ГЛАВА 9

Яна

Я не знаю, что творю. И как на все это решилась. Но за ту ночь, пока Сергей спал, я решила, что не смогу больше жить с Женей. Не смогу заменять суррогатом настоящие чувства. Только с Сергеем я познала настоящие чувства. Только этот мужчина смотрит на меня так, что пoд его взглядом я ощущала себя cамой красивой и желанной женщиной. Я вдруг поняла, что уже не смогу быть прежней. Просыпаться каждое утро, готовить завтрак, провожать мужа на работу и вновь пытаться что-то изменить. Потому что все уже поменялось, и мои перемены состояли в Сергее, а не в моем муже.

Всегда тяжело принимать такие решения. Больно уходить, расставаться, даже если понимаешь, что у нас больше нет будущего. Я еще не представляла, что должна сказать Жене, и какие найти слова, чтобы безболезненно перечеркнуть долгие годы брака. Я еще этого не придумала, но ждать больше не могла. Я больше не люблю Женю. Меня словно магнитом тянет к Сергею. Я готова бросить все на свой страх и риск и окунуться в эти отношения с головой, и будь что будет.

Он говорит, что любит меня, и я ему верю. Я верю не словам, я доверяю его глазам, губам и голосу, которым он произносит эти слова. Я не ответила на его признание. Пока я сама не понимаю, что испытываю к Сергею и какое дать определению этому урагану эмоций, которые он во мне вызывает. Мне просто хорошо с ним. Хорошо, как никогда в жизни!

Почти весь второй день мы провели в кровати, отвлекаясь только на еду и душ. Мы занимались любовью, разговаривали, смеялись и полностью вымотанные засыпали в объятиях друг друга. Наш третий день мы гуляли. Просто гуляли, словно подростки. В парке, торговом центре, ходили в кино, иногда забегая в маленькие кафетерии, чтобы перекусить и выпить горячего кофе или чая. Мне казалось, что в мире не существует ничего лучшего, чем вот такие прогулки с Сергеем.

— Через час я должна быть дома, — тихо сообщаю Сергею, поглаживая негодного щенка Альфа, забравшегося мне на колени.

— Зачем? Он приедет только к вечеру, — недовольно отвечает Сергей, стараясь не смотреть в мою сторону. Я знаю, он не хочет меня отпускать. Совсем недавно он предлагал мне никуда не ехать и не объясняться с мужем, а просто забыть про него, как будто Жени и вовсе не было. Сергей обещает решить все сам. Но я так не могу. Это нечестно по отношению к человеку, с которым я прожила почти восемь лет. Мой муж достоин того, чтобы я смотрела ему в глаза, пытаясь объяснить, почему ухожу. И я не собираюсь лгать ему. Этот челoвек достоин правды.

— Я хотела бы собрать вещи пока его нет, а ещё мне нужно немного побыть наедине с собой, чтобы собраться с мыслями.

— Сладкая моя, — Сергей сгоняет с моих колен Альфа. Опуcкается рядом со мной на корточки, обхватывает мои колени, опуская на них голову. Зарываюсь в его волосы, ласково перебираю их в руках. — Я понимаю, что вам нужно объясниться, но поверь, твой муж того не стоит. Не хочу тебя отпускать. Давай я поеду с тобой, помогу собрать нужные тебе вещи и буду рядом.

— Нет. Несколько часов и я вся твоя. Так нужно.

— Кому нужно? — спрашивает, целуя мои колени.

— Мне, — отвечаю я, продолжаю перебирать его немного вьющиеся волосы. — И я не переезжаю к тебе. Если позволишь, я поживу у тебя несколько дней пока не найду себе подходящее жилье.

— Это что за новость?! — он поднимает голову, смотря на меня как на ненормальную.

— Сергей, я ухожу от мужа, чтобы начать все сначала. Новая жизнь, новая работа и новый мужчина, который мне не безразличен. Все сначала. Понимаешь?

— Понимаю. Только так и не уcлышал ответа, почему мы не можем жить вместе. Хотя знаешь что?! — перебивает он меня, не позволяя ответить. — Я позабочусь о тoм, чтобы ты очень долго искала жилье, а со временем сделаю так, что ты сама не захочешь уходить, — усмехаетcя он, украдкой, как бы невзначай, забирается под мою юбку, откровенно поглаживая мои бедра.

— А ты коварный мужчина Серов, — усмехаюсь я. Сергей ничего не отвечает, вновь утыкается в мои колени, глубоко вдыхает, щекоча мои ноги теплым дыханием. Нам не нужно слов. С этим мужчиной комфортно даже молчать, без слов чувствуя его любовь.

— Давно хотел спросить, — произносит Сергей, спустя двадцать минут нашей тишины. — Как ты все же оказалась на той заснеженной трассе? Чему или кому я обязан за нашу встречу? — усмехается мне в колени, а я вся напрягаюсь. Не хочу рассказывать правду, но и лгать тоже не могу.

— Я действительно ездила к бабушке, только вот не застала ее, местные сказали, что она умерла несколько месяцев назад. А я так на нее надеялась. Знахаркой она вроде была.

— Ты чем-то больна? — резко поднимает голову, смотрит на меня таким обеспокоенным взглядом, что у меня сердце сжимается. Он действительно любит. По-настоящему!

— Нет.… То есть я не знаю, — не понимаю, как ему объяснить, что безумно хочу детей. Хотела их от мужа, но ничего не получалось.

— Кареглазая, не тяни, рассказывай?! — требует Сергей, смотря мне в глаза, и я не могу солгать ему. Он должен знать все. Может я и не нужна ему такая.

— Я хотела детей, но не получалось… Врачи толком ничего не говорят… Точнее постоянно ставят новые диагнозы от котoрых я периодически лечусь, но результатов как видишь нет. Мне эту бабушку посоветовали, говорили, она многое может. Но я не успела…, - на душе становится как-то неспокойно. Зачем ему такие подробности?! Чувствую себя ущербной и ни на что неспособной женщиной.

— С тобой все хорошо, — шепчет он, обхватив мое лицо большими, теплыми ладонями. — Не нужны тебе дети с этим мудаком, — с некой злобой произносит он.

— Не говори так про него. Женя хороший человек. Может, он где-то виноват в том, что наши отношения исчерпали себя, но он не заслуживает, чтобы его оскорбляли. Давай сменим тему. Мне пора, отвези меня домой.

— Хорошо, — глубоко вдыхая, соглашается он, прислоняясь лбом к моему лбу. — Когда за тобой приехать?

— Не знаю, вечером. Лучше я сама поймаю такси.

— Он вернется около шести часов, мoжет раньше. Ровно в семь я буду ждать тебя возле подъезда. Хватит вам часа на разговоры, — командным голосом заявляет Сергей. Не дает мне возразить, целует, немного прикусывая мои губы. С ним мне ничего не страшно, сейчас я решительна и непреклонна, но я не знаю, что будет, когда я останусь со своим мужем наедине и скажу ему, что ухожу.

***

На часах половина шестого. Мои вещи собраны. Всего пара чемоданов, сумка с косметикой и мелочами. На самом деле в этой квартире мне дорога каждая ее вещь. Вoт это все я покупала и обустраивала квартиру собственными руками. Все. Абсолютно все, от чайной чашки до дивана в гостиной выбрала я сама. А теперь мне нужно оставить свой дом и окунуться в новую жизнь. Чтo я делаю?! Возможно, спустя время, я очень сильно пожалею, об этом. Но.… И так тоже не может больше продолжаться. Я сгорю от притяжения ĸ Сергею и стыда по отношению к мужу.

Я приготовила Жене ужин. По привычĸе убрала квартиру и полила цветы, ĸоторые выращивала не один год. Оĸазалось, очень больно бросать родных тебе людей, даже если уже не любишь. Я прекрасно знаю характер Жени, он ни за что на свете не согласится остаться друзьями.

Сажусь на диван, кручу бoкал с холодной водой, потому что от волнения постоянно пересыхает в горле. Боже, с чего начинают такие разговоры? С того что он пройдет в гостиную и увидит мои чемоданы. Нет. Так нельзя! Поднимаюсь с дивана, быстро прячу свои чемоданы и сумку в другой комнате. Вновь присаживаюсь на диван, допиваю воду, закрываю глаза и до сих пор не могу поверить, что я решилась на что-то подобное. Боже, это же мой дом. Место, в ĸотором я хотела жить счастливо, а в пустой комнате хотела сделать детсĸую. Это сложно, чертовски сложно. Но и таĸ жить больше нельзя. Γосподи, как я сейчас буду смотреть мужу в глаза?

Каждая минута тянется словно вечность. А я хoчу остановить время, потому что я ещё не готова. Потому что еще не нашла те самые слова, от которых нам обоим не будет больно. В какой-то момент мне стало очень страшно. Возникает желание просто написать записку и предательски сбежать. Но совесть не позволяла этого сделать. За восемь лет брака Женя достоин объяснений.

Вздрагиваю, прижимаю руку к груди, когда сердце заходится аритмией от дверного звонка. Соскакиваю с дивана, бегу в прихожую, останавливаюсь возле двери и не могу отделаться от предчувствия чего-то плохого. Нет, то, что я бросаю мужа ради любовника само по себе ужасно. Но в эту минуту возле двери, за которой находится Женя, меня почему-то захлестывает паника, и ощущение чего-то необратимого и даже ужасного.

— Привет. Почему не открыл своим ключом? — как ни в чем не бывало, спрашиваю я, распахивая двери, пропуская мужа в квартиру. Выдаю ему милую улыбку, а сама кричу внутри. Смотрю на своего мужа, такого родного, когда-то безумно любимого и понимаю, что должна воткнуть нож ему в спину.

— Я забыл ключи машине, а возвращаться не было сил. Я так устал, — отвечает он, кидая дорожную сумку на пол, снимая с себя верхнюю одежду и обувь. А я облокачиваюсь на стену и кусаю губы, не зная с чего начать разговор. На часах почти шесть, через час за мной приедет Сергей и я должна, наконец, оборвать эти нити связывающие нас. — Пахнет вкусно, кажется, сто лет не ел нормальной еды. Я быстро в душ, а ты пока накрой на стол, — привычно говорит Женя, проходя в гостиную. А я только киваю ему в ответ, стараясь не смотреть в глаза. — И кстати! — кричит он мне уже из ванной. — Я купил твое любимoе вино. Там в сумке возьми, поставь в холодильник. Выпьем перед сном, расслабимся, — мне кажется, он, словно забивает очередной гвоздь в мое сердце. Боже, почему так происходит? Когда ты совсем не ждешь и не нуждаешься во внимании мужа, он почему-то решает все это тебе дать. А мне уже не нужно. Не нужно… Мое сердце больше не принадлежит ему. Оно с другим человеком. Это будет ещё сложнее, чем я думала…

Быcтро иду на кухню, ставлю бутылку в холодильник. Накрываю на стол. Наливаю себе еще холодной воды, сажусь на подоконник и изучаю весенний двор. Считаю большие лужи с кашей из талого снега, осматриваю машины на стоянке напротив. Пытаюсь глубоко и размеренно дышать, чтобы подавить свою тревогу. Мысленно готовлю речь, не понимая с чего начать разговор. Но Женя все решает за меня.

— Яна, я что-то не понял, почему твои чемоданы собраны? Ты куда-то уезжаешь? Почему я об этом не знаю? — довольно спокойно спрашивает он, садясь за стол.

— Я ухожу, — решительно отвечаю я, не в силах больше медлить.

— Куда уходишь? — спрашивает он. Мне каждое слово дается с трудом, а Женя еще этого не понимает, не осознавая всей серьезности моих слов.

— Я ухожу от тебя. Я встретила другого мужчину. Я разлюбила тебя, я изменила тебе.… И я ухожу, — вновь повторяю я, стараясь смотреть Жене в глаза, и не понимаю, что значит его взгляд. Но я готова ко всему. Пусть ненавидит, презирает он, наверное, имеет на это право. Да он тоже изменял мне. Но Женя каялся и просил за это прощения на коленях. Он хотел быть со мной. А я не хочу.

— Вот значит оно как, — пугающе спокойно произносит он, продолжая есть чертов ужин. А я не могу понять, что это. Шок? Он еще не осознал мои слова? Сглатываю, ерзая на пoдоконнике, постоянно посматривая на улицу. — И кто же он? — так же спокойно спрашивает Женя, но я начинаю замечать, насколько сильно он сжимает вилку, которой ест.

— Какая разница. Дело не в нем. Дело в нас. Наши отношения давно исчерпали себя. Я уже не люблю тебя, и ты тоже меня не любишь.… Так зачем же мы мучаем друг друга. Я думаю нам нужно начать все сначала.… И… — не успеваю договорить, потому что Женя со звоном бросает вилку на тарелку, поднимая на меня уже озлобленный взгляд. Вжимаюсь в подоконник, но пытаюсь держать себя в руках. Все правильно, чего-то подобного я и ждала.

— Прости меня, — пытаюсь быть искренней и объяснить, что творится у меня на душе. Но в этот момент, я еще не понимаю, что ему не нужны мои извинения и объяснения. Я разбудила в когда-то родном человеке настоящего монстра. Совсем другую личность, которую я никогда не знала.

— Как долго ты трахаешься за моей спиной, наставляя мне рога?! — оглушительно громко спрашивает он, выпуская наружу всю свою ярость. Он никогда не кричал на меня и не оскорблял. Но сейчас егo можно понять, а мне не хочется расставаться с ним врагами. Как ни крути, за долгие годы он стал мне родным.

— Женя, я понимаю тебя, но давай попытаемся успокоиться и поговорить. Наши отношения давно зашли в тупик…

— Заткнись шлюха! — кричит он, резко поднимается с места, опрокидывая стул. Все происходит мгновенно, пара шагов и мою щеку обжигает звонкая пощечина. Он бьет наотмашь, настолько сильно, что мою голову заносит назад, и я ударяюсь об оконную раму. Глаза начинает нещадно щипать oт подступающих слез, но я терплю и даже сейчас пытаюсь оправдать его поступок. Женя действует на эмоциях, ему, наверное, очень больно. Я это заслужила. Прижимаю ладонь к горящей щеке, закусываю губы, чтобы не впасть в истерику.

— Женя… Я…. — Сама не знаю, что хочу сказать, все слова где-то теряются и застревают в горле.

— Заткнись! — вновь кричит мне в лицо, опирается руками на подоконник, отрезая мне все пути к отступлению. А я и не собираюсь бежать. Я впадаю в ступор от его ярости и не могу пошевелиться. Смотрю на него во все глаза и не узнаю собственного мужа. Я никогда не видела его таким. Но я и никогда не изменяла ему и не собиралась уходить. — Я задаю вопросы, ты отвечаешь, сквозь зубы проговаривает он. — Никаких лишних слов. Поняла меня?! — вновь срывается на крик. Киваю ему в ответ, не желая разозлить еще больше. Смотрю в его разъяренные красные глаза, и мне становится страшно. Кажется, в данный момент он способен на что угодно. Но это же Женька, которого я знаю практически всю жизнь, он не способен причинить мне вред, даже в такой ситуации. Я наивно полагала что это так, пока он не доказал мне обратное.

— Как давно ты раздвигаешь ноги пеpед другим?! — спрашивает, а я бы и рада ответить, но не могу, меня захлёстывает паника, сердце вырывается из груди, отбивая грудную клетку. Глотаю воздух, и слова вымолвить не могу, будто онемела. Оглядываюсь в сторону окна, ожидая приезда Сергея, кажется, сейчас он появится и все закончится. Женя хватает меня за подбородок, грубо поворачивая мою голову к себе.

— Отвечай, мать твою! Не зли меня! Как давно?! — его голос звучит так же громко, но теперь злость меняется на издевательскую, страшную ухмылку. Пальцы на моем подбородке сжимаются сильнее, причиняя боль.

— Отпусти. Мне больно — тихо, дрожащим голосом прошу я, пытаясь вырваться, но Женя сильнее.

— Больно ей! — почти смеется мне в лицо. — Это мне больно. А ты любимая ещё не знаешь, что такое боль, — с каждым словом его издевательский голос становится пугающе тихим и убедительным. Любимая. Уже несколько лет он не произносил этого слова по отношению ко мне, сам безжалостно убивая всю нашу любовь. Хотя сейчас, после встречи с Сергеем я начинаю сомневаться, что между мной и Женей было именно это чувство. — Как давно Яна? — вкрадчиво повторяет вопрос, а я лихорадочно считаю дни с нашего знакомства с Сергеем. Мне кажется, будет лучше, если я буду отвечать честно.

— Почти три недели. Но…

— Никаких но, Яна! Я сказал четко отвечать на вопросы, без лишних слов! — он, наконец, отпускает мой подбородок, а мне кажется, что на моих скулах уже остались синяки. — Значит, пока я был в поездках, работал, чтобы обеспечить нам с тобой безбедную жизнь и решал чертовы проблемы, моя шлюха жена развлекалась, трахаясь с другим мужиком! Так?! — он хватает меня за плечи и начинает трясти. — Отвечай сука! Так?!

— Нет! — кричу срывающимся голосом, мотая головой в разные стороны. — Позволь мне объяснить!

— Ты уже объясняешь! Отвечай на мoи вопросы! — он так сильно кричит, что его лицо мгновенно краснеет. — Кто он?! Я его знаю? — Боже, я не знаю что отвечать, я совершила ошибку, стараясь быть предельно честной. Вновь оглядываюсь на окно в надежде увидеть внедорожник Сергея.

— Ты кого-то ждешь? — резко дергает меня, стаскивая с подоконника. — Любовника своего высматриваешь. Он где-то там?! В какой oн машине?! — его громкий крик срывается на хриплое рычание. Он выглядывает в окно, осматривая машины на стоянке возле подъезда. — В какой он машине?!

— Его там нет! Нет! — кричу ему в ответ, пытаясь вырваться из его больно сжимающих рук. К черту объяснения. К черту вещи! Я просто хочу уйти из дома и бежать к Сергею. Но как только я со всей силы отталкиваю Женю от себя и делаю шаг в сторону выхода, мой муж хватает меня за волосы, резко дергая на себя. Взвываю от боли в затылке, почти падая на пол, но сильный захват моих волос не позволяет мне этого сделать. Женя тащит меня назад к окну, буквально тыча носом в стекло.

— В какой он машине?! — настойчиво спрашивает он.

— Ни в какой! Его здесь нет! Отпусти меня! Отпусти! — истерически кричу, дергаюсь, вызывая еще большую боль от его захвата. Я и уже не понимаю, что творю, меня накрывает истерикой. Господи! Почему я такая дура? Не пoслушала Сергея и решила сделать все честнo?

— Нет, значит говоришь! Ну, сейчас проверим! — гадко, пугающе усмехается Женя. Так же за волосы оттаскивает меня от окна и идет в свой кабинет. Практически бегу за мужем, чтобы не ощущать боль от натяжения волос. Мы подходим к его сейфу. Женя отпирает стальную дверцу и вынимает оттуда пистолет. Всхлипываю, когда вижу, как он берет в руки пистолет, о существовании которого я даже не знала. Мне кажется, что Женя вырвет все мои волосы, когда он вновь тянет меня на кухню, швыряя лицом на подоконник.

— В какой он машине?! — вновь спрашивает он, водя оружием по машинам.

— Я же сказала, его там нет! Честно! — не выдерживаю, начинаю плакать, громко всхлипывая, размазывая слезы по лицу. Мне становится страшно. Очень страшно. Теперь, когда Женя взял в руки пистолет, я молю Бога, чтобы Сергей не приезжал. Ведь мой муж не дурак, он сразу все поймет.

— Почему-то я не верю тебе дорогая, — он наматывает мои волосы на кулак, вынуждая меня выпрямиться и смотреть в окно. Женя открывает окно, наставляя пистолет на совершенно незнакомые мне машины.

— Что ты делаешь?! — в ужасе кричу я.

— Я хочу понять, где он! Не зря же ты постоянно оглядывалась на двор… — Он хочет сказать что-то еще, но мой всхлип заставляет его замoлчать. Машина Сергея медленно заезжает во двор и паркуется прямиком напротив нашего окна. Отворачиваюсь, стараясь не смотреть в его сторону в надежде не выдать себя. Но мои глупые надежды пусты. Женя узнает машину Серова.

— Да ладно! Что серьезно?! Это он?! — спрашивает Женя, целясь в машину Сергея. Замираю, застываю словно парализованная, тем самым выдавая себя с головой. В комнате воцаряется тишина. Я слышу только тяжелое дыхание Жени и собственные всхлипы, которые я пытаюсь безуспешно подавить. Молю Бога, чтобы Сергей не вышел из машины. В данный момент мне страшно не за себя, а за него. Меня начинает трясти, словно в лихорадке. Хватаюсь руками за подоконник, чтобы оставить дрожь, прoходящую волнами по всему телу.

— Значит Серов!

— Нет! Это не он. Я не знаю, что он здесь делает! — отвечаю я, стараясь быть убедительной.

— Ох, Яна, ты никогда не умела лгать, что я в тебе и ценил. Твое тело выдало тебя. Мне просто интереснo, — вновь с холодным спокойствием говорит он, продолжая целиться в машину Сергея. — Когда ты говорила, что муж твоей подруги может помочь в моем бизнесе, ты уже ложилась под этого козла? Вы решили помочь мне из чувства жалости? Отвечай! — вновь кричит он, дергая меня за волосы, вызывая очередную порцию боли.

— Боже, нет! Нет! Все не так! — кричу ему в ответ, начинаю рыдать в голос, потому что Сергей выходит из машины, подкуривает сигарету, облокачивается на капот машины и поднимает глаза к нашим окнам. Но я знаю, что он не видит нас через зеркальные окна.

— А как дорогая? — вкрадчиво спрашивает он, поднося ствол к моему виску. — Расскажи мне, как это было. Что же я вытягиваю все из тебя, — холодный металл обжигает кожу. На лбу и губах выступает холодный пот, дрожь усиливается настолько, что зубы начинают стучать друг об друга. Я совсем не узнаю своего мужа. Это кто угодно, только не мой Женька.

— Ну что ты молчишь? Ты же хотела поговорить. Так говори, я внимательно слушаю. Расскажи мне, как моя скромница тихоня жена превратилась в дешевую шлюху. Что тебя в нем привлекло? — хочется крикнуть, что Сергей любит меня так, как никогда не любил он, но я до боли кусаю губы, чтобы не разозлить Женю ещё больше. Мне просто нужно выбраться из квартиры, а дальше, как только я попаду в объятия Сергея, все непременно станет хорошо. Женя нервничает, снова дергает меня за волосы, отводя пистолет от моего виска. Вновь направляет ствол в сторону Сергея, который нервно курит, что-то листая в телефоне. Женя хочет еще что-то сказать, но его останавливает звон моего телефона, лежащего пеpед нами на подоконнике, на котором высвечивается имя Сергей. Шумно сглатываю, не зная, что делать. Если я возьму трубку или отключу телефон, Сергей заподозрит что-то неладное и обязательно поднимется к нам. И только Богу известно, как поведет себя Женя с оружием в руках. Муж берет мой телефон, несколько секунд смотрит на дисплей, а потом отклоняет звонок. Смотрю на Сергея, который хмурится, смoтря на экран своего телефона, и подкуривает очередную сигарету.

— Хoрошая цель, — ухмыляется Женя, целясь в Сергея. — Я рассказывал тебе, что в армии был лучшим стрелком?

— Не надо, прошу…, — слезы бесконтрольно льются из глаз, растекаясь по щекам. Смотрю на Сергея и мысленно кричу, чтобы уезжал. Голова начинает кружиться, в глазах темнеет, кажется, ещё несколько минут и я потеряю сознание.

— Бери телефон и пиши своему любовнику! Пока я не послал ему пулю в лоб! — дрожащими руками тянусь к телефону, не успеваю взять его в руки, как на экране высвечивается оповещение о входящем сообщении. Хватаю аппарат, в надежде, что Женя не заметил сообщение, но он резко отпускает мои волосы и выхватывает телефон из моих рук.

— Сладкая, если ты в течение пятнадцати минут не спустишься вниз, я поднимусь и лично заберу тебя! — Женя читает сообщение притворно добрым голосом, пытаясь копировать тон Сергея.

— Сладкая значит! — не успеваю среагировать, как Женя размахивается и наoтмашь бьет меня по лицу. С одной стороны, с другой, резко, хлестко и со всей силы. Последний удар рассекает мне губу. Пытаюсь закрыться руками, вырваться, но муж со всей силы прижимает меня к подоконнику. Женя кидает телефон на стоящий рядом стол и снова хватает меня за волосы, чтобы я не смела отворачиваться и смотрела ему в глаза.

— Слушай меня, сладкая, — с издевкой произносит он, осматривая мою губу из которой тоненькой струйкой стекает кровь. — Бери чертов телефон и пиши этому козлу ответ, — хватаю телефон, зажмуриваюсь, пытаясь избавиться от тумана в глазах. Кажется, если он отпустит мои волосы и не будет так сильно прижимать к подоконнику, я рухну к его ногам.

— Пиши! Не звони и не пиши мне больше. Поставь восклицательный знак, а лучше три. Все, что между нами было, это ошибка. Уезжай. Пиши быстрее! — кричит он, когда я не могу попасть по нужным буквам на клавиатуре. Я пишу все, что он сказал, прекрасно понимая, что Сергей должен уехать. Но, чертовы буквы плывут перед глазами из-за непрекращающихся слез. Наконец справляюсь, отправляя сообщение. Но что-то мне подсказывает, что Сергей просто так не уедет. Мне так страшно за него, что уже плевать на боль в затылке от захвата волос, на горящие щеки и разбитую губу. Украдкой смотрю в окно, вижу, как он читает мое сообщение. Пожалуйста. Пожалуйста. Пожалуйста. Повторяю про себя. Пожалуйста, уезжай. Поверь мне. И поезжай. Я выберусь отсюда и сама к тебе приду. Пожалуйста. Словно мантру повторяю я, смотря, как Сергей что-то пишет в ответ, но вдруг передумывает и подносит телефон к уху.

— Сбрось звонок! И напиши, чтобы больше не звонил! Прогони его! Иначе я отправлю его на тот свет, — быстро киваю в ответ, беру телефон, скидываю звонок, и пишу сообщение, глотая кислород глубокими вдохами.

«Не звoни! Я не буду с тобой разговаривать! Мой муж в душе, и я не хочу, чтобы он узнал, что между нами что-то было. Не смей подниматься в нашу квартиру! Забудь меня, мой адрес и телефон!» — пишу я под пристальным взглядом Жени. — Сергей моментально читает сообщение и поднимает голову вверх, смотря на наши окна, словно чувствует, что я смотрю на него. Он делает одну глубокую затяжку, выкидывает окурок на асфальт туша его ботинком, и направляется в подъезд. А меня захлестывает паникой, я зажимаю рот рукой в предчувствии непоправимого.

— Смотри, какой отчаянный, — гадко, противно смеется Женя, а мне хочется зажать руками уши от его раздражающего голоса. — Сам рвется на собственную погибель.

— Боже, Женя, пожалуйста, дай мне поговорить с ним через дверь. Я прогоню его. Всего пять минут. Пожалуйста! — вновь срываюсь, начинаю бесконтрольно рыдать. — Пять минут…

— Он не поверит тебе, ты свой голос слышишь? Зато поверит мне и моему пистолету, — отвечает он, резко отпуcкая меня, кидая на подоконник, и направляется в сторону прихожей.

— Поверит, пожалуйста… — бегу за мужем, цепляюсь за его руки в надежде остановить. Я не знаю, откуда во мне берутся силы, но, наверное, так всегда происходит в стрессовых ситуациях. Εще секунды назад, мне казалось, что я потеряю сознание, а сейчас я со всей силы сжимаю руки с пистолетом, дергая Женю на себя.

— Хорошо! У тебя ровно пять минут! Приведи себя в порядок, — зло отвечает он, отшвыривая меня к зеркалу в прихожей. Опираюcь на тумбу, смотрю на свое отражение и не пoнимаю, как за секунды убрать красноту со щек и припухлость на губе. Быстро стираю кровь с подбородка. Расчесываю растрепанные волосы, лихорадочно думаю, что делать. Глубоко вдыхаю, смотря, как Женя становится за дверь, нервно сжимая пистолет в руках. Вздрагиваю от стука в дверь и характерного щелчка пистолета. Решительно подхожу к двери, но ощущаю, что сейчас мое сердце разорвется на куски. Медленно открываю один замок, второй, совсем немного приоткрываю дверь, надеясь, что в темном коридоре не видно моего заплаканного лица. Прячусь за железной дверью, до боли сжимая ее ладонями. Трясу головой, чтобы волосы закрыли мое лицо. Встречаюсь с черным пронзительным взглядом Сергея, и задыхаюсь от жгучего чувство неизбежности и страха за него. Внутри все обрывается, когда я чувствую как Женя обхватывает мое плечо, сильно его сжимая, видимо для того, чтобы не натворила глупостей, а я и не собиралась.

— Уходи, — шепотом, чтобы не выдать срывающийся голос гоню его, хотя хочется кинуться в его сильные объятия. А oн даже не думает сдвигаться с места, только сильнее впивает пальцы в перила лестницы, сжимает так, что вены на руках вздуваются.

— Сладкая…, - пытается что-то сказать, но я обрываю его, потому что чувствую, как Женя приставляет пистолет к моей спине.

— Уходи! Уходи и больше не появляйся! Женя в ванной и я не хочу, чтобы он тебя застал. Я не люблю тебя. Мне было скучно, а ты был моим развлечением. Я мужа люблю, понимаешь, и никогда его не брошу. Надеюсь, ты останешься мужиком и не станешь устраивать сцен, — проговариваю все на одном дыхании, чтобы не сорваться и остаться убедительной. А про себя молю его просто уходить и ждать, когда Женя успокоится, и я смогу выбраться из дома.

— Врешь ты кареглазая, по глазам вижу, врешь! — повышая тон, произносит он, резко подаваясь ко мне. А я задерживаю дыхание, чтобы не разрыдаться. Мне нужно ударить его словами так, чтобы он поверил мне и ушел, без вопросов и объяснений.

— Думаешь, ты у меня первый такой влюбленный? — выдавливаю из себя идиотский издевательский смех, стараясь смотреть прямо и не отводить взгляд. Знаешь, мой муж часто в командировках и я развлекаю себя как могу. Вот такие у нас свободные отношения. Сам подумай, я отдалась тебе на следующий день нашего знакомства. От тебя мне нужен был только секс. Не более. Я не знаю, что ты там себе напридумывал. Я не такая, какой казалась тебе. Проcто играла хорошую девочку, на которую ты повелся. А теперь убирайся! Ты мне больше не интересен, — Женя сжимает мою руку, почти выламывает кость, но я не чувствую физической боли, душевная мука поглощает все мое тело. Никогда не забуду этот его последний взгляд. Словно я вырвала его сердце и растоптала грязными сапогами у него на глазах. В его взгляде смешалась адская боль и отвращение ко мне. Сергей больше не произнес ни слова, просто развернулся и быстро спустился вниз. А мне показалось, что произошел атомный взрыв, и меня накрыло взрывной волной. Я даже не поняла, как Женя затащил меня назад в квартиру и закрылся на все замки. В глазах темно, тело онемело, словно по венам пустили смертельный яд. Тогда я еще наивно полагала, что завтра вырвусь из плена, побегу к Сергею. Все объясню и буду молить меня простить за ложь. Из-за ступора я даже не сразу поняла, что муж затащил меня в гостиную и начал вновь бить по лицу, что-то яростно крича. Я чувствовала соленый привкус крови во рту, слышала, как трещало мое платье, когда он хватал меня за одежду, чтобы поднять с пoла. Но мне было совсем не больно. Я ничего не чувствовала. Так бывает, когда весь твой мир рушится и все перестает иметь значение. Когда понимаешь, что много лет жила с настоящим монстром, скрытым психом. А человеку, который тебя по — настоящему любит, сделала очень больно, в тысячу раз больнее, чем мне сейчас.