Глава 42

Я всё ещё ощущала под собой тёплую, чешуйчатую кожу Хашима. Его мускулистое тело, облачённое в доспехи, служило мне опорой, пока мы ползли или, скорее, летели, учитывая с какой скоростью он двигался по опустошенной земле. Я думала, что пережила нечто кошмарное, когда нас атаковали существа из сумеречного мира. О, как я ошибалась. То, что разворачивалось сейчас, было не просто ужасом, а бездной, в которую мы проваливались.

Теперь же с неба, разодранного кровавыми порталами, падали твари. Они рушились на землю с противным хлюпающим звуком, поднимая фонтаны грязи. Из-под земли тут же вылезали другие создания, разрывая почву когтистыми лапами, словно сама земля стонала от их рождения. Это был не просто бой. Это было, как если бы сама земля и небо вздулись гнойными язвами, и весь этот мрак хлынул наружу, чтобы все поглотить. Лавина извивающихся тел, щелкающих челюстей и хитиновых панцирей бросилась на наши ряды. В ответ полетели сгустки магии – шары льда, огня и чистой энергии, разрывая первые ряды чудовищ. Выше, в клубах дыма, драконы рвали в клочья летающих тварей, их рык смешивался с визгом падающих с неба уродцев. Казалось, границы между адом и раем стёрлись, и весь мрак, весь первородный хаос хлынул на наш мир.

Лавина этих чудовищ бросилась на нас. Оглушительные залпы магических снарядов отвечали им, взрываясь в воздухе, рассеивая тёмных тварей. В небесах драконы, наши верные союзники, вступили в яростную схватку с летающими монстрами и теми, что падали из разверзшегося в небе портала.

Бой был отчаянным, кровопролитным. Кровь тварей – густая, чёрная, обжигающая – забрызгала всё вокруг. Вскоре не осталось ничего чистого. Мы все были перепачканы в липкой, темной крови, которая дымилась на коже и вызвала неприятный, но все же пока терпимый зуд. Мы были настолько перепачканы, что уже невозможно было различить, где бежит эльф, где - дроу. Эльф с его светлыми волосами и дроу в черной коже стали неотличимы – просто измученные, окровавленные фигуры в кромешном хаосе. Я вытирала ладонью лицо, и рука скользила по смеси пота, грязи и этой омерзительной жижи. Каждый удар, каждый вздох был пропитан запахом смерти.

Внезапно, краем глаза, я увидела мужа. Хашим, склонившийся над раненым, помогавший своему собрату по оружию, не видел угрозы. Он наклонился над раненым орком, пытаясь оттащить его в сторону. А над ним, поднявшись на задних лапах, уже замерла для удара огромная тварь с клешнями, похожими на косы.

Время для меня остановилось. Мыслей не было. Была только пустота и ледяная ясность. Я вскинула руки, чувствуя, как вся ярость, весь страх сжимаются в раскаленный шар между ладонями. Я бросила не его – я швырнула в тварь саму свою ненависть. Шар впился в хитиновую грудь и вспыхнул белым пламенем. Тварь завизжала. Не просто закричала – это был звук, от которого на миг замер весь окружающий ужас. Пронзительный, раздирающий душу визг горящего заживо кошмара. Она рухнула, осыпая Хашима и раненого пеплом.

Я обернулась, и дыхание перехватило. Передо мной, источая запах гнили и крови, уже стояла другая тварь. Ее множественные глаза отражали мое грязное, искаженное ужасом лицо. Я инстинктивно отшатнулась, понимая, что уже не успеваю ничего сделать. Но в следующий миг сквозь грудь твари с оглушительным хрустом ломающихся костей и рвущихся внутренностей прошла рука в темной латной перчатке. Из-за спины чудовища показалась знакомая голова с огромными рогами. Азрот - сразу поняла я, даже не посмотрев на грязь и не увидев остальную часть тела. Такие мощные рога только были у него из всех демонов, что я видела. Это-то было понятно почему: он - будущий правитель, а сейчас - командир демонов.

- Дорогая моя Александра! – прокричал он, перекрывая грохот битвы. Его взгляд был диким, ликующим. Он посмотрел на свою окровавленную руку, и я, словно завороженная, сделала то же самое. В его сжатой ладони, сочащейся черной жижей, лежало нечто, слабо пульсирующее. - От моего огромного и любящего тебя сердца прими вырванное сердце врага!

Оно было черным, сморщенным, но оно билось. Медленно, упрямо, отвратительно. Сжималось и разжималось прямо у него в руке, будто пытаясь сбежать. Меня тут же передернуло от омерзения.

- Нет, Азрот, такого сердца мне не надо, – произнесла я, чувствуя, как отвращение поднимается в горле.

И сразу же столкнулась взглядом с алыми глазами дроу. Он стоял в двух шагах, вытирая кинжал о бедро, и, кажется, слышал весь наш разговор. На его обычно невозмутимом лице играла едва уловимая тень насмешки.

- Могу предложить почки взамен сердца? - произнес он почти деловито, взмахом кинжала указывая на груду тел. - Свежие. Только что достал.

- Нет, благодарю, – ответила я, чувствуя, как дрожь пробежала по телу. – То, что прямо только что - я не сомневаюсь, а вот к свежести, судя по виду, есть вопросы.

У меня не осталось сил даже на злость. Только глубокая, всепоглощающая усталость. Я снова окинула взглядом поле боя, ища Хашима.

- Нет так нет, - раздалось у меня за спиной с легкой обидой. Я обернулась и увидела, как дроу, пожав плечами, швырнул два темных, кровоточащих комка через плечо и растворился в дыму, бесшумно скользя к следующей жертве.

Я осталась стоять, пытаясь перевести дух, всё ещё ощущая на своей коже жар от огненного шара и холод от взгляда Азрота. Этот бой был не просто битвой за выживание. Это было сражение с самими собой, с нашими страхами и с тем, что скрывалось в глубинах наших сердец. И я знала, что это только начало для меня и норма для них. Сейчас битва, потом помощь раненым, а потом - лагерь и поминание павших у костра. Я закрыла глаза, сделала глубокий, дрожащий вдох, и снова открыла их. Ад продолжался. И нам нужно было в нем выжить.