Глава 29

Несмотря на жуткую нервотрепку, я умудрилась уснуть. Вот так просто взяла и уснула, наплевав на все свои горести и беды, понимая, наверное, что лучше принимать решения на свежую голову. А потому едва вышла из ванной, как сразу же прилегла отдохнуть на огромную кровать, занимавшую половину моей спальни. Подобная роскошь более подходила молодоженам, а не одинокой молодой девушке, но я особо задумываться над такой ничтожной проблемой не стала. Упала, накрывшись одеялом и уснула, оставив на страже Маргот.

Впрочем, совсем скоро меня разбудили на поздний обед, который перенесли по случаю нашего приезда. В двери постучал слуга и сообщил нянюшке, открывшей ему, что через полчаса меня ожидают в большом королевском зале для трапезы и самым наглым образом посоветовали не опаздывать.

— Его Величество король Фредерик не любит непунктуальных! — расслышала я голос нахального слуги, прежде чем Маргот закрыла перед его длинным носом двери.

— Мне не нравится здесь, госпожа! — сообщила она мне.

— Думаешь, я в восторге? — проговорила я в ответ и встала с кровати. — Зови горничных. Мне и правда не стоит опаздывать на эти проклятые смотрины! — вздохнула я.

Маргот позвонила в колокольчик, и пару минут спустя в покои уже вплывали горничные, лица которых я еще на успела запомнить должным образом, а имена так тем более.

— Какое платье наденет Ее Высочество на обед? — спросила главная горничная.

Я лично подошла к шкафу с нарядами. Все они уже висели на вешалках — подарки Виктора, или его попытка откупиться от меня.

Выбрав зеленое платье, обнажавшее плечи, я указала пальцем на него, но тут на удивление запротестовала моя Маргот.

— Нет, Ваше Высочество! — заявила она с непреклонным видом. — Настоящая леди не станет надевать подобный срам на обед!

Я и сама понимала, что сделала неправильный выбор, но платье мне действительно нравилось, и я была намерена выйти именно в нем, наплевав на условности. Пусть знают, что берут в невестки бунтарку!

— Для ужина оно самое то, — продолжала возмущаться нянюшка, — а вот для обеда...

— Не спорь со мной! — ответила я и посмотрела на горничных. — Что встали? Готовьте платье, которое я показала!

Маргот снова открыла, было, рот в протесте, но я посмотрела на нее и покачала головой, всем своим видом показывая, что все равно сегодня будет по-моему, и точка. К моему удивлению, нянюшка как-то сразу поникла и сдалась.

— Как скажете, принцесса! — произнесла она обидчиво.

Я встала, позволив девушкам надеть на меня нижние юбки, а затем, сверху, водрузить тяжелое платье. Пока горничные расправляли оборки на моей груди, я смотрела в зеркало, думая над тем, что стоит надеть изумрудную капельку, кажется, именно такую я видела среди ювелирных подарков короля. Она будет очень кстати смотреться на моей шее в тон к туалету.

— Присядьте, Ваше Высочество! — попросила одна из девушек, вооружившись гребнем и шпильками. — Я сделаю вам достойную принцессы прическу.

— Хорошо! — опустилась на мягкий табурет и бросила взгляд на свое отражение в зеркале.

В ответ на меня взглянула бледная девушка с необычайно яркими губами, будто тронутыми помадой или лихорадкой. Горничная занялась моими волосами, а я велела Маргот подать мне шкатулку с драгоценностями, и нянюшка полезла в многочисленные коробки, которые еще стояли неразобранные в гостиной покоев. Когда она вернулась, мои волосы уже были тщательно уложены, и оставалось только добавить изумрудную капельку для довершения легкого образа непокорной дочери и невесты.

— Вы прекрасны, Ваше Высочество! — защебетали горничные, оказавшись точно такими же, как и те, что работали во Дворце Виктора. Напрасная лесть, хотя... Бросив взгляд в зеркало, я поняла, что нравлюсь себе, а значит, понравлюсь и принцу, и его отцу. Ведь король Фредерик первым делом мужчина, а уже потом король и отец семейства, хотя вряд ли мне это поможет избежать свадьбы с его сынком.

— Я готова! — сказала сама себе и подозвала Маргот. — Будешь сопровождать меня как обычно! — попросила ее, и нянюшка кивнула с готовностью. Под ее защитой я чувствовала себя более спокойно, хотя подобное чувство было эфемерным и скорее приносило отдаленное успокоение.

— Я бы рада, Ваше Высочество! — сказала нянюшка. — Но вот незадача! Я ведь, как и вы, впервые в этом месте и совсем не знаю, где именно находится обеденный зал!

И она сконфуженно улыбнулась.

— Я покажу! — нашлась одна из горничных.

— Вот и замечательно! Тогда поспешим, я не хочу опаздывать! — сказала я и шагнула к выходу.

На поздний обед мы очень торопились, а потому я не успевала осмотреться и едва глядела под ноги, следуя за проворной горничной. Но времени медлить не было. Мы явно опаздывали, а потому расторопная служанка провела нас каким-то коротким путем, явно не рассчитанным для любования Дворцом, поскольку в темных коридорах, где мы проходили, было мало чего примечательного, кроме светильников на стенах и полностью отсутствовала лепнина и статуи. Из этого я сделала вывод, что меня провели путем, по которому ходят слуги.

Горничная время от времени оглядывалась, и в ее глазах сверкало извинение, но я совсем не была против прогулки по крылу слуг, лишь бы это позволило мне не опоздать и не опозориться перед новыми родственниками.

К огромным распахнутым дверям мы пришли вовремя, почти секунда в секунду. Я увидела герольда и остановилась, чтобы перевести дыхание. Кивнула служанке и велела одними глазами Маргот ожидать моего возвращения. Нянюшка понятливо моргнула и отошла в сторону дожидаться моего прихода, я же ступила вперед и под голос герольда, вошла в зал и тут же в удивлении огляделась.

Обеденный зал был прямоугольной формы с длинным вместительным столом посередине. Гости уже сидели на своих местах и смотрели на меня с разными выражениями лиц. Я увидела Грэхема в компании дочери и зятя, чуть дальше расселся Нортон, на меня он посмотрел со смесью неприязни и удовлетворения, впрочем, как и сестрица. Одри, хоть и старательно прятала под радушной улыбкой какую-то непонятную обиду, но все же на долю секунды позволила ей проскользнуть во взгляде, и мне хватило этого мгновения, чтобы понять — мы никогда не станем близки так, как бывают близки настоящие сестры. Слишком многое всегда стояло между нами. Сперва любовь Грэхема, ведь он всегда уделял мне больше внимания, ведь я была младшей, затем любовь Энтони, хотя, кажется, даже заполучив Болтона, Одри не успокоилась. Впрочем, это была не моя беда. Энтони давно был мной забыт, и я благодарила судьбу, что когда-то пусть и Виктор, но вмешался в нашу помолвку, разорвав ее навсегда. А ведь только вспомню, сколько было пролито слез...

«Как я была глупа!» — подумала я, и в тот же самый миг гости поднялись со своих мест следом за тем, кто сидел во главе стола.

«Фредерик!» — догадалась я и во все глаза уставилась на короля. Мой отец находился рядом с ним, расположившись по правую руку. Слева восседала королева Мария, а чуть дальше, уступив временно свое место чужому королю, и принц Алистер, возле которого... мое сердце застыло... находился лже-Льюис.

«Успокойся! — сказала я себе. — Это не он. Совсем не он!».

— Проводите Ее Высочество к ее месту за столом! — приказал король и ко мне тут же направился один из дворецких. Он поклонился мне и попросил следовать за ним, после чего я оказалась у стола рядом с двумя королями, Виктором и Фредериком. Но их нельзя было сравнивать. Слишком разными показались оба мужчины. Хотя, признаю, внешне отец Алистера проигрывал своему оппоненту, но, судя по всему, только внешне. А еще я подумала о том, что принцу повезло унаследовать красоту матери, а не черты отца.

Мое место оказалось подле королевы. Мы раскланялись с Марией, а затем я села на стул, придвинутый дворецким. Следом опустились Ее Величество и оба короля. Гости последовали примеру венценосных особ и обед начался.

Надо отдать должное королю Фредерику. Размениваться на глупые комплименты и ненужные любезности он не стал, сразу приступив к разговору о главном.

— Свадьба состоится раньше, чем мы планировали! — обратился он ко мне.

Мне показалось, что Виктор был немного удивлен такой новости.

— Не сочтите, что мы спешим, — продолжил меж тем Фредерик, — но в моих интересах как можно скорее представить вас, как наследницу вашей страны!

— А если я против этого брака? — не удержалась от вопроса.

Фредерик впился в меня удивленным взглядом, в самой глубине которого плескалось раздражение. А спустя пару секунд весело рассмеялся и бросил взгляд на Виктора, побледневшего, словно полотно.

— Право же, сосед, ваша дочь так мило шутит! — заявил он, а я посмотрела на отца своего жениха и едва сдержала гримасу отвращения. Мне он не нравился. Совсем не нравился. Было что-то подлое и скользкое в этом умном взгляде. Не человек, а змей. Подлый и хитрый.

«Дурак не собрал бы под собой такое огромное государство!» — напомнила себе мысленно.

— Значит, завтра! — продолжил Фредерик. — Я надеюсь, принцесса, вы не обидитесь, церемония, вопреки моим первым распоряжениям, будет весьма скромной, только близкие родственники с вашей стороны и со стороны жениха.

— К чему такая спешка? — подозрительно уточнила я.

— Не спорь со своим будущим свекром! — пожурил меня мягко Виктор, а королева Мария сочла уместным положить поверх моей руки свою ладонь, будто в попытке поддержать. Я ответила ей благодарной улыбкой, догадавшись, что, скорее всего, королева в данном случае такая же заложница обстоятельств и мало что решает.

— Держитесь, дорогая! — шепнула она мне.

Слуги начали разносить блюда, и следующие несколько минут все просто ели. Придворные короля Фредерика время от времени переговаривались, чуть реже смеялись. Мне же еда встала поперек горла, даже несмотря на ее весьма аппетитный вид и аромат. Удалось попробовать только фаршированные яйца и кусок ветчины, соус к которому я успешно размазала по тарелке. Сама же нет-нет, да косилась на Байе, даже зная о том и понимая, что передо мной сидит вовсе не настоящий Гейл, мои глаза позволили себе быть обманутыми.

Чтобы хоть как-то отвлечься от неприятных мыслей, связанных с гибелью Льюиса, я стала думать о приближающейся свадьбе, удивленная тем, что Фредерик решил ускорить ее и перенес дату на более ранний срок. Получалось, что у меня совсем нет времени, чтобы составить хороший план побега. Что же делать?

— Может быть, после обеда вы составите мне компанию, и я покажу вам сад и дворец? — голос Алистера заставил меня вздрогнуть. Я посмотрела на так называемого жениха и улыбнулась.

— Почему бы нет! — ответила тихо.

Фредерик и Виктор при моем ответе переглянулись. Кажется, оба были довольны тем, как продвигалось общение будущих супругов.

— Лорд Нортон! — обратился к Министру отец Алистера. Я перевела взгляд на сэра Эдгара. — После ужина я буду ожидать вас в своем кабинете для переговоров на тему, о которой вы просили встречи! — сказал ему Фредерик, и я посмотрела на Виктора. Кажется, подобное королю не понравилось.

«А как ты хотел!» — злорадно улыбнулась я. Ведь предупреждала отца, что Нортон задумает его обойти, так и получилось! Как же он глуп, если думает, что все просчитал! Это сделать невозможно.

— Спасибо, Ваше Величество! — поклонился, встав из-за стола Второй Министр, а затем снова сел, улыбаясь так довольно, словно получил королевство в придачу к руке красавицы принцессы. Впрочем, о чем это я?

— Я надеюсь, вы найдете общий язык и интересы с моим сыном! — обратилась ко мне Мария.

— Я постараюсь! — ответила я, вызвав ее благодарную улыбку.

Окончания обеда я ждала, как избавления. Сидеть под прицелом множества глаз, не все из которых смотрят на тебя хотя бы не с равнодушием, оказалось весьма тяжело, а потому, когда король встал из-за стола, я не удержалась от вздоха облегчения. Едва Фредерик, поманив Нортона, уединился с ним в соседей комнате за закрытыми дверями, как Алистер встал и подошел ко мне, предлагая руку.

— Если вы закончили, буду рад сопроводить вас и показать Дворец! — произнес он.

Покосившись на Марию и Виктора, я встала и приняла руку принца, после чего мы тоже покинули обеденный зал.

У дверей меня поджидала верная Маргот. Заметив, что я вышла не одна, нянюшка пошла за нами следом, придерживаясь расстояния, на котором обычно ходят со своими воспитанницами компаньонки. Алистеру явно не понравилась такая компания, но он благоразумно промолчал, понимая, что я откажусь оставаться с ним наедине. Это было не в моих интересах.

Он поводил меня по Дворцу, показав все его великолепие и должна признать, мне понравилось. Но все равно, здесь все просто кричало о богатстве и это немного портило впечатление, но еще нигде я не видела подобных дорогих вещей, здесь же все было баснословно дорогое, от пышных ковров, до вышитых гобеленов.

— Вам нравится? — спросил принц, когда мы остановились в галерее, где на стенах висели портреты с его славными предками.

— Вы весьма богаты! — ответила уклончиво.

— Разве богатство — это грех? — он приподнял насмешливо брови. — Казна вашего отца пуста, растрачена на женщин и балы. Думаете, по какой причине он продает вас мне?

Слова Алистера неприятно кольнули слух. Я покосилась на Маргот, надеясь, что нянюшка, которая сейчас у входа в галерею рассматривала какой-то портрет, не услышала его фразу.

— Вы слишком прямолинейны! — сказала я, поджимая губы.

— Это тоже не самое худшее из качеств у мужчины! — ответил он.

— Тогда, раз уж начали такой разговор, скажите мне откровенно, зачем я вам, Алистер? — поинтересовалась, рассчитывая на его прямоту.

— Мне? — он рассмеялся. — Вы мне и даром не нужны. А вот моему отцу почему-то приспичило присоединить королевство вашего отца к нашей империи. А свадьба в данном случае лучше, чем война.

— Так может, если я вам не нужна, просто заключите договор с Виктором? Я, знаете ли, тоже не горю желанием соединить себя браком с вами! — честность за честность.

— Я уже предлагал вашему отцу такой расклад, но увы. Он слишком хочет, чтобы его род оставался на троне.

Ответ Алистера вызвал у меня печальный вздох.

— Но вы не переживайте так, принцесса! — хитро улыбнулся Алистер. — Может быть, я и не стану вашим супругом. Кто знает, как повернет судьба?

Странно, его слова должны были меня успокоить в какой-то мере, но отчего-то лишь напугали, причем до такой степени, что по спине прошел холодок. Неприятный такой, до дрожи и мурашек.

— Но продолжим нашу экскурсию! — сказал он, и мы двинулись дальше, оставив за спиной галерею предков.

Надо отдать должное Его Высочеству. Он оказался неплохим собеседником и иногда рассказывал с увлечением о Дворце и его обитателях, но все равно, между нами была стена, и эту стену я не могла, а принц просто не хотел, снести. Потому, когда он вернул меня в мои покои, я почти без сил упала на кровать и поняла, что к ужину останусь в своих комнатах, даже если это обидит короля и королеву. Все равно! Они не считаются со мной, ускорили свадьбу, так почему я должна следовать приличиям, если устала?

Маргот прогнала всех служанок и села у моего изголовья. Я почувствовала, как ее широкая ладонь гладит мои волосы и улыбнулась.

— Спасибо тебе, — произнесла. — Ты единственная, кто действительно любит меня.

Поймав ее руку, ткнулась носом в ладонь женщины и закрыла глаза.

— Я хочу убежать отсюда! — призналась я. — И этой ночью попытаюсь это сделать.

— Я помогу вам, принцесса! — ответила нянюшка. — А сейчас отдохните. Вам стоит как следует выспаться.

— Ты права! — я улыбнулась, не открывая глаз.

Экскурсия по Дворцу пришлась так кстати, что я даже мысленно поблагодарила принца за то, что показал мне, что к чему. Это значительно облегчит мой побег.

«Этой ночью, когда все уснут!» — решила для себя и свернулась клубком, стараясь уснуть.

— Вы можете не переживать, сэр Эдгар, никто нас не услышит! — сказал Фредерик и сел в кресло, достав из коробки на столе толстую сигару. — Здесь установлен полог, так что можете говорить смело.

— Спасибо, Ваше Величество! — поклонился Нортон и был удостоен чести сесть в свободное кресло.

— Через день состоится свадьба, — начал король. — После нее Виктор отправится домой, и вы поедете вместе с ним.

— Но... — лорд Нортон был удивлен.

— Вы не дослушали, мой друг! — усмехнулся Фредерик и прикурил сигару. Выпустил тонкую струйку дыма в воздух и продолжил. — После того, как вы проводите Его Величество, вы вернетесь назад с докладом.

— То есть, никаких изменений в нашем плане? — уточнил Второй Министр.

— Не в нашем! — нахмурился король. — В вашем и только в Вашем. Не стоит вмешивать меня в ваши дела.

— Я понял! — нашелся Нортон, и по его губам скользнула довольная улыбка. — Я все сделаю самым лучшим образом.

— Вот и замечательно! Вы будете лучшим вариантом для королевства Виктора.

— А как насчет принцессы Мейгрид? — спросил Нортон.

— Не думаю, что вас должно волновать престолонаследование! У вас самого ведь нет детей? — проговорил король. — Или вы думаете, еще будут? Но даже в таком случае, трон отойдет к наследнику принцессы. Наша кровь займет трон и тут уж вы бессильны, мой друг, иначе договор теряет силу.

— Не переживайте! — отозвался Второй Министр. — На мой век хватит. И да, вы правы, Ваше Величество. Оставить трон мне некому, да и зачем?

— Вот и замечательно! — сказал Фредерик. — А теперь отдыхайте и готовьтесь к тому, что после свадьбы проводите нашего дорого короля Виктора в последний путь.

По губам Нортона скользнула улыбка. Он все понял и готов исполнить. Ведь трон, манивший его так долго, слишком близко, чтобы что-то менять.

Льюис вышел из портала прямо перед границей соседнего государства. Нет, он мог бы переместиться и дальше, но тогда его могли бы засечь маги, что следили за несанкционированным перемещением посторонних через границу, а у Олсоппа работали только лучшие, и Гейл справедливо решил, что ему не стоит нарушать установленные правила. Так он только привлечет к себе лишнее и такое ненужное, внимание. К тому же, его вряд ли пока искали. Нортон считал, что сын или погиб, или дожидается спасения на затерянном острове, а остальным было просто все равно, кто он и где. Всем, кроме разве что самой Мейгрид. Сама мысль о том, что невеста считает его умершим и из-за этого может натворить глупостей, с ее-то характером, не давала покоя Льюису.

Удобнее устроив за спиной заплечный мешок, он направился прямиком к дому с порталом, где у прохода стояли маги, поджидая тех, кто пожелает переместиться. Это сейчас желающих было не так много, но после того, как Виктор продаст дочь и подпишет с Фредериком договор, из обоих стран потянутся торговцы и у магов прибавится работы. Сейчас же они стояли и со скучающим видом рассматривали уже надоевший пейзаж.

— Добрый день, господа! — Гейл приблизился и кивнул магам. Ему ответили равнодушными взглядами, а затем один из магов все же, кивнул в ответ.

— Мне нужно переместиться в столицу вашей замечательной страны, — продолжил Гейл самым любезным голосом.

— Кто такой? — спросил второй маг неожиданно скрипучим тоном.

— Вам надо оплатить пользование порталом в том окне, а затем мы поможем вам! — ответил первый, показавшийся Советнику более любезным и склонным поддержать беседу.

— Спасибо! — кивнул Льюис и сделал так, как полагалось, после чего снова вернулся к порталу.

— Вашу руку! — потребовал первый маг и Льюис показал ладонь с отпечатком ауры, где можно было считать осуществленную оплату для перехода.

— Все в порядке, пойдемте! — маг даже улыбнулся. Второй так и остался стоять столбом с недовольной миной на лице.

— Говорят, у вас здесь недавно королевская делегация перемещалась! — как бы невзначай спросил Гейл.

Маг покосился на мужчину.

— Да, — ответил, — было дело. Невеста к нашему принцу отправилась. Так что, ждем со дня на день объявления о свадьбе. Этот брак будет выгоден обоим странам! — заключил он с умным видом.

— Это точно! — согласился Гейл, а про себя подумал: «Еще чего!».

Маг засуетился у портала. Активировал его взмахом руки, а когда пространство ворот заколебалось и стало темным полотном, посмотрел на Льюиса.

— Проходите! — велел, и Гейл не заставил себя просить дважды.

Ухватившись за лямки на плечах, он шагнул вперед, ощутив, как его охватывает дрожь от вмешательства чужой магии. Взметнулись складки плаща, и мужчина провалился в темноту, чтобы уже через мгновение выйти на расчищенной площадке у ворот, что вели прямиком в столицу, где его, еще сама того не зная, ждала невеста.

Город, лежавший впереди, поражал своими размерами. Окруженный рвом, он занимал большую площадь. Башенки храмов, высокие дорогие дома богачей, кварталы торговцев и ремесленников и просто крестьянские домишки, сбившиеся в кучу, словно домики ласточек, почти налипшие один на другой. Но Льюиса интересовало вовсе не это. Он видел только дворец, расположившийся в самом центре города. Точнее, даже не дворец, а огромный дворцовый комплекс. Именно туда и лежал его путь.

Стоило ли говорить, что мой побег не удался под одной только причине: этот негодяй, второй Министр, по-видимому, предугадал мои действия и окружил покои, где я разместилась, охраной, причем не поскупился на магов. А потому, когда поздно ночью я, одетая в дорожную одежду, с котомкой за плечами и верной Маргот за спиной, сделала попытку покинуть комнаты, из темноты тут же материализовался мужчина в черном одеянии, крайне неприятный на вид.

— Ее Высочеству лучше вернуться назад! — произнес он, и я увидела, как вокруг ожили тени. Все они оказались магами, караулившими мой покой.

— Что происходит? — я сделала вид, что ничего не понимаю. — Я хотела выйти за водой, а вы... — но договорить не успела. Маг злорадно усмехнулся и прищурил свои глаза до состояния узких щелок.

— У вас есть служанка и целый штат горничных. Отправьте их за водой. Да и незачем принцессе утруждать себя хождением по Дворцу в такое позднее время!

— Но я привыкла. — хотела было взмутиться.

— Возвращайтесь в свои покои, — сказал мужчина, и прежде чем я открыла было рот, чтобы запротестовать, маг, оказавшийся воздушником, вскинул руки, и словно какая-то неведомая сила подхватила меня и затолкала прямо в комнату, швырнув на диван гостиной. Двери захлопнулись, и я осталась лежать, глупо таращась в потолок.

— Ваше Высочество! — Маргот подбежала ко мне и склонившись, стала осматривать, будто опасалась, что мне причинили боль. Но нет. Я была цела и невредима, только вот на душе было гадко и противно.

— Они не выпустят меня, — произнесла я, чувствуя, как слезы подступают к глазам.

— Ваше Высочество! — протянула печально нянюшка.

— А уже через сутки состоится моя свадьба! — я села и уронила лицо в ладони. Только вот плакать не собиралась.

— Мужайтесь, леди Мейгрид! — нянюшка села рядом и обняла меня за плечи.

— Нортон не отпустит меня, пока не получит свой трон! — сказала я тихо. — А потом меня не отпустит король Фредерик, пока я не рожу им наследника. Вот что им надо — законная кровь на троне и при этом принадлежащая к роду Олсопп, чтобы все было законно.

— Принцесса! — Маргот чуть сильнее сжала мои плечи, а мне неожиданно захотелось взвыть. Я вскочила на ноги и бросилась на балкон. Свежий ночной ветер дохнул в лицо, едва я оказалась снаружи. Но тут же сухой и такой знакомый неприятный голос произнес откуда-то со стороны:

— Вернитесь в свои покои, Ваше Высочество!

Я даже вздрогнула. Маг воздушник. он и здесь нашел меня!

— Вернитесь, если не хотите, чтобы я повторил ваш прошлый полет до дивана!

Сжав руки в кулаки, бросила взгляд вниз, на разбитый парк, а затем все же вошла в комнату и закрыла за собой двери.

— Обложили со всех сторон! — вздохнула, обращаясь к нянюшке.

— Мне жаль, леди Мей! — произнесла Маргот, а я стала с ожесточением раздеваться.

«Что ж, — подумалось мне, — раз не позволили сбежать, значит лягу спать и буду ждать утра. Может быть, завтра мне повезет больше. Не будут ведь они следить за мной сутки напролет», — но что-то подсказывало, что будут.

Разочарование мое было велико. Весь последующий день я ощущала, что за мной наблюдают. Даже в трапезном зале, сидя среди королей и придворных, слушая их льстивые речи и смех, я ощущала это присутствие постороннего за спиной. И только тогда я поняла, никто не даст мне сбежать. Слишком многое поставлено на кон. И, кажется, здесь замешаны не только ищейки Нортона. Его Величество король Фредерик также приложил ко всему свою венценосную руку. Побег был просто невозможен.

А после обеда королева Мария пригласила меня в примерочную, где две женщины, швеи-магички, показали мне самое шикарное из свадебных платьев, которое только могло существовать в мире.

Это был дорогой туалет цвета свежевыпавшего снега. Наверное, такой снег бывает только в горах в самом начале зимы. Девственно чистый, с россыпью драгоценных камней, которыми были расшиты и лиф, и множество юбок. Королева попросила меня примерить наряд, и я не посмела ей отказать, понимая, что швеям надо подправить свой шедевр, чтобы на моей фигуре он сидел как влитой.

Пока женщины помогали мне надевать всю эту красоту, королева Мария смотрела за их действиями с некоторым умилением во взгляде.

— Я всегда мечтала иметь дочь! — призналась она тихо, когда я показалась ей во всем своем великолепии.

— Вы прекрасны! — заломили руки магички.

— Как любая из невест! — ответила я, но когда меня провели к зеркалу, посмотрела на свое отражение не без интереса.

Что и говорить, данный наряд мне шел неимоверно. Да и кому из женщин не пойдет такая красота. Только вот радости мне подобное не принесло. Стоило только представить себе рядом с собой Алистера, как мое сердце обливалось кровью. Совсем иного мужчину я хотела видеть рядом. Всегда... на всю жизнь.

— Моему сыну повезло! — произнесла королева.

Я промолчала и еще несколько секунд просто смотрела на невесту в отражении, а затем попросила вернуть мне мое привычное платье.

— Завтра вы будете самой прекрасной невестой! — сообщили мне магички, развешивая платье на манекен. Им предстояло еще немного подогнать туалет по фигуре, и все.

Маргот, все это время ожидавшая меня к дверей, ободряюще улыбнулась мне.

— Вы действительно самая прекрасная из невест! — сказала она, а я только печально усмехнулась в ответ. Думаю, Маргот единственная из всех, кто понимал, как безразлична мне собственная свадьба, пусть жених и принц.

Когда мы вернулись к моим покоям, я с радостью и толикой удивления заметила ожидавшего у дверей лорда Грэхема. Дядя заметил меня, и его губы растянулись в улыбке.

— Мейгрид! — тихо произнес он.

— Отец! — не удержалась и шагнула к мужчине, открывшему мне свои объятия.

— Давай зайдем к тебе, — произнес Грэхем, — надо поговорить!

Я кивнула, и Маргот открыла перед нами двери, а за спиной зашелестел воздух. Это мои незримые надзиратели остались в коридоре. Слава Богам, что они не направились следом. Но думаю, просто были слишком уверены в своем могуществе.

Мы прошли в гостиную, и я села на диван, расправив юбки, а затем посмотрела на мужчину, которого привыкла называть и считать своим отцом.

— Я вижу, ты не смирилась! — произнес Грэхем, опускаясь рядом.

— Я по-прежнему не хочу за Алистера! — ответила я. — Но мне не дают иного выхода. Отец решил во что бы то ни стало выдать меня за принца. Породниться к Олсоппами — вот его цель.

— И со свадьбой они спешат, — задумчиво проговорил Грэхем, добавив, — что-то здесь не так!

— Да здесь все не так! — согласилась я. — Даже сейчас, в этот момент, пока мы разговариваем с вами, прихвостни короля Фредерика или министра Нортона, следят за каждым нашим словом! — и еле слышно проговорила, чуть пригнувшись к лицу сэра Джона. — Вчера я пыталась сбежать, но меня окружили магами и ничего не вышло, — поделилась я.

— Сбежать? — Грэхем удивился. — Ты отчаянное сердце, как и твоя мать, Мей!

— Главное, чтобы меня не постигла ее печальная судьба! — вздохнула.

— Ни в коем случае! — резко ответил дядя и порывисто обнял меня. — Я не допущу. Я, конечно, не самый сильный мира сего и могу немного, но... — он осекся и не закончил фразу.

Я поняла, что это решение было продиктовано его опасением, что нас могут услышать те, кто следит за каждым моим шагом. Я встала и быстро прошла к столику, где достала лист бумаги из выдвижного ящика. У каждой уважающей себя дамы должны быть подобные письменные принадлежности. Тут же нашлось и магическое перо.

Вернувшись к дяде, протянула ему лист, указывая глазами, что он может написать мне то, что не решается произнести так мудро вслух. Грэхем все понял и заскрипел пером по белой поверхности бумаги, а затем протянул лист мне.

«Ты готова умереть ради свободы?» — вот, что прочитала я.

— Что? — не удержалась от возгласа удивления.

«У меня есть идея!» — написал он ниже, а затем, после того, как я прочла эти строки, смял лист бумаги в комок и зажал в кулаке. А я посмотрела в глаза своего дяди и с готовностью кивнула.

Готова ли я? Да на что угодно, только не быть с Алистером. И, кажется, Грэхем прочитал этот ответ в моих глазах.