Глава 39

Гороскоп Рыбы:

Самое время уделить время братьям нашим меньшим или побыть наедине с природой. Будьте внимательны к своему здоровью.

POV . Марина

- Хмэк! Пей до дна! Пей до дна! – кричат со всех сторон.

Атмосфера в столовой пропитана победой и восторгом болельщиков.

Арам под радостные восклицания родни пьет прямо из огромного золотого кубка.

Праздничная атмосфера располагает к смородиновой настойке, но я еще помню эту коварную сладость. Ограничиваюсь фужером прохладного шампанского с клубникой.

В теле после того, что случилось в комнате, до сих пор бурлит коктейль из противоречивых эмоций.

Нежность, капелька стыда. Чувственность и доля робости. Надежда на большее.

Но самая яркая из них – страх.

Он вцепился в мои плечи и нашептывает, что всё, на что я могу рассчитывать – короткая интрижка. Не более.

Мы слишком разные с Алихановым.

И мои мечты о совместном будущем не надежней мыльных пузырей. Тронь – и он лопнул.

И вот, вместо того, чтобы смаковать каждую секунду близости, я вдруг напряженно свожу лопатки, будто ожидая удара.

Недоверчивая и неуверенная в себе девочка Марина откровенно напугана своей недавней смелостью.

Возможно, будь я настоящей Стеллой, я бы ни секунды не сомневалась в себе. И ни один мужчина бы не ушел от меня.

Дан с мрачным видом говорит по телефону и периодически отмахивается от призывов братьев выпить за победу.

По обрывкам фраз понимаю, что Славик снова подставил под удар начальничьи яйца и нарывается на хорошую головомойку.

Рядом появляется радостный Ричард… с моим кроссовком в пасти.

- Ах, ты маленький шкода! – срываюсь за ним, но пёсель шустро убегает, помахивая хвостом-полешком.

Дан успевает прихватить воришку за ошейник и спасти мою обувь от трагической участи быть сгрызенной до шнурков.

- Спасибо, - шепчу одними губами, робко прижимая к себе заслюнявленный кроссовок.

Алиханов лишь качает головой и снова возвращается к телефонному разговору.

Я еще раздумываю, возвращаться ли к столу, когда мимо проносится лабрадор.

Но на этот раз в его пасти зажато нечто розовое…

Я туплю несколько секунд, прежде чем до меня доходит, где же я видела подобный оттенок.

У моих любимых трусов был точь-в-точь такой же цвет!

Вот же… лабробобр курва!

- А ну стой, негодник! – От моего вопля точно должны были задрожать стекла.

Петляя как заправский заяц, Ричи улепетывал, унося с собой мои труселя, нагло спертые из моей сумки.

Боже, ну я же со стыда сгорю, если кто-то увидит такой трофей.

Пес успел удрать на приличное расстояние, когда мне удалось его нагнать.

Завернув за разлапистый куст сирени, я встаю как вкопанная.

Радостно виляя хвостом, Ричи получает почесушки и заслуженную похвалу от сидящего на траве Нико. А у того на коленях лежат мои измусоленные трусы.

- Зачетные, - протягивает с издевкой, а его взгляд не обещает мне ничего хорошего.

Вздохнув глубоко, сажусь рядом.

- Почему ты так агрессивно ко мне настроен? – задаю вопрос, который стал все чаще меня волновать после знакомства с паршивым бараном семейства.

- А ты не догадываешься… Марин?

Вопрос Нико ставит в тупик.

Казалось бы, какое мне дело до симпатий совершенно чужого для меня человека?

Человека, который даже сейчас не старается скрывать свое истинное отношение.

Наплевать на него трижды через левое плечо и забыть нафиг, но я же зачем-то усадила свою задницу рядом.

Слушаю вот его.

Выходит, надо?

Быть может, дело в том, что я сегодня, кажется, увидела за маской противного красавчика-гада настоящего Нико.

Переживающего за брата. Без промедления поспешившего на помощь. Наплевавшего на грязь. И громче всех кричащего поздравления с победой.

Заботливый и внимательный брат.

Мерзкий, гадкий фетишист с моими трусами.

И все это один человек.

- А тебе не кажется, что ты лезешь не в свое дело? - Заламываю бровь, собираясь если не спровоцировать на ответную откровенность, так хоть поставить на место. - Мы с Даном взрослые люди. Думаю, сами сможем во всем разобраться. А ну, дай сюда!..

Тяну руку за испорченным бельем, но Нико ловко прячет его в карман.

- А ты знала, что собаки - самые преданные существа? - Проигнорировав мой выпад, Нико чешет за ухом Ричи.

И этот предатель счастливо лыбится во всю пасть и лупит своим хвостом-поленом.

От возмущения втягиваю воздух и даже на секунду теряю дар речи.

Да что он себе позволяет?!

Нет, все-таки этот Нико самый настоящий гад! Нормальный человек, обнаружив чужое белье и рассерженную его хозяйку, уж точно бы сделал вид, что он мимопроходил.

Или благородно отдал исподнее, при этом сто раз извиняясь за конфуз с вороватой псиной. Ну и до кучи за то, что лапал своими ручищами чужие трусики.

Но от этого гада разве дождешься извинений?

- Особенно суки, - наставительным тоном продолжает Никол. - Очень верные… У них будто на генетическом уровне заложено это. Жаль, что люди таким геном не обладают.

И мне достается очень красноречивый взгляд.

Прекрасно понимаю, куда этот трусовый фетишист клонит.

Вот только претензии не по адресу, красавчик.

Я не клялась его брату в вечной верности. Не строила с ним совместных планов на будущее.

Я просто согласилась сыграть его невесту. За деньги, да.

И теперь мне и самой тошно от этой роли.

Вот только признаваться в этом Нико я не собираюсь ни за какие мнимые сыры или ветчинки.

Крыски тоже могут быть гордыми и независимыми.

Некстати вспоминается Стелла и ее выступление в салоне красоты.

Что там Нико говорил про породистых сук?

- У кого-то пунктик на верность? - не удерживаюсь от шпильки в ответ.

Сам начал тут говорить про всяких собак женского пола.

Никол криво ухмыляется:

- Неужто тебе никто еще не рассказал эту печальную историю?

Пожимаю в ответ плечами, не совсем понимая, о чем он. И вообще, судя по поведению Лилит, Нико – персона неоднозначная в ее доме. И уж она-то точно не стала бы со мной делиться подробностями его биографии.

- Тебя бросила девушка из-за твоего ангельского характера? Или ты до сих пор девственник? – мой голос сочится медовым ядом.

- Меня бросила моя мать, - спокойно отзывается Нико. - Прямо в роддоме.

Божечки-кошечки!

Ошарашенная услышанным поворачиваюсь к нему, ища на лице признаки ненависти ко всему женскому полу.

Но Нико безмятежно смотрит в небо, поглаживая развалившегося рядом пса.

И я вдруг теряю весь свой воинственный пыл. Сдуваюсь легко, как проткнутый воздушный шарик.

Каким бы ни был противным Нико, он не заслужил такого.

Никто этого не заслуживает. Дети не виноваты, что не нужны своим биологическим родителям. Они приходят в этот мир чистым листом – что хочешь пиши на нем.

Абсолютно беззащитные, крохотные комочки любви.

Разве можно в здравом уме отказаться от такого чуда?

По позвоночнику сползает дрожь, стоит мне представить, каково это, когда от тебя отказались самые близкие.

Сглотнув вязкую слюну, нарушаю тишину первой:

- И что было дальше?

- А дальше… дальше было счастливое детство… в детдоме, - выдыхает с паузами.

И у меня внутри вибрирует струна – тонко так, ломко. Потому что всё, что я могу испытывать сейчас к моему нечаянному собеседнику – это жалость.

Да, это не те откровения, которые я хотела услышать. Но мне чуточку становится понятно, почему Нико так себя ведет.

- Мне жаль, - говорю совершенно искренне.

- Забей. Я не ради твоих пожалеек это рассказываю. - Тон Нико становится жестким. - Я просто на дух не переношу лживых баб. А ты явно напрашиваешься в эту категорию. И меньше всего я хочу видеть хитрую меркантильную сучку рядом со своим братом.

Ежусь от его слов.

Неприятно.

- Мне казалось, что ты терпеть не можешь Дана.

Именно это я и видела на юбилее. И это явно демонстрирует Никол здесь, в поместье.

- Ошибаешься, Марина-а, - издевательски тянет мое имя. – Нет ничего важнее семьи. И эта семья приняла меня как родного сына. А ты, наверное, туповата, раз этого не понимаешь. Запомни, псевдо-Стелла, наши отношения с братом - наше дело.

Он возвращает мне мою же «шпильку». И пока я перевариваю «туповатую», Нико задает самый неудобный вопрос:

- Так кто ты такая?

Человек и пароход, блин!

- Дан пригласил меня на юбилей матери и сюда, - говорю полуправду. – Мы не так давно вместе... – осекаюсь, когда Нико восклицает:

- А-а-а, так сказочка про невесту для родственничков? Или Младшенький в алкогольном угаре умудрился тебя позвать замуж, а ты не будь дурой тут же согласилась? Не верю!

От этих слов моя жалость тут же улетучивается, а на ее место приходит раздражение.

Ну хам натуральный!

- А что, меня нельзя позвать замуж? – надуваюсь как мышь на крупу.

- Тебя? – Окинув меня взглядом, Нико заливисто смеется. – Да ты себя видела? Взрыв на фабрике охры! Вся такая рыжая-рыжая, аж в глазах рябит.

Отворачиваюсь от него. Да, за внешность мне часто прилетало. Но это было еще в школе.

А чтобы вот так откровенно взрослый мужчина отзывался обо мне… нет, вот к такому я еще не была готова.

Не хочу больше здесь находиться. Тем более компания не располагает к долгим посиделкам.

И пусть этот Нико катится ко всем чертям… и подавится моими трусами!

Встав, отряхиваю с джинсов прилипшие травинки.

Нико не сводит с меня глаз.

- Обиделась что ли, Марин? – летит мне в спину. – Ну так на правду вроде не обижаются. И чтобы ты знала, Дану всегда нравились блондинки.

Слова Нико больно бьют куда-то в солнечное сплетение. Во рту вдруг появляется противный привкус разочарования и рухнувших надежд. Он такой горький, что я морщусь.

- Вкусы у людей меняются, - зачем-то говорю. Наверное, мне хочется себя защитить от этих инквизиторских допросов. - И твой брат не исключение.

Сегодня между нами было что-то большее, чем просто договор.

Это было… это было что-то настоящее. Только между нами.

Настолько для меня прекрасное, что я хочу этот момент запечатлеть в памяти и еще долго-долго перебирать в самые «хмурые» дни.

А этот… блин, даже гадом его не могу назвать… Нико просто сейчас топчется ногами на моем светлом чувстве.

- Если тебе сложно представить, что можно влюбиться в такую, как я… - начинаю, но меня перебивают.

- Почему же. Ты мне нравишься.

Нико тоже поднимается с земли, нависает надо мной. А я не нахожу слов, стою и пялюсь на него во все глаза.

Он только что это сказал? У меня не галлюцинации?

А кто распинался минуту назад, что я там какой-то взрыв и вообще не во вкусе Дана?!

- Но дело в том, что ты слишком простая. - Вздрагиваю, когда он касается моих волос. Выдергивает оттуда невесть откуда взявшийся листочек. - Слишком… не его круга.

- А ты, выходит, знаком с моими вкусами лучше меня? - Я едва не подпрыгиваю, когда слышу позади голос Дана.

Разворачиваюсь к нему.

Стоит, скрестив руки на груди. Красивый, высокий, уверенный в себе. На лице застыл вопрос, в позе вызов.

- У тебя еще есть какие-то вопросы к моей невесте, Никол?

И меня вдруг от этих слов приподнимает на ступеньку выше. Возможно, даже на ту самую, на которой стоит всё окружение Дана, он сам и стервозина Стелла.

Хмыкнув, Нико проходит мимо меня.

- Следи тогда за своей невестой получше, брат. – Хлопает Дана плечу.

А потом, вложив в руку Алиханова мои трусики, спокойно ретируется, оставляя нас наедине.

Меня, Дана… и чертово чувство приближающегося кабздеца.