Глава 28

Таша пришла в себя от назойливого и монотонного звука. Так попискивают аппараты в больницах. Но откуда здесь, в подполе, такой аппарат? Она попыталась сглотнуть, во рту всё пересохло, и что-то тянущее было в локте правой руки. Таша открыла глаза и попыталась сфокусировать зрение. Как же пить то хочется! Она попыталась сглотнуть и закашлялась.

– Ну, тихо, тихо! Всё хорошо, милая! – услышала Таша женский голос.

– Пить, пожалуйста! – просипела она пересохшим горлом.

– Да, конечно! – и ко рту Таши поднесли трубочку. Она пила жадно. Простая вода, но какая же она вкусная!

– Ты в больнице! – опережая её вопрос, ответила женщина, – уже всё позади. Сейчас тебе прокапывают витамины. Надо наркотик из твоего организма выводить.

– Ясно, – Таша перевела взгляд на правую руку. От сгиба локтя тянулась трубка к бутылке, перевернутой и висящей сейчас на треноге, – давно я здесь?

– Вторые сутки пошли. Извини, но я должна сообщить, что ты очнулась.

– Кому сообщить?

– Врачу и Егору.

– Егору?

– Начальнику охраны Королевых! – последовал невозмутимый ответ.

– Кому?? – но Таше никто не ответил, сиделка уже вышла.

Таша огляделась ещё раз – что-то на обычную больницу не совсем похоже. Очень уж всё новое. Она что же, в частной клинике? Вернулась сиделка уже с врачом, приятным седым мужчиной.

– Доброе утро, Наталья! Как себя чувствуем? – врач профессиональным движением поправил прищепку на штативе с лекарством.

– В туалет очень хочется! – смущенно улыбнулась Таша.

– О! Это хорошо. Это Ваши почки работают, и гадость из организма выводят. Вера Андреевна Вам сейчас поможет. Вы идите, я подожду.

И он, действительно, подождал. В палате.

– Наталья, извините, я не представился. Меня зовут Антон Павлович, не Чехов, конечно, – пошутил доктор, – я Ваш лечащий врач.

Таша улыбнулась и кивнула, а доктор продолжил:

– На Ваше счастье, Вам тот ненормальный успел сделать только два укола до того, как Вас нашел Егор со своими людьми. Сделал бы ещё один и Вас, Наташенька, пришлось бы лечить от наркотической зависимости. Зачем-то ему нужно было из Вас сделать зависимого от наркотиков человека. И заметьте, очень быстро сделать! Он ведь потому и колол Вам очень сильные наркотики.

– Меня Егор нашел?

– Ну, вообще-то, я тоже участвовал в твоем спасении, тетушка! – в палату ворвался Денис с Ташиной подругой.

– Таша! Как ты нас всех напугала! – Светик кинулась обниматься.

– Так, молодежь! – доктор повысил голос, – не наседаем! Ваша подруга только что пришла в себя!

– А как вы так быстро? – Таша, конечно, была рада их сейчас видеть, но как они так быстро успели?

– Была бы их воля – они бы тут, у Вас в палате, ночевать остались! – улыбнулся врач, поймав удивленный взгляд Таши, – и вечером, и утром к Вам заезжали. Вот и сегодня приехали. И опять сами! Без звонка!

– Перед работой, – улыбнувшись, пояснила Светик, – твой племянник без тебя, похоже, жить не может!

– Ой, да ладно! Сама, можно подумать, можешь жить без своей подруги! Все уши мне прожужжала: "Как там Таша? Как там Таша?"

Таша слушала препирательства Дениса и Светика и улыбалась – эти двое удивительно легко нашли общий язык.

– Ребят, как там у нас дела в кондитерской? Точнее, не так. Антон Павлович, когда меня отсюда выпишут?

– Неужели так не понравилось у нас? – доктор картинно изобразил удивление, – сегодня ещё, конечно, полежите, прокапаем Вас, отоспитесь, а завтра можете уже и уезжать. Организм у Вас молодой, здоровый, – Таша в поддержку слов врача зевнула, – справился быстро.

– Если больной хочет жить, то медицина бессильна!

– Вот, видели? Уже шутить изволит! – обратился врач к Светику и Денису, кивнув на Ташу, – жива, почти здорова и хочет спать Ваша подруга! Так что целуйтесь и кыш отсюда! И чтобы сегодня вечером я вас тут не видел!!

– Да, да, уходим! Спасибо, Антон Павлович!

– Не буду вам мешать! Прощайтесь и дайте вашей подруге выспаться! – и врач вышел.

Светик наклонилась и чмокнула Ташу в щеку:

– Не переживай, всё у нас хорошо! До открытия ещё уйма времени! Успеваем! Да и племянник твой обещал с выпечкой помочь!

– Обещал! Я и не отказываюсь! – подтвердил Денис, и, внезапно став серьёзным, произнес:

– Свет, оставь нас с Ташей, пожалуйста, а?

Подруга кивнула и вышла, молча, без намека на обиду или удивление. Таша знала, конечно, что её подруга девушка деликатная, но эти двое, определенно, нашли общий язык. За Светиком закрылась дверь, и Таша вдруг услышала:

– Таша, прости меня, а?

– Что? Денис, за что ты извиняешься?

– За всё вот это! – Денис сделал неопределенный жест рукой в сторону палаты и аппаратов, – этот дед, что украл тебя, он ведь мне мстил. За внучку свою непутевую мстил, – увидев, что Таша собирается что-то сказать, он качнул головой, – подожди, не перебивай, пожалуйста, ладно?

Таша кивнула, и Денис продолжил, встав спиной к окну, в точности, как когда-то давно, будто в другой жизни, его отец в комнате своей умирающей жены.

– Я знаю, каким придурком я был. Мне почти 26 лет, а я только вот сейчас, благодаря тебе, начал жить. Как я до этого жил? Вечеринки, клубы, девки. Ты думаешь, хоть одна из них по-настоящему хотела быть со мной? Им всем нужны были деньги моего отца. И каждая, поверь, Таша, каждая из них считала, что имеет право обсуждать меня со всеми своими подругами, знакомыми и даже просто любопытными. О, да! Подписчики! Теперь это так называется! А по сути, любопытные до чужой жизни люди, – Денис вздохнул и продолжил:

– Я прошлой осенью встречался с внучкой этого деда. Веришь, даже имени её не вспомнил, пока он мне сам вчера его не сказал! Она, правда, меня не обсуждала, о нет! Она за счет меня жизнь ночных клубов познавала, очень точно определив, что уж я то точно её с этой жизнью и познакомлю. Тихая, затюканная своим дедом девочка вырвалась на свободу! Она, видишь ли, была подписчицей одной из этих дур, и там, в роликах той дуры она меня и увидела, ну и решила, что я смогу ей помочь с тем, чтобы стать такой же, как все эти инстадивы.

Денис замолчал и отвернулся, постоял несколько секунд, глядя в окно.

Таша тоже молчала. Иногда лучше молчать, чем говорить – это правило она знала. Его опошлили в свое время рекламой, кажется, какой-то жевательной резинки, но своей актуальности это правило не потеряло. И сейчас вот как раз лучше было помолчать.

Денис вздохнул и продолжил:

– Этот Федор Васильевич всё это время следил за нами. А парни Егора следили за ним. Егор мне и рассказал про него, но я тогда не мог понять, что ему от нас надо. Не мог понять до того момента, пока Егор мне не сказал, что сторож этот кладбищенский с внешностью профессора приехал из Самары. Вот тогда только я и вспомнил, что была у меня девушка из этого города. Понимаешь, я вспомнил город! Не имя девушки! Представляешь каким уродом надо быть, чтобы не помнить имен девушек, с которыми спишь? Мама умирала, отец пытался её спасти, а я спасался от всего этого ужаса в ночных клубах, думая только о себе, любимом. Ты тогда, появившись в нашем доме, очень сильно меня зацепила. Цветиком назвала, потом и принцем припечатала. И ведь правильно припечатала! Я только ведь с твоим появлением и понял, что есть и другие девушки. Такие, как ты – серьезные, правильные, умные. Звучит глупо и страшно на самом деле, но ты первая мне отказала. Сначала я думал, что ты просто цену себе набиваешь, а потом ты раз за разом тыкала меня носом, как щенка, и у меня в голове будто контакты смыкались. Смыкались, и я с каждым таким смыканием всё отчетливей понимал, что я на самом деле ноль! Я никто! Я сам к своим годам ничего не достиг!

Денис помолчал и, качнув головой, продолжил:

– Маклер вот тот, который нам помещение под кондитерскую показывал, Макар – всего на три года старше меня, но он настоящий мужчина. Один дочку растит. Ариша у него – чудо, а не ребенок! Я встретил их тут недавно в парке. Встретил и весь вечер с ними провел. Нормальный парень, живой! Только вот его не новый открывшийся клуб интересует, а какой новый мультик на экраны выходит. А знаешь, почему? Потому, что он дочке обещал её в кино сводить!

– Раз обещал, значит, надо выполнять! – это его слова, – иначе она мне потом верить не будет!

Его дочке пять лет, да она, наверное, уже и забыла его обещание, а он вот не забыл и так к своим обещаниям относится, что ведь поведет её на мультик, а не останется дома футбол смотреть. И они одни с дочкой друг у друга, совсем, представляешь? Хотя, – Денис развернулся к Таше и улыбнулся неожиданно тепло, – видел я, как они вчера с нашим Светиком взглядами обменивались. Ох, чует моё сердце, что не долго они так переглядываться то будут!

– Что? – Таша даже голову приподняла на подушке.

– Только я тебе ничего не говорил! – Денис поднял руки ладонями к Таше.

– Хорошо, хорошо! – Таша улыбнулась, – Денис, это тебе спасибо. Если бы не твой пинок и твоя помощь, я бы никогда не решилась. Даже имея деньги, страшно начинать одной. Ты многому меня научил за это время. Мало иметь деньги – надо уметь ими распоряжаться. Иди сюда, племянник! Обнять тебя хочу, пока я в сон не провалилась.

Денис подошел к кровати Таши и, наклонившись, чмокнул её в щеку:

– Таша, ты, главное, спи! Я завтра приеду за тобой утром. Знаю ведь, куда рванешь первым делом!

– Правильно знаешь! – улыбнулась Таша.

Таша провалилась в сон наверное, раньше, чем за Денисом закрылась дверь её палаты.

Таша спала, и ей снился удивительный сон о том, что Андрей Денисович Королев сейчас сам, собственной персоной в её палате говорит с её лечащим врачом. Сон был настолько ярким, что она даже запах его туалетной воды чувствовала и вдыхала полной грудью. Ей хотелось успеть надышаться его ароматом.

– Андрей! – Таша начала улыбаться во сне. Просыпаться не хотелось. Он был сейчас рядом и даже держал её за руку.

– Тише, моя девочка, спи! Всё хорошо!

Вот же он рядом, и у него такая большая и горячая ладонь.

– Доктор, почему у Таши такие холодные руки? – услышала она тихий голос Королева, – это нормально?

– У девушки низкое давление, а потому руки холодные, – последовал ответ Антона Павловича.

А вот услышав эти две фразы, Таша распахнула глаза.

– Андрей?

– Антон Павлович, Вы знаете, у меня к Вам конфиденциальный разговор. Давайте выйдем? – голос Егора звучал где-то справа. Звук открываемой двери, ответ врача уже за дверью, а потому слабо слышен. Таша не могла заставить себя оторваться от глаз Андрея.

– Так ты мне не снишься? – она сжала руку Королева со всей силы, чтобы удостовериться, что вот он, во плоти, рядом и даже держит её за руку.

– Нет, девочка моя, не снюсь, – он улыбнулся усталой улыбкой, – как ты?

– Врач сказал, что могу завтра ехать домой. Денис обещал приехать, забрать меня из больницы.

Таша смотрела на Королева и не могла на него наглядеться:

– Ты здесь, ты пришел…, – Таша вдруг почувствовала, что от угла глаза по виску, рискуя затечь в ухо, потекла слеза.

– Ну что ты, девочка моя! – Андрей стер слезу большим пальцем другой руки, – конечно, я пришел. Разве я мог не прийти к своей будущей жене?

– Что? Андрей, ты… – Таша задохнулась от нахлынувших чувств и мыслей, – ты не должен… Не надо так…

Она попыталась забрать свою руку из его такой большой и теплой ладони. Андрей сжал сильнее, а потом вдруг одним движением сел на кровать, взяв Ташу как маленького ребенка в коконе одеяла и усадив её к себе на колени.

– Девочка моя, прости меня. Это из-за меня ты пострадала.

Андрей не целовал Ташу. Он просто обнимал. Обнимал так крепко, что она слышала, как стучится в её грудь его сердце. Нет не так. Их сердца стучали синхронно.

– Я слышу твоё сердце, – шепнула Таша.

– Да, я тоже слышу твоё, девочка моя, – шепнул он куда-то в её макушку.