Глава 4. Он

Вереница других девушек многое рассказала мне. Я не привык к отказам и знаю, что внешне выбиваю десятку из десяти. Мускулистый блондин с тяжелым взглядом, они тают и сопротивляются совсем недолго, и то ради призрачного приличия. Мне плевать на приличия, и я люблю раскрутить колесо резко и быстро.

До хруста морали.

Элитка тоже, в конце концов, ломается и идет за мной на парковку. Хотя скребется неприятная догадка, что она по-прежнему думает, что отказываться ей не по чину. Ее уже сегодня запихнули мне прямо в руки. Видно, охрана клуба перенервничала до приезда босса и никого не интересовало танцует она или широко открывает рот.

— Я не буду приставать, — я повторяю недавний посыл, когда побитый седан отзывается на кнопку сигнализации. — Вернее буду, но не так.

Мне не нужны легкие победы. И подачки от заведений Марка тоже.

— Не так?

Щелкает зажигалка, и девушка закуривает, с прищуром посмотрев на меня через крышу автомобиля. А я с интересом слежу за облаком дыма, которое срывается с ее красивых губ.

— Я никто здесь, уж поверь. Просто не хочу ехать один.

— А нам по дороге?

Я сперва киваю, а потом понимаю свою оплошность.

— Ты же еще не знаешь, где я живу.

— Меня хорошо воспитали, мне всегда по дороге.

Она вновь улыбается и вновь прямо в сердце, и огоньком тлеющей сигареты чертит дугу в вечернем воздухе. Ежится от холода налетевшего ветра, все еще раздумывая, садиться или не стоит. Но она, как и я, где-то позабыла куртку, и теперь осенняя температура играет мне на руку.

— У тебя кстати мусор, а не машина.

Со столь “ласковыми” словами она открывает пассажирскую дверь и выскальзывает из моего поля зрения. Я забираюсь в салон вслед за ней, а там захламленная смятыми упаковками панель намекает, что до меня в этой машине кто-то жил. Так что в бардачок даже не стоит заглядывать.

— Она не моя, — сообщаю я поспешно и завожу мотор.

Тот не стал чудить, к счастью, и машина плавно трогается.

— Я не знаю город, поэтому показывай.

— Пока прямо по проспекту.

Я замечаю навигатор, корпус которого залеплен жвачкой. Точечно. Противно.

— Если ты никто, зачем столько стараний?

Ее стараний.

— Ошиблись. У вас охрана нервная… Наверное, Марка боятся до дрожи в коленках.

Она ловит мой взгляд через зеркало заднего вида и пытается выпытать большее. Ей явно не нравится мой шутливый ответ, и даже моя кривая улыбка нисколько не помогает.

— Ты работаешь на Марка?

Я киваю, не удержав злую усмешку на губах. Я работаю на Марка. Я, черт возьми, работаю на Марка. Странная реальность обрушилась с недостижимой высоты и теперь давит кусками бетона и норовит еще резануть раскуроченной арматурой. Как? Глупое решение, потом случайность и паника… И всё, я здесь, и еще должен быть благодарен, что вообще пустили на порог.

Элитка соврала насчет далеко. Приходится попетлять, ввинчиваясь в спальник, но не более. Угрюмая пятиэтажка затаилась среди кварталов-близнецов, которые дышат запустением. Во всех городах есть такие районы, повеситься под депрессивный мотив округи хочется еще на подступах.

— Черт, — сдавленно произносит она, когда мы останавливаемся у нужного подъезда.

Проследить за направлением ее недоброго взгляда — не составляет труда, и я вижу троих парней, которые компактно скучковались у деревянной лавки.

— Знакомые? — спрашиваю я. — Помочь?

Она поворачивает голову и внимательно смотрит на меня. С таким видом, будто я предложил самую диковинную вещь на свете. И я понимаю, что руку ей протягивали не так уж и часто.

— Тут один решил, что я в его вкусе, — она показывает пальцем на того, что закинул ногу на лавку, будто собирался делать растяжку после пробежки. Хотя спортивный костюм он точно использует не по делу.

— Давно?

— Достать успел.

— Почему не скажешь на работе?

Ведь она — деньги. А их охраняют.

— Со мной и так постоянно проблемы, — признается девушка. — Думаешь, почему я в таком клоповнике? Это худший клуб Марка, отстойник. Тебе даже шлюху не смогли найти, у такого избалованного не встал бы, там такие красотки — еще годок и здравствуй трасса.

Оказывается, она умеет строить длинные предложения. И целыми абзацами.

— Пойдем, провожу.