Глава 11.

Сквозь крепкий сон Маша чувствовала, как кто-то трясет ее за плечо. Открывать глаза очень не хотелось, потому что во сне она продолжала кружиться в медленном танце с доктором и при этом чувствовала себя самой счастливой на свете.

Но неведомый нарушитель ее девичьих грез не отступал, и Маша, с сожалением отпуская такую желанную картинку, с трудом приоткрыла один глаз.

— Кто здесь?.. Что такое?

— Машка, просыпайся! — услышала она возбужденный шепот Дианы. — Немедленно!

— Да что же это такое! — рассерженно села на кровати Маша. — Почему ты будишь меня посреди ночи?

— Мы только что вернулись из Новороссийска, — задыхаясь, продолжала шептать Диана.

— Можешь говорить громче, здесь кроме меня нет никого, — непонимающим взглядом присматривалась Маша к подруге. — Ты от кого-то убегала?

— Да! И нет… В общем, нашему отпуску пришел конец.

— Нас выселяют? Но по закону нам здесь торчать еще одиннадцать дней, — Маша встала с кровати и включила свет. — Или за тобой гнался разъяренный Витёк?

— Да нет же! — шумно выдохнула Диана и села на край кровати. — Мы пришли на концерт. Сначала все было очень круто. Но к середине концерта на сцену вышла группа «Бас-Карабас», понимаешь?

— Ужас, — сникла Маша. Видимо, кошмарные сны не снятся просто так. Рок-группа с дурацким названием «Бас-Карабас» была именно той музыкальной компанией, в которой Максимилиан Расторгуев наяривал на своем синтезаторе и напивался до беспамятства.

— Так вот, я видела твоего Максимилиана. И, кажется, он меня тоже заметил со сцены. Хотя, я не очень уверена. Думаешь, он сюда приедет?

— Вместе со своими дружками? Вряд ли им будет интересно это место, — как можно равнодушнее произнесла Маша. Но сердце при этом больно кольнуло и гулко застучало. Меньше всего на свете ей хотелось столкнуться со своим бывшим парнем именно здесь.

— А мне кажется, они не откажутся от возможности выступить на нашей базе. Даже за бесплатно. База ведь принадлежит университету, — огорченно развела руками Диана.

В словах подруги была крупица истины, и Мария окончательно сникла. Если Максимилиан задержится на базе, столкновение неминуемо. В свете последних событий это не принесет ей ничего хорошего.

— Что же нам делать? — с отчаянием посмотрела на подругу Маша.

— Еще не знаю. Но я обязательно что-нибудь придумаю, — пообещала Диана. — Только утром. А то спать очень хочется.

Маша дождалась, пока Диана переоденется, и погасила свет. Улеглась в кровать, но сон никак не шел. Перед глазами снова и снова появлялись сцены из ее неудачного любовного опыта. Ну почему это происходит именно сейчас, когда она только-только начала приходить в себя?

За завтраком, поглощая безвкусную молочную кашу, Маша отчаянно гнала прочь тревожные мысли и предчувствия. Диана тоже хмурилась. Видимо, пыталась придумать план действий на случай, если Максимилиан появится на базе.

Завтрак почти подошел к концу, когда к их столику приблизился доктор.

— Маша, привет! — озарил он их мрачное настроение своей ослепительной улыбкой и бермудами в яркую солнечную расцветку. — Мы идем рисовать плакаты?

— Какие плакаты? — недоуменно посмотрела в сторону подруги Диана.

— Нет, — не смогла сдержать улыбку Маша. На сердце вдруг стало тепло и спокойно от того, что он подошел к их столику. — Лучше пойдем на пляж.

— Так сегодня же пасмурно? — картинно изогнул бровь Дима. — Самое время для нашей акции протеста.

— Когда пасмурно, загар лучше ложится, — рассмеялась Маша и, словно опасаясь, что он уйдет, предложила: — присоединяйся к нашей женской компании!

— Хорошо, увидимся на пляже, — подмигнул девушкам Дима и направился к выходу из столовой.

— Наш доктор тебя больше не пугает? — удивленно посмотрела ему вслед Диана.

— Нет. После того, как мы вчера весь вечер провели на танцполе, я прониклась к нему симпатией, — хихикнула Маша и отчего-то залилась румянцем.

Море штормило, но от этого количество желающих получить хороший загар совсем не уменьшилось. Маша и Диана заняли место ближе к воде, расстелили пляжный коврик и приготовились принимать солнечные ванны. Глазами Маша искала Диму, и тревога по поводу прибытия Максимилиана на университетскую базу не могла сравниться с сильным желанием провести это утро рядом с доктором.

— Ой, Машка, ты такая странная! — покачала головой Диана. — То прячешься от него, то дождаться не можешь! Скажи, он тебе нравится?

— Вчера вечером нам было очень весело, — заулыбалась Маша. — И в его компании я чувствую себя потрясающе!

— Ясно, — сморщила носик Диана. — Только ничего не понятно.

Дима возник позади Маши совершенно бесшумно. Озорно улыбаясь, он наложил ладони ей на глаза.

— Это ты, — притронулась она к его мягким подушечкам пальцев, и губы дрогнули в ответной улыбке.

— Как ты догадалась? Я же подкрался совсем незаметно! — слегка расстроено устроился рядом с ней доктор.

— Твои ладони. Я запомнила их прикосновения вчера, когда ты вел меня за собой в гору. И еще, когда мы танцевали медленный танец, — пояснила Маша. А когда он взял ее за руку, почему-то опустила глаза.

— О-о! — удивленно протянула Диана. — А почему я ничего не знаю об этом?

— Потому что ты была в Новороссийске, — пожала плечами Маша. — А меня с собой не позвала!

— Но кажется, тебе и здесь было неплохо? — многозначительно посмотрела Диана на подругу. — К тому же, я уберегла тебя от ненужных переживаний.

— Может, это и к лучшему, — согласилась Маша.

А потом они словно сошли с ума. Как маленькие, бросали друг в друга выброшенными на берег водорослями, брызгались грязной от шторма морской водой и смеялись до слез.

— Ой, что это там? — вдруг встревожено указала Диана в сторону зловещей правой горы, где возле берега столпились несколько человек.

— Не знаю, — стряхивая с груди водоросли, пожал плечами Дима. — Надо подойти, посмотреть.

Он протянул Маше руку, помогая подняться, и молодые люди направились к правой горе.

Узнав доктора, зеваки расступились. Дмитрий смело шагнул вперед. Маша вытянула шею из-за его спины. У самой кромки воды лежал, задыхаясь, маленький дельфинёнок. На спине малыша образовался длинный неглубокий порез, из которого струилась кровь.

— Может, его отвезти в местный дельфинарий? — предложил кто-то из толпы.

— Не довезем. Он задохнется по дороге, — отрицательно покачал головой доктор. — У нас нет специального оборудования для этого.

— А если им позвонить? — робко предложила Диана.

— Здесь из-за гор сотовая связь плохо ловится. Да и вряд ли они успеют быстро приехать.

— Но здесь он тоже погибнет! — возмутилась Маша, растерянно осматривая маленького дельфина.

— Он и так не жилец. Посмотри на его рану, — холодно констатировал видимый факт Дима.

Маша оторвала свой взгляд от раненого дельфина и с тревогой посмотрела вдаль, туда, где тяжелые тучи сливались с серой морской пучиной. Она вдруг вспомнила, что дельфины передвигаются стаями. Ей казалось, что за малышом обязательно должны прийти взрослые. И она не ошиблась. Вдалеке, рассекая серую мглу, мелькали дельфины.

— Там! Там его друзья! — воскликнула она, показывая рукой в штормящее море. — Его просто надо подтолкнуть на глубину!

Дима внимательно посмотрел в море.

— Да, там есть дельфины, — согласился он. — Но малыш слишком слаб. В шторм он не доплывет до них самостоятельно.

— Ему можно помочь! — не унималась Маша. — Кто из нас умеет хорошо плавать?

Отдыхающие с неприязнью смотрели на суровые волны. Никому не хотелось купаться в такую погоду.

— Я умею хорошо плавать, — задумчиво посмотрел Дима на воду. — Но дельфин все равно погибнет. Нет никакого смысла рисковать в такой шторм.

— Я тоже отлично плаваю! — разозлилась Маша, и смело шагнула к воде. — Если даже он и погибнет, то рядом со своей стаей, а не здесь!

— Нет! Ты еще кашляешь. К тому же, море неспокойно, — отрицательно покачал головой доктор.

— И что? Он же погибнет! Я отлично плаваю!

—Ты не понимаешь! У тебя может начаться кашель прямо в воде. Ты просто захлебнешься. Это опасно, — сердито покосился в ее сторону Дима.

Собравшиеся возле кромки воды студенты с любопытством поглядывали на Машу. Маленький дельфин слабел на глазах.

— Если ты не согласишься, я поплыву одна, — заявила она.

— Маша, не смей этого делать! — вскрикнула Диана. — Я не смогу тебя спасти, я почти не умею плавать!

— Я уже это делаю, — окунулась в холодную волну Маша. Тело неприятно свело судорогой.

— Ну, конец всему лечению, — недовольно буркнул Дима. Он стоял, скрестив руки на груди. Ветер развевал брючины его ярких бермуд и яростно трепал коротко остриженные русые волосы. Судя по всему, доктор не собирался лезть в море ради какого-то умирающего дельфина.

Маша на мгновение остановилась, борясь с собственным страхом перед штормом. Вспомнила, что очень хорошо плавает и смело кинулась в набежавшую серую волну. Осторожно передвинула дельфинёнка глубже в воду. Волны мешали плыть, но она толкала перед собой малыша, надеясь, что Дима ошибся, и у того есть шанс поправиться. На берег Маша больше не смотрела, чувствуя обиду. Эгоистичный доктор мог бы перешагнуть через собственное самолюбие и нырнуть следом. Надо же, а она уже начинала верить, что нравится ему.

К счастью, малыш смог плыть сам. Маша сопровождала его, пока не убедилась, что дельфинёнок доплывет до своей стаи, и повернула обратно.

И тут случилось то, о чем ее предупреждал доктор. Маша слегка кашлянула. Испуганно набрала в легкие воздух и нырнула под воду, стараясь грести как можно быстрее. Это было фатальной ошибкой. Кашель не унимался. Маша показалась над водой, пытаясь набрать в легкие как можно больше воздуха. Стало почти невозможно дышать. Она запаниковала, чувствуя, что идет ко дну. Вынырнула, но ее сразу же с головой накрыла очередная огромная волна. Маше показалось, что это конец. Она не справится со стихией. Как жаль маму и папу! Они больше никогда не смогут гордиться своей единственной дочерью!

Чья- то рука крепко схватила ее за запястье и с силой потащила обратно на воздух.

— Просто плыви спокойнее, — услышала она голос доктора совсем рядом.— Дышать можешь?

— Да…— откашливала воду Маша, еле удерживаясь над волнами.

— Хорошо. Мы скоро будем на берегу.

— Только не бросай меня! — отчаянно вцепилась в его руку Маша, все еще не веря, что она не одна.

— Я не брошу тебя, Маша. Но если ты будешь тянуть меня за руку, мы утонем вместе. Просто плыви рядом. Я буду тебя поддерживать, — сквозь зубы процедил он.

— Ладно, — дрожа всем телом и кое-как отплевывая соленую воду, она принялась грести.

Вот и берег. Диана, обезумев от страха, замерла с полотенцем в руках.

Доктор помог Маше выбраться на берег и взял у Дианы из рук полотенце. Его тут же со всех сторон обступили восторженные студенты.

— Давай, вытирайся, защитница морских животных! — едко усмехнувшись, накинул он полотенце Маше на плечи.

— А ты? — растерянно посмотрела она на своего спасителя.

— Я не простужен. И так обсохну.

Снова вернулся кашель. Маша быстро вытиралась полотенцем и надевала протягиваемые Дианой шорты и майку. Отжимая мокрые волосы, она старалась не смотреть в глаза Диме и окружающим. Ей было очень неловко из-за глупого происшествия на воде. Из-за своего упрямства она могла запросто погибнуть. Хорошо, что доктор вовремя решился поплыть следом. Отправься он на пару минут позже, ее было бы уже не спасти.

Дима тем временем обтерся полотенцем, любезно предложенным испуганной Дианой, и тоже оделся.

— Перед обедом зайдешь ко мне в медпункт, — сердито бросил он Маше и ушел с пляжа, оставив своих поклонников восторженно шептаться.

Маша хмуро кивнула и отвернулась к серому бурлящему морю. В горле застрял ком. Ужасно захотелось плакать, и она всхлипнула.

— Машка, ты что? — подсела к ней Диана. — Ну, не расстраивайся так. Нужен он тебе? Не ходи к нему в медпункт, и все. Я уверена, у тебя все будет в порядке.

— Не могу! — всхлипывала Маша. — Ведь если я не пойду, окончательно потеряю ту ниточку, которая нас связывает!

— Какую ниточку, Маша? У тебя, что, температура поднялась?

Маша и сама не могла понять, почему так горько плачет. Но слезы катились одна за другой, и их было невозможно остановить. Диана растерянно сидела рядом. Она начинала догадываться о том, что Маша пока еще скрывала от себя самой, и не знала, чем помочь подруге.

Наплакавшись, Маша поднялась.

— Ладно, мне надо идти.

— Хочешь, я пойду с тобой? — с готовностью посмотрела на нее Диана.

— Нет, я должна пойти туда одна. Встретимся в комнате перед обедом, отказалась от помощи Маша. Собрав в кулак всю свою девичью отвагу, она двинулась в сторону базы.