Глава 31. Ева

— Ром, давай в мою машину. Завтра заберешь свою.

Друг не сопротивляется, садится. Я ещё раз мельком на ее окна смотрю, там темнота. Сказала, чтобы написал, а сама спать легла. Или все же не легла и будет ждать?

Я занимаю водительское место и отъезжаю от дома.

— Ром, какого чёрта ты за руль сел в таком состоянии? Тебе жить надоело или ты решил поиграть в Бога и лишить жизни кого-то ещё?

— Так получилось, — выдыхает тяжело.

— Так получилось? Завезти бы тебя в реанимацию и показать, как выглядит потом это “так получилось”. Я серьёзно. Ещё раз узнаю, отвезу. Только не в реанимацию, а в ГАИ. Может, будет уроком.

— Отвози, давай, прокурору сразу, — ухмыляется и взмахивает руками. — Пусть у него повод будет засадить меня.

— Ты ещё и обкурился?

— Хреново, Вал.

— Езжай домой, ложись и поплачь.

— Да кто бы там поддержал, может и лег бы.

— Да прям и некому пожалеть?

— Охренеть, Вал. У тебя есть ребёнок. Два уже даже. У Егора дочка. У Юры…

— Что у Юры?

— Да не важно.

— Тоже хочешь?

— Ребёнок, это как статус, что ты уже готов к семье. Я… нет. Я не готов. И дети… их же спрашивают, кто твой отец? Они должны отвечать спортсмен, врач, прокурор, а не…

— Скажешь, продавец, — усмехаюсь ему.

— Угу, если бы только продавец.… Слушай, может, хоть ты поможешь найти Варю? Мы с ней немного повздорили, боюсь, как бы не психанула.

— Зачем?

— Мне надо. Узнай, все у нее в порядке? И где она?

— А что с ней?

— Узнай.

— Ладно.

Даже интересно уже, что там такое произошло у них, что Ромео напился и за руль сел. Раньше вроде не был замечен.

— Валер, привет, — по громкой связи отвечает Варя, на заднем фоне слышна музыка, с девушкой по голосу все в порядке.

— Как дела, Варь? Ты где?

— У меня всё нормально, я отдыхаю с друзьями. — На одном дыхании. — Так ему и передай.

Ромка оживает, тоже ее слышит. Купидон что, в отпуске? Мне стрелы вручил и назначил и.о.? Предлагают стыковать недостыкованных?

— Кому ему? — делаю вид, что не понимаю, о ком она говорит.

— Тому, кто с тобой.

— Ты где? — Рома сам громко спрашивает.

— Валер и передай ему, что конверт может порвать. Уже не актуально. — Игнорирует Ромку и его вопрос. — Пока, Валерчик, мне пора.

— Варь, ну не так все…

Варя отключается. Ромка ругается, но девушка уже этого не слышит.

— Какой конверт?

— Никакой, — огрызается и кулаком бьет в приборную панель. — Когда что-то пошло не так, а? Ну вот в ноябре день рождения же праздновали, всё норм было. А потом в какой-то момент, все с рельс сошло. И теперь это не остановить и не разрулить.

— Может, лет двадцать восемь назад, фон радиационный был не очень и нас всех накрыло, а проявилось только сейчас?

— Смешно, — огрызается, защищается. Мне, правда, смешно, у меня вроде как налаживается все. Хотя месяц назад, и правда, с рельс сошло что-то и крыша ехала. Вот-вот и наладится совсем.

У меня входящий от мамы. Чтобы не волновалась, тоже принимаю.

— Валера, ну что там, забрал?

— Забрал, мам. — На Ромку смотрю, его потерянный вид и бесцельный взгляд за окно. Не очень его одного оставлять. — Он влюбился, похоже. Может, к тебе его привезти? Ты умеешь мозги на место вставить и не ругать. Кажется, ему это сейчас и надо.

— Привози.

— Эй, куда? — Ромка вдруг очухивается, но я уже отключаюсь от разговора.

— К маме моей поедем. Она тебя пожалеет.

— Вал, перестань. Домой меня отвези.

— Нормально все, она тебя с детства знает, ты ей не чужой.

— Сам справлюсь.

— Давай, ты же хотел, чтобы тебя поддержали. Поехали и не ной.

— Достало так все.

— Вот, сейчас маман даст тебе совет и все наладится.

“Я дома”

Просила, пишу. Интересно, волнуется или нет? Ждет вообще или нет?

“Отвез?”

“Ага, нашел ему место, где переночевать, а то его везти на другой конец надо было”

“И где?”

“Оставим это тоже в секрете. Варя же будет спрашивать. Вот и скажи, что не знаешь”

“Мы в прятки играем?”

“Сегодня да))”

“Спокойной ночи, Доронин”

Ладно, Купидон, раз уж одолжил стрел, надо воспользоваться.

Шлю красное сердечко в ответ. Романтик, блин.

Просмотрено. Осталось без ответа.

Не важно. Я написал. Она видела, что я написал.

Статус меняется на “Ева пишет”. Пропадает. Снова пишет. Снова останавливается и статус меняется на “не в сети”.

Улыбаюсь сам себе. Но писала же что-то. Думала обо мне. Сама позвонила и попросила о помощи. Пожалуй, стрелы Купидону я пока отдавать не буду. Закинем ещё парочку.

Несколько дней жду результатов гистологии, в больнице не появляюсь, вроде как запретили же. Занимаюсь своей клиникой. Если у меня отзовут лицензию, придется сложно, чтобы восстановить, но все же надеюсь на то, что пронесет.

Заведующий отделением звонит первым. Пятьдесят на пятьдесят. Но тогда придется судиться. А это время и… не хотелось бы.

— Доронин, результаты пришли. Всё нормально у твоего трупа. С тебя обвинения сняты. Ты это, прокурора-то отзови, а то душит нас, работать не дает.

— Я его не звал. Его вызвал тот, кто хотел меня подставить.

Юрка вчера ещё скинул инфу, что тот, кто написал на меня заявление племянник заведующего. Вся цепочка сошлась на нем. Меня подставить захотел. Юра быстро все выстроил. Смерть наступила от сердечной недостаточности после операции. Такое бывает, и контролировать это нельзя. Судьба. Они быстро подсуетились, чтобы на меня свалить, думали, я ошибся, фактически заставили в это поверить своим напором.

Последнее время мы с заведующим много спорили, клиника превращалась не в клинику, а в биржу, где искали клиентов побогаче и выгодно ими манипулировали, чтобы выкачивать деньги. Я был против, мечтали, чтобы уволился по статье и ушел из клиники никем. А в итоге сам вляпался в прокурорскую проверку. И там все было не идеально. Недостача и небрежное хранение наркотиков. Хотелось бежать оттуда уже, да ещё и парочку хороших специалистов с собой прихватить.

— Уйди ты нормально, Валера.

— Завтра зайду попрощаться, с тортиком. Так нормально? — Сам виноват. Сам начал это. — Завтра у меня назначена одна плановая операция, можно сделать или опять обвините в убийстве пациента?

— Делай, — огрызается.

— Отлично. Буду к восьми.

Вечером с Вовкой смотрим передачу про муравьев. Прикольно, но не то. Не хватает вот тут под боком Евы. Не знаю уже, что ещё придумать. Не силой же привозить. Все, что просит, делаю не отказывая. Вову разрешил забрать. Но ближе, чем той ночью в больнице, к себе не подпускает. Знаю, что осталось что-то. И из этого вполне можно костер разжечь. Только она тушит постоянно. Как специально.

Телефон так долго кручу в руках, что он оживает и вибрирует в итоге. Первая мысль — Ева. Нет.

Юра. Мы не разговаривали практически. В клинике он разбирался без меня. Я вообще жертвой вышел.

Чего так поздно звонит? Днем же на электронку сбросил все материалы. Вроде помог, хоть я не был виноват, но прежнего доверия уже нет.

— Да, — все же отвечаю.

— Вал, привет. — Быстро, отрывисто, собрано. — Выслушай, не клади трубку. Это важно.

— Говори.

— Я не знаю, что у вас там, но возможно тебе надо это знать. Касается твоей Евы.

— Уверен?

— Тебе решать, но не хочу, чтобы потом сказал, что я не предупредил.

— Говори.

Не знаю, зачем его слушаю, зачем мне очередной раз сомневаться в ней. Тревожно, что не так что-то. А она теперь не одна.

— Ее отчим, он сбежал сегодня днем. Я только сейчас увидел ориентировку. Как думаешь, кого он захочет навестить первым?

— Твою мать. Я понял. Спасибо, Юра. — Он мог и не говорить, но сказал.

— Он уже в розыске. Я сделаю запрос, чтобы за ее квартирой установили слежку. Нам надо его поймать. А туда он может пойти, хотя вряд ли. Это глупо. Там его будут ждать в первую очередь.

— Я их заберу из той квартиры.

— Я бы тоже так сделал, наверное.

— Спасибо, Юр, что предупредил.

— Уверен в ней?

— На двести процентов.

— Тогда береги. Пока.

Отключается первым. Странный, но разбираться некогда. Быстро поднимаюсь и одеваюсь.

— Бать, ты куда? — Я на Вовку смотрю. Это его отец. Он спрашивает иногда о нем. Как теперь сказать, что его отец сбежал, он преступник и его ищет полиция. — Мне надо съездить к Еве.

— А можно я с тобой? Ну пожалуйста.

— Вов, может, я один быстрее? Я только к ней и сразу назад. Привезу. Хотя…

Нельзя его одного оставлять. Что у этого мужика на уме никто не знает. Что он про нас всех знает, мы тоже не знаем.

— Ладно, поехали. Одевайся быстро.

Через пару минут мы уже в машине, я завожу двигатель и, пока машина прогревается, выхожу, чтобы позвонить Еве. Надо предупредить.

Она долго не берет. Мысли уже начинают разные скрести. А если он нашел ее первой?

— Да.

— Ева, все в порядке?

— Да, а что такое? Я уже спать легла.

— Поднимайся. — Хотел спокойно, а по тону приказному о спокойствии можно только мечтать. — Можешь собраться быстро? Возьми все нужное для тебя и Дианы.

— Что случилось, Доронин?

— Слушай меня. Все собирай, вещи, памперсы, одежду, все, без чего ты не сможешь обходиться.

— Валера, да что случилось? Я не понимаю зачем?

— Поедешь ко мне пока.

— С чего бы это? — ухмыляется и не торопится.

— Спокойно только. Хорошо?

— Не пугай.

— Твой отчим сбежал.

— Нет. — Часто дышит. — Нет.

— Да, Ева. Быстро собирайся. Тебе нельзя там оставаться.

— Он меня убьет…

— Никого он не убьет. Закройся на все замки, не открывай никому, кроме меня. Поняла? Мы сейчас с Вовкой приедем, заберем вас. И он не знает ничего, я не говорил. Пока ко мне, потом решим. Мне надо с друзьями поговорить. Что-то придумаем, спрятать тебя надо. Все, я отъезжаю. Собирайся.