Глава 27 · Золотая клетка и зов сирен

Утро дня отчетного концерта ворвалось в спальню не робким гостем, а полноправным хозяином, заливая комнату торжествующим светом, в котором танцевали пылинки, похожие на крошечные золотые монеты. Я проснулась с ощущением бабочек в животе — предвкушение вечернего триумфа смешивалось с легкой, приятной дрожью волнения. Однако на прикроватном столике меня ожидал сюрприз, затмивший даже солнечные лучи: плотный конверт из кремовой бумаги, запечатанный тяжелым сургучом с оттиском фамильного герба де Ларуа.

Письмо от отца.

Дрожащими пальцами я сломала печать, и передо мной развернулись ровные, каллиграфически выверенные строки, написанные рукой человека, привыкшего повелевать торговыми флотилиями.

«Моя дорогая Вивьен, До меня дошли слухи из „Эфира“. Говорят, твой голос обрел силу, достойную нашей фамилии, а преподаватели прочат тебе большое будущее. Я рад, что ты наконец взялась за ум и начала оправдывать вложенные в тебя средства. Талант должен приносить дивиденды, или хотя бы славу. В качестве поощрения за твои старания я разблокировал часть твоих счетов. Купи себе что-нибудь достойное для выступления. Не разочаруй меня».

К письму прилагался магический вексель, цифры на котором заставили мое сердце пропустить удар, а затем забиться в ритме безумной радости. Это была не просто сумма, а ключ к миру, по которому я так истосковалась.

Я отбросила письмо, упав на подушки и счастливо рассмеявшись в потолок. Старая Вивьен, дремавшая внутри последние недели под гнетом репетиций и опасных тайн, мгновенно расправила плечи.

— Туфли, — прошептала я, закрывая глаза и визуализируя витрины лучших бутиков. — Лодочки из кожи виверны с инкрустацией. И то платье из последней коллекции мадам Жизель, цвета полуночного неба, расшитое настоящим жемчугом. А еще серьги… мне жизненно необходимы новые сапфиры, чтобы подчеркнуть глаза.

— Вижу, утро действительно доброе? — раздался мелодичный голос Лиры. Подруга стояла у своего трюмо, доводя до совершенства и без того безупречную укладку. Увидев вексель в моих руках, она понимающе улыбнулась, и в ее серых глазах мелькнул одобрительный блеск.

— Отец оценил мои успехи, — я помахала бумагой, словно флагом победы. — Лира, я богата! Снова! Я могу купить половину Луминвера, если захочу. Мне срочно нужно в город. Я не могу выйти на сцену в старом, это моветон.

Лира отложила гребень, и ее взгляд стал задумчивым, оценивающим.

— В город… — протянула она, поворачиваясь ко мне. — Это замечательная мысль, Виви. Как раз сегодня в Луминвере, в особняке «Морская Звезда», проходит элитный прием. Закрытая вечеринка для сливок общества, приуроченная к регате. Лучшие ювелиры привезут туда свои эксклюзивные коллекции.

— Вечеринка? — я нахмурилась, чувствуя укол совести. — Но сегодня концерт. Мне нужно отдохнуть, настроиться, еще раз прогнать партитуру с Реном…

— Ой, брось, — фыркнула Дева, подходя к моей кровати и присаживаясь на край. — Ты репетировала неделю напролет. Твой голос звучит идеально, ты сама говорила. Рен справится с подготовкой декораций и без тебя, ему полезно немного поработать руками. А тебе, как приме, нужно вдохновение и… достойное обрамление.

Она наклонилась ближе, понизив голос до заговорщического шепота:

— К тому же, я слышала, что там будет принц Кассений.

Это имя прозвучало как заклинание. Младший принц, мечта всех незамужних аристократок, герой светской хроники и скандалов. Увидеть его, возможно, даже перекинуться парой слов… Это могло поднять мой статус до небес.

— Кассений? — переспросила я, чувствуя, как искушение обвивает душу сладкой паутиной. — В Луминвере?

— Именно. Представь: ты в новом платье, в новых сапфирах, блистаешь перед принцем, а потом, наполненная энергией успеха, возвращаешься и покоряешь Академию. Это же идеальный план!

— Но время… — слабо возразила я, хотя мысленно уже примеряла диадему. — Вдруг мы опоздаем?

— Концерт начинается ровно в полночь, Вивьен. Это же богемная традиция «Эфира» — творить под покровом ночи, — Лира рассмеялась, легко отмахиваясь от моих страхов. — Сейчас утро. Мы успеем съездить, купить все, что твоей душе угодно, выпить по бокалу шампанского в обществе принца и вернуться за час до выхода. У нас уйма времени. Целая вечность.

Я посмотрела на вексель, потом на сияющую Лиру. Образ Рена, ждущего меня в пыльном зале, на мгновение всплыл в памяти, укоризненно качая головой, но блеск грядущей роскоши и близость королевской особы оказались сильнее. Я заслужила этот праздник. Я работала как проклятая. Почему я должна отказывать себе в маленькой награде?

— Ты права, — решительно кивнула я, соскакивая с кровати. — К черту репетиции. Приме нужно сиять, а не пылиться в четырех стенах. Собирайся, Лира. Мы едем покорять принца.