Глава 22

– Глебушка-хлебушка собственной персоной, – фыркает Анька, – может, свалим по-быстрому и посидим в кафе? У меня от его вида мигрень разыгралась.

Вздыхаю.

– Нужно остаться, я и так всю неделю пропустила. А бегать от этого козла не буду. Он в прошлом, – уверенно заявляю, – ну его! Не дождется от меня вообще никакой реакции.

– Ну ты сильна, – тянет Анька, – ладно, послушаем.

Глеб проводит лекцию, как обычно. Весь такой одетый с иголочки, идеально уложенные волосы, маникюрчик.

Многие девчонки по нему с ума сходят, кто-то его фоткает. А я понимаю, какой была идиоткой. Как можно любить такого гнилого человека?

Он самоуверенный, напыщенный индюк.

Аж блевать охота.

Но я стараюсь не думать о нём. Вопреки всем страхам, мне реально наплевать. Лишь слова Алексея о связанных с бывшим бандитах немного напрягают.

Записываю лекции, пару раз ловлю на себе липкий взгляд Глеба. Аня тыкает меня под бок.

– Да он на тебя прям пялится, Ась. Ты его отшила, а он вот, видимо, припёрся руки у тебя просить.

– Пусть попробует.

Когда звенит звонок, мы с подругой спокойно собираемся. Говорим о чём-то своём. Последние направляемся к выходу из аудитории.

– Ась! – Глеб окликает меня. – Задержись.

– Да, Глеб Валерьевич? – невинно хлопаю ресницами, хотя в душе отчаянно хочу выдрать его прилизанные патлы.

Он напряженно смотрит на меня. Встаёт, закрывает дверь. Садится обратно.

– Как ты? – спрашивает.

– Прекрасно, – хмыкаю, – у вас вопросы по моей курсовой по бизнес-процессам? Если нет, то я пойду.

Резко разворачиваюсь и топаю к двери. Но бывший хватает меня за руку, тянет на себя. Выдёргиваю запястье.

– Что вы себе позволяете? – рычу.

– Ася, прекрати! – рычит, наступает на меня, нависает. – Я реально волнуюсь.

Округляю глаза.

– Правда? Почему? Мы уже расстались, Глебушка. У меня своя жизнь.

– Ты беременна от меня, – цедит он, – я просто так это не оставлю.

– Ничего не знаю об этом, Глеб Валерьевич, – сухо заявляю, – я вышла замуж, очень счастлива, и мы с мужем ждем малыша. Справку о декрете я предоставлю в деканат, не понимаю, причем тут бизнес-процессы?

– АСЯ, БЛЯДЬ! – орёт. – Это мой ребенок!

– Правда? – хлопаю ресницами. – А доказательства у тебя есть?

Он молчит. Зло смотрит на меня.

И только открывает рот, как дверь распахивается. На пороге стоит Анька.

– Ась! Тебя декан вызывает!

– Да? Ну, я пошла. До свидания, Глеб Валерьевич, – топаю на выход.

Прикрываю дверь, выдыхаю. Боже, как же тяжело было корчить из себя невозмутимую, когда хотелось заехать коленом по яйцам.

– Чего хотел? – спрашивает подруга, когда мы топаем в столовую.

– Я вообще не поняла… – хмыкаю, – вдруг решил, что я приму его в качестве папочки своего малыша.

Мы усаживаемся за столик, заказываю себе салат и два бутерброда.

– С этой беременностью я есть постоянно хочу, – стону, – голодная, как волк.

– Ну, рассказывай! – глаза Аньки аж горят. – Как там твой дохтур? Горяч? Ты прям так быстро замуж… я офигела.

Краем глаза вижу, как Глебушка вплывает в кафе. Блин, да он в жизни в студенческой столовке не ел! И постоянно говорил, что это ниже его достоинства.

Плюхается за столик, таращит на меня свои мерзкие глазюки.

– Ну вот чего припёрся, а?

– Глеб Валерьевич! – к нему подлетает местная «звезда», блондиночка с большими, кхм, глазами. Катька Салова. – А могу я спросить?

В общем, в кои-то веки и Катьке рада. Мы с Аней быстро пересаживаемся в самый тёмный угол.

– Достал! – выпаливаю, вгрызаясь в дешевый, но божественно вкусный сэндвич с курицей.

– Ася! – Анька ёрзает на стуле. – Ну рассказывай, ну блин!

Вкратце описываю ей свою ситуацию. С каждым словом глаза подруги становятся всё больше. Она открывает рот.

– Вот так вот я стала Асей Жаровой, – мечтательно тяну.

– Класс! Ну твой доктор прям молодчина! – выпаливает она. – А этот опять зырит.

– Да пофиг, – фыркаю, – пусть хоть обзыркается.

– И что теперь? Если всё-таки Глебушка-хлебушка родной отец, не сможет ли он подгадить тебе?

– Не знаю. Блин, козлина, всё романтическое настроение испортил, – принимаюсь за второй бутер.

– Вон, ему позвонили и свалил, – выдыхает подруга.

– Ну и хорошо, – лопаю за обе щеки.

Приходит смс.

Женя: как ты, мой огонёк?

Улыбаюсь, как дурочка.

Ася: скучаю по одному сексуальному доктору, ем дешевые бутерброды в столовой.

Хм! Тут мне в голову приходит одна идея. Переименовываю Жарова в мобильном.

Горячий муженек: Ася, ты бы лучше сходила в ресторан. Я же тебе карточку оставил. Трать с неё, сколько хочешь. Ты и малыш должны хорошо кушать (смайлик).

– Ты прям до тошноты счастливая, – лыбится Анька, – сразу видно, что муж написал.

– Блин, я не знаю, – хихикаю, – он такой замечательный! Со всех сторон, понимаешь? В Жене просто нет недостатков.

– Завидую я тебе, подруженция! – Анька обнимает меня. – Но ты заслужила. Реально. С таким, как Глеб, год за два.

А я понимаю, что с ним нужно быть начеку.

Ася: тут бывший объявился.

Горячий муженек: так, и что? Он тебе навредил? Обидел?

Ася: нет, просто меня напрягает его внимание. Он о ребенке заговорил, отцовстве. Это меня пугает, Жень.

Горячий муженек: мне приехать?

Ася: не нужно, любимый. Он отвалил уже. Как у тебя дела на работе?

Горячий муженек: разгребаем вот, пара выгодных контрактов всё же сорвалась. Но ничего. Новые заключим, у меня уже есть идеи. Ты когда домой? Пусть Лёха тебя заберет.

Ася: еще две лекции. Потом пара вопросов по экзаменам и всё. Освобожусь примерно в четыре. Пусть Лёша приезжает, хорошо.

Горячий муженек: окей, я ему сообщу. Спасибо, что согласилась. Целую во все сладкие места, Ася.

Ася: люблю тебя.

С огромным трудом досиживаю до конца лекций. Лёша приезжает чуть раньше, звонит.

Сначала топаю в туалет. И только приоткрываю дверь, как слышу знакомый голос. Глеб почти визжит. Хм, ну-ка послушаю.

– Да достану я бабки! Успокойся… да, блядь! Всё будет, отбой.

Кладёт трубку и уходит.

А я направляюсь в туалет, снедаемая дурным предчувствием.

– Привет! – весело здоровается юрист. – Ты чего взмыленная такая?

– Поехали, – гаркаю.

– Да что такое? Ася?

Глазею по сторонам, напряженно так, с сомнением. Как только мы выезжаем на шоссе, выдыхаю.

– Каширин, – коротко говорю, – заговорил о ребенке. Лёш… он может его у меня отобрать?

Алексей задумывается.

– Технически биологический отец вправе потребовать экспертизу ДНК. Но есть нюансы. Ты имеешь право отказаться.

– И если откажусь…

– Тогда он может требовать признания отцовства по косвенным доказательствам, – спокойно говорит Лёша, – но тебе не о чем беспокоиться.

– Ты думаешь?

– Да. Женёк не даст тебя в обиду. Ты его жена, мы можем подать несколько встречных исков. Поверь, Каширину лучше даже не заикаться об этом. Я его адвоката в суде раздавлю. К твоему ребенку он даже не приблизится.

– Спасибо, – выдыхаю немного, – я сегодня слышала, как он обещал кому-то вернуть деньги. Не тем ли бандитам?

– Может быть. Хорошо, что ты сказала, я разберусь. Приставлю к тебе охрану.

– Ты же юрист? – офигеваю.

– Жаров дал мне полный карт-бланш по твоей защите. Он не может быть с тобой постоянно, у меня более свободный график и есть связи в определенных кругах.

– Ого!

– Приехали.

Лёша провожает меня до квартиры, снова проверяет сигнализацию.

Первым делом звоню мужу доложиться, что приехала.

Затем иду в душ. Чёртов Глеб своим взглядом меня испачкал. Долго тру кожу, до красноты.

Но постепенно, под массажными струями успокаиваюсь.

И в сознание врываются совсем другие образы…

Губы мужа на моих. Сильные руки, ласкающие моё тело. Впервые он взял меня в этом самом душе.

Меня переполняют чувства. Ставлю душик на держатель, прислоняюсь спиной к стене. Закрываю глаза. Вспоминаю голодный взгляд Жарова. Никогда в жизни мужчина меня так не хотел.

И грубые слова, что срываются с идеальных губ моего мужчины в момент наивысшего наслаждения… ммм…

– Женя… – выдыхаю, горячий пар наполняет душевую кабинку.

Беру лейку душа, опускаю между ног. Аккуратно регулирую напор.

– Ммм! ААА! – постанываю, методично довожу себя до оргазма.

Ласкаю грудь одной рукой, второй прижимаю душ к промежности. Срываюсь на крик. Яркий оргазм разбивает на части…

– Ох… блин… ммм… – пытаюсь отдышаться, – это было сильно.

Но всё равно не так, как с ним…

Оборачиваюсь полотенцем, шлёпаю в спальню. Гляжу на матовую кредитку, лежащую на тумбочке.

Так и не взяла её. Что-то внутри сопротивляется. Приятно, когда Женя что-то мне покупает. Но тратить его деньги самой… не знаю.

Ладно, я подумаю об этом позже.

Надеваю любимые шортики и маечку. К приходу Жарова. Люблю, когда он пожирает меня голодным взглядом.

Топаю на кухню. Смотрю по сторонам. Блин! Даже убираться не нужно! Ни пылинки.

Вспоминаю. Жаров что-то говорил про приходящий клининг.

Но мне хочется что-то сделать! Так что поднимаюсь в спальню, беру кредитку и заказываю продукты для сытного домашнего ужина.

Пока жду доставку, готовлюсь к завтрашним лекциям и дописываю курсовую по процессам. Не пускаю в голову образ мудака бывшего. Женя не допустит, чтобы Глеб навредил нам с малышом.

Постепенно темнеет, включаю везде свет.

Это теперь мой дом? Сложно поверить. Тяжело осознать. Эта крутая мебель, самая современная техника? Всё моё?

Огромный пентхаус. Бриллиантовая кредитная карта, лимит которой я даже знать не хочу. Дорогущее кольцо. Но самое важное и лучшее – это мой муж. Идеальный мужчина. Сильный, красивый, уверенный. Теперь мой.

Когда привозят продукты, оставляю курьеру чаевые. Он дотаскивает пакеты до холодильника. Потом всё раскладываю.

Я ведь теперь хозяйка. И как мне себя вести?

Чешу затылок. Я хотела сделать мужу классный ужин. Принимаюсь за готовку. Притаскиваю умную колонку, она включает мою любимую музыку.

Пританцовываю, пока шинкую овощи, делаю соус. Режу и отбиваю мясо. Мужчине нужно есть много!

Подпеваю, настроение просто суперское! Делаю вкусные стейки средней прожарки, воздушное картофельное пюре и греческий салатик. Нужно будет купить себе кулинарную книгу.

Пока готовлю, получаю сообщение на мобильный.

Горячий муженек: прости, что не ответил, огонёк. Был на совещании. Выезжаю домой, жди. Трусики не надевай. Твой муж очень голоден.

Хихикаю. Прикидываю время, как раз приготовлю всё к его приезду.

Расставляю салатницы, тарелки. Выкладываю вилки. Попиваю минеральную водичку. Вот такая жизнь реально по мне!

Через час раздается звонок в дверь. Скидываю фартук, прячу его. Быстро распускаю волосы.

В предвкушении горячего поцелуя лечу к двери.

Но там…

– Ася… – передо мной стоит Алена, вся бледная, напуганная, в слезах.

На её щеке след от пощечины, а под глазом фингал. Девочки плачут и жмутся к маме.

– Могу я войти?

– Конечно! Что случилось, проходите! – впускаю их, плотно закрываю дверь.

– Миша… узнал, что я готовлю документы на развод и слетел с катушек…