44

Приняв душ, я закуталась в мягкое полотенце, стараясь сохранить ощущение тепла и уюта. В зеркале отражалось порозовевшее от пара лицо, влажные волосы, разметавшиеся по плечам. Сушить их феном было целым ритуалом. Я любила, как теплый воздух щекочет кожу головы, как волосы становятся легкими и послушными. Наконец, надев любимую теплую пижаму, я забралась под одеяло. Комната погрузилась в полумрак, освещенная лишь мягким светом ночника. Телефон лежал рядом на тумбочке. Я взяла его в руки, не ожидая ничего особенного (хотя, кого я обманываю?). И увидела сообщение от Димы. Сердце бешено заколотилось. Всего несколько слов, но они заставили все внутри меня трепетать. "Привет. Прости, что поздно. Как ты? Надеюсь, не отвлекаю." Боже… Как же я ждала этого сообщения! Я закусила губу, сдерживая глупую счастливую улыбку, расползающуюся по лицу. Что написать? Нужно ответить спокойно, непринужденно… Но внутри бушевал ураган эмоций. "Привет. Все хорошо. Не отвлекаешь совсем," – быстро напечатала я, дрожащими пальцами отправляя сообщение. Неужели все так просто? И почти мгновенно телефон завибрировал, заиграла мелодия входящего звонка. "Дима." Сглотнув, я приняла вызов. – Привет, – прозвучал его голос, такой знакомый и такой желанный. – Привет, – прошептала я, чувствуя, как щеки заливаются краской. – Как дела? Ты что еще не спишь? Прости, правда, что так поздно. – Да нет, все нормально. Я… только из душа. А ты как? – Теперь лучше, – признался он с теплотой в голосе. Я ощущала его усталость и вспоминала рабочие дни, когда он делал невозможное, трудился без отдыха, не отрываясь от монитора. Мы все считали его роботом, неутомимой машиной. Но я знала, что ему трудно. Он просто не показывал этого. – Сегодня я встречалась с Верой. – И как? Все хорошо? – В его голосе слышалось какое-то напряжение. – Все хорошо, Дим. Не переживай. – Я не за себя переживаю. За тебя. Его слова словно растопили меня изнутри. Как же мне было приятно слышать его голос. Такой родной, такой теплый. Сейчас бы залезть к нему на колени, обнять крепко-крепко и зацеловать. Чтобы он шептал мне все эти приятные вещи на ухо, чтобы я чувствовала тепло его дыхания на коже, его запах… Заставить его попотеть надо мной, а потом нюхать его, как наркоманка. – Мы просто поболтали немного, – продолжила я, вспоминая о чем именно, – я… я ей все рассказала. – Не сомневаюсь, – в его голосе звучала улыбка. – Вера из кого угодно правду вытянет. Как ты? – Почему ты спрашиваешь? – Подозреваю, что ты весь вечер просидела с пунцовым лицом. – Боже, ты слишком хорошо меня знаешь, – прошептала я, чувствуя, как в горле встает ком. – Ты меня тоже знаешь, просто… не догадывалась об этом. – Я, конечно же, не всё в подробностях рассказала, – выдохнула я, закрывая глаза и представляя его рядом. – Оставила детали… за кадром. – Я в тебе не сомневался, – тепло его голоса, как мягкое одеяло, окутывало меня с головой. – Учитывая с кем ты имела дело… Слушала Диму с восхищением, смешанным с тихой тревогой. Его снисходительность к Вере… она поражала меня до глубины души. Вера, бросившая его после свадьбы, улетевшая на отдых в одиночку, где, по сути, предала его… А он не злился. Ни капли. Относился к случившемуся с какой-то ироничной отстраненностью, словно это была детская шалость, не заслуживающая серьезного внимания. Как будто она его не ранила. Или, может быть, ранила, но мой отказ, когда он предложил мне помощь… казалось, это задело его гораздо сильнее, чем крах его брака. У меня в голове крутился один и тот же вопрос. Мне необходимо было расставить все точки над "i". – Дим, – я сделала глубокий вдох, – можно тебя кое о чем спросить? – Конечно. Я представила, как он улыбается, и уголки его глаз морщатся от добрых морщинок. – Тебя совсем не задело то, что произошло с Верой? Ну… ты не держишь на нее зла? Обиды? – Знаешь, – он тихо усмехнулся, – у меня есть одно твердое убеждение. В отношениях… в браке… да во всем… Ответственность всегда должен нести мужчина. За все. Я нахмурилась, не понимая, к чему он клонит. – И что это значит? – А то, что если что-то не получилось, или получилось не так, как хотелось, – это полностью моя вина. Я не имею права обижаться на Веру, если сам виноват. – Но… ты считаешь, что это твоя вина? – Я сам пошел на этот брак. Зная, подсознательно, что совершаю ошибку. Что это не то, что мне нужно. Я не могла поверить своим ушам. – И что? Получается, ты считаешь то, что у вас произошло… закономерным исходом? – В каком-то смысле, да, – он кивнул. – Она просто искала то, чего я ей не мог дать. И нашла. Я почувствовала, как к горлу подступает соленый комок обиды. Мне хотелось взять его за руку, прижать к себе и сказать, что он – самый лучший человек на свете. – Пусть только кто-нибудь посмеет назвать тебя роботом или сухарем, – я тихо сказала. – Ты слишком снисходителен. Ты достоин лучшего. – Может быть, – прошептал он. – Может быть, я уже давно нашел это "лучшее". Я растаяла. Его слова были словно легкое прикосновение, вызывающее дрожь по всему телу. – Не хочу зацикливаться на прошлом. Я хочу смотреть в будущее. А ты? – Я тоже, – я улыбнулась. – Расскажи мне лучше, что там с мистером Блэквудом? Раз уж я больше не читаю, надеюсь хотя бы на спойлер. – Я пока не открывала файл, но планирую. Господи, у меня сейчас щеки треснут от улыбки. – Уже есть четкий план, о чем будет продолжение? – Нет, я импровизирую. – Тоже звучит, как план. Я тоже за импровизацию… с некоторых пор. – Поверить не могу, Дмитрий Сергеевич, вы ли это!