.

Меня выводило из себя то, что кто-то пытается диктовать мое будущее. Я не могла вернутся в собственный дом. По закону в права главы рода я смогу вступить только по достижении двадцати одного года, а сейчас я полностью зависима от опекуна. Он, уверена, сделает все, чтобы лишить меня Дара и самому возглавить богатый род. Но это мой Дар! Матушка обучала меня с самого детства, чтобы однажды я возглавила род и передала Дар уже своему ребенку.

Шесть лет я боролась за свою независимость, не спала ночами, чтобы успешно сдавать сессии. Лишь отличное обучение обеспечивало мне стипендию, ведь отчим не собирался поддерживать меня финансами. Наоборот, он всячески вставлял палки в колеса, пытаясь добиться моего отчисления.

— Дорогая Ирида, чего может желать мужчина? — усмехнулся Вилмар. — Чтобы жена была рядом, озаряла его жизнь своей красотой и подарила ему ребенка.

Фраза Вилмара звучала бы красиво и поэтично, если бы похотливый взгляд старикана не тонул в вырезе платья. Скулы уже начинало сводить от этой искусственной улыбки.

Покинуть фойе мы не успели. Я почти обрадовалась, когда меня окликнула Фётра.

— Ирида! — она выбежала в фойе с кристаллом связи с руке. — Тебя ректор вызывает. Срочно.

— Сожалею, мне нужно идти, — проговорила я, отступая от Вилмара и не испытывая ни грамма сожаления. — Возможно, это надолго. Перенесем обсуждение свадьбы на другой день.

— Как жаль. Мы не успели пообщаться, — Вилмар сделал шаг ко мне, явно намереваясь вновь обслюнявить мою ладонь.

— Ирида, срочно! — громогласно воскликнула Фётра, что Вилмар споткнулся, не достигнув меня, а отчим подпрыгнул от неожиданности.

Благодарно улыбнувшись Фётре, я побежала к выходу. Какая же она хорошая, всегда поможет, подскажет и слезы утрет, если до них дойдёт.

Я быстро пересекла посыпанную галькой дорожку с растущими вдоль нее декоративными кустами. Вбежала по мраморным ступенькам в двери главного здания академии. Приостановилась я лишь в дверях, где и столкнулась с демоном. Реактивы выгорели, но пол был относительно чист. На чём же тогда я поскользнулась? Странно.

Внутренне меня трясло, причин срочного вызова к ректору не было, мы уже побеседовали рано утром. А значит, тот демон все же не лишился памяти и решил меня найти. Вот чем я думала, когда бросила в него остатками реактивов? Хотя, вид разъяренного демона у кого угодно отобьет возможность соображать.

Строгий секретарь ректора без слов указал мне на массивную деревянную дверь к которой я подошла на цыпочках.

— Стучись, — подсказал секретарь, когда заметил, что я просто стою на месте. Легко ему говорить, а там меня, может, убивать будут.

Стоило постучаться, как раздался голос ректора, позволяющий войти. Гулко выдохнув воздух, я вошла в кабинет и застыла на месте. Я не ошиблась. В кабинете меня ожидали обиженным мной демон и Ролан де Виран, ректор академии. Длинные светлые волосы ректора сегодня были распущены, а в желтых глазах сияло любопытство.

Огненный вальяжно восседал в кресле, забросив ногу на ногу, и помешивая синюю жидкость в хрустальном бокале. Оценивающий взгляд красных глаз скользил по телу, казалось, подмечая каждую деталь облика. Но и я теперь рассматривала его, отмечая степень вреда, который успела нанести. Огненный демон был хорошо сложен. Сюртук подчеркивал широкий разворот плеч, рубашка успела сгореть и мне открывался вид на мускулистую грудь. Смуглая кожа. Лицо суровое с легкой щетиной на подбородке и твердой линией губ, кончик которых приподнялся в хитрой ухмылке. Демон казался спокойным, но нервное подергивание хвоста с красной кисточкой на конце выдавало его раздражение.

О силе демонов можно было судить по размеру рогов. Слабые демоны вообще были их лишены. О силе магии ректора я знала не понаслышке и даже удостаивалась чести наблюдать мощнейшие атакующие плетения в его исполнении на полигоне. Его рога были ровными чуть отведенными назад. Рога же огненного оказались больше, намного больше. Черные и витиеватые с тлеющим в их глубине пламенем, они изогнувшись протянулись от височной части лба к затылку. Я умудрилась облить реактивами очень сильного демона.

— Ирида, знакомься, — начал ректор, но огненный его перебил.

— Ноксис де Игнис, — демон улыбнулся, блеснув белоснежными зубами.

О Матерь-земля, я облила реактивами члена Императорской семьи!

И словно имени его рода было недостаточно для того, чтобы довести меня до сердечного приступа, демон добавил или скорее добил:

— Руководитель вашей практики.