Глава 81

Я очнулась в его объятиях. Неизвестно, сколько времени прошло.

Теплое покрывало и жар его кожи гасили озноб в моем теле. Отголоски полета на запредельную высоту все еще качали меня в полузабытии. Сладкая боль во всем теле напоминала о том, что произошло.

Я повернула голову, вглядываясь в лицо Майкла затуманенным взглядом.

Смотрела и думала – а ведь мне никогда прежде не было так хорошо и легко одновременно.

Я потеряла над собой контроль… но никто не забрал меня в момент наибольшей слабости. Меня бережно пронесли через неизвестность в момент самого наибольшего доверия.

А потом я вспомнила, что говорила ему… как соглашалась с самыми опасными откровениями, умоляя забрать меня в эту тьму, и по спине прошел холодок.

Я глубоко вдохнула. Воздух был как будто наполнен покоем. Но внутри было неспокойно.

— Майкл, — прошептала я. — Я… я пообещала слишком много. Тогда, в том состоянии. Это было... затуманено.

Он не отстранился. Не напрягся. Только кивнул и заглянул мне прямо в глаза. В этих глазах не было упрёка. Только тепло.

— Я никогда не воспользуюсь твоим согласием в таком состоянии, Блейк. Никогда, — спокойно произнёс он. — Всё между нами будет только по твоей воле. Если я когда-нибудь подавлю тебя… если сломаю — ты вправе уйти. И я позволю тебе это. Но я обещаю: я буду рядом. Забота. Покой. Тепло. Это — то, что я хочу дать тебе.

Моё сердце глухо ударилось о рёбра. Я не могла ответить словами. Только кивнула. Снова кивок вместо тысячи слов. И этого оказалось достаточно.

Он понял.

Майкл накрыл меня поцелуем — не властным, как прежде, а глубоким, уверенным. Его руки обвили мою талию, притянули ближе, и я больше не сомневалась. Он был моим.

Его движения были уверенными, целеустремлёнными, будто он давно знал, как именно хочет прикасаться ко мне. Он держал меня крепко, но не жестоко — как свою. Каждое касание было как обещание: «Я здесь. Я не предам».

Моё тело откликалось на него, как будто всё это время ждало только его. Его голос, шепчущий: «Смотри на меня», — пускал огонь под кожу. Его ладонь, скользнувшая по моей спине, поддерживала, направляла, вела.

Когда мы остались лежать, переплетённые, в дыхании друг друга, я тихо спросила:

— Если я твоя… мне придётся носить ошейник?

Он усмехнулся и, не открывая глаз, ответил:

— Нет. Разве что ты сама захочешь.

Я рассмеялась сквозь остатки напряжения.

— Знаешь… я видела в Bulgari кое-что, на что, возможно, соглашусь.

Майкл улыбнулся. А я, впервые за долгое время, почувствовала: я дома.