Глава 32. Ева

Мы не заходим в квартиру к Доронину, а вваливаемся, как челноки. Все, что могла на ходу собрать, скидывала в пакеты, сумки какие-то, коляска и куча всего, без чего я не смогу.

Диана на руках у папы, ее внимание то на нем сосредотачивается, то на Вовке, но и за мной подглядывает. Я должна быть рядом.

Валера оставляет меня в квартире, а сам с Вовой спускается ещё раз в машину забрать оставшиеся вещи.

Поздно уже. Диана, хоть и взбодрилась от переезда, но всё равно полусонная. Мельком заглядываю в зал, террариума и правда нет, как и змеюки.

Я прожила в этой квартире месяц всего и тот два года назад, но много воспоминаний в каждой не изменившейся за это время детали.

Разбор вещей оставляю на завтра. Доронин уступает свою кровать нам с Дианой. С одной стороны загораживаем, чтобы дочка не упала. Его квартира не приспособлена для маленького ребёнка. На сколько мы тут я и не знаю. Может, отчима быстро поймают и мне можно будет вернуться домой.

Чего хочу сейчас больше, так сразу и не отвечу.

Я выпиваю таблетку от головной боли и ложусь с Дианой спать. Не до разговоров и обсуждений. Мне плохо и ничего не хочется.

Он вернется за мной, будет искать. Я надеялась, что мы хотя бы пару лет поживем спокойно, потом видно будет.

Как-то и не думала, что он вот так сбежит и объявится. Разве за ним не должны были следить тщательно?

Уснуть получается с трудом.

Сны сложными эпизодами рвут спокойствие похлеще ужастиков. Не в будущее, а в прошлое окунают. Все, что нас связывало с отчимом, как напоминание рвется из подсознания.

В какой-то момент просто открываю глаза. Боюсь их закрыть и снова это увидеть. Мысль, что придет и заберёт самое ценное у меня, душит. Не мою жизнь, а жизнь детей, это ударит больнее. А ударить есть за что.

Переворачиваюсь на бок и замечаю силуэт возле кровати. Вздрагиваю, но тут же узнаю в тени Доронина. Сидит возле стены и смотрит в окно.

— Валер, ты чего тут сидишь? — шепчу, чтобы не разбудить дочку.

— Ты ворочалась, пришел посмотреть, как вы, и решил побыть тут, подумать.

— О чем?

Не отвечает, молчит. Такая тишина, что думать можно много о чем.

— Ты никогда меня не простишь? — Шепчет в ответ, чтобы не нарушать ночную гармонию.

Я не знаю. Это так сложно. Мне страшно и всего лишь хочется спрятаться где-то.

Я отодвигаюсь от края кровати, ближе к середине, и раскрываю одеяло. Не выдержу сейчас одна. Поддержка лишней не бывает.

Валера все понимает без слов. Поднимается и ложится рядом. Я пару секунд медлю. Можно — нельзя? Но, когда его рука опускается на плечо, сама подтягиваюсь к нему и ложусь на грудь. Накрывает нас одеялом и прижимает к себе.

Вдыхаю аромат знакомый и прижимаюсь ближе. Забираю себе немного его тепла.

— Дело не в прощении. Я отпустила уже это все, не обижаюсь. Сама тоже была не права. Дело в доверии. А если я что-то опять не расскажу или ты услышишь что-то от кого-то?

— Я хороший урок получил. Не рвался бы сейчас за вас, если бы не хотел вернуть. Ева, я спрячу вас и защищу. Позволь только, не сопротивляйся.

— Он всё равно найдет.

— Не найдет, если его схватят раньше. Юра сказал, что его уже ждут возле твоего дома.

— Твой Юра не придумал ничего больше? Может, это я помогла сбежать и у нас назначена встреча где-то?

— Предупредил только. Ева, я тебе верю. Это главное и об этом ты должна думать. Завтра побудешь у меня, вечером я вас увезу. Давай без самодеятельности только, все будет хорошо, если мы будем говорить друг другу о наших планах и доверять. Знаю, что тебе сложно доверять, но сейчас это именно то, что ты должна сделать. Хорошо? — Рука по плечу скользит, прижимает к себе, губами касается лба, но большего не позволяет себе. — Ева, не скрывай только от меня ничего.

— Нечего скрывать. Я боюсь за детей, боюсь за тебя. — Разглаживаю неосознанно складку на его футболке.

— За меня? Тебе за себя надо волноваться.

— Да, за тебя. — Приподнимаюсь на локте. — И за детей. Я не хочу, чтобы он кому-то из вас навредил. Олег тогда обещал тебя убить, что у него сейчас на уме, не знаю. Про себя уже и молчу.

Валера возвращает к себе на грудь. Лежим как друзья. Без подтекстов разных. Хоть статус “друг” под вопросом, конечно, но с таким “другом” уютно и надежно. Не хватало этого.

— А мы не хотим, чтобы с тобой что-то случилось, — Валера переворачивается на бок, нависает надо мной. — Ты — наше Солнце, вокруг которого все вертится и которое объединяет. — Наклоняется и ведет губами по щеке. Теряюсь в ощущениях. Сердце порхает, дышать тяжело. Мы одни, он сильнее, настойчивей. — Ева, я могу сделать первый шаг очередной раз, но не буду. Каждый раз словно принуждаю тебя к чему-то. Хочу, чтобы сама. Нет, значит, я чмокну тебя в щеку и пойду спать к Вовке.

Что если мы изменились и больше не совершим старых ошибок? Что если я не хочу больше одна? Что если не знаю, что делать?

Он ждет. Прав, делал это первый шаг уже кучу раз, теперь я должна. Не было же у меня никого все это время не просто так. Надеялась, что вернет меня, захочет вернуть. Пусть с таким опозданием, но хочет же.

Отрываю голову от подушки и, зажмурившись, делаю шаг. Касаюсь губ.

Он отвечает. Этого так не хватало.

Как я скучала по нему. Одно время думала, что забыла уже. Нет, ничего не забыла. Искры по всей коже взрываются, горит все. Обнимаю за талию и прижимаю к себе.

— Это ведь не из-за Дианы все? Ты со мной не из-за нее?

— Нет, конечно, — усмехается в шею. — Она часть тебя, но не ты. Они вырастут, и у них будет своя жизнь. А моя рядом с твоей, как твоя со мной.

Рядом с ним чувствую себя наконец наполненной, довольной, живой, ещё реагирующей на мужчин. Все тело как после зимовки долгой просыпается. Голодное, желанное.

Чёрт. На другом конце кровати Дианы, за стеной Вовка, а мы дышим густо друг другу в рот. Не знаю, что нас сейчас остановить может.

Я запускаю руки ему под футболку. Кончиками пальцев в кожу впиваюсь.

Диана рядом посапывает и переворачивается. Мы замираем синхронно. Разбудили — нет?

— Ванная? — одно слово, но он принимает сразу.

— Поддерживаю.

Все мысли абсолютно сейчас на второй план откатываются. Валера усмехается и поднимается, подхватывая меня под бедра. В темноте наощупь идет в ванную. Сколько воспоминаний в ней. Не хочу воспоминаний, новых ощущений хочу.

Темно вокруг, но свет и не нужен. Чувствовать все хочу, это ни одним взглядом не заменишь. Кожу покалывает от предвкушения.

— Валер, — останавливаю его, когда опускает меня на стиральную машину, — у меня не было никого. Я хочу, чтобы ты знал.

Откашливается, замирает.

— Ты не должна отчитываться, но если уж начала, то у меня тоже никого не было, — теперь я замираю, отстраняюсь.

— Ты врешь или смеешься?

— Нет, — серьёзно отвечает.

— У тебя тоже никого не было? Все это время?

— Да, у меня работа, Вовка, родители, между ними постоянно, не до этого было.

— У мужчин так не бывает.

— Ты так хорошо знаешь мужчин? — Усмехается и целует в шею. — Может, если бы кто-то также, как ты, свалился мне в руки, то было бы по-другому, а так у меня просто нет времени на свидания.

— На свидания, и правда, у тебя времени нет и не было.

— Это хорошо или плохо? Я не пойму тебя.

— Хорошо, — дрожь по коже проскальзывает, я в ответ обнимаю, то ли порыв, то ли прохладно становится. — Очень хорошо. Я переживала, что у тебя кто-то есть или был.

— Надо было спросить.

Ответить не могу, Валера рот закрывает поцелуем. Долгим и нежным. Хватаюсь за его футболку и стягиваю, оставляя без одежды.

— Следующий раз буду спрашивать, Доронин, — всё-таки душно становится и моя футболка летит куда-то на пол следом.

— Я скучал по тебе.

Скучал он.…

— Ты знал, где я. Мог и приехать. — Впиваюсь ноготками ему в спину, а потом поглаживаю это место.

— Согласен. Дурак. — Губы в шею шепчут. Руки его везде кажется. Словно их не две, а восемь. Потом бы поговорить, но так много сказать надо, что молчать получается плохо.

Вот так просто все. На втором плане уже дети, причина, почему я тут. Хочу, чтобы время для нас остановилось хоть на немного, с дураком этим побыть хочу. Может, даже навсегда.

— Ты меня специально отвлекаешь и мучаешь?

— Два года же ждал, — обхватываю его ногами, прижимаюсь и продолжаю тянуть время.

— Ева, чёрт. Что мне надо сделать?

— Скажи что-нибудь, чтобы я не сомневалась.

Выдыхает и усмехается.

— Хочу, чтобы ты была со мной всегда, хочу жить с тобой, заботиться о вас хочу, хочу ещё ребёнка от тебя. — Губы поджимаю, чтобы не заплакать сейчас. Не испортить все. — Мне даже никто больше не нужен. Я ошибся, признаю. Но зато теперь точно понимаю, что хочу, чтобы ты была рядом. Я люблю тебя.

От потока слов сводит нёбо, чувства накрывают. Никто никогда не говорил мне такого, и в какой-то момент казалось, что уже и не скажет.

Шмыгаю незаметно носом.

— Я не сомневаюсь в твоих возможностях хоть сейчас ещё одного ребёнка сделать, но все же подождем.

— Просто знай, я всегда готов, — усмехается и целует. — Я все сказал, что ты хотела услышать?

— Вполне.