Глава 11

Даша приезжает после обеда, когда в клинике заканчивается короткий перерыв между приёмами.

Я замечаю её через окно процедурной. Она выходит из серебристого автомобиля, оглядывает улицу и лишь потом направляется к входу. За рулём остаётся мужчина, лица которого отсюда не рассмотреть. Машина не уезжает, хотя двигатель продолжает работать.

Подруга обычно появляется шумно, приносит кофе, жалуется на пробки и успевает познакомиться со всеми присутствующими раньше, чем снимет куртку. Сегодня она входит ко мне молча.

Светлана поднимается из-за стойки.

— Добрый день. Вы по записи?

— Я к Алле.

Даша переводит взгляд на кресло администратора и останавливается.

Босс лежит на спинке, положив голову на передние лапы. После истории с Громом его никто не пытался согнать. Даже Светлана принесла второй стул из кабинета и теперь работает рядом, время от времени косясь на нового начальника.

Увидев Дашу, кот поднимает голову.

Подруга бледнеет почти так же заметно, как вчера во время видеозвонка. Её пальцы сжимаются на ремне сумки, плечи напрягаются, а взгляд опускается ниже кошачьих глаз.

Не просто отводится.

Опускается.

— Ты всё-таки приехала, — говорю я, выходя в холл.

Даша вздрагивает и смотрит на меня.

— Обещала же.

— Не помню, чтобы ты называла время.

— Освободилась раньше.

Она пытается улыбнуться, однако привычной лёгкости в выражении лица нет. Босс наблюдает за ней внимательно, не двигаясь с места.

— Познакомься, — произношу я. — Это Босс, причина ночного взлома, испорченного шкафа и перераспределения должностей в клинике.

— Босс?

— Прозвище временное. Он ведёт себя так, словно остальные варианты не соответствуют положению.

Кот не спускает с нас взгляда, вернее с Даши.

Подруга делает осторожный шаг ближе.

— Можно его погладить?

Вопрос удивляет. Подруга никогда не спрашивает разрешения о таком. Даже с незнакомыми собаками она сначала тянется к голове, а потом возмущается, если я объясняю, почему так делать не стоит.

— Спроси у него, — пытаюсь отшутиться. — Моё мнение здесь мало кого интересует.

Она не смеётся. Подходит к креслу, но руку не протягивает. Несколько секунд стоит перед Боссом, затем произносит тихо и отчётливо:

— Здравствуйте.

Светлана отрывается от монитора, удивленно на нее смотрит.

Я тоже смотрю на подругу.

— Ты здороваешься с котом?

Даша выпрямляется. Босс меняет позу. Его взгляд задерживается на автомобиле за окном, после чего возвращается к подруге.

— Кто тебя привёз? — спрашиваю я.

— Матвей.

— Почему он не заходит?

— Не любит клиники.

— Боится уколов?

— Животных.

— Ты встречаешься с мужчиной, который боится животных?

— Не боится. Не очень хорошо с ними ладит.

За стеклом мужчина поворачивает голову в нашу сторону, словно слышал, что мы говорим о нем. Теперь удаётся рассмотреть короткие тёмные волосы и резкие черты лица.

— Пусть поднимается, — предлагаю я. — Покажу, что ветеринары не прививают людей без согласия.

— Ему нужно сделать несколько звонков.

Даша говорит поспешно и сразу меняет тему:

— Где ошейник?

— На дне реки, наверное.

Она выдыхает.

— Хорошо.

— Ничего хорошего. Мне пришлось выбросить чужую вещь, потому что два человека отказались объяснять, зачем это нужно. Ты одна из них.

— Я постараюсь рассказать то, что могу.

— Тогда пойдём в ординаторскую.

Подруга снова смотрит на кота.

— Он останется здесь?

— Если захочет. Мы ему не указ.

По выражению её лица понимаю, что именно такой ответ она услышать не надеялась.

Но Босс поднимается и идёт за нами.

— Любопытная Варвара. — Я слежу за ним и улыбаюсь.

Ординаторская после вчерашнего обыска выглядит уже нормально. Коробки возвращены на полки, перевёрнутый стул стоит у стола, а повреждённый замок служебной двери мастер обещает заменить к вечеру.

Я ставлю чайник и достаю две кружки.

Босс запрыгивает на подоконник. Даша садится напротив него, не снимая куртки.

— Начинай, — говорю я. — Кто были эти мужчины?

— Я пока не знаю.

— Один представился Арсением. Второго звали Роман. Они искали кота и заявили, что он принадлежит Виктору Бессонову.

При имени Босс поворачивает голову.

Даша замечает движение, она вообще вся напряженная и какая-то не такая, как обычно.

— Они сказали, зачем он им?

— Хотели с его помощью ускорить возвращение владельца. Дословно не объяснили. Я не особо поняла.

— Тебе угрожали?

— Арсений предупредил, что обычная жизнь закончится, если кот решит остаться рядом со мной. Видимо, это и есть угроза.

Подруга закрывает глаза на несколько секунд.

— Что, Даш?

— Ничего. Он любит говорить загадками.

— Ты всё-таки знаешь их?

— Слышала имя, — туманно ответила она.

— От кого?

— От Матвея.

— Значит, твой мужчина связан с ними.

Даша проводит ладонью по лбу.

— В Берестове многие связаны друг с другом.

Чайник отключается. Я наливаю воду в кружки, ставлю одну перед ней и оборачиваюсь к шкафчику за сахаром.

За спиной наступает тишина. Напряжённое молчание, которое заставляет замереть с рукой на дверце.

— Вы действительно Виктор Андреевич Бессонов? — почти беззвучно спрашивает Даша.

Я резко поворачиваюсь.

Подруга сидит, наклонившись к подоконнику. Босс смотрит ей в лицо.

Несколько секунд никто не двигается.

Затем кот едва заметно опускает голову.

Один раз.

Коротко и совершенно осмысленно.

Даша отшатывается так резко, что стул скрипит по полу. Из её руки выпадает ложка, ударяется о край стола и падает на плитку.

— Что происходит? Даш?

Она смотрит на меня расширенными глазами.

— Ты слышала?

— Достаточно. Почему ты спрашиваешь кота, не является ли он пропавшим бизнесменом?

Босс остаётся на подоконнике. Он переводит взгляд с Даши на меня.

— Это прозвучало глупо, — быстро говорит подруга. — Я пыталась пошутить.

— Он тебе ответил.

— Он же молчал, даже не мяукнул. Ладно, неудачная шутка, Алла, — она поднимает ладони, — давай чай пить.

Я подхожу ближе.

— Босс?

Он смотрит прямо на меня.

— Ты принадлежишь Бессонову?

Кот не двигается.

— Ты жил у него?

Никакой реакции.

— Ты знаешь Виктора Андреевича?

Босс начинает вылизывать переднюю лапу.

— Несколько минут назад был общительнее.

— Алла, не нужно, — тихо просит Даша.

— Чего именно? Задавать вопросы коту? Даш ты странно себя ведешь. И вчера, и сегодня.

Подруга встаёт.

— Мне пора.

— Нет. Ты расскажешь мне, что у вас тут в городе творится, и что это за люди вообще. Бессонов и вся его компания мордоворотов.

— Я не могу.

— Вчера ты тоже не могла. Зато могла предупредить, что за мной приедут опасные люди, заставить снять ошейник и приказать никому не называть полное имя.

— Я пыталась тебя защитить.

— Тогда объясни от чего.

Даша открывает рот, но не произносит ни слова. Её лицо меняется. Сначала она хмурится, затем прижимает пальцы к горлу и делает резкий вдох.

— Что с тобой?

Подруга отступает к столу. На виске выступает испарина, дыхание становится прерывистым.

— Даша? Тебе плохо?

Я подхожу, собираясь проверить пульс, но она останавливает меня жестом.

— Не надо. Сейчас пройдёт.

— У тебя аллергия? Спазм? Где лекарства?

— Это не болезнь.

Последние слова даются ей с трудом. Она опирается ладонями о край стола, закрывает глаза и несколько раз медленно вдыхает.

Босс прекращает умываться. Его взгляд становится настороженным.

Через минуту Даша выпрямляется. Цвет постепенно возвращается к лицу, однако пальцы продолжают дрожать.

— Тебе нужен врач.

— Мне нужно не пытаться говорить о том, о чём говорить нельзя.

— Тебя кто-то запугал?

— Нет.

— Угрожает Матвей?

— Никогда.

— Тогда почему ты не можешь произнести ни слова?

Подруга смотрит на меня с отчаянием.

— Потому что иногда обещание имеет последствия.

— Какие?

— Алла, я не могу тебе сказать.

Я хочу возразить, но перед глазами снова появляется её лицо и рука, прижатая к горлу. Никакое обычное нежелание делиться секретами не вызывает такую реакцию.

— Кто заставил тебя дать это обещание?

— Никто не заставлял. Я согласилась сама.

— Ради Матвея?

Она молчит, и этого достаточно.

— Во что ты ввязалась? Даш, может нужна помощь?

В мыслях уже всевозможные варианты шантажа, абьюза, похищений подруги.

— Я не в опасности.

— Вчера возле клиники двое мужчин сломали дверь. Сегодня твой парень сидит в машине и наблюдает за нами. Ты едва не задыхаешься, пытаясь объяснить происходящее.

— Матвей приехал, потому что не хотел отпускать меня одну. Ему не сложно.

— Почему?

Даша смотрит на Босса.

— Потому что теперь мы знаем, кого ты нашла.

— Кого?

Она снова касается горла. На этот раз не пытается говорить.

Кот спрыгивает с подоконника, подходит к ней и садится возле ног. Даша опускает взгляд.

— Простите, — произносит она.

— Хватит перед ним извиняться! — Я указываю на Босса. — Он кот.

Подруга качает головой, но тут же останавливается.

— Я не могу спорить с тобой об этом.

Босс касается лапой её ботинка. Даша вздрагивает, затем осторожно опускается на корточки.

— Я постараюсь выяснить, кто приходил ночью, — говорит она уже ему. — Матвей поможет.

Кот смотрит на неё, не моргая.

— И никому не сообщу, где вы находитесь.

— Ты сейчас пообещала коту хранить его местоположение в тайне?

Подруга поднимается.

— Да.

— Хотя вчера сама убеждала отдать его людям Бессонова?

— Вчера я не знала всей ситуации.

— Теперь знаешь?

— Частично.

— Поделись хотя бы этой частью.

Она проходит к двери, но я загораживаю выход.

— Не уйдёшь, пока не скажешь хоть что-нибудь внятное.

— В Берестове есть семьи, которые живут по собственным правилам.

— В каждом городе есть богатые люди, считающие закон рекомендацией.

— Речь не только о деньгах.

— О чём тогда?

— Об очень старых договорённостях. О порядке, который существовал задолго до нашего рождения. У этих семей свои организации, традиции и представления о том, кто кому подчиняется.

— Криминальный клан?

— Не совсем.

— Религиозная секта?

— Нет.

— Тайное общество?

Даша морщится.

— Ближе, но всё равно не то.

— А Бессонов ими управляет?

Она переводит взгляд на Босса.

— Виктор Андреевич занимает высокое положение.

Кот недовольно щурится.

— Судя по реакции, формулировка его оскорбила, — замечаю я.

— Он возглавляет одну из самых влиятельных семей города, — исправляется подруга.

Босс успокаивается.

— Замечательно. Теперь осталось понять, почему глава влиятельной семьи носит кошачий ошейник и сидит в ветеринарной клинике.

Даша заметно бледнеет.

— Я этого не говорила.

— Я пошутила, Даш. Ты сама спросила, действительно ли он Виктор Бессонов.

— Алла, не делай выводов.

— Какие ещё выводы здесь возможны? Господи, если знаешь хозяина или твой Матвей знает, передайте ему, пусть заберёт своего кота. И как можно скорее.

Подруга несколько секунд смотрит на меня, затем говорит осторожно:

— Иногда происходят вещи, которые невозможно объяснить человеку.

— Человеку? А коту можно? — спрашиваю с сарказмом.

— Любому человеку. Я неудачно выразилась.

— Хорошо. Что мне делать с Боссом?

— Не выпускать на улицу.

— Он выламывает мебель, если его запирают.

— Бери всегда с собой.

— На работу?

— Куда угодно. Главное, чтобы он не оставался один и не появлялся в местах, где его легко заметить.

— Ветеринарная клиника ежедневно принимает десятки людей.

— Тогда держи его в служебных помещениях.

Босс поворачивает голову в сторону холла, где осталось кресло администратора. По выражению его морды понятно, что работать в подсобке он не намерен.

— Зачем ему защита? — спрашиваю я. — Ночью он спрятался лучше всех нас.

— Он не всегда сможет защитить себя.

— Арсений сказал, что кот опаснее их.

— Возможно, для некоторых людей это правда.

— А для меня?

Даша смотрит на меня внимательно.

— Для тебя он сейчас безопасен.

— Сейчас?

— Я опять неудачно выразилась.

— Сегодня у тебя с этим проблемы.

Из коридора доносится голос Светланы:

— Алла, там пациент с кроликом!

— Минуту!

Я отхожу от двери. Даша пользуется возможностью и берётся за ручку.

— Вечером позвоню.

— С объяснениями?

— С тем, что сумею выяснить про Арсения и Романа.

— Мне нужно, чтобы ты сказала хозяину о коте.

Подруга опускает взгляд.

— Когда получу право, — проговаривает странные слова и выходит в коридор.

Босс следует за ней до холла. Возле входа Даша останавливается, поворачивается к нему и едва заметно склоняет голову. Затем смотрит на меня, словно хочет что-то сказать, но передумывает.

Матвей выходит из машины раньше, чем она успевает открыть дверь. Высокий мужчина подходит быстро, кладёт ладонь ей на спину и осматривает клинику. Его глаза задерживаются на Боссе.

На лице появляется выражение, похожее одновременно на облегчение и тревогу.

Он не входит. Только коротко наклоняет голову.

Босс отвечает взглядом.

Машина уезжает, а я остаюсь возле окна.

— Может, объяснишь хотя бы ты? — спрашиваю кота. — М-да, кого я, спрашиваю?

Он проходит к креслу администратора, запрыгивает на сиденье и устраивается на прежнем месте.

Из кабинета снова зовёт Светлана. Я направляюсь к пациенту, но возле двери оборачиваюсь.

Босс больше не кажется найденным домашним животным. Его спокойствие, странная власть над собаками, умение открывать двери и люди, которые обращаются к нему с почтением, складываются в картину, рассматривать которую здравый смысл отказывается.

Приходится оставить её на потом.

Сейчас в соседнем кабинете ждёт кролик, у меня начинается приём, а кот собирается провести вторую половину дня в кресле администратора.