Глава 38

Гороскоп Рыбы:

Сегодня страсть захлестнет вас и унесет с собой в открытое море удовольствия. Осторожнее, не захлебнитесь.

POV . Марина

Шум воды в душе лишь слегка заглушает стук моего собственного сердца. Оно, шальное, выбивает только одно имя: «Дан-Дан-Дан».

В крови еще бродят остатки адреналина и того восторга, который я испытала на гонках.

Откинув влажные волосы назад, касаюсь припухших губ. Дан целовал меня так напористо, что они до сих пор горят. От воспоминаний о нашем победном поцелуе у меня становятся ватными коленки, а вдоль позвоночника бегут щекотные мурашки.

Сжимаю в кулаке полотенце, гипнотизируя дверь душевой, где скрылся Дан.

Мы сбежали с награждения, с легкостью затерявшись среди участников.

Как подростки улизнули от внимания толпы и родных. И я впервые не чувствовала вину за это. Потому что мне очень хотелось остаться с Даном наедине.

От собственной смелости пальчики на ногах поджимаются, и что-то еще такое внутри – сладко-сладко. Предвкушение будоражит нервные окончания.

Всего какая-то пара шагов, и я застываю напротив двери, вдруг оробев.

Да? Нет? Надо решиться.

Вот же оно – стоит только повернуть ручку, и все случится. Мое сердце от волнения сейчас пробьет грудную клетку. Но я медлю.

А вдруг я неверно считала его невербальные сигналы? Придумала сама себе то, чего нет?

Эти мысли жалят меня, и я теряю всю свою решимость.

Дверь резко открывается, и мы с Даном застываем друг напротив друга.

Капельки воды стекают с его мокрых волос по крепкой шее, выпирающей ключице, мощной груди… и прячутся куда-то туда, за пояс полотенца, обернутого вокруг бедер.

Сглатываю, оглядывая шикарное тело, боясь смотреть в глаза.

Дан, будто прочитав мои мысли, касается пальцем сначала моего уха, заправляя непослушную влажную прядь. А потом приподнимает мой подбородок.

И я тону в его глазах. Нет там никакой насмешки. Лишь голод и похоть, которые я готова разделить на двоих.

А дальше все как в тумане.

Мое полотенце летит вниз, а я, наоборот, взлетаю вверх как пушинка. Привычно уже обхватываю торс ногами, с ума сходя от ощущения кожа к коже.

Ахаю, когда в нежную плоть упирается кое-что, до этого скрытое от моих глаз. Холод простыни под спиной, горячее тело сверху. Едва дышу от контраста.

Мы не произносим ни звука, но нам хватает языка тел, чтобы понимать желания друг друга.

Когда Дан склоняется ко мне в нежном поцелуе, внутри меня все трепещет. Наши губы встречаются. Горячий язык ласкает чувствительную кожу, а потом проскальзывает внутрь.

Дрожу, когда то же самое Дан повторяет пальцами. Ведет ими от колена вверх, обжигая внутреннюю поверхность бедра. Выше, выше.

Его язык хозяйничает у меня во рту, когда пальцы пробираются ко входу, и один без сопротивления проникает в меня. Втягиваю воздух сквозь зубы, ощущая влажное касание и скольжение.

Боже, как это хорошо!

Издаю стон, когда Дан чуть меняет угол и подключает еще один палец.

Возбужденный член прижимается к моему бедру, пока его хозяин ласкает меня и глубоко целует.

Неосознанно двигаю бедрами, не способная справиться с нарастающим напряжением. Оно подобно лавине начинается с крохотного камушка, который на огромной скорости летит с вершины, захватывая с собой все больше и больше…

Движения Дана становятся резкими, меня кусают за губу. Дрожу, раздвигая ноги шире, глажу-царапаю плечи.

Молю беззвучно: «Да, да, вот так».

Лавина подкатывается все ближе. А потом меня накрывает с головой. Глаза ничего не видят, дышать нет нужды. Я будто парю вне своего тела. Хватаю губами кислород, переживая сокрушительный оргазм.

Стискиваю бедра со всей силы, а потом то напряжение, та многотонная масса удовольствия расходятся по мне электрическими импульсами, и я вновь падаю астральным комочком в свое тело.

Это было ошеломительно. Прекрасно. Крышесносно.

- Мы только начали, джан* , - горячий шепот на ухо, нежное прикосновение языка к чувствительной мочке, а потом укус. – Утем кез**.

Миг, и мой мир переворачивается с ног на голову.

Я оказываюсь сверху, оседлав Дана.

Ахаю, ощутив давление головки ко входу. Невольно сдвигаюсь вперед, разрывая касание.

Дан, втягивает воздух сквозь зубы, возвращая мои бедра обратно.

- Сдохну щас, Мариш.

- Я еще никогда не была сверху, - признаюсь тихо, боясь увидеть в его взгляде презрение или насмешку над взрослой девицей, у которой сексуальный опыт со спичечную головку.

- Тогда тебя ждет много интересных открытий… - Дан легонько касается моего соска. – У меня просто шикарный вид.

Моя рука невольно тянется прикрыться, но ее перехватывают и берут в плен.

- Нет, нет! Я еще с того момента… когда ты на меня налетела голая в пустой квартире… - Еле дышу, когда каждый пальчик прикусывают и облизывают, творя со мной что-то невероятное. - Всё гадал, есть ли веснушки на ней…

- Убедился? – выдыхаю, подставляя под ладони ставшую дико чувствительной грудь.

- Осталось их только пересчитать все… - Дан притягивает меня к себе ближе.

Я еще хочу сказать что-то о глупости этого занятия… но мысли быстро улетучиваются из головы, когда горячие губы обхватывают сосок.

Влажное касание вышибает воздух из легких. Скольжение. Круги и спирали, выписываемые на коже влажным языком. Небольшая боль, когда другой рукой Дан прокручивает второй сосок между пальцев.

И снова то невероятное ощущение наэлектризованности.

Обхватив голову Дана, я медленно покачиваюсь на нем. Он издает тихий стон, когда я слегка приподнимаюсь и снова опускаюсь на его член. Скольжу, ловя отголоски своего оргазма. Микроимпульсы бьют прямо в мозг, а внизу живота снова скапливается напряжение.

Поймав ритм, ускоряю темп, но Дан вдруг жестко удерживает меня за бедра.

- Погоди… иначе сейчас яйца взорвутся.

Хмыкнув, облизываю его губы, дразня… Хотя сама на грани. Ноги дрожат, сердце учащенно стучит в висках…

И Дан не выдерживает первым. С рычанием он опрокидывает меня вниз, тянется к тумбочке.

Мне почему-то становится легко и смешно. И я тихонько хихикаю, прикрыв глаза, слушая, как хлопает ящик, шуршит фольга, грязно ругается самый обаятельный и желанный мужчина свете…

Да уж, терпение не его конек!

«Зато есть место огромной гордости…» - фыркаю про себя.

А потом меня накрывает тяжелое тело.

Смех сменяется стоном, когда меня буквально насаживают на тот самый предмет гордости одного горячего Овна.

Это сладкое безумие, в которое я погружаюсь с каждым толчком.

Дан не жалеет меня, вдалбливаясь все глубже, но мне сейчас так нужна эта грубость.

Целую его приоткрытой рот, глажу перекатывающиеся мышцы на спине, сжимаю сильнее ноги вокруг торса.

Напряжение нарастает, а потом меня уносит волна удовольствия.

Рыкнув, Дан наваливается на меня всем телом, переживая свой пик.

Качаясь на утихающих волнах «маленькой смерти», ласково глажу его затылок.

Дан приподнимается на локтях, в глазах шторм.

- Прости, придавил тебя…

- Ш-ш-ш, вернись обратно. – Тяну его на себя, и Алиханов сдается без боя.

Млею от этой тяжести и не хочу сейчас ничего.

Пусть там, где-то за дверью, остался целый мир со своими правилами и законами.

Там осталась семья Дана, опутанная паутиной лжи.

Там где-то маячит призрак настоящей Стеллы, который в любой момент может вернуться в эту реальность.

Там куча проблем, которые требуют решения.

Там кот, который снова сбежал жить свою лучшую жизнь.

Там мама, которая до сих пор не верит в меня. Сестра, которая всегда и во всем меня превосходит.

Там мои комплексы и моя тихая жизнь неудачницы, верящей в гороскопы и безнадежно влюбленной в мужчину, которому я не подхожу.

Но это все там. За дверью комнаты, в которой воздух пропитан сексом.

А здесь… Здесь, на влажных сбитых простынях только мы.

Без купюр, без шелухи, без фальши…

Только он и я.

Мужчина и женщина, которые так идеально совпали и разделили страсть на двоих.

- Еще немножко побудем здесь, - тихо прошу, утыкаясь в плечо Дана.

Я хочу остаться в этой иллюзии навсегда.

Дан молча перекатывается и сгребает меня в объятия. Прижимаюсь щекой к его груди, слушая размеренный и сильный стук сердца.

Мне тепло, уютно. Я наконец-то чувствую себя нужной. Будто мое место и правда рядом с этим мужчиной.

Сердце сладко екает при мысли о том, что это, может быть, и есть любовь.

И я лелею этот момент, как самое бесценное сокровище.

Потому что даже в самых больших мышеловках сыр когда-нибудь заканчивается.

_______________________________________

*- жизнь моя (армян.)

**- Съем тебя (армян.)