32

Зато Кристофа ничего не смущало.

Нет, сначала, когда увидел, как Ян тащит в кухню мешок сахара, он, конечно, был слегка шокирован. Потом внимательно выслушал все, что Инна ему рассказала про встречу с преподобным в банке, и моментально выцепил главное.

Подался к ней ближе и просипел, оглядываясь по залу:

— Это ты молодец, племянница. Рекомендация преподобного нам, считай, откроет все двери. Правда… — тут он прищурился и пожевал губами. — Подмазывать везде все равно придется. Ну так не подмажешь, не поедешь! Хе-хе.

Откинулся назад и захохотал, весьма довольный своей шуткой. При этом так оценивающе на нее смотрел, что Инна невольно занервничала, что давать взятки тоже выпадет на ее долю. Потому что у нее более располагающая к себе внешность. Она, конечно, все понимала, но ей не нравились коррупционные схемы.

И тут он спросил в упор:

— В банк ходила зачем?

Это был щекотливый вопрос. Пришлось задуматься, как правильно все ему преподнести. Чтобы открыть счет, нужны были документы. Которых у нее не было. А получение документов — дело небыстрое и хлопотное во всех мирах. И тут содействие ей может оказать только Кристоф. Но вот захочет ли?

Да и так ли оно ей нужно? Ведь меньше чем через полгода истекает ее здешний «контракт». Надо будет возвращаться домой, потому что там кредит и ипотека. Как вспомнила про это, у нее аж под ложечкой засосало. Там же набегут проценты, пеня! Вот именно потому деньги ей понадобятся, и чем их будет больше, тем лучше. Вернется-то, почитай, на пустое место, пока работу найдешь, пока обустроишься.

Она только укрепилась в правильности своего решения.

Правда, за всеми этими рассуждениями в голову упорно лезла мысль о Саварэ. И о том, что у них могло бы… Инна железной рукой задвинула эту мысль на задворки сознания и со всей возможной осторожностью озвучила-таки, зачем ходила в банк:

— Я хочу открыть счет.

— Что? — Трактирщик вытаращил глаза и заржал: — Ну ты шустра, племянница!

— Дядя, я попрошу… — начала она.

— Ну-ну, давай.

А дальше разговор пошел серьезный. Наконец, после некоторых препирательств, было решено, что отдельный счет для нее откроет он. И чтобы не было возни с документами, счет будет тайный, на предъявителя особого пароля. Оказалось, у них тут практикуют такое.

Но! Он запросил за это процент! Инна была в шоке. Грабитель старый! Потом подумала, черт с ним, отыграю на другом.

Когда с этим закончили, Кристоф спросил:

— Так, с этим ладно. А сахар зачем?

О, вот тут-то Инна и собиралась отыграть все обратно и сверху получить еще.

— Сахарная вата, — сказала она таинственно. — Идеальное лакомство.

— Чего? Какая вата, ты о чем?

Кристоф сразу почуял выгоду. Но они и так уже сидели за хозяйским столиком достаточно долго, а народу в таверне толпилось немало. Еще и параллельно в одной половине велся ремонт. Инна оглянулась вокруг и качнула головой.

— В двух словах не объяснишь.

И без того, пока они тут разговаривали, у кассы вытянулась очередь. Народ стал роптать. Бедный подавальщик Питко уже сбился с ног, еле успевая записывать заказы и бежать разносить еду. А еще пиво. К тому же касса то и дело оставалась почти без присмотра, это каждый раз заставляло Кристофа хвататься за сердце.

И тут в таверне появился Тибальд.

— Ну наконец-то, — на лице трактирщика обозначилась улыбка голодного вампира. — Где пропадал, кум?

— А я, — тот кашлянул в кулак и покосился на Инну. — Товарищей встретил. Договорился.

— О чем?

— Ну, о разном. Я им помогу, они мне.

— Угу, — протянул Кристоф. — Это хорошо. А сейчас иди, поможешь Питко.

— Мне? Быть у мальчишки на побегушках? — вспыхнул возмущением тот.

* * *

Спор продолжался еще несколько минут. В итоге Питко вернулся к своим обязанностям, на кассу встал Тибальд и даже поимел некоторый профит. Но все равно смотрел на Инну волком.

А Инна тем временем на пальцах объясняла Кристофу и мастеру бригады строительных рабочих механизм устройства для изготовления сахарной ваты в домашних условиях.

— Мне нужен таз и плоский металлический диск, вот такой, чтобы на него сыпать сахар. Диск нужно нагревать снизу и одновременно вращать.

Она подумала и добавила:

— Вращать диск надо очень быстро.

— Как быстро?

— Ну… — нашлась она. — Как белка в колесе.

Вопросов и сомнений было еще немало. В конце концов местные Кулибины, под нажимом Кристофа, но занялись конструированием, а Инна заняла свое место за стойкой.

И пошел привычный вал работы. И так до вечера. А потом ночь.

* * *

Ночью у Инны обычно все тревоги обострялись, всякие варианты развития событий лезли в голову. И снились непонятные сны. С ее участием, но как будто не из ее прошлого. А под утро она видела Саварэ. Но так смазанно, Инна запомнила только его бороду и слова:

«Мы с вами еще не договорили, донна».

Но зато с утра у нее было хорошее настроение.

День начался как обычно. Завтрак. Потом она стояла за стойкой, записывала заказы и принимала оплату. Ничего необычного.

И вдруг в таверне появился нарочный. Серая одежда, странные нашивки, незнакомые, армейская выправка. Инна невольно вздрогнула. А тот прошел к стойке и громко произнес:

— Пакет для донны Иннелии.

В зале мгновенно воцарилась тишина. Все дружно повернулись к ней, а Инна насторожилась, потому что посылать тут пакеты для нее некому.

Пакет был довольно объемный, к тому же запечатанный какой-то печатью. Мужчина держал его в руке и озирался по сторонам. Кристоф зыркнул на нее, на Тибальда, который подался вперед и аж шею вытянул от любопытства. Упер руки в бока и покатился было к военному, а тот хмуро на него взглянул.

Как-то это все начало попахивать неприятностями.

— Эй, простите, — окликнула Инна, привлекая внимание военного. — Донна Иннелия это я.

Мужчина посмотрел на нее, в глазах проскользнуло удивление. Видимо, в его представлении что-то не связывалось. Однако он чеканным шагом подошел к стойке и строго спросил:

— Откуда вы родом, донна Иннелия?

— Из Таргота.

— Где воспитывались?

Это уже походило на допрос.

— В монастыре, — проговорила Инна, вскидывая подбородок.

— Все правильно, — кивнул тот. Положил перед ней на стойку пакет и небольшой листок гербовой бумаги. — Распишитесь вот здесь.

Инну слегка пробрала жуть от всего этого официоза. Да еще и бумага гербовая. А вдруг ее подпись потом на экспертизу пойдет? И все такое. Стоило задуматься о последствиях, невольно поежилась. Однако нарочный ждал, она выдавила смущенную улыбку и расписалась.

Бумага немедленно исчезла у военного за пазухой, а у Инны мелькнула мысль:

«Ну все, оставила свой след в местной истории…»

Додумать не успела, мужчина развернулся и ушел.

Она осталась с этим пакетом и полным залом, в ожидании уставившимся на нее. Открывать было боязно. В конце концов, сказала она себе, ну не бомба же там. Сломала печать и развязала тесемки. Внутри оказался еще один пакет из плотной бумаги и сложенная вчетверо записка. Она с опаской развернула записку.

«Я подумал, что тебе понравится».

Инна так и застыла, глядя на эту единственную строчку, написанную твердым мужским почерком.

Потом кинулась открывать пакет. Там были засахаренные фрукты в белой и шоколадной глазури. Глупая улыбка неконтролируемо наползла на лицо, записку она прижала к груди, а другой рукой вытащила из пакета лакомство и прикусила.

— Ммм.

Вот же… Бородатое чудовище.

У нее глаза закатились от удовольствия, а в мозгу моментально растекся розовый сироп. Сквозь этот самый сироп она едва успела услышать, как Кристоф шепнул:

— Печать-то королевская.

И тут дверь таверны распахнулась.

Вошел преподобный. Быстро просканировал зал. На пакете в руках Инны сосредоточился, потом взглянул на нее, глаза его опасно сузились. Мессир перевел взгляд в сторону и вдруг резко подался вперед и воскликнул:

— Это что еще такое?!

А Инна прикрыла рот ладонью.