Глава 10.

Весь следующий день Диана готовилась к концерту. Она примеряла свои наряды, волновалась за прическу и туфли. Маша расстроилась, что подруга не предложила ей пойти на этот концерт вместе. Даже если билеты стоят недешево, у Маши имелись наличные деньги, и она была способна заплатить за себя сама. Но Диана даже не намекнула, что хочет видеть ее рядом в этот вечер. Желая выглядеть равнодушной, Маша вторую половину дня провалялась в кровати, закрыв лицо книгой и усердно делая вид, что читает.

— Ну, вроде бы, все, — довольно выдохнула Диана, вылавливая плетеные босоножки на тонком каблучке из большой дорожной сумки.

Сначала Маша решила не реагировать на слова подруги, но любопытство взяло вверх над обидой, и она оторвала взгляд от книги.

Диана нисколько не изменилась. Те же голубые шортики, коротенькая майка-топ алого цвета и такие же огромные алые губы, ярким пятном выделяющиеся на фоне карих глаз. Стоило ради этого весь день торчать возле зеркала?

— Что передать Вите, если он придет? — как можно безразличнее спросила Маша.

— Что я уехала в Новороссийск. Буду завтра утром, — хихикнула Диана и заговорщицки улыбнулась на прощание. — Один доктор все же останется на базе, так что желаю удачи.

— Тебе она нужнее, — насупилась Маша.

— Желаю приятно провести время, — хихикнула Диана и спустя мгновение упорхнула из комнаты.

Маша рассеянно пожала плечами. Все уезжают в Новороссийск, чтобы повеселиться на концерте, а ей придется киснуть одной на базе.

На миг комната показалась клеткой. Со злостью распахнув книгу, девушка уткнулась в буквы и принялась читать. Но слова, если и складывались в предложения, то никак не влияли на восприятие текста. В голову постоянно стучались воспоминания о последних неудачных днях. Ей так и не удалось поймать взгляд противного доктора. Она видела его самого всего лишь раз, на обеде, да и то, мельком, и он даже не кивнул ей в знак приветствия. Видимо, был занят другими, более важными делами.

Маша отложила книгу в сторону и высунулась в окно. Горестно подперев ладонью подбородок, посмотрела на медпункт. Возле дверей толпились кашляющие отдыхающие. Дмитрий, скорее всего, трудится в поте лица, старательно выписывает рецептики и выдает таблетки. Может, сходить на прием? Она, кажется, тоже еще немного кашляет.

Маша даже поднялась со своего наблюдательного пункта, но сразу же села обратно. Нет, нет и еще раз нет! Она не станет бегать за терапевтом-трудоголиком. Ни к чему это все. Мама всегда говорила, что мужчины должны завоевывать женские сердца, и никак не наоборот. А еще она говорила, что Маша у нее умница и красавица, и тот, кто предназначен ей судьбой, никогда не пройдет мимо.

Мысленно водрузив себе на голову корону королевы красоты, Маша немного успокоилась. Решила приготовить чай. Кипятильник, любезно подаренный Лёшкой, еще работал, и вскоре вода в стеклянной банке закипела. Чай пить было практически не с чем, но Машу это не расстроило. Главное, в пакетике имелись травы мелиссы, мяты и валерианы, бережно высушенные мамой Дианы. Такой чай поможет ей задремать и скоротать время до вечера. А там придет Витёк, и можно будет весело подшутить над его природным тугодумием. Все не так одиноко.

Маша с удовольствием выпила чай и улеглась обратно в кровать. Книга ей теперь не понадобилась, дремота постепенно затягивала в свои сонные сети. Снилась Диана, пляшущая в свете софитов прямо на сцене. Рядом перед синтезатором дергался неизменный Максимилиан с щупальцами осьминога, и Маша уже почему-то не удивлялась собственному видению, смирившись с кошмарным сном.

Ее пробудил громкий стук в дверь. От неожиданности Маша чуть не свалилась с кровати. Мелькнула безумная мысль, что это Максимилиан со своим синтезатором, и Маше больше всего на свете захотелось выпрыгнуть в открытое окно. Покосившись на дверь, она вдруг осознала, что та не заперта. Сердце гулко застучало, выбрасывая в кровь порцию адреналина. Выпрыгнуть или встретить неизвестного посетителя лицом к лицу? Спустя мгновение Маша сообразила, что Максимилиана здесь не может быть никоим образом, а стучит, скорее всего, Витёк. Перевела дух и крикнула, поправляя беспорядочно рассыпавшиеся по плечам тяжелые темно- русые волосы:

— Открыто!

Ручка двери легко повернулась, и на пороге комнаты появился Дмитрий. Без белого халата, в легких серых джинсах и черной майке. В руках он держал очень красивую коробочку с марципаном.

Маша растерялась. Она никак не ожидала, что объект ее вожделения явится сам, да еще и без предупреждения. Язык прилип к нёбу и совсем не хотел слушаться. Сердце стучало так, будто совершенно съехало с катушек.

Доктор тем временем приветливо улыбнулся и шагнул в комнату.

— Ты спала? А я все ломаю голову, почему ты не приходишь за таблетками, — покачал он головой и присел на край кровати, к которой прилипла от неожиданности Маша.

— Я… Я думала, что мне больше не нужны лекарства… — с трудом выдавила она несколько фраз.

— Ну, почему же не нужны? — Дмитрий поднял голову и, продолжая улыбаться, заглянул ей в глаза. Именно таким взглядом, которого Маша ждала прошлым вечером. Затем протянул марципан. — Надеюсь, от такого лекарства ты не откажешься?

— Это мне?.. Спасибо, — все еще растерянно пробормотала Маша. Не удержалась и немного смущенно улыбнулась ему в ответ. — От такого лекарства я не откажусь.

— Может, ты не откажешься и от прогулки по свежему воздуху? — снова дрогнули кончики его губ в улыбке.

— Прямо сейчас? — испугалась Маша.

— Нет, после ужина, — тут же успокоил ее доктор. — Я могу за тобой зайти.

— Ох, это хорошо, что после ужина, — неловко рассмеялась она. — А то мне нужно время, чтобы привести себя в порядок.

— Только не забудь взять с собой кофту. Возле моря вечером бывает прохладно, — доктор поднялся, еще раз одарил ее пронзающим взглядом и вышел из комнаты.

Маша почувствовала, что дрожит, как в лихорадке. Потрогала свой лоб, но температуры на этот раз не было. Неужели это результат короткого разговора? Что же тогда ее ждет во время прогулки? Потеря сознания?

Взглянув на часы, она спохватилась. Она вот-вот опоздает на ужин. Наскоро заплетя косу из своих тяжелых длинных волос, облачилась в темно-синюю майку и вчерашние шорты со стразами и спешно покинула комнату.

     Столовая из-за концерта наполовину опустела, и Маша ужинала в одиночестве. Уже на выходе ее догнал Дмитрий, который лично для нее плавно переродился из противного доктора в довольно милого Диму.

— Готова к прогулке? — оценивающим взглядом окинул он ее наряд.

— Почти, — чувствуя, как возвращается дрожь, попыталась улыбнуться Мария. — Осталось взять кофту.

— Я подожду тебя здесь, на лавочке. Как будешь готова, приходи.

Маша так и не смогла найти объяснение внезапно возникшему замешательству. Но она быстро вернулась, сгорая от желания как можно скорее увидеть серо-голубые глаза и услышать мягкий голос своего нового знакомого.

Дима все также сидел на лавочке, беззаботно закинув руки за голову и наслаждаясь перерывом в работе. Завидев Машу, он заметно оживился.

— И куда мы пойдем? — робко присела девушка на край лавочки.

— Как куда? Побродим по берегу моря. Здесь воздух очень полезный. Подышишь, и кашель совсем пройдет, — с готовностью взял ее за руку он.

Маша смущенно покосилась на свои пальцы. В глубине души ее терзали сомнения. Может ли она принять приглашение от мужчины, чья пассия зажигает на концерте вместе с Дианой и Лёшкой? Или она не пассия ему вовсе, а просто хорошая знакомая? И чего ждать от самого Димы? Если он ведет нечестную игру, то ей не хочется разделять такое приключение.

— Ты здесь впервые? — тем временем заговорил с ней доктор, увлекая за собой по небольшой тропинке, ведущей в гору.

— Честно говоря, да. Мама выбила путевку в профкоме и заставила меня сюда приехать, — решила ничего не утаивать Маша.

— Ты не любишь море? — Дима обернулся и театрально округлил глаза.

— Люблю, — не удержалась, и рассмеялась его гримасе она.

— Мне почему-то кажется, что ты пытаешься быть той, кем не являешься вовсе, — продолжал вести ее за руку по тропинке в гору Дима.

— Как это? — не поняла Маша.

— Ну, ты слишком картинно куришь. И язвишь как-то неестественно. В общем, не получается из тебя мерзкая девчонка, — усмехнулся он.

— Что-что?! — не поверила своим ушам Маша и тут же с силой ударила противного доктора по спине свободной рукой.

— Ай! — от неожиданности подскочил он.

Маша снова размахнулась, но на этот раз Дима с веселым хохотом отскочил в сторону.

— Ненавижу врачей! Они все такие заносчивые и высокомерные! — кричала Маша, пытаясь настичь его. — Думаешь, если ты выучил пару рецептов от кашля, то тебе все известно? Как же!

— Я тоже не испытываю особой душевной теплоты к папарацци! — давился смехом Дмитрий, увлекая разозленную Машу за собой вглубь леса.

— Я не папарацци! Я журналист! У меня папа — известный писатель! — почти догнала она его.

Противный доктор увернулся от очередного удара и ловко схватил ее за запястье. Продолжая смеяться, снова повел за собой следом.

— Не вижу никакой разницы!

— Ах, ты разницы не видишь?! — попыталась выдернуть свою руку Маша.— Я не хочу идти гулять с таким самовлюбленным эгоистом!

В этот момент деревья расступились, и их взорам открылась небольшая площадка. Огромное раскаленное солнце плавно опускалось в бесконечно длинное море, окрашивая небо в золотисто-розовый цвет. На фоне заката туда-сюда сновали беспокойные чайки. Резко вниз уходил обрыв, заканчиваясь синевой чистой прозрачной морской воды. Бурлящие волны разбивались о выступающие обломки скалы, разбрасывая в стороны пенящиеся брызги.

Машу настолько поразила картина, что на мгновение она забыла о своем обидчике. Дима, почувствовав перемены в ее настроении, разжал пальцы и выпустил руку. Маша стояла на краю обрыва, очарованная красивым закатом. Довольный произведенным эффектом, Дима с улыбкой опустился на теплый камень, из-под которого пробивались колючие ветки можжевельника.

— Как красиво! — только и могла произнести она. Обернувшись к доктору, заметила его довольную улыбку.

— Ну, хоть чем-то я тебе угодил. Садись рядом, — подмигнув, пригласил он ее.

Недоверчиво кашлянув, Маша присела на краешек теплого камня. Вспомнила о концерте, и на языке сам собой завертелся каверзный вопрос.

— А почему ты отказался от билета на концерт?

— Я не очень люблю концерты, — последовал банальный ответ.

— А как же твоя подружка? Ты позволил ей отправиться в Новороссийск одной и веселиться без тебя?

— Подружка? — изумленно покосился на Машу Дима. — Но у меня нет никакой подружки!

— Да?.. — Маша сконфуженно опустила взгляд. С догадками вышла промашка.

— Постой-ка! — в глазах доктора заискрилось веселье. — Ты про Нельку? Так она наша медсестра. К тому же, старше меня на пять лет.

— Откуда мне было знать, что она просто коллега по работе? У мужчин разные вкусы. Может, тебе нравятся слегка полные блондинки в возрасте, — чувствуя себя ужасно глупо, оправдывалась Маша.

Дима взорвался хохотом.

— Ну, у тебя и фантазия! А еще говоришь, что ты не папарацци! — продолжая смеяться, качал головой он.

Насмеявшись, снова состроил строгую гримасу.

— Маша, у меня нет никакой девушки.

— Почему? С твоими внешними данными ты мог бы здесь менять подружек чуть ли не каждый день, — наконец оторвала взгляд от земли она.

— Я застенчивый, — выдавил из себя очередную серьезную фразу доктор.

— Застенчивый, значит…что-то мне так не показалось, — упорно сверля взглядом землю, хмурилась Маша.

— Да нет, я и в самом деле застенчивый… а в городе у меня осталось много нерешенных проблем. Реальность, она, знаешь ли, не всегда оправдывает ожидания, — отодвинулся от нее Дима.

— Но мы с тобой тоже в реальности сейчас находимся!

— Конечно! Мы на студенческой базе. В замкнутом пространстве, где все накормлены, напоены и где есть ночлег. Ближайшую пару месяцев можно ни о чем не думать.

— А там, где мы с тобой живем, разве не так?

— Нет.

— У тебя что, нет семьи, дома, работы?

— Перед тем, как решиться на поездку сюда, я ушел с прежней работы. Новую еще предстоит найти, как только пляжный сезон закончится.

— А почему ты приехал на нашу базу вместо того, чтобы искать другое место?

— Я устал. Хотелось отдохнуть. А тут Алексей предложил поработать вместе на вашей базе. И я подумал: а почему нет? И согласился.

— А твоя семья?

— Семья? — нахмурился доктор. — Я не общаюсь со своей семьей.

— Где же ты тогда живешь? — не унималась Маша. Ей было сложно представить, как это можно не общаться с семьей.

— В медицинском общежитии.

— А почему ты не общаешься с родными? Ты не испытываешь к ним никаких чувств?

— О, ну почему же! — холодно усмехнулся Дима. — Мои родственники вызывают целую гамму ощущений! Только я не хочу сейчас об этом говорить.

— Извини, — снова почувствовала себя неловко Маша. И желая как-то сгладить напряжение, возникшее в результате их диалога, перешла на себя.

— А я последние месяцы борюсь с депрессией. И ненавижу всех мужчин вокруг.

— И меня ты тоже ненавидишь?

— Тебя особенно, — хихикнула она.

— Отлично, значит у нас много общего, — почему-то развеселился доктор.— Ты будешь со мной дружить? Мы можем даже устроить демонстрацию с плакатами. Наваяем фразы: «Ненавижу всех мужчин и близких родственников!» и будем ходить вокруг нашей столовой.

Теперь смехом давилась Мария. Представить себя и доктора на такой глупой демонстрации ей помогло пылкое воображение, и она хохотала до слез.

— Ну, вот, теперь это настоящая ты, — с интересом поглядывал на Машу Дима. — Когда ты сняла со своего лица недовольную маску, то стала очень даже привлекательной.

— Наверное, это наивысшая форма комплимента? — немного обиделась Мария. Надо же, она считала себя эталоном женской красоты, а этот противный доктор опустил ее с небес на землю своим заявлением.

— Я имел в виду не внешнюю форму, а тот внутренний свет, который зажегся только сейчас, — легко дотронувшись до кончика ее носа, весело подмигнул Маше ее спутник.

Солнце тем временем почти скрылось за линией горизонта. Где-то далеко внизу заиграла музыка.

— Интересно, кому пришло в голову устроить в лагере дискотеку, когда половина отдыхающих уехала в Новороссийск? — с сарказмом произнесла Маша.

— Это для того, чтобы остальным было не так обидно. Хочешь, пойдем, потанцуем? — предложил доктор.

— А ты умеешь танцевать? — удивилась Маша.

— Ну, конечно! Особенно хорошо я танцую ламбаду! — поднялся Дима, заставив Машу вновь рассмеяться. — Мария, я приглашаю Вас на дискотеку! А плакаты мы нарисуем завтра утром!

— Утром, так утром, — пожала плечами Маша и сама взяла противного доктора за руку.— Идем танцевать!