Павел

Больше одного танца Надя не выдерживает внимания, поэтому я решаю, что на сегодня и правда достаточно. Будем постепенно рождать в ней уверенность в себе.

Я делаю это вовсе не из-за того, что хочу ее поменять или меня что-то не устраивает в Надежде, а потому что знаю свою семью и то, как на нее реагируют другие. Нападки будут, и с таким характером Надя просто не выдержит напора.

Дедушка выстроил так, что мы все как единая стена — один кирпичик без цемента, и вся стена может лопнуть.

Конечно рядом с ней всегда будет охрана, но даже меня она не всегда спасает. А пресса пугает. Надю уж точно в угол загонят, до смерти напугав напором.

В обществе все знают, кто такая Надежда, но пресса как-то минует ее, а после брака со мной ее будет сложно не заметить. Она ведь всегда будет со мной.

— Может, домой отвезти? — предлагаю ей, когда гости начинают расходиться и остается несколько человек, ждущих такси.

— Нет, — качает головой и, взяв под локоть, отводит в сторону. Оглядывается и шепотом признается. — Хочу Ярославу и Любе сделать еще один подарок. Мы с мамой Любы собираемся прогнать их из дома, — признается она с коварством. — Отправить праздновать дальше вдвоем. Пусть номер в отеле арендуют и празднуют!

— Ясно, — тяну, улыбаясь ее идее. — Романтик. Мне нравится эта идея, — киваю.

Люба работала на меня. Как бабочка порхала. Достойный сотрудник. Сейчас в декрете, но через год вернуться должна.

И отдых ей не помешает. Знаю ведь, что, как только вернется на работу, спуску себе не даст. Как и сотрудникам.

— Да, — кивает Надя. — И надо, чтобы кто-то побыл с Софией, пока мама Любы будет укладывать младшего. А Оле завтра в школу. Ее не попросишь с Софией посидеть. Ты ведь знаешь, что она любит перед сном поболтать и иногда забалтывается до утра.

Переплетаю наши пальцы и жду от нее какой-то реакции. После того танца мы больше не поднимали тему брака.

Надя уж точно решила замять, но я не намерен.

— Надюш, — беру ее за вторую руку. — Ты ведь не думаешь, что сможешь от меня сбежать? — интересуюсь у нее. — Или эмоции стихли, и ты начала понимать, что натворила?

— Нет, что ты! — восклицает она так громко, что выдает себя с потрохами.

Жалеет.

Сдерживаю улыбку и позволяю ей меня “обмануть”.

Пусть думает, что хочет, но она станет моей женой.

Не отпущу!

— Паш, а мы не спешим? — все же вздыхает она. — Почему через месяц свадьба? Может, летом? Я всегда хотела летом. Чтобы платье летнее и…

— Ну хочешь, летом свадьбу устроим, — согласно киваю и вижу, как она облегченно выдохнула. Только вот она не знает того, что я собираюсь сказать дальше. — Но распишемся через месяц, девочка моя. Так сказать, компромисс.

— У меня новая книга через месяц выходит, — бросает она, хватаясь за это, как за спасательный круг. — Через месяц точно не получится. Там завершение одной книги, старт другой…

— Правда?! — изображаю удивление и даже грусть. — Какая жалость! Может, завтра тогда распишемся? — предлагаю ей внезапно. — Я все устрою. Ты только скажи.

— Сабуров, какой ты противный, — не выдерживает она, рыкнув на меня. Возвращается к выходу из дома брата, недовольно топая к двери.

— Это ты ко мне пришла и дала согласие, — напоминаю ей с вызовом. — Да еще и поцеловала. Думаешь, со мной можно играть в “буду/не буду”?

Зло проворчав на меня, оборачивается. Недовольно оглядывает меня и, сделав шаг, коротко целует в щеку, что для нас привычно.

Разворачивается, чтобы уйти в дом и отпустить меня к моей машине.

— Стоять, — ловлю ее за руку и разворачиваю к себе. Обвиваю рукой ее талию и притягиваю к себе. — Больше в щеку поцелуи не прокатят. Этот уровень мы уже прошли.

— Паш… — жалостливо вытягивает слова. — Ну мне неловко пока. Давай отложим все это? — просит, пока я покрепче ее за талию обнимаю и полностью свои права на нее заявляю.

— Целуй, — требовательно заявляю. — Твои брат и невестка уже идут. Хочешь при них это делать? — беру на понт, потому что при них она поцеловать меня точно постесняется.

— Нет, — недовольно тянет и быстро чмокает меня в губы, поэтому приходится брать все в свои руки.

Перехватываю ее поцелуй и властно овладеваю ее губами. Поначалу она сопротивляется, но быстро сдается.

Останавливаюсь, лишь когда за нашими спинами разносится громкий и многозначительный кашель.

— Кхм… я здесь, понимаю… любовь, — начинает друг напряженно. Смотрит на нас нахмурив брови.

Надя, пользуясь тем, что Серов рядом, вырывается из моей хватки. Подходит к брату и заявляет ему:

— У тебя самый противный и приставучий друг, Ярослав!

Злится, колючка!

Но понравилось.

Знаю.

Разворачивается, посылает воздушный поцелуй и испаряется в доме.

— Ты сама меня выбрала, — кричу ей вслед.

— Вообще-то он и тебе друг тоже, — напоминает ей Люба, как бы приняв мою сторону в этой маленькой игре “буду/не буду”.

— Поправочка, — заговариваю, счастливо улыбнувшись. — Уже жених. Завтра стану им официально!