Глава 20

После ужина и вежливого прощания с моим гостем, мне казалось, что на этот раз уснуть я точно не смогу. Что на меня навалятся воспоминания обо всём случившемся, волнение перед завтрашним днём, мысли о будущем… Но стоило коснуться головой подушки, и измученное сознание просто выключилось, будто свет погас.

И снова мне ничего не снилось. Проснувшись от деликатного касания к плечу молчаливой Жины, явившейся меня будить, я ещё пару минут лежу, пытаясь вспомнить хоть что-то, хоть какие-нибудь смутные образы.

Но в памяти не всплывает ничего нового. Пусто и темно.

Несмотря на всё моё желание, никаких видений и вещих снов. Никаких новостей о мужьях.

Стальной обруч тревоги на сердце сжимается ещё сильнее, давя и угнетая. Обжигая глаза невыплаканными слезами.

Но взгляд натыкается на застывшую в низком поклоне у моей кровати служанку и её сестру, в такой же позе ожидающую поодаль. И приходится напоминать себе, что на слёзы у меня нет времени. А на слабость больше нет никакого права.

Странно, что сёстры меня будят, а не Чотжар. Но он, видимо, занят приготовлением к нашему отлёту в столицу.

На моего хранителя сейчас свалилась огромнейшая ответственность, и ему только посочувствовать можно. Хорошо, что А-атон успел освободить его от клятвы. Не представляю, как бы змей со всем справлялся безмолвным.

− Доброе утро, − здороваюсь я со своими доверенными служанками, откидывая край одеяла. И заставляю себя спустить ноги с кровати. А потом и сесть. — Ни-одо Чотжар занят?

Жина, выпрямившись, тут же кивает, подтверждая мои выводы.

− Он придёт?

В ответ девушка виновато пожимает плечами, давая понять, что не знает.

Ну ладно. Приведу себя в порядок, а потом свяжусь с ним, если сам раньше не явится.

Активировав торобраслет, проверяю сколько у меня времени, чтобы собраться, и отправляюсь в купальни.

Мой первый день в качестве действующей императрицы Аша-Ирон можно считать наступившим. И первая моя задача на сегодня — отстоять свои хлипкие права перед сборищем сильнейших и влиятельнейших представителей империи. При наличии всего лишь одного единственного союзника в Совете.

Во что ты ввязываешься, Лина? Можешь ведь согласиться на регентство Сэтору. Переложить на него эту ответственность.

Это то, чего и ожидал от меня А-атон. То, к чему он меня готовил… Зачем я столько на себя беру? Зачем лезу в политику, борьбу за власть? Меня не осудят, если я спрячусь за мужской спиной очередного своего защитника.

Но отступив, я заведомо соглашусь на положение зависимой и слабой. А слабыми в империи Аша-Ирон пользуются. Только будучи сильной я смогу отстоять себя саму, свою верность мужьям.

Заявив о себе сегодня на Совете, показав, что со мной стоит считаться, даже если мне всё-таки в итоге потом придётся согласиться на регента, я уже буду в гораздо более выгодном положении, чем если бы затаилась в императорском дворце, жалобно моля жреца о помощи.

Заседание Совета будет транслироваться на всю империю.

А ту, что заявляет о своих правах на всю империю, гораздо сложнее незаметно убрать с дороги. Не невозможно, конечно, но сложнее. Это своего рода страховка.

Вспоминая всё, что знаю о советниках, и то, что сама изучала, и то, что вчера мне успел поведать Сэтору, выстраивая в голове линию своего поведения и общую стратегию действий, я быстро заканчиваю с утренними делами в купальне и возвращаюсь в покои, где в трапезной меня уже ждёт лёгкий завтрак.

Есть не хочется. Но я себя заставляю. Мне будут нужны все силы, которые у меня есть.

Во время трапезы получаю сообщение от Чотжара, в котором он сообщает, что до отправления остался час. И что всё уже почти готово.

Отвечаю ему, что буду готова к нужному времени.

А потом приходит время одеваться.

Я выбираю строгое чёрное, длинное и полностью закрытое платье, разбавив его мрачность цельным литым колье-пластроном из тёмного тирола, драгоценного металла, похожего на серебро. Колье полностью закрывает мою шею, делая её визуально изящней, и словно часть изысканной брони спускается до самой груди. В нём достаточно лишь отрешённого выражения лица, чтобы уже выглядеть царственно. А в сочетании с очень удачным макияжем и подавно. Я сама себя не узнаю.

Жина собирает мои волосы в строгий низкий пучок. И больше никаких украшений. Я имею полное право надеть изготовленную для меня корону императрицы. Но, если позволит Абсолют, поступлю по-другому. Более эффектно.

А Нэоко тем временем опускается передо мной на колени, чтобы помочь надеть высокие сапоги-чулки, плотно обхватывающие мои ноги до середины бедра. Тоже чёрные. Тем самым завершая нужный мне образ.

− Спасибо, девочки. Мне очень нравится, − улыбаюсь я благодарно, когда сестрички лайсы заканчивают и поднимаются, отступая на шаг.

Странно, что Чотжара до сих пор нет.

Невольно хмуря брови, поднимаю руку с торобраслетом.

Но сообщение отправить не успеваю. Мне прилетает уведомление от Тэ-атсура, что ко мне явился ри-одо Сэтору и требует его впустить.

Как же без него? Совершенно никак.

Тяжело вздохнув, даю своё согласие. И поднимаюсь, чтобы встретить того, на кого вынуждена полагаться.

Уже через минуту слышу в гостевой приближающие шаги. И ри-одо Сэтору появляется в арке прохода. В строгом официальном одеянии, напоминающем турецкий кафтан, тоже весь в чёрном, будто в знак траура.

Да так и застывает, прикипая ко мне взглядом. В багряно-чёрных глазах вспыхивает такая откровенная жажда, что по моей коже снова бегут мурашки.

− Доброе утро, ри-одо Сэтору. Светлого неба над головой, − первая нарушаю воцарившуюся тишину традиционным приветствием, когда понимаю, что молчание слишком затянулось. Спасая себя от неловкости и смущения.

− Доброе утро, моя императрица, − отмирает жрец, но глазами всё равно продолжает откровенно скользить по моей фигуре, затянутой в чёрную матовую ткань. — Позвольте высказать вам моё восхищение. Вы великолепны. И ваша красота сегодня несомненно станет ещё одним мощным оружием в ваших нежных руках.

− Благодарю за комплимент, − учтиво киваю в ответ, насколько мне позволяет гладкий металлический край колье под подбородком.

− Вы готовы к отправлению? — наконец смотрит он мне в глаза.

− Да. Но ещё не успела связаться со своим хранителем и узнать, закончены ли все приготовления к нашему отлёту.

− Всё готово. Ожидают только вас, моя императрица. Ни-одо Чотжар уступил мне честь лично сопроводить вас ко взлётной площадке. Я также хотел просить о чести сопровождать вас на императорском шаттле. Хотелось бы обсудить с вами последние новости и ещё парочку важных моментов, касающихся Совета высших.

Его подчёркнутая учтивость и формальность обращения позволяют мне немного расслабиться. Кажется, сегодня Сэтору решил не нервировать меня лишними намёками и нарушениями личного пространства. Может ведь быть приятным, когда хочет.

− Да, конечно. Буду благодарна, − отвечаю с новым выверенным кивком.

− Тогда прошу, − посторонившись, жрец уступает мне дорогу.

Сделав глубокий вдох, я медленно выдыхаю, прикрыв глаза. Успокаивая нервы и собираясь, как перед прыжком в пропасть.

Всё, пора.

Первые шаги ощущаются будто со стороны, будто я сплю и это всё не со мной происходит. Рядом шагает Сэтору. За дверью апартаментов нас встречает Тэ-атсур, а за его спиной ещё добрый десяток телохранителей. Тут и хорошо знакомые, привычные мне Ха-эчир, Ланджит и Киморуш, уже однажды вставшие между мной и подосланной убийцей, и другие примелькавшиеся за месяц лица.

Стоит мне ступить за порог императорских апартаментов, как все ашары неожиданно и слаженно опускаются на одно колено, склоняя головы. На-агары соответственно исполняют свой собственный вариант низкого почтительно поклона.

− Силы тебе, императрица! Наши жизни и наша преданность принадлежат тебе, − рокочут в один голос, пробирая до нутра дрожью и трепетом. И всеобъемлющим шоком.

— Джа-аны Правящего дома присягают тебе на верность, − провозглашает громко Тэ-атсур. − И поддерживают в решении править лично, храня трон империи для истинных императоров.

Я… не ожидала этого. Совсем не ожидала. Не думала даже. И тем сложнее мне сейчас сдержаться и не расплакаться от благодарности перед этими мужественными воинами. Что таким образом демонстрируют свою поддержку той, которую видели ещё бесправной рабыней.

− Благодарю вас, доблестные воины империи, − произношу, собравшись с духом. Голос немного сипит, срываясь на дрожь, но звучит уверенно и твёрдо, как и должно: − Клянусь, я сделаю всё, чтобы не посрамить честь Правящего Дома и моих супругов. И приложу все усилия, чтобы достойно нести ношу ответственности и императорской власти, пока Повелители не вернутся.

И по взглядам, поднятым на меня, понимаю, что подобрала самые правильные слова.

− Славься, императрица! — гаркают джа-аны, принимая мою клятву.

Поклонившись ещё раз, мужчины так же слаженно поднимаются, и я продолжаю путь. А охрана выстраивается вокруг меня защитным строем.

Столь неожиданное торжественное приветствие придаёт мне той уверенности, которую я так тщетно пыталась в себе найти. Как бы я не храбрилась, меня всё равно неотступно терзал страх, что не справлюсь, что меня не примет не то что Совет, но даже Правящий Дом, назвав самозванкой и выскочкой, посмевшей кощунственно позариться на императорскую власть.

Кто я такая? Всего лишь бывшая рабыня. Низшая для них.

Но меня приняли джа-аны Правящего Дома, то есть самая сильная и весомая часть имперской армии. Меня поддерживает Глас Абсолюта, являющийся также главой второго по влиянию Высокого Дома. Возможно, поддержат и другие союзники моих мужей, как только я докажу на Совете, что Повелители живы.

О том, как я буду справляться с отвоёванной властью, подумаю завтра. Сегодня нужно выстоять первое моё сражение на этом поприще.

Шагая под сводчатыми потолками коридоров императорского дворца, я постепенно полностью успокаиваюсь, выравнивая дыхание. У меня всё получится.

Покинув личное императорское крыло, миновав длинную колонную галерею и перейдя в анфиладу небольших залов общего пользования, я едва снова удивлённо не замираю, когда вижу коленопреклонённых слуг и рабов, образовавших для нашей процессии целый живой коридор. Но мои сопровождающие не сбавляют шага, и я тоже продолжаю путь.

− Силы тебе, императрица! Славься, императрица! − несётся вслед нам, пульсирует во мне в такт ударам сердца. Заставляя кровь бежать быстрее.

И контрольным выстрелом для меня становятся выстроившиеся перед взлётными площадками отряды джа-анов и даже дарков Са-оира. Замечаю я и своего хранителя наконец. Чотжар ждёт у траппа в компании… ни-одо Шаарида. А у незнакомого мне шаттла, бликующего бронзовой краской обшивки, выстроились воины Дома Бронзовых на-агаров.

Передо мной, по сути, стоит целая армия. Небольшая, но смертоносная и грозная, состоящая из элитных десантных войск трёх Высших Домов. Поскольку отряд личных джа-анов Сэтору в чёрно-красных мундирах тоже наблюдается у двух соответствующих по цвету шаттлов.

Не сумев справиться с эмоциями, я судорожно вздыхаю, немного замедляя шаг.

И сердце пропускает удар, делая в груди кульбит, когда каждый солдат в каждом строю, все они друг за другом опускаются на одно колено, либо склоняются на длинном змеином хвосте и, ударяя себя в грудь кулаком, скандируют:

− Силы тебе, императрица! Славься императрица!

Их голоса гулким рокотом проносятся под куполом гигантского лётного зала. Волной дрожи бьют в солнечное сплетение, даря головокружительное ощущение полёта и кипящей внутри решительности оправдать возложенные на меня надежды. Никогда ещё я не чувствовала ничего подобного. Никогда от меня не зависело столько судеб. Это до озноба пугает. Но теперь и воодушевляет тоже. Если в меня столько народу поверило, то я верить просто обязана.

Волна скандирующих голосов и поклонов доходит до шаттлов, пока передо мной не склоняются и Чотжар с ни-одо Шааридом.

− Идёмте, моя императрица, − мягко касается моего локтя Сэтору. — Высший Совет ждёт вас.

− Чтобы сожрать? — хмыкаю нервно, заставляя себя двинуться дальше вдоль строя джа-анов.

− Я начинаю думать, что сожрать вас будет не так уж и просто. Даже высокочтимым советникам, − задумчиво усмехается Глас Абсолюта. — Что-то подсказывает мне, что ваши враги сегодня склонят головы перед вами точно так же, как склонили союзники. Я лично приложу к этому все старания, Абсолют мне свидетель.