22-2

После этого происшествия я ни на минуту не оставалась одна. Мое исчезновение явно их встревожило.

Но все это вылетело из моей головы, как только я оказалась в самой гуще праздника. Как оказалось, невеста была жива и здорова. Более того, сидя возле своих мужей, она просто светилась от счастья. И не только от счастья. Какое-то едва уловимое свечение легким облаком окружало ее с головы до пят. Ни намека на страх или боль в ее глазах не было, а только лишь восторг и странная, плавящая все вокруг нежность. А на руках ее от самых кончиков пальцев вились замысловатые узоры.

Видя мой интерес, Найвен и Креззо терпеливо замерли рядом со мной.

— Это больно? — вдруг выдохнула я и стремительно повернулась к моим мужчинам лицом. Мне хотелось смотреть им в глаза, когда они будут отвечать мне. Легкое замешательство мелькнуло на их лицах. А затем Найвен с облегчением вздохнул:

— Ну, наконец-то. А то мы уже голову себе сломали, что же так мучает тебя. Говорят, что это обжигает. Опустошает. Повергает в пучину, а затем волной выносит и швыряет в чистейший восторг и силу.

— Почему "говорят"? Вы что же, никогда не были с женщиной?

Я никогда в это не поверю! Они уже подарили мне столько страстных впечатлений, которые, думаю, неопытным юнцам и не снились.

На мгновение застыв с изумленными лицами, они вдруг прыснули. Причем, Креззо надулся, словно обиженный индюк. И только легкая насмешка сверкнула в его глазах. Найвен же явно был оскорблен.

— Конечно же "были", — передразнил он меня. А затем взял за локоток и, стрельнув в брата озорным взглядом, повел меня к щедро накрытым едой столам. — Но это ничего общего с обрядом соединения не имеет. В моем мире этот обряд проходят лишь один раз. Поэтому я могу лишь передать то, что слышал от других.

— Мужчины в нашем мире наделяются силой и магией при рождении, — Креззо взял меня за руку, и поднес мои пальцы к своим губам, — женщина же служит проводником силы самой Ириды. Поэтому обряд соединения проводят в храмах или местах силы. Таким местом для нас, — он снова прижался губами к моим пальцам, — будет Чар-озеро. То самое озеро, где мы и познакомились.

Я вспыхнула, вспомнив наше "знакомство". Горячий румянец, зажегшийся на моих щеках, явно не остался незамеченным.

— Сила, которая течет в нашей с Креззо крови, во время обряда на какое-то время перейдет к тебе, — Найвен заворковал, словно сытый котяра, — Через тебя Ирида благословит всех нас, соединив воедино наши магии, а возможно и усилит их своей силой. А затем эти волшебные потоки хлынут обратно, наделяя нас, воинов, мощью. А тебя — силой, которую ты сможешь передать своим детям.

— Нашим детям, — тихо поправил брата Креззо. — И да, это обжигает, оглушает, иногда замораживает. Но будущее, открывающееся после соединения, стоит каждого мгновения боли. Поэтому не бойся, а просто доверься нам. Все будет хорошо, Суоми.

Как все просто. Два потока перемешались в сосуде и вернулись назад, усилив своих хозяев. А если сосуд бракован? В смысле, я — бракованная. Ведь не смогла же я зачать дитя. Да еще тот мерзкий старик увидел мою пустоту. К тому же явно обрадовался. Вот только чему? Тому, что я могу погубить их?

— А если у меня не получится? — я попыталась вырвать у них свои ладони, — Если Ирида не благословит меня своей силой? Я могу вас погубить?

— Погубить — нет. Просто мы лишимся своей силы и магии.

— Но не бойся. Она тебя уже благословила. Тебе останется лишь принять наши клятвы и нашу силу, — и Найвен подхватил с одного из блюд ягоду и чуть ли не насильно затолкал мне ее в рот.

Как легкомысленно они относятся к моим переживаниям. " Просто мы лишимся своей силы и магии". Как будто на этой планете это не равносильно смерти. И именно я могу стать причиной их гибели. Просто шикарно!

— А если я не соглашусь? — сделала я последнюю попытку образумить их.

— Согласишься, Суоми, — ухмыльнулся Креззо.

А Найвен просто посмеялся над моими страхами.