Глава 12

Герман

«Вот невезение! Это ещё кто?» — растерялся я, уже по тону женщины понимая, что ничего хорошего для меня из этой встречи не получится.

Зато Вика повернулась и как ни в чем ни бывало всплеснула руками. От вялой и безучастной девушки, какой она была в номере отеля и в такси, не осталось и следа. Теперь передо мной стояла кукла, заправленная батарейкой энерджайзер. Ожило и заработало все тело девушки. Казалось, еще мгновение, и она превратится в легкомысленную бабочку, которая крылышками бяк-бяк.

— Мамулечка! Я так рада тебя видеть! — затрещала восторженно она и выпорхнула из кабины. — А папа уже ушёл на работу?

Она посмотрела на меня, весело подмигнула, но в огромных глазах заплескалась тревога. Чувствовалось, что она побаивается отца. Но это уже не мое дело. Я облегченно вздохнул и нажал кнопку первого этажа.

— Да, ушёл. Я тоже собралась в магазин, — ответила мать.

— Ой! А мы к тебе в гости приехали, — и тут Вика заметила, что двери закрываются и влетела в кабинку. — Дорогой, знаешь, какие вкусные мама печёт блинчики на завтрак? Пальчики оближешь!

Сказав это, она вцепилась мне в локоть и потянула за собой к выходу. Я вцепился пальцами в ручку чемодана и упёрся ногами: так мы не договаривались. Я не планировал знакомиться с семьей практически незнакомой девицы, а только хотел угодить ее сестре.

— Если приехали, то проходите, — сердито сказала мама, словно отрубила. — И приведи себя в порядок!

Суровая женщина! По её лицу было видно, что она недовольна ранним визитом, но, как вежливый человек, не может прилюдно поставить на место свою избалованную дочь.

— Простите, но я только проводил Викторию, — сказал я. — До свидания.

Палец опять потянулся к кнопке вызова лифта, но Вика перехватила мою руку. Я сердито выдернул ее. Пока мы боролись, двери стали закрываться. Девушка ловко всунула длинную ногу в просвет.

— Дорогой, ты стесняешься моей мамы? Какой ты милашка!

Вика потянулась ко мне губами, я едва успел увернуться и поймал удивленный взгляд женщины, брошенный на мой рабочий чемоданчик. В ее глазах я был человеком, который только что приехал издалека, а теперь хочет сбежать. По сути так оно и было.

Но хватка у Вики оказалась зверской. Она выдернула меня из лифта, не дав двери закрыться, и потянула вправо. Я естественно сопротивлялся, но эта ведьма стала толкать меня в спину. В груди начала клокотать злость.

Женщина открыла квартиру, пропустила нас вперёд. Пришлось временно отставить сопротивление. Мама Вики и Саши скинула обувь, повесила плащ на плечики и повернулась ко мне.

— Мария Игоревна, — представилась она и протянула руку. — А вас как зовут?

В ее глазах читался вопрос: кто этот молодой человек и кем приходится ее дочери?

— Герман, — вынужден был ответить я. — Герман Викторович Максимов. Я пойду.

— Куда? Я тебя не отпущу! Будем завтракать. Правда, мамулечка? Ты угостишь моего парня кофе и блинчиками?

— Кого? — вытаращил я глаза. — Я не тв…

Вика больно ущипнула за локоть, прижалась ко мне и умоляюще прошептала на ухо:

— Тебе что, трудно подыграть? Мне сейчас харакири сделают!

— Ладно, только не трогай меня! — прошипел я, отодвигаясь, снял фуражку и обувь и прошёл в комнату.

Мне было нетрудно подыграть, но ощущение, что Вика затягивает в ловушку, не отпускало. Грубить не хотелось: одно дело девушка и совсем другое ее мать. Я же надеялся наладить контакт с Сашей, а начинать его с ссоры с ее семьей — неправильное решение.

Вика исчезла в другой комнате, и у меня появилась возможность оглядеться. Обычная современная квартира москвичей среднего достатка. Вдоль одной стены посудная горка, стеклянные полки которой уставлены хрусталем и фаянсовыми сервизами, вдоль другой — диван и два кресла, обтянутые современными чехлами для мебели. Воображение тут же дорисовало ободранные углы и затертые до глянцевого блеска сиденья. Я даже глазами поискал кота.

На невысоком комоде стояли фотографии в рамках: родители и дочери позировали в разных местах. Я взял одну в руки. На ней Саша и Вика пстояли в бальных платьях с лентами через плечо, на которых было написано: «Выпускница 2012 года».

«Интересно, девчонки — двойняшки?» — мелькнула мысль. Но более разных по характеру и внешности людей я ещё не встречал. Русоволосая и зеленоглазая Саша — сама скромность и воспитанность, а пышногрудая блондинка Вика, судя по ее виду и поведению, настоящая оторва. Я бы не удивился, если бы узнал, что приключение в отеле организовано именно ею.

Вдруг я почувствовал, как сзади меня обняли тёплые руки и резко обернулся: Вика как ни в чем ни бывало смотрела на меня смеющимися глазами.

— Любуешься? Это мы с Сашкой.

— Уже понял, — сказал я и отодвинулся.

Ее прилипчивость уже раздражала до зубовного скрежета. Может, мне лучше держаться подальше от этой семьи? Подумаешь, переспали с Александрой! Великое дело! У всех в жизни казусы случаются. Мужчины и женщины спят друг с другом, занимаются сексом. Так предопределено природой.

— Вы двойняшки?

— Не-а! Мы родились в один год: сначала Сашка, потом я. Она в январе, а я ноябре. Мамуля так постаралась.

Вика хохотнула и опять пошла на меня. Я отступил, наткнулся бедром на стол и вскрикнул:

— Ты свои штучки прекращай! Я терпеть не могу, когда на мне бабы виснут.

— А Сашку откуда знаешь? — спросила она, потом окинула меня взглядом, будто только что заметила, и присвистнула: — Ты летчик? Вы вместе работаете?

— Не совсем. Но в одном аэропорту это точно.

— И как вы познакомились? — теперь Вика прожигала меня льдинками синих глаз.

— Если хочешь знать, спроси у сестры.

— А тебе западло рассказать?

— Отстань! И вообще, я пошел!

— Я тебя не пущу. Что делать будешь?

— Прорываться с боем.

— А как это?

Бессмысленный разговор начал раздражать. Кажется, у Вики мозгов, как у курицы. Я отступал, она шла на меня, пока не прижала к стене.

— Тебе Сашка нравится?

— Я с ней почти не знаком.

— А я?

— Нет.

— Неправда. Я всем нравлюсь.

Меня спасла от позорного бегства Мария Игоревна. Она позвала Вику к себе в кухню. Девушка развернулась, чтобы уйти, я радостно набрал воздуху в грудь, и в этот момент она кинулась обратно. Она подпрыгнула и повисла у меня на шее, а потом обхватила талию ногами и впилась мне в губы.

Я поперхнулся, закашлялся, искры брызнули из глаз. Схватил несносную девчонку за плечи, оторвал от себя и бросил подальше. Только услышал грохот, с каким она свалилась на пол и ее пронзительный визг.

— Герман! Что ты делаешь? — это уже голос Марии Игоревны.

Она подлетела к визжащей дочери, хотела помочь ей встать, но Вика еще громче закричала. Ее рука выше запястья опухала на глазах. Неужели вывих? Или перелом? Вот черт!

— Простите. Простите, — извинялся я. — Она неожиданно кинулась на меня. Это реакция.

— Ты еще и оправдываешься? Бессовестный! Пришел в наш дом гостем, а ведешь себя, как бандит! — мать Вики схватила телефон. — Скорая! У меня дочь упала, кажется, сломала руку. Как не приедете? Почему? Нам самим в травмпункт добираться? Безобразие!

Она швырнула мобильник на диван, как раз в мою сторону, я едва успел увернуться. Ничего себе! А мамуля та еще штучка! Она наклонилась к Вике, которая уже просто тихо стонала.

— Может, вызвать такси? — предложил свою помощь я, сгорая от стыда и сожаления.

Вот идиот! Силу не рассчитал. Но она набросилась так неожиданно и вероломно, что тело среагировало само.

— Обойдемся!

Мария Игоревна снова схватила телефон, набрала какой-то номер и теперь стояла, притопывая ногой от нетерпения. Следующим звонком был вызван муж. Но этого женщине показалось мало, и она снова закричала в трубку:

— Сашка, немедленно приезжай домой!

Мне стало плохо. Это конец!

Больше не обращая внимания на звонки Марии Игоревны и стоны Вики, я бросился в кухню и схватил полотенце.

— Лед есть?

— В морозилке. А зачем?

Я не ответил. Быстро выколотил кубики из формы, завернул их в полотенце и вернулся в комнату. Помог Вике встать и посадил ее на диван.

— Приложи лед к руке, отек меньше будет, — сказал я и повернулся к ее матери. — Может, вызовем такси и отвезем вашу дочь в травмпункт? Так она быстрее получит помощь.

— Без тебя разберемся! По тебе полиция плачет! — резко ответила Мария Игоревна.

Она чуть не плакала, губы дрожали. Казалось, будто боль дочери она пропускала через себя. Женщина села рядом с Викой, но неудачно, задела ее руку, и девушка опять расхныкалась. Мать прижала ее к себе и стала убаюкивать, как младенца.

«Вот несговорчивая дама! — рассердился я. — Никто еще не умирал от перелома луча в типичном месте».

Из курсов по оказанию первой медицинской помощи пассажирам, которые все пилоты проходили регулярно, я знал, что лучевая кость часто ломается, если при падении неправильно опереться на руку. Еще неизвестно, может, у Вики даже не перелом, а простой ушиб. То, что она не симулирует, видно было по отеку и напряженному положению, в котором сидела девушка.

— Руку надо зафиксировать в неподвижном положении.

— Не лезь к нам!

— Как хотите, — пожал плечами я и отошел к стене, так как больше ничем не мог помочь.

Вика уже успокоилась и косилась на меня кокетливым глазом. Эту девицу даже цунами не утопит. Все время на плаву и в состоянии охоты. Настоящая нимфоманка.

Хотя… боль при переломе сильная в первый момент, а потом, если конечность не тревожить, она становится вполне терпимой, остаются ее ноющие отголоски. Это я по себе знаю. Как-то, играя в волейбол, я сломал мячом палец. Сначала искры посыпались из глаз, а потом ничего, еще и партию доиграл. Даже в травмпункт ехать не хотел, думал ушиб.

Я стоял и умирал от желания поскорее сбежать. И не потому, что боялся отца Вики, а потому, что шансы на отношения с Сашей при таких условиях становились равны нулю.

Домочадцы появились почти одновременно. Сначала в прихожую влетела Саша. Она скинула обувь и бросилась к сестре.

— Господи! — Вика показала ей на больную руку. — Как это случилось?

Этот вопрос был уже обращен ко мне. Я не знал, что ответить. Не стану же при матери рассказывать, что ее сестра повисла на мне грушей и полезла целоваться. Я всего лишь оттолкнул ее, но неудачно.

— Это ее кавалер ударил, — влезла с комментарием мать, которая, кстати, в этот момент даже в комнате не была.

Я разозлился. Еще чего! Хотят сделать из меня виноватого?

— Я не кавалер. Всего лишь проводил вашу дочь домой после бурной ночи. Выпила лишнего с вечера, вот утром и координация движений нарушена.

— Какой ночи? Саша, это он о чем? — закричала Мария Игоревна. Ее глаза наполнились слезами. Она прижала голову Вики к груди и простонала: — Доченька, как ты могла познакомиться с таким козлом?

— Я не знакомилась. Это Сашкин приятель, — тут же перевела стрелки Вика, чувствуя, что назревает скандал.

«Вот это подлая штучка! — возмутился про себя я. — Сестра, рискуя работой, разыскала ее в отеле, отправила домой в сопровождении, а эта змея ее еще и обвиняет».

Александра пронзила меня ненавидящим взглядом, но повернулась к матери.

— Мама, он не мой приятель.

— Тогда как ты доверила ему сестру? — это был уже мужской голос.

Мы все вздрогнули. Я посмотрел на вход в гостиную: там стоял крупный мужчина средних лет в деловом костюме. Он прошел в комнату, положил на стол портфель и повернулся к нам.

— Дорогой! — бросилась к нему Мария Игоревна. — Нужно Вику отвезти в травмпункт. Она руку сломала. Вернее, ее толкнул этот парень.

— Вы толкнули мою дочь? — суровый взгляд пронзил меня насквозь.

— Да…, но не совсем было так, — начал я и замолчал: слишком было заметно, что я глупо оправдываюсь.

— Я Николай Ивановыч. А вы?

— Герман.

Мы пожали друг другу руки и ни злости, ни паники в глазах Сашиного отца не было. Казалось, он уже привык к выкрутасам своих женщин и только разрешал проблемы, ими созданные.

— Хорошо, собирайтесь. Вы можете мне объяснить, как это произошло? — обратился он ко мне, пока женщины одевались.

Вот это ситуация! Если я скажу, что сбросил с себя прилипалу, которая повисла на моей шее, никто не поверит. Вика сейчас ведет себя как жертва, а не как охотница. Родители всегда больше доверяют словам своих детей, какие бы они ни были. Получается, я толкнул ее потому, что так захотел, все решат, что я воплощение зла.

Я тревожно посмотрел на Сашу: она-то знает, что я порядочный человек. И тут же перед глазами выплыла картина: мы, два обнаженных незнакомца, кувыркаемся в кровати и готовы растерзать друг друга от страсти. Да, ситуация патовая: тут или ты, или тебя. Шансов на разумное разрешение конфликта нет.

— Хорошо. Я виноват, — вздохнул я. — Я толкнул Вику, но вышло это случайно. Я не ожидал, что она упадет.

— Она к тебе приставала? — отец задал вопрос прямо в лоб.

У меня челюсть отвисла. Что это? Похоже Николай Иванович хорошо знает, на что способна Вика.

— Ну, не совсем, — промямлил я.

— Поехали. Потом расскажешь.

— Куда?

— В больницу. Лечение оплатишь.

Я с удивлением смотрел на отца. Он сразу подошел к проблеме рационально, не стал разбираться, а принял меры. И я с ним был согласен. Это по-мужски, без охов и вздохов.7d423c

— Конечно, я оплачу.

Все оделись, я взял в руки чемодан.

— Ты откуда-то приехал? — опять спросил отец и широко улыбнулся.

Мне все больше нравился этот человек. Кажется, моя Сашка (черт! Почему она вдруг стала моей? Вон смотрит, как на врага народа!) пошла в него. И мне это очень нравилось.

— Нет. С рейса прилетел.

— За руль сядешь? Или устал?

— Нет. Да, если позволите.

Мы спускались в лифте. Я косился на Сашу, но она на меня не смотрела, а поддерживала сестру. Вика выглядела так, будто еще чуть-чуть и упадет от бессилия и боли в обморок. Но я знал, что это всего лишь игра на публику, хотя она закатывала глаза, стонала, опиралась то на сестру, то на мать.

И вдруг что-то острое впилось мне в ногу. Я вскрикнул от неожиданности и посмотрел вниз: Викин каблук стоял прямо на моих пальцах и буравил их.

— Что случилось? — повернулся ко мне отец.

— Ничего.

Я выдернул свою ногу и уперся спиной в стену. «Ну, и змея! Если я не поддался на ее приставания, значит, надо меня уничтожить?»

Лифт остановился на первом этаже, мы вышли и направились к выходу. Впереди шли родители с Викой, я — за ними. Я почувствовал, как кто-то тянет меня за локоть. Оглянулся: Саша. Она показывала глазами на свободное место за кабиной. Я свернул в сторону.

— Что? Твой отец хочет, чтобы я вел машину.

— Ты что себе позволяешь? — зашипела девушка и пошла на меня. — Я тебе сестру доверила, а ты ее кавалером сразу стал?

— Саш, опомнись! Веришь своей сестре? Да она еще та штучка! Я не представлялся ее парнем и домой к вам идти не хотел. Это она меня затащила.

— А ты такой беспомощный? Не мог отказать красивой девушке?

— Да, все было не так!

— Я знала, что все блондины подлые!

Я опешил: причем тут блондины? У нее что, неудачный опыт был с блондином?

— Никакой я не подлый. Все вышло случайно.

Но Сашу уже было не остановить. Она вцепилась в отвороты моего пиджака, резко дернула на себя и сказала мне прямо в лицо:

— Если ты, сволота блондинистая, еще хоть раз попадешься мне на дороге, убью!

Ее губы были так близко, что мой нос чувствовал запах ментоловой жвачки. По спине побежали мурашки. Меня сразу бросило в жар. В голове что-то щелкнуло, я схватил ее за талию и… поцеловал.