Глава 22

ГЛАВА 22

РИТА

Уже четвертую неделю мы по-прежнему разбирались с законами. Это вначале казалось, что все просто и легко. Прочитал книгу, дал законам новую трактовку и…

И нифига не все!

Первым встал вопрос: куда записывать новую трактовку законов?

В древней книге места больше не было, и, что самое печальное, эта книга была в единственном экземпляре, даже ее копий не было.

Из-за этого встал второй вопрос: если у них нет ни одной копии, как мы будем доказывать им, что законы мы не изменяли, что их еще много лет назад стали трактовать неправильно?!

Неожиданно выплыл и третий вопрос: когда все пошло не так, и, собственно, кто виноват в неправильной трактовке законов? Ведь, насколько я поняла, Айджи когда-то были процветающей расой и легко получали благословение своих покровителей — высших.

Пользуясь своим влиянием, отправила Рига в архивы выяснять, в какой момент законы стали трактовать неправильно. Ему не трудно, а я хоть от одного отдохну несколько дней. Забота — это, конечно, хорошо, но во всем должна быть мера!

Риг ушел несколько часов назад, Снор отбыл на какое-то не то собрание, не то совещание, а меня оставили на попечении двух сильнейших.

Всего двое! Я почти наслаждалась свободой, ровно до того момента, пока в кабинет не ворвался Снор с перекошенным лицом.

— Вы! — взревел, надвигаясь на сильнейших. — Да я вас!..

Что они натворили и что за это с ними сделает Снор, было совсем непонятно, но явно ничего хорошего.

До мордобоя дело не дошло только потому, что эти «сильнейшие» спрятались за моей спиной!

Оказалось, собрание у Снора было с народом и, судя по их лицам, явление это обычное и постоянное, чего не скажешь о теме народного собрания.

— В своих предсказаниях тебя видели не только эти двое. Тебя видели все! А это значит, что ты сможешь указать им дорогу, которая приведет их к своим парам. Только указать дорогу! А эти замахнулись на моих девочек!

Я была абсолютно спокойна, уж не знаю отчего, но была уверенна — предсказание этих двоих очень отличалось от того, что видели все остальные. Знала, но решила промолчать, пусть мужчины сами разбираются, а я в это время…

Наконец-то свобода!

Шла по пустым коридорам, поглаживала свой живот и наслаждалась свободой, пока наш папочка выбивал из сильнейших всю дурь, я по-тихому слиняла в кухню. Надеюсь, мне хватит времени дойти до Врона и выпросить у него жутко вреднуювкусняшку.

Дойти я успела, выпросить вкусняшку тоже, да я даже до входных дверей дошла, наслаждаясь ароматом кофе, но стоило выйти за порог…

— Кофе не отдам, — вцепилась обеими руками в нежно-розовую кружку.

— Да я и не собирался, — голос Снора говорил совсем о другом.

Собирался, еще как собирался, но, уловив по связи мои эмоции, решил не лезть на рожон.

— Будем считать, я тебе поверила, — хмыкнула, все так же не оборачиваясь к нему.

— Это вредно, — вкрадчиво зашептал, встав за моей спиной и обняв своими ладонями мой живот.

— Вредно жить, — сделала глоток ароматного напитка, — а если очень хочется, то можно, главное — знать меру. Эвал с Риономживы? — решила перевести тему.

— Ты знала и промолчала, — проворчал Снор с нотками обиды в голосе.

— Я сказала тебе еще при встрече, — пожала плечами. — Но раз ты захотел в этом убедиться еще раз…

— Зачем сбежала? — потерся носом о мои волосы.

— Просто вышла погулять, — откинулась спиной ему на грудь.

— Совсем мы тебя замучили? — тяжело вздохнув, прижал меня к своему телу.

— Если бы я не была беременна, я бы сбежала от вас намного дальше, чем сейчас.

— Прости, мы больше не будем, — покаялся мой муж, но, кажется, совсем забыл о том, что я с легкостью могу читать его эмоции.

— И меньше тоже, — беззлобно огрызнулась, надеясь на то, что у меня хватит терпения пережить этот период. — Что это такое? — указала кивком головы на большую блестящую кучу, которую все это время рассматривала с огромным интересом.

— Плата.

И все, больше никаких объяснений, зато связь натянулась от его волнения.

Стояла, медленно пила кофе и раздумывала, за какие такие заслуги мне притащили сюда не самую маленькую сокровищницу?

— Плата за что? — мой голос пока звучал спокойно, но, кажется, я уже начала догадываться, в честь чего мне притащили эту кучу.

— Ты можешь оставить все себе, а можешь отослать обратно. Никто тебя не будет к чему-то принуждать, — попытался он переключить мое внимание. Наивный.

— Плата. За. Что? — теперь в моем голосе явственно звучало недовольство.

— Когда они пришли ко мне и начали просить, чтобы ты с ними встретилась, указала им дорогу… В общем, я сказал, что ты сейчас не в том положении… Они так обрадовались, что скоро ты подаришь мне детеныша, что даже про свои пары забыли на какое-то время, а потом я сказал, что у меня будет не детеныш, а две девочки, объяснил им, что тебе нравится, чтобы их называли именно так. Они все еще там, на собрании, стали предлагать мне свои скопленные богатства. Я пытался объяснить, чтобы они этого не делали, что ты совсем другая, не похожая на наших самок… Результат нашего недопонимания ты сейчас и видишь.

Я видела, но на душе у меня становилось все радостней. Айджи, народ Снора, так его любят, что не пожалели скопленных богатств, а ведь копили они, скорее всего, на собственных детей. Злиться на подобную преданность своему королю я не могла.

— Мог бы просто сказать им, что твоя королева не взяла плату даже за одного ребенка и согласна родить обоих.

Ответом мне была красноречивая тишина. Ладно, чего уж теперь, придется самой все исправлять, заодно и с новой трактовкой законов их познакомлю. Есть у меня смутные подозрения, что смогу помочь с поиском пар только тем, кто действительно всем сердцем примет и поймет, что изменения в их жизни только к лучшему.

— Пойдем, — потянула Снора за руку в дом.

— А что со всем этим? — посмотрел на кучу драгоценностей.

— А это мы будем раздавать, заодно на собственном примере покажу Айджам, как надо себя вести, только, боюсь, после этого ваши самки захотят порвать меня на много мелких клочков.

В ответ на мои последние словаСнор обнажил клыки в знакомом оскале. Сдается мне, что ему все равно, будь то самец или самка, один косой взглядна меня, и он разорвет любого.

СНОР

Я очень боялся реакции Рииты на плату, но моя звездочка все не перестает меня удивлять. Не знаю, за какие заслуги высшие наградили меня ею, но всю жизнь буду им благодарен.

Моя королева быстро шагала в сторону кабинета, так и не отпустив моей руки. Между ее бровей залегла задумчивая складка. Интересно, что она придумала на этот раз?

Мы уже больше недели пытались понять, как донести до моего народа изменения, но, судя по поведению Рииты, она решила этот вопрос намного быстрее нас.

— Ты все еще собираешься спасать измененных девушек, которые остались на Земле? — резко остановившись, повернулась ко мне с вопросом.

Я даже немного растерялся от столь резкой смены темы. Только что говорили о законах, и тут вдруг завоевание ее родной планеты.

— Я никогда не меняю своих решений и не забываю о них, но и посылать наших воинов на верную смерть — не буду. Сначала отправлю группу разведки и только после того, как получу всю интересующую меня информацию, отправлюсь туда с нашими воинами.

Я ожидал осуждения с ее стороны, ведь пока я медлю, там страдают и умирают невинные люди.

— Ты действительно хороший король и просто замечательный мужчина, — улыбнулась и, крепче сжав мою ладонь, снова повела меня к кабинету.

Я вообще перестал понимать свою королеву, наверное, и не стоит, надо просто принять ее такой, какая она есть. Главное, она не просто поняла, но и одобрила мои действия.

— Красавцы! — воскликнула, стоило только нам переступить порог.

Очень сильно помятыеЭвал с Рионом вымученно улыбнулись своей королеве и с опаской покосились на меня.

— Был не прав, — бросил, садясь на свое кресло.

Не собирался с ними любезничать, они собираются забрать у меня самое дорогое, вот пусть уже сейчас и привыкают к моемупостоянному присутствию в их жизнях!

А дальше все завертелось с безумной скоростью. Моя звездочка не спрашивала, не советовалась, она отдавала приказы всем троим. В ее хорошенькой головке созрел план, ее не волновало, где мы возьмем то или иное, что ей требовалось, важен был результат. Так поступила бы только истинная королева, которой Риита и являлась.

Мы не могли не восхититься ее планом. Он был прост и легок в исполнении. В то время как мы мыслили глобально, Риита решила начать с малого.

— Народ — это огромная сила, — ходила она из угла в угол, — и наша задача — направить эту силу в нужное русло. Начнем с этого города, а дальше они все сделают сами. Мы не будем убеждать Айджев в нашей правоте, не будем просить их поверить. Мы скажем им правду, расскажем, как на самом деле обстоят дела. Пусть они сами выбирают свой путь. Я расскажу им свою историю — историю своей планеты, от которой очень скоро ничего не останется. Расскажу им про остальных женщин, оставленных там умирать. Расскажу, что все, что они могут — это мечтать о несбыточном, о спасении…

РИТА

— Каждая из них может оказаться вашей парой, вашей равной! — мой голос, усиленный непонятной мне силой, разносился на многие километры, а десятиметровую голограмму меня не увидел бы только слепой.

— Им нужна ваша помощь, ваша сила! — толпа вокруг меня заволновалась, но подойти никто не мог, не желая испытать на себе силу Снора. — Им нужно то, чего у вас нет! То, чего вы лишились, забыв заветы высших, то, что можете вновь обрести, отринув фальшь и раскрыв свое сердце для мира, для разумных существ, для ваших равных! И помните, решения принимаете только вы. И только вам нести за них ответственность.

Я немного помолчала, собираясь с силами, а затем продолжила:

— Ваша плата. Я благодарна всем вам за то, что вы готовы поддержать своего короля в самых трудных ситуациях, вы отдали последнее, и я этого никогда не забуду! Но как бы я ни была благодарна, я не могу принять то, что вы принесли. Очень прошу вас, заберите обратно ваши драгоценности, мне не нужна плата за своих дочерей ни от вас, ни от моего короля. Для меня достаточно его любви, заботы и понимания. И впредь, чтобы избежать подобного недопонимания, хочу сказать вам о том, что не избавлюсь ни от одного нашего ребенка и не возьму за них никакой платы. Дети — они бесценны.

Более часа я распиналась перед собравшимся народом, с каждой минутой Айджей становилось все больше и больше. Я начала с новой трактовки законов, и не многие этому были рады, особенно женщины, чьи перекошенные лица я выхватывала взглядом из толпы. И уверенна, меня бы ждал провал, если бы я не начала рассказывать свою историю — историю медленной гибели моей родной планеты.

Понятия не имею, как Снор с двумя сильнейшими это сделали, но мой рассказ дополняли голографические картины, которые разворачивались за моим изображением.

Выжженные пустыни, крохотные города, накрытые мутными куполами, издевательства над беззащитными, мучения, изменения.

— Мы забыли, что такое любовь, ведь только любя — боятся потерять, а значит, ценят.

Эта фраза заставила Айджев задуматься, а дальше я дала им стимул, рассказав о том, что женщинам требуется их помощь. Больше я ничего не могла сделать, теперь оставалось только надеяться на их благоразумие, хотя…

— Мне надо к жертвенному камню, — попросилаСнора слегка охрипшим голосом и тут же оказалась на его руках.

Снор шел к переходу сквозь расступающуюся толпу. Почти все они смотрели на меня восхищенно, с недоверием и надеждой, но были и такие взгляды, которые заставляли меня передергиваться. Снор все чувствовал и не собирался быть милосердным, позади нас несколько раз раздавались болезненные стоны, и неприятные ощущения от недобрых взглядов тут же пропадали.

Мы почти дошли до перехода, когда нам в ноги бросилась женщина, молящая о защите. Пока я соображала, что происходит, женщин в ногах Снора стало больше, и все они, испытывая боль от силы своего короля, просили им помочь, терпя и смотря на нас с надеждой.

За спинами женщин появился Риг, не знаю, что он сделал, но женщины перестали стонать, а затем неуверенно поднялись на ноги и смотрели они только на меня. Я могла с уверенностью сказать, что у каждой Айджинки, что стояла передо мной и Снором, есть пара, и все они воины, которые были с нами в момент прилета на эту планету. Но я не могла понять, какой защиты они просят. Все Айджинки вызывали во мне чувство легкой неприязни, но если они плохие, то почему я вижу пути к их парам? Возможно из-за того, что воины Снора хорошие ребята?

— Снор, мне нужна женщина, Айджинка, которая испытывает ко мне неприязнь, — тихо прошептала ему на ухо и попыталась слезть с его рук.

Снор не понял, зачем мне все это нужно, но вопросов не задавал. Опустил меня на землю, и стоило ему отойти от меня на несколько шагов, как я оказалась окружена клонами, следом за клонами нас окружили те самые воины Снора, но они, в отличие от созданных девушек, взяли в круг и четверых Айджинок.

Мне ничего не было видно из-за широких спин, и я просто ждала, из-под ресниц разглядывая четверых Айджинок. Снор долго не задержался и вскоре появился рядом со мной, таща за локоть полуобморочную Айджинку, но, даже несмотря на свое полуживое состояние, она смотрела на меня с такой ненавистью, что я невольно отшатнулась.

Снор среагировал мгновенно, угрожающий рык сорвался с его губ, и пылающая ненавистью Айджина заскулила, пригибаясь к земле. Глядя на нее, я не испытывала жалости и не видела ее дорогу к своей паре. Для верности оглянулась на стоящую в отдалении толпу, я видела дорогу каждого.

— Нельзя отпускать, она принесет большую беду, — губы шептали сами собой, и только произнеся слова, я поняла их смысл.

И опять Снор не стал задавать мне вопросов, кивнув одному из воинов, приказал взять Айджину под стражу.

— Глаз с нее не спускай, хочу заглянуть в ее память.

Я ничего не поняла из сказанного, но Айджинка стала вдруг кричать и вырываться.

— Это больно, опасно? — посмотрела на Снора, но в ответ он лишь покачал головой.

— Ни то, ни другое. Просто ей есть, что скрывать, и, судя по всему, это очень серьезный проступок. Я просмотрю ее позже, сразу после вас, — повернулся он к четырем Айджинкам, которые просили у нас помощи.

В отличие от первой, эти лишь немного побледнели, но быстро взяли себя в руки.

— Их пары — твои воины, — прошептала едва слышно, прижавшись к своему мужчине.

— Я знаю, — и так он это сказал… столько презрения было в его взгляде, обращенном на Айджинок.

А я вдруг вспомнила, как Снор рассказывал мне о том, что многие самки отказываются от своей пары, если он воин. Судя по всему, они из их числа, но тогда какой помощи они просят, и если они такие плохие, то почему я вижу их дороги, и где их ненависть ко мне?

— Что-то тут не так, — пробормотала, ни к кому не обращаясь.

— Сейчас все узнаем, — отпустил меня Снор из своих объятий и шагнул к одной из четырех Айджинок.

Взяв двумя пальцами ее за подбородок, немного наклонился, словно для поцелуя, но замер в нескольких сантиметрах от ее лица, пристально смотря ей в глаза.

Снор молчал, молчали и все вокруг. Воинов стало еще больше, все были напряжены, а потом Снор стал произносить имена, мужские и женские, насколько я могла судить. После каждого произнесенного имени один из воинов растворялся в толпе и возвращался с тем, чье имя произнес Снор. Так продолжалось до тех пор, пока мой мужчина не просмотрел память пяти Айджинок, последняя все так же выла и пыталась вырваться.

— Всех, кроме этих, — указал на четверых Айджинок, которые просили у нас помощи, — доставить к сердцу ЛарИны, посадить в энергетические клетки и наблюдать до моего прибытия.

Мне очень хотелось знать, что Снор увидел в памяти Айджинок, но по выражению его лица и по отголоскам чувств, что ощущала по нашей связи, понимала — не время и не место. Настал тот момент, когда я сделала для Снора то, что всегда делал для меня он. Подавила свое любопытство, приняв его решения как единственно верные.

Оставался вопрос с оставшимися Айджинками. Я и народ вокруг затаились, ловя каждое слово своего короля.

— Отныне и пока эти четыре самки не найдут своих защитников, они находятся под моей защитой. Любое причинения вреда или давление, оказанное на данных самок, будет караться смертью! — гулкий голос Снора разнесся далеко вокруг. — Через два дня состоится суд, на котором будут озвучены вина и наказание каждого, кто был взят под стражу. Расходитесь!!!

Всю толпу словно ветром сдуло, а Айджинки задрожали еще сильнее. Снор терпеливо дожидался, пока мы не останемся одни. Ушли все, кроме десяти воинов и четырех Айджинок.

— Они в опасности, и кому-то из вас придется их защищать, — Снор едва начал, а вперед шагнули те, кто являлся парами.

На их лицах не было радости, только решимость во что бы то ни стало сохранить жизни. Воинам было тяжело, и даже я не могла в полной мере представить, насколько. Им предстояло охранять тех, кто от них отказался, они бы и сами рады отказаться, но их инстинкты брали верх над разумом и обидой, но всего лишь два слова, брошенные их королем, стали для всех спасением.

— Их заставили, — больше Снор ничего не объяснял, подхватил меня на руки и, быстро достигнув перехода, шагнул в едва колышущееся марево.

Следом за нами шагнули оставшиеся без дела шесть воинов.

— Закрыть границы города, никого не впускать и не выпускать, — не оборачиваясь, отдал распоряжение, шагая по уже знакомой мне поляне.

К тому моменту как Снор усадил меня на широкий черный камень, с нами остались только четыре воина. Снор хмурился и бросал нетерпеливые взгляды на свою охрану. То, что он узнал из воспоминаний Айджинок, очень сильно его беспокоило.

— Тебе надо идти, — поцеловала своего мужчину. — Здесь я справлюсь и без тебя.

Снору мои слова не понравились, и одну он меня оставлять не собирался. В итоге сошлись на том, что он отойдет на приличное расстояние и, не теряя меня из вида, обсудит дела со своими воинами. Я позже обязательно узнаю, в чем проблема, а сейчас надобыло сосредоточиться на том, из-за чего я сюда пришла.