Глава 44

Даниил

– Твой новый десерт – это нечто. Шедевр! Вчера я принесла парочку домой, так меня вместе с ними чуть не съели, – рассмеялась Динара. – И сегодня просили принести еще. А у нас столько заказов, что не знаю, как управимся.

– Управимся. Задержимся, если что. Нам с тобой не привыкать.

С самого утра мы с Динарой не покидали кухню. По очереди, разве что, сбегали перекусить в обед. А заказы на «Восторг» все прибывали. В конце концов, я вынужден был распорядиться, чтобы на сегодня больше заказы не брали. Иначе, нам точно придется ночевать тут.

– Что-то ты сегодня какой-то задумчивый, – отставила Динара готовый крем и принялась нарезать воздушный бисквит. – То хмуришься, то улыбаешься… У тебя все хорошо?

– Даже слишком, наверное, – поправил я шапочку, что сегодня целый день настырно лезла на глаза.

– Это как? – удивилась Динара. – Бывает либо хорошо, либо нет. Ну еще есть не очень хорошо… А про слишком я и не знала.

– Это когда так хорошо, что ты начинаешь бояться, – вынужден был я признаться ей в собственной паранойе.

– Бояться чего? Что что-то может испортить твое счастье?

– Ну как-то так, да, – кивнул я. А точнее и не скажешь, – про себя подумал. Именно этого я и боялся.

Вот уже две недели, как мы с Настей вернулись из родного города, где провели волшебные десять дней. Где я так много узнал про себя и про Настю. Сразу же оба мы окунулись в работу с головой. Но каждые вечер и ночь проводили вместе, наслаждаясь близостью друг друга.

Я, как и обещал себе, по приезде завел с ней разговор о том, чтобы жить вместе. Но Настя отказалась, сославшись на то, что прошло еще слишком мало времени, что не стоит торопиться в этом вопросе. Она что-то недоговаривала, я это чувствовал, но и настаивать пока не стал – всему свое время, и ей нужно, возможно, просто привыкнуть к этой мысли. Ну и выходные мы проводили врозь, правда, случались они у нас редко и еще реже совпадали. В субботу и воскресенье Настя обычно работала даже больше, чем в будни.

С каждым днем рядом с этой женщиной я чувствовал себя все более счастливым. И прекрасно осознавал это, как и то, чья в том заслуга. Наверное, потому и стал опасаться грозовых туч, которые могут заволочь мой горизонт и омрачить счастье. Откуда их ждать, понятия не имел. Да и не должен был я так параноить, но и перебороть страх не получалось. Понимал, что сам же и омрачаю собственное счастье.

– Не бойся! – уверенно проговорила Динара. – У счастливых людей несчастья случаются реже, как и огорчить их сложнее. А ты счастлив – это видно невооруженным глазом, – подмигнула она мне и снова окунулась в кропотливую работу.

Легко сказать… Но вскоре и я перестал думать о всякой суеверной чепухе, когда понял, что если не ускорюсь, то опоздаю на встречу с Настей. А мы договорились ждать друг друга в восемь возле елочного базара. До Нового года осталась неделя, и пора было украшать елку. Мы с тренером как-то никогда не заморачивались этим вопросом, а вот Настя, оказывается, очень любила Новый год и всегда к нему украшала квартиру. Кроме елки в списке покупок значились гирлянды, мишура и даже хлопушки с бенгальскими огнями.

– Их мы будем взрывать и зажигать, когда пробьют Куранты! – с детской непосредственностью заявила Настя.

И если бы я даже был последний черствый сухарь или Новый год ненавидел как праздник, то, глядя на ее по-детски счастливое лицо, согласился бы с любым ее предложением. Умение радоваться таким вот мелочам нравилось мне в ней больше всего. И я понятия не имел, как такое может сочетаться с ее плотным графиком работы и практически стопроцентной занятостью. Но, наверное, именно такие занятые люди и умеют отдыхать лучше всех. К каким себя я точно не относил. Мой отдых раньше сводился к лежанию на диване за просмотром телевизора или чтением книги. Сейчас же я намерен был измениться.

Последний заказ мы с Динарой закончили выполнять в половине седьмого. Времени у меня едва хватало, чтобы домчаться до места встречи. Уже из машины я позвонил Насте и сказал, что еду. Кажется, закончили работать мы с ней одновременно – судя по характерному звуку поворота ключа в замке зажигания, она тоже отъезжала от офиса.

Первой до базара добралась Настя, когда я подбежал к воротам, она уже приплясывала возле них, кутаясь в полушубок. Красивая, любимая и немного замерзшая. Мне сразу же захотелось ее отогреть в своих объятьях, но пока точно не время.

– Чур, елку грузим в твою машину! – весело проговорила Настя после приветственного поцелуя.

Мне казалось, что не виделись мы вечность, хоть и прошел всего день. Но по утрам обычно мы так торопимся, что не получается даже толком поговорить. Как и завтракать мы не успеваем, иногда не получается даже выпить кофе. А виной всему бессонные ночи, наполненные страстью. Но их я бы не променял ни на что!

– Идет, – безропотно согласился я, тихо радуясь, что вечер сегодня выдался хоть и морозный, но бесснежный и безветренный. И Настя казалась мне одетой тепло, а то я вечно волновался, что она может замерзнуть. Самого меня грела любовь, по всей видимости. Но рядом с этой девушкой порой становилось даже жарко.

И еще мне вдруг подумалось, что рядом с Настей мне не нужны никакие блага цивилизации. Жили бы мы, к примеру, на крайнем севере, в какой-нибудь одиноко стоящей юрте, я все равно был бы не менее счастлив. Последняя мысль немало насмешила меня, и откуда только она взялась?

Мне понравилось бродить по елочным рядом, выбирая самую пушистую и свежую. Не самую высокую, чтобы не заняла половину гостиной в квартире Насти.

Погрузив хвойную красавицу в мою машину, мы снова вернулись на базар и на этот раз отправились в крытый павильон со всякой всячиной к новогодним праздникам. Там мы набрали огромный пакет всего необходимого и с чистой совестью, хоть и изрядно вымотанные, поехали домой каждый на своей машине.

На обратном пути меня осенила мысль, что мы же по сути и живем с Настей вместе, просто не называем этот процесс правильно. Я не делаю этого, потому что Настя не хочет, а она по каким-то другим причинам, скрытым от меня. Но сегодня я планировал снова вернуться к этому вопросу.

– Итак, предлагаю сначала поставить елку, чтобы она как следует погрелась и расправила свои пушистые лапки, а потом сообразить что-нибудь на ужин. Не знаю, как ты, а я голодная как волчица, – поделилась со мной Настя планами, едва мы переступили порог квартиры.

– Согласен, но с небольшими уточнениями, – рассмеялся я, обнимая ее и прижимая к себе. Не слишком крепко и не очень долго, иначе, уже не смог бы выпустить, разрушая, тем самым, все ее планы. – Ужин готовить не будем, а закажем из ресторана. Кроме того, я прихватил твоих любимых пирожных…

– Данька, может хватит уже! – возмущенно ударила она меня кулачком в грудь. – Я же по твоей милости и собственной слабохарактерности скоро не в одно платье не влезу. Растолстею и превращусь в клушу.

– Не растолстеешь, – прижался я губами к ее шее. – А если даже и так, то мне все равно!

Какое-то время мы еще целовались и с великим трудом нашли в себе силы прервать этот невероятно приятный процесс.

Потом мы ставили елку, и к моему удивлению, я получил от этого много радости и новых впечатлений. А когда по квартире разнесся аромат свежей хвои, то и вовсе понял, как много я терял каждый Новых год, встречаемый без елки. Ну и об ужине мы позаботились заранее. Подгадали все так, что доставили его аккурат, как елка уже красовалась в станине.

На стол накрыли очень быстро, ибо оба успели сильно проголодаться. Прежде чем приступить к выполнению своего плана, я дал нам немного насытиться. Да и на сытый желудок смелости во мне прибавилось.

– Насть, есть разговор, – начал я немного издалека.

– Да? – вскинула она на меня глаза. – Что-то серьезное?

– Это как посмотреть…