Глава 18

Следующие два дня у меня было ощущение, будто Хантер поставил перед собой цель сделать мою жизнь невыносимой. Он постоянно ловил меня в коридорах и дальних комнатах, пытаясь зажимать и тискать. Особенно сильно он радовался моментам, когда нас заставал Колин. Тогда Хантер виновато улыбался, говорил какую-нибудь пошлость типа «Не могу держать свои руки подальше от своей детки» и сваливал, а мне оставалось только принимать на себя весь негатив, который исходил от Мастерса.

Сегодня я едва вернулась с работы и даже не успела разуться, как Хантер сжал меня в крепких объятиях прямо в коридоре.

― Я так соскучился, детка.

Я уперлась ладонями в его грудь и попыталась оттолкнуть, но он был намного сильнее меня.

― Прекрати. Да что ты ко мне прицепился?!

― Один поцелуй, ― он посмотрел мне в глаза, не выпуская из объятий. Я замотала головой.

― Нет.

― Один. И я отстану.

Я прищурилась.

― Насовсем?

― Насовсем.

Я кинула взгляд на входную дверь, зная, что совсем скоро должен вернуться Колин. Но не в эту же секунду. Его встреча должна была закончиться примерно через полчаса-час. А это был мой шанс отвязаться от назойливого поклонника. Да и что такое один поцелуй? Короткий, ничего не значащий. Зато он отстанет от меня наконец.

― Один, ― кивнула я. ― И больше ты даже не смотришь в мою сторону.

― Клянусь, малышка. ― Я должна была насторожиться, должна была понять, но желание избавиться от Хантера уже перевешивало здравый рассудок.

― Хорошо, ― выдохнула я, и уже в следующую секунду губы Хантера прижались к моим.

Я бы хотела сказать, что мне было противно, но нет. Хантер умел целоваться. Он делал это медленно, чувственно, я даже позволила его языку проникнуть в мой рот, хотя отвечала нехотя. Когда поцелуй затянулся, я снова попыталась его оттолкнуть, но он положил свои лапищи на мои бедра и с силой вдавил в свое тело. Я даже не успела вздохнуть, как входная дверь открылась, и я услышала позади практически рык:

― Убирайся, Хантер. У тебя десять минут на то, чтобы собраться и свалить из моего дома.

Хантер наконец оторвался от меня и подмигнул.

― Прости, Колин, не сдержался. Пойду собирать вещи. Я буду скучать, детка, ― он коснулся кончика моего носа указательным пальцем, наконец выпустив меня из своей железной хватки.

― Колин… ― я обернулась и посмотрела в голубые льдины. ― Это не…

― И ты собирай вещи, Милана. Завтра я отвезу тебя с детьми домой.

У меня буквально остановилось сердце. На какие-то несколько мгновений оно перестало стучать, а потом меня внезапно бросило в жар, и теперь кровь неслась по венам с сумасшедшей скоростью. Нельзя, мне нельзя было уходить от него, совсем скоро состоится суд по опеке. И если я его проиграю, то все было напрасно. Я начала быстро мотать головой, а Колин спокойно разулся, обошел меня и направился в свою спальню. Я быстро скинула ботинки и побежала за ним. В квартире было на удивление тихо. Когда я пробегала мимо гостиной, Нора открыла было рот, чтобы что-то сказать мне, но увидела мое состояние и промолчала.

Я влетела в спальню Колина без стука, застав то, как на нем виснет Карен и целует его шею, мурлыча о том, как соскучилась. Я замерла, не в силах сдвинуться с места. Меня пронзило болезненное желание скинуть ее руки и вышвырнуть из комнаты. Нерациональное, странное и совершенно неуместное желание, учитывая то, что она была его девушкой, а я лишь временным эпизодом. Через несколько мгновений Колин перевел на меня равнодушный и холодный взгляд.

― Я могу чем-нибудь помочь, Милана?

― Я… Мне… Мы можем поговорить?

― Через полчаса в моем кабинете.

― Да… хорошо, ― выдохнула я и, бросив последний взгляд на их пару, вышла, прикрыв за собой дверь. У меня в памяти ясно отпечатался победный взгляд Карен, которая, глядя на меня, демонстративно облизывала шею моего босса. И почему я так странно на это отреагировала? Как будто она чем-то меня обидела.

Я прошла в ванную, где долго и тщательно мыла дрожащие руки. Сердце все никак не могло успокоиться и теперь колотилось, как заведенное. Словно рвалось из груди. Тревога накатывала волнами, то заставляя сжиматься, то наоборот выпрямлять спину в надежде сделать хоть один полноценный вдох.

Дети сидели на кровати Ноа, и Вики читала ему вслух сказку про маленький паровозик, а племянник смотрел на нее светящимся взглядом и постоянно останавливал, чтобы она перечитала какой-нибудь эпизод.

― Лана! ― воскликнул Ноа, увидев меня в дверях его комнаты.

Я устало улыбнулась и села к ним на кровать, поцеловав и обняв каждого по очереди.

― Ты устала, да? ― спросила наблюдательная Вики. ― Ты как будто всю ночь не спала.

― Нет, все хорошо. Много работы. А ночь я провела хорошо. А вы? Нравится спать в новых кроватях?

― Еще как! ― Ноа подпрыгнул на своей кровати в виде гоночного болида ― то, что я опять же просила Мастерса не покупать, но кто меня слушает ― и снова прижался к моему боку.

― Да, мне моя тоже нравится, ― ответила Вики. Ей Колин купил розовую кровать с балдахином «как у принцессы».

Теперь дети спали каждый на своем месте, и я стала лучше высыпаться по ночам, потому что под боком никто не крутился и было тихо. У них хоть и были тут собственные спальни с самого начала, но чаще всего они проводили ночи в моей комнате. Заметив это, Колин купил им кровати, которые привели детей в восторг. И, оказалось, меня тоже.

― Ну, что тут у вас? ― спросила я, вынимая книгу из рук Вики. ― Давайте я почитаю.

Через десять минут раздался какой-то грохот и смех Хантера дальше по коридору. Я только успела расслабиться с детьми, как снова вспомнила о том, что мне предстоял тяжелый разговор с Колином. Но для начала я, подгоняемая своими нервами, решила высказать Хантеру все, что о нем думаю. Я отдала книгу Вики, извинилась за то, что мне нужно отлучиться, и вышла в коридор. Из комнаты, в которой все эти дни жил Хантер, снова раздался смех, но на этот раз он принадлежал Карен. Я подошла ближе, ведомая своим желанием выплеснуть скопившийся негатив на мужчину, который так меня подставил, но остановилась у самого входа в комнату. Дверь была слегка приоткрыта. Я не видела происходящего внутри, но прекрасно все слышала.

― Ты молодец, отлично справился, ― сказала Карен.

― Если бы ты не позвонила Колину и не узнала, что он на пути к дому, вряд ли бы все вышло так хорошо. И мне пришлось бы целовать ее просто так. Не самое приятное занятие: целовать бревно, детка. ― Я скривилась от этого мерзкого слова, которое теперь навсегда для меня будет иметь только негативный окрас. ― Ты должна мне доплатить за это.

― И я доплачу. Я компенсирую тебе моральный ущерб своим телом. Согласен? ― как только она произнесла эти слова, меня моментально бросило в жар. Они же родственники, нет?

― Еще как согласен, детка, ― послышался довольный голос Хантера. Я нахмурилась. Происходило что-то, о чем я должна была точно узнать, потому что уже тогда понимала, что нас с Колином обвели вокруг пальца.

― А ты действительно хороший актер, Хантер, ― нараспев произнесла Карен. ― Так убедительно сыграть моего кузена.

― Хорошая оплата всегда стимулирует. Так что, завтра приедешь ко мне?

― Конечно. Буду у тебя в полдень.

― И надень тот черный комплект белья, он мне безумно понравился.

― Как скажешь, сладкий, ― низким голосом отозвалась Карен, а затем я услышала звук поцелуя и сделала шаг назад.

Как стоило поступить? Ворваться к ним и застать на горячем? Побежать к Колину и рассказать? Чем могло обернуться для меня это открытие? В свете последних событий вряд ли Колин поверил бы мне. Скорее он скажет, что я намеренно переворачиваю факты, чтобы поиметь с этого свою выгоду. Вот если бы он сам услышал или увидел, тогда да, это было бы оправданно. С другой стороны, хоть я и не понимала поступка Карен, все же в некоторой степени понимала ее опасения. Ситуация выглядела странно и ненормально, потому что ее жених, кольцо которого она носит на безымянном пальце, внезапно женился на другой девушке. На ее месте я, пожалуй, тоже бы в лепешку разбилась, но сделала все, чтобы не потерять своего любимого. И почему-то, думая об этом, я представляла себя именно на месте Карен с Колином в роли моего жениха. Странно это все и как-то очень неуместно.

Я вернулась к детям и провела с ними еще некоторое время, пока не наступил момент Х. Мне нужно было пойти к Колину и убедительно рассказать о том, как все было, а я так и не продумала свою речь. Поэтому, направляясь в кабинет, я едва переставляла ноги. Сердце снова колотилось, а в горле застрял твердый едкий ком, который все никак не хотел проглатываться. Он просто не уходил. Я словно чувствовала, что разговор пойдет не так, как мне было нужно. Единственное, что меня смущало, ― это почему Колин так резко реагировал на мои с Хантером обжимания? Неужели это задело его лично? Эта мысль внезапно посетила меня в момент, когда я уже открывала дверь в его кабинет. Под тяжелым взглядом босса я не успела ее обдумать и решила оставить на потом, хотя очень хотела понять, что же все-таки между нами происходило. В глубине души ― только себе я могла признаться ― теплилась крошечная надежда на то, что не только меня зацепили наши случайные поцелуи.

― Закрой дверь, Милана, ― прозвучал резкий голос Колина, заставив меня слегка подпрыгнуть, и я покорно надавила на деревянное полотно, пока оно со щелчком не встало на место.