Глава 44

Крайдин Сорк вернулся. Это не слишком сказалось на его характере — существенных отличий Марисса отыскать не смогла, зато полностью изменило его поведение.

Им стоило добраться только до первого крупного города, где Крайдин уже вошел в привычный образ. Он сразу потащил Мариссу к городской управе.

— Кто наместник? — спросил он хмурого солдата-накхасита. — И вы в курсе, что у вас с запада слепое пятно? Это караул или цирк уродцев?

— Так ведь спокойно в городе, уже одна показуха, а не караул… — солдат опешил, затем опомнился и нахмурился еще сильнее. — Ты кто? Ежели с письмами — давай, передам главному.

— Ага, передай. Передай главному, что Крайдин Сорк здесь. С проверкой.

— Что? — паренек с каким-то ужасом рассматривал путников в грязной и ветхой одежде.

— Быстрее. И сразу распорядись, чтобы комнату приготовили.

Главный, он же наместник торговой пристани Ринора, вылетел из дверей арбалетным болтом уже через несколько секунд. Удивленно, но без подобострастия, махнул рукой, приглашая:

— Проходите, милорд.

И, лишь заведя их в кабинет, позволил себе вылупиться со всем изумлением, которое до сих пор сдерживал.

— Весьма рад, милорд, видеть вас в добром здравии! Но… вы должны понимать ситуацию. Мы здесь изолированы от новостей, живем практически слухами. Верно ли, что вас обвиняли в государственном заговоре?

Крайдин сел в кресло и вытянул ноги. Марисса смущенно заняла стул подальше от глаз и поближе к стене.

— Не обвиняли — правду говорили. Я тоже рад вас видеть, господин Анрай. Счастлив, что хотя бы мои назначения переписывать не стали — вы прекрасный политик, — ответил ему Крайдин. — Сколько солдат в местном гарнизоне?

Господин Анрай неожиданно рассмеялся, хоть и натужно:

— Сделаю вид, что не все ваши слова расслышал. Сто тридцать два, милорд.

— В городе спокойно?

— Более чем. Вначале было сложно, но люди привыкают. Особенно быстро привыкают, если поступать по справедливости. После войны они готовы были принимать любую справедливость как благо. А торговцы вообще способны играть по любым выгодным правилам, за ними тянутся и остальные — здесь весь город на торговле завязан.

— Отлично. Скольких солдат вы можете командировать со мной в Хлаох?

— Не больше пятидесяти, милорд. Мы больше не воюем с местными, но мы же теперь охрана местных. Узел торговых путей, хватает разного отребья, и самое перспективное, что мы можем сделать, — показать, что в Накхасе честным людям стало жить спокойнее, чем до сих пор. Из меня плохой вояка, милорд, но хороший управленец, как вы и говорили при моем назначении. Хотелось бы получать чуть более четкие указания из Хлаоха, но их нет, приходится решать проблемы на месте на свой страх и риск. Мне очень повезло оказаться здесь, а не где-нибудь в Зерае или Дораше, где развитие завязывалось на военной мощи, а не торговле.

— Рад знать, что не ошибся в вас, господин Анрай. Но пятьдесят солдат все же командируйте — им срочно надо повидаться со своими семьями на родине.

— Понимаю, — наместник усмехнулся в кулак. — И подчеркиваю, что ни я, ни мои подчиненные ни в каких революциях не участвуем. Вот если на новом королевском указе будет стоять другая подпись — так ничего страшного, привыкнем. Нам ли в таких деталях разбираться, если вы оба — сыны своего отца? По мне, так уж лучше бы ответы на мои письма приходили, уже с любой подписью.

— Прекрасный политик, — повторил Крайдин. — Комнату, ванны, одежду, ужин. Выезжаем утром.

— Как прикажете, милорд.

И после этого сразу все вопросы начали улаживаться. Крайдин тщательно выбирал города, в которые следовало заехать — искал только проверенных людей. Он не ставил себе целью собрать армию по дороге, это невозможно. Но лучше вернуться в Хлаох хоть с какой-то силовой поддержкой, способной защитить против небольшого гвардейского отряда.

Ехали они теперь с комфортом, в крытой повозке, а сопровождение составляло не больше ста вояк. Часть из них Крайдина знала в лицо раньше — таких сразу можно было отличить от остальных: улыбаются иначе, не кланяются в пояс, зато уважение в глазах — спокойное и искреннее. Мариссе почти не уделяли внимания, но обращались к ней вежливо — звали только миледи или госпожой, лишний раз даже в ее сторону не смотрели. В новой одежде она действительно снова начала напоминать госпожу, а не ведьму из чащи.

С Лидой так и не попрощались. Марисса звала — но та не пришла, ветром только обдала. И тогда Марисса поняла, что это и есть прощание. Ведьме не хочется вслух одобрять ту судьбу, которую ее подопечная для себя избрала. Но она не увидела бед и порогов впереди, иначе обязательно бы предупредила. Ведьма, идущая неверным путем, все равно остается своей.

Как Крайдин и говорил, дорога в Хлаох оказалась гораздо короче дороги из него. Теперь не было необходимости искать обходные пути, чтобы не попасться страже, у всех были добрые кони и повозки, а так же деньги на необходимое. Но по мере приближения Крайдин все заметнее выглядел напряженным.

— Из-за чего ты переживаешь? — спросила Марисса однажды, обнимая его.

— Разве я переживаю?

— Конечно. Я вижу.

— Ведьмовская интуиция? Тогда никому об этом не говори, это страшная военная тайна. Кстати, о ведьмах — расскажи мне, как все будет. Успокой, раз все равно раскрыла мою тревогу.

Марисса прислушалась к ощущениям и покачала головой:

— Этот вопрос стоило задать Лиде — у нее твердое чутье. У меня только ощущения.

— Ладно. И что ты хотя бы ощущаешь?

— Что со мной вряд ли произойдет беда, — Марисса улыбнулась. — То есть не так. Лида ни за что не отпустила бы меня, если бы предчувствовала мою скорую смерть. А это гарантия!

Крайдин тоже улыбнулся:

— Сойдет и такая гарантия. Выходит, мне надо держать тебя при себе — если уж с тобой беды не случится, то и меня обойдет стороной. Не оставляй меня, и все будет в порядке. Хотелось бы верить, что тебе мой порядок тоже важен, хоть ты и продолжаешь меня считать слишком сложным человеком.

— Не мни, что до сих пор читаешь мои эмоции!

— Не читаю, Марисса, я о них точно знаю. И почему про любовь не кричишь — тоже знаю. А о ней и не надо кричать.

Марисса смеялась и обнимала крепче. А в какую сторону еще идти, если она уже посмела себя назвать женщиной настолько сложного человека? Пусть и он теперь смеет стать с ней проще.

Отряд обогнул столицу по западной дороге, направившись в отдаленное поместье. Особо уже не скрывались — не было смысла. Никто из постовых и караульных не осмелился остановить генерала Сорка с сотней вооруженных, закаленных в боях, солдат, но уж наверняка многие из них отослали в Хлаох донесения о его визите на родину. Хотя выглядело это по меньшей мере странно. Вероятно, каждый из них считал: пусть поимкой особо опасного и очень статусного беглеца занимаются люди, получившие такой приказ прямо, а им что? У них задачи другие. Кто их задачи выполнит, если они останутся на дозорном пункте выпотрошенными трупами? Так и вышло, что никаких фанфар и приветственных речей не случилось, но все желающие знать — узнали.

В поместье их встретили без особого энтузиазма. Крайдин собирался оставить Мариссу с солдатами, но она упрямо зашагала рядом по темному холлу. Ей теперь были интересны все детали, ведь в пропасть-то теперь держась за руки улетать, как и до трона подниматься — держась за руки.

Отставной генерал Мьяр выглядел такой развалиной, что вряд бы смог и меч поднять, не то что идти в бой. Однако Крайдин целенаправленно искал встречи именно с этим человеком для первого разговора о своем возвращении. Возраст генерала позволял ему не вскакивать с места и не сгибаться в поклонах — или это ему позволяла их старая дружба, или старые раны. В любом случае, Мьяр сидел в кресле-качалке с укрытыми пледом ногами и большого восторга от визита не изображал.

— Я предчувствовал, что вы вернетесь, милорд, — прокряхтел он вместо приветствия. — И предчувствовал, что задам этот вопрос — зачем же вы вернулись? Госпожа, садитесь, садитесь, если уж все равно решили присутствовать при этой беседе.

Марисса молча кивнула и заняла сиденье поодаль, решив не вмешиваться, а только слушать. Крайдин пододвинул стул ближе к старику и скрестил на груди руки.

— То есть я опоздал? — спросил он сухо.

— Вам лучше знать, милорд, — Мьяр пожал плечами. — Но вы определенно упустили решающий момент.

— Хотите сказать, что теперь я не соберу даже тех, кто готов был выступить на моей стороне?

— А разве такие были? — неуместно расхохотался Мьяр. Осекся, подумал, потом ответил серьезнее: — Вряд ли соберете. Все силы были собраны для атаки в тот день, милорд. Каждый из тех тысяч людей был готов отдать жизнь за ваше воцарение — потому что считали это дело важнее собственной жизни. И когда вы исчезли…

— И что же произошло после этого? — Крайдин хмурился все сильнее. — Не нашлось лидера, которого усадили бы на никому не нужный престол?

— Дело в этом и не в этом одновременно. Император получил трон по праву крови, оспорить это право могли только вы, накхаситы не ломают традиции настолько кардинально. А его величество вышел на центральную площадь и поклялся, что вы сбежали со своей супругой. Принес магическую клятву. Там были и наши маги, милорд, и они тоже опустили головы и разошлись, что и стало ответом всем нам. Воевать за справедливость, против халатного бездействия нынешнего правителя и арестов любого, кто имеет свое мнение, — это одно. Воевать за предателя, бросившего собственных людей в самый ответственный момент, — совсем другое. Переворот закончился, не начавшись, милорд. Спасибо, что сбежали до того, как сотни или тысячи погибли во славу вашего имени. Некоторые из ваших доверенных лиц бесследно исчезли — подозреваю, их просто уморили в казематах, так что совсем без жертв ваш поступок не обошелся. Вот потому я и интересуюсь: зачем же вы вернулись?

Крайдин медленно выдохнул, Марисса опустила лицо, уставившись на свои руки. Она вернула Крайдина — могла бы и этого не делать. Вернула, но все равно что-то отняла безвозвратно. Но мужчины на нее не смотрели, будто бы один из них вовсе забыл о настоящей виновнице. Он выглядел расслабленным, но слова звучали со скрытым напряжением:

— То есть и вы, и все остальные так запросто поверили в то, что я просто ушел по доброй воле и бросил своих людей? Вы за того самого Сорка погибать хотели?

Старик растерянно развел руками:

— Но… магическая клятва, милорд. Вы хотя бы слыхали о том, чтобы короли приносили такие клятвы? И если есть причина, то вам бы ее озвучить — и тогда вы вернете все свои силы. Если же вас удерживали силой, если подвергал мучениями и пыткам, то уж поверьте, от того ваша поддержка только возрастет.

Марисса затаила дыхание. Генерал Мьяр будто бы придумывал причину — любую, и готов был принять любое объяснение. Ей ли не знать, по какой причине Крайдин бросил своих людей на самом деле. Станет ли врать? Ведь правда окончательно похоронит его надежды.

Крайдин же встал, слабо пожал плечами и посмотрел на камин, чуть склонив голову набок.

— Вы знаете меня с детства, — произнес он еще тише. — Вы учили меня сражаться, под вашим руководством я отправился в свой первый поход против кочевых наездников. Вряд ли из ныне живущих найдется хоть кто-то, кто знает меня лучше вас.

Он замолчал, потому старик решил, что от него ждут какого-то ответа:

— В том и дело, милорд! Ваш благородный и мудрый отец посчитал, что лучше сделать вас правой рукой короны, а не ломать все старые традиции. И каждый прожитый месяц показывает, что его решение было ошибочным! Возможно, это была его единственная ошибка за все правление. Да, милорд, я побольше прочих знаю вас.

Крайдин посмотрел на него пристально.

— Раз так хорошо знаете, то почему задаете странные вопросы? Я когда-нибудь отчитывался в своих действиях? Когда-нибудь оправдывался?

— Но… нынешняя ситуация существенно отличается от прошлых!

— А я думаю иначе, господин Мьяр. Если кто-то действительно считает, что я бы бросил дело, не имея непреодолимых причин, то они и не должны идти за мной. Если кто-то видит во мне такого лидера — тогда зачем им такой правитель на троне? Многие погибнут за то, чтобы я получил корону, так что должно стоять за их смертями — сомнения или безусловная вера? Уже сын Рая может стать достойным императором, но мы собираемся переписать всю историю, назад дороги не будет. Неужели вы думали, генерал, что настолько масштабные изменения творятся с сомнениями?

Он, не дожидаясь ответа, направился к выходу, подал руку Мариссе, и та поспешила за ним. Но уже в дверях старческий голос окликнул:

— Еще минуту, милорд, — он дождался, когда Крайдин снова повернется к нему, затем продолжил: — Мне не так уж много осталось до линии тьмы. Потому я остаюсь на вашей стороне, раз уж вы все равно вернулись.

Крайдин неожиданно усмехнулся:

— Потому что в вашем возрасте поздно менять приоритеты?

— Потому что в моем возрасте никто не начинает верить в новых богов, милорд.

Крайдин кивнул.

— Рад. И сделаю вид, что забыл предисловие.

— Только… милорд, тогда примите и совет верного вассала. Вам лучше не брать с собой супругу на такие переговоры. Ведь не только ваше исчезновение повлияло на репутацию.

Крайдин впервые за встречу мазнул по Мариссе взглядом. Ответил, уже не поворачиваясь к собеседнику.

— Вы сами говорили, что я слишком похож на отца, генерал. Кстати говоря, я все еще считаю, что тогда он принял правильное решение, просто у Рая не хватило ума его реализовать, но дело не в решении отца, невозможно спрогнозировать такую глупость. По поводу текущего совета. Я привез в Хлаох силу, которую никто не берет в расчет. И пусть она станет перевесом голосов, а не препятствием.

— Воля ваша, милорд, — ответил Мьяр. — И не рассчитывайте на то, что многие последуют моему примеру. Сделаю все, что могу, но я не творю чудес.

Это был хороший разговор. Гарнизон генерала Мьяра был не так уж и велик, в отличие от его слова. Прямолинейный человек, который уже на пороге смерти и оттого ничего не боится, принимает только такие решения, в которые свято верит. Потому одним разговором Крайдин вернул сразу несколько семей на свою сторону.

Но этого было катастрофически недостаточно. К кому-то Крайдин даже обращаться не стал — рисковал, что просто схватят и отправят во дворец для казни, кто-то предпочел вернуться к нейтралитету: в условиях неопределенности они готовы лояльно относиться к планам Крайдина, но участвовать — ни людьми, ни деньгами — не станут. Крайдин не ругался с ними, просто собирал ответы и шел дальше.

И, разумеется, бесконечно это продолжаться не могло. Уже должна была пойти молва о возвращении генерала Сорка, а это означало, что скоро в их сторону выдвинутся все королевские войска. Крайдин же не успевал восстановить даже те резервы, которые собрал до проклятия. Ни о каком перевесе сил в его пользу речи теперь не шло, а Хлаоху все же суждено стать полем битвы двух противников, за одним из которых — боевая слава и горстка добровольцев, за другим — деньги, власть и королевские гарнизоны.