Глава 15

Борьба вышла странной. Я маленькая и я женщина, а значит, о силе не может быть и речи. Обычно я доминирую благодаря неожиданности и скорости. Ну ещё и огнестрельному оружию: меткость у меня хорошая.

Поэтому в рукопашной я не могу равняться с мужчинами. Они в любом случае сильнее. На моей стороне только ловкость и ум.

А вот в этой схватке преимущество было не на моей стороне. Моё главное оружие, неожиданность, было использовано против меня. И мой противник был явно мужчина (уж поверьте мне, женщины дерутся совершенно иначе). Но мужчина был какой-то... не сказать, что хлипкий, но уж точно слабее тех, кого я знаю. Тот же виконт Трентон мог переломить меня пополам, если бы я вовремя не воспользовалась стилетом.

С этим же мы реально были почти на равных. Ударом в интимное место (да именно отсюда я и знаю, что он точно мужчина), я смогла временно парализовать противника, тем избежав удушения. Но, увы, страдал он недолго, и успел заломить мне руку. Вывернувшись ценой вывиха этой самой руки, я огрела нападающего стулом. Но тут же была отброшена с ноги на пол.

Меня схватили за волосы, а лицо заткнули платком, судя по сладковатому запаху, пропитанному хлороформом. Я попыталась не дышать, но меня с такой силой дёрнули за волосы, что вдох тело сделало автоматически.

— Дыши, сука! — прошипел голос, и на меня надвинулись знакомые, такие же зелёные, как у меня, глаза.

От неожиданности, я сделала ещё один вдох и отключилась.

Последней моей мыслью было, что я расслабилась, и не была бдительна, за что и глупо поплатилась.

Пробуждение оказалось более чем неприятное. Меня рвало. Причём так, что тело сотрясалось от непреодолимых судорог. Если бы я могла думать в тот момент, то пожалела бы, что так много съела за ужином. Но и думать я не могла, голова болела так, будто бы по ней прошлась рота солдат в свинцовых сапогах. Ещё к моим мучениям добавился кашель, в купе с непрекращающейся рвотой, это было то ещё удовольствие.

Меня не волновало ни где я, ни что со мной случилось. Просто хотелось, чтобы прекратило тошнить.

Сколько это длилось, я даже не могу сказать, в какой-то момент еда в моём желудке просто закончилась, и, хотя спазмы и кашель продолжались, я хотя бы смогла отползти из лужи рвоты, в которой оказалась.

— Сейчас вы не выглядите столь уверенной и красивой, — раздался смутно знакомый голос, и меня небрежно перевернули, ткнув ботинком в лицо.

Я была благодарна даже за это, оказаться подальше от вонючей жижи очень хотелось. Последствия принятия такого токсичного средства, как хлороформ, были крайне неприятными.

Попыталась рассмотреть, кто мой похититель, а то, что меня похитили, а не оставили в моей комнате, сомнений не было. Но, увы, в глазах всё двоилось, и я видела лишь смутный силуэт, точнее, два. Человек-то был один, но его фигура для меня плыла и превращалась в бесформенное нечто. Или два.

— Приятно оставаться, — бросили мне фразу.

Бесформенное нечто начало удаляться. И я, скорее, почувствовала, чем услышала, как захлопывается дверь. Этот звук болью запульсировал в висках.

Прошло ещё какое-то время прежде, чем меня перестало тошнить, а перед глазами перестало плыть. Я попыталась хотя бы сесть, но тело было ватным и совсем не слушалось меня.

Да уж, хлороформ, самое простое средство для пыток. Несколько вдохов, и вот тебе полный комплект мучений. Раньше его использовали для анестезии, но когда больные после операций начали умирать не от самих ран или плохо сделанной работы, а от средства, предназначенного уберечь их от боли, то начали искать альтернативу.

Насколько я поняла, мой похититель знал, как хлороформ подействует, раз отвёл меня в подвальное помещение, которое, видимо, было не жалко, что я его облюю.

Я сморщила нос. Запах от меня шёл отвратительный. Ночная сорочка не только порвалась во время боя, но сейчас ещё была испачкана нечистотами. Самое ужасное было то, что мои умственные способности заторможены. Не только тело превратилось в вату, но и мой разум. И это самое плохое. Трудно спасать себя в ситуации, когда ты почти ничего не соображаешь, а тело тебя не слушается.

Кое-как устроившись сидя, я попыталась проанализировать, что произошло. А по сути, произошло следующее: меня похитили, и сделал это человек, которого я знаю. Однако туман в голове мешал понять, кто он. Я тряхнула головой, и она снова отозвалась болью в висках. Нет, так не пойдёт. Я начала выполнять дыхательные упражнения, включая и те, которым меня научил лорд Клайфорд. Привидений здесь не было, но правильное дыхание должно очистить разум. Помогло, но не слишком.

Ручка в двери повернулась, и в мой вонючий подвал зашёл Джордж Клейтон, мой знакомец по клубу паранормальных явлений, милый мальчик, который сегодня днём выпрашивал у меня рекомендации для работы в «Бюро прогрессивных расследований». Тот самый, что присутствовал при моей «проверке» вместе с виконтом Трентоном, тот, кто рассказал мне драматичную историю о своей сестре, и тот самый, который неожиданным образом оказался в логове извращенцев во время ритуала.

Хрупкий юноша сейчас выглядел несколько иначе. Перестав сутулиться, он стал выше, жилет, надетый на голое тело, позволял понять, что за видимой хрупкостью скрывались мышцы. Да, он был молод, но всё-таки старше тех пятнадцати лет, что я дала ему. Светлые волосы, которые он перестал зачёсывать назад, лишь подчёркивали зелень его глаз. Глаз, которые не давали мне покоя своей поразительной схожестью с моими собственными.

— Ну что, мисс Капсон? — присел он на корточки рядом со мной. — Как себя ощущать пойманной в ловушку?

— За…зачем? — язык плохо двигался и мешал говорить нормально.

— Зачем? — пожал он худыми плечами. — А зачем вы вмешались в мой план? «Паломники» так хорошо были организованы. Эти богатые гордые идиоты послушно подчинялись мне. Я же давал им всё, что они не могли взять открыто в этом лицемерном обществе!

— Так это вы стояли за этим делом?

— Я, — сказано было так гордо, будто бы он планету спасал, а не организовывал извращенцев на преступления.

— Гордитесь?

— Осуждаешь? — усмехнулся Клейтон. — Использовать чужие пороки себе во благо, это то, чему я научился, чтобы выжить.

— Никакой обесчещенной сестры не было?

Клейтон рассмеялся, запрокинув голову. Кадык на его тощей шее двигался, как будто там под кожей что-то сидело. Удивительно противный молодой человек. Вот вроде бы и правильные у него черты лица, и фигура в общем-то нормальная для его возраста, но, видимо, внутреннее уродство переносится каким-то образом и на внешность.

— Так забавно было наблюдать, как девицы ужасаются и соболезнуют бедному несчастному братику, — хихикал он. — Ты тоже повелась! — вскинул он на меня взгляд.

— Повелась, — не стала спорить я.

Внезапно Клейтон схватил меня за плечи и принялся трясти:

— Ты тоже повелась на мой невинный образ, так что не строй из себя умную, мисс Капсон!

Он отбросил меня к стене и, вытащив платок, брезгливо вытер руки.

— А кроме меня были и другие девушки? — с трудом поднимаясь обратно в сидячее положение, спросила я.

— Были, но, увы, только ты и та деревенская девка прошли проверку.

— Так проверяющим был ты?

— Этому идиоту Трентону нужны были только невесты, просто повернулся на этой идее. Я же искал тех, кто будет сочувствовать бедному юноше и в то же время окажутся достаточно смелыми, чтобы рискнуть прийти на ритуал, влекомые чувством справедливой мести.

— Зачем? — мне было искренне непонятны подобные сложности.

— Такие дольше протянут, — усмехнулся он. — У каждого человека свой запас прочности, но у тех, кто наделён смелостью и милосердием, он намного больше.

«А он умён, хоть и цели его извращены», — подумала я.

— Кроме деревенских невест ты хотел похищать ещё и городских девушек?

— Скоро стало бы небезопасно охотиться в одном и том же месте, а приезжие провинциалки мало кого интересуют. Но ты! Ты была моим просчётом!

— Я разрушила твои планы?

— Ты лишила меня клиентов! И за это, — тут он достал пистолет. — Ты должна умереть. Не люблю тех, кто умничает и мешает мне.

Дуло пистолета смотрело на меня. Умирать очень не хотелось. А особенно так: перепачканной в собственной рвоте и не имеющей возможности сопротивляться.

Вот бы меня кто-нибудь спас, что ли! Чем я не дева в беде?

Раздался выстрел. Я стремительно перевернулась, и пуля прошла мимо.

— Ну что ж, мисс Капсон, давайте поиграем! — усмехнулся Клейтон. — Так будет даже интереснее!

И он снова выстрелил.

Я считала пули. Если уворачиваться, то обойма скоро кончится, и тогда у меня будет шанс. Не знаю, хватит ли сил напасть на него, но попытаться стоит.

Однако силы начали кончаться раньше. Хлороформ и, особенно рвота, настолько истощили меня, что даже под угрозой выживанию, я почти не могла двигаться.

Я уже медленно переворачивалась, а он специально давал мне фору, наслаждаясь охотой.

Мысли текли вяло, но из последних сил я вела счёт пулям. Пусть мой противник играет со мной, это мне на руку. Так у меня будет шанс.

И вот пули кончились. Десять выстрелов — полная обойма!

— Мисс Капсон! — позвал он меня.

Я шире открыла глаза, чтобы чётче видеть. А Джордж Клейтон медленно, демонстративно вытащил из кармана штанов ещё одну пулю. И он улыбался. Расчётливо.

— Браво, Джордж! — раздались скупые аплодисменты. — Вы действительно переиграли её.

Пока Клейтон охотился, а я пыталась выжить, в подвал зашёл ещё один человек.

Высокий, несмотря на жаркое лето, одетый в серое двубортное длинное пальто. В руках у него была трость с набалдашником в виде головы волка. Длинные, наполовину седые волосы спускались на его плечи.

Лорд Нолис, герцог Беннингтон улыбался.

Джордж Клейтон стремительно развернулся к нему.

— Я молодец? — восторженно, как и полагается юноше по отношению к наставнику, воскликнул он.

— Молодец. Ты смог отыграть свой неожиданный проигрыш, мой мальчик, — мягко сказал ему лорд Нолис. — Но тебе не следовало... ТРОГАТЬ ЕЁ!

С размаху, не напрягаясь лорд Нолис ударил Клейтона по лицу, и тот отлетел к противоположной стене.

— КТО ТЕБЕ РАЗРЕШАЛ ТРОГАТЬ МОЮ ВЕЩЬ?! — каждое слово лорда сопровождалось ударом.

Причём бил он тростью и так, что был слышен хруст костей, а кровь брызгала по стенам.

«Вот это сила удара!» — восхитилась я. Своего несостоявшегося убийцу мне было ничуть не жаль. И даже то, что меня назвали вещью, тоже не трогало. Главное, я останусь жить, а там разберёмся.

Закончив с избиением Клейтона, тело того уже превратилось в кровавое месиво, лорд Нолис склонился надо мной и, легко подхватив на руки, вынес из подвала.

Подвал, где меня прятал Клейтон, находился в роскошном особняке. Старинном, огромном и заброшенном.

Последний раз здесь делали обновление, наверное, ещё в магическую эпоху. Причём очень давно. На древней мебели не было даже покрывал, которыми обычно хозяева накрывают вещи перед отъездом.

Я всё это наблюдала, пока лорд Нолис нёс меня сквозь череду богатых запущенных комнат. Паутина кружевом украшала зеркала в массивных оправах, дополняла своим рисунком потерявшие от времени цвет портьеры на потемневших окнах, многолетняя пыль укрывала собой паркет из ценного дуба и пушистым покрывалом лежала на всех поверхностях старинной мебели.

И только блестящая дорожка в этой пыли указывала путь к, видимо, жилому месту в этом храме памяти.

Я подняла взгляд на мужчину, который нёс меня на руках, ничуть не смущаясь ни моего грязного вида, ни запаха, который исходил от меня.

Длинный горбатый нос, тонкие губы, впалые щёки и резко очерченный подбородок. Этот человек... пугал. Его внешность не была отвратительной, он по-своему был красив, но от взгляда на его лицо становилось страшно. Не так, как с Клейтоном, тот просто вызывал отвращение. Даже под дулом пистолета, я его не боялась. Но тут... Тут мне было страшно.

И он спас меня от смерти. И это пугало ещё больше. Я понимала, за это придётся заплатить, и заплатить дорого.

Сейчас мне не хотелось выяснять, как он связан с Клейтоном и что он тут делал. По фразам, брошенным тому мерзавцу, можно было догадаться, что герцог был в курсе тёмных дел юного предпринимателя. Но… сейчас меня это не интересовало. Хотелось оказаться отсюда как можно дальше.

Наконец мы дошли до жилой части этого странного дома. И первая дверь открывалась в бассейн, огромный, округлый, выполненный в восточном стиле бассейн. Мозаичная плитка, куполообразная стеклянная крыша и прозрачная голубая вода. Тёплая.

Меня осторожно опустили прямо в воду.

— Купайтесь, дорогая Вирджиния, вода волшебная, она исцелит вас.

Это первая фраза, которую лорд адресовал лично мне.

— Вы по-прежнему называете меня чужим именем, милорд, — сохраняя прежнее упрямство, ответила я.

— Разве? — улыбнулся Нолис, только тепла в этой улыбке не было. Было только какое-то холодное удовлетворение.

— Что будет дальше? — спросила я.

А вот теперь его улыбка стала пугающе искренней:

— Вы попали в мои руки. Как же мне не воспользоваться случаем?