14

Настя

Новый год наступил слишком быстро. Не успела я заняться организацией вечеринки, купить подарки всем и приобрести платье, от которого бы у Яроцкого слюнки потекли бы, как уже стояла посреди гостиной и встречала гостей.

В этот вечер я была уверена в себе.

Во-первых, мои подружки из Москвы и Даша Алексеева помогли закончить с организацией и все было на высшем уровне. Новогоднее настроение присутствовало во всем, начиная от приглашенного ди-джея до украшенной гостиной и алкогольных напитков.

Во-вторых, я пригласила стилистов и подарила своим девчонкам новогодний макияж и праздничное настроение, градус которого подняли пара выпитых бокалов шампанского.

Ну, в–третьих я чувствовала себя королевой. Платье, которое я выбирала было настолько шикарным, что я, мне казалось, затмила в нем всех присутствующих особей женского пола. Ну по крайней мере, ощущения были именно такими.

Пока я стояла в этом платье и не двигалась, все выглядело достаточно скромно, но стоило мне сделать один шаг, как юбка платья, которая состояла из тонких многочисленных лоскутов из шифона открывала мои ноги до самых бедер, а цветовая гамма от красного до желтого приковывала взгляд каждого кто меня видел. И если все думали, что это один маленький нюанс, то все ошибались. Красный верх платья, который скрывал меня от горла до кончиков пальцев рук, полностью обнажал мою спину. Ну и естественно соответствующий макияж и прическа. И я, кажется, была во всеоружии. Правда изначально была некоторая скованность и нерешительность в этом платье, но мои подружки заверили, что я выгляжу невероятно, а выпитое шампанское добавило смелости.

Когда прибыли гости, и я увидела в чем появлялись девчонки на вечеринке, и насколько откровенными и вызывающими были их наряды, я расслабилась. По сравнению с ними я просто монашка. И в душу начали закрадываться сомнения, что может Даня даже и не обратит на меня внимания, но я пресекла их на корню, и натянув довольную улыбку, приготовилась к встрече с мужем, которого до сих пор не было дома.

Встречать гостей мне помогал Захаров. А Даня позвонил, и сказал, что немного задержится. Но когда часы перевалили за десять, легкое волнение охватило меня. И, кажется от такого длительного ожидания нашей встречи, я начала нервничать. Забив на все свои сомнения, я просто позвонила ему. Даня не ответил.

Я не находила себе места. Думать о плохом себе запрещала. Но и причин думать о хорошем не было. И когда часы показали одиннадцать, я решилась позвонить его родителям, надеясь, что он там или может быть заезжал их поздравить, поэтому задерживается. Но не успела. Даня появился в холле весь взъерошенный и запыхавшийся. Его тут же окружили друзья и через толпы людей и их рукопожатия он уверенно пробрался к лестнице и ушел в свою комнату, даже не заметив меня.

Я двинулась за ним, но потом одернула себя. Он знает где меня найти, и если нужно, то обязательно найдет.

Он появился минут через двадцать. Волосы мокрые после душа, идеально сидящие на бедрах черные брюки и белая рубашка. Из тех, что придает мужчине притягательность и сексуальность. Не Яроцкий прям, а ходячая модель из дорогого журнала. Я даже задержала дыхание.

Окинув взглядом толпу со второго этажа, его глаза остановились на мне. И он сразу же пошел в моем направлении. Я стояла и боялась пошевелиться.

- Привет, красотка, - его руки сначала легли на мою талию, а потом скользнули на обнаженную спину. Даня опешил. Он развернул меня спиной к себе, и вдоволь налюбовавшись мои нарядом сзади, снова повернул меня в обратном направлении. – А тебе не кажется, что ты уж слишком откровенно одета для замужней девушки?

Так и знала, что не понравится. Стиснув зубы, в свой ответ вложила всю дерзость, на которую была сейчас способна:

- Разве тебе не нравится, милый?

Даня прищуривает глаза:

- Да я смотрю, пока меня нет, ведьма в разгул пошла?

Боже, как я хочу его поцеловать. Просто накинуться на него и засунуть свой язык в его рот так, как это он делает со мной. Потому что кожа под его руками горит, запах, исходящий от него дурманит, и я так истосковалась по нему, что меня, даже не смущает присутствие толпы больше, чем наполовину незнакомых людей.

- Ты даже не представляешь на сколько. Прям пустилась во все тяжкие.

Я вырываюсь из его рук и иду к лестнице, плавно покачиваю бедрами. Знаю, что он обернется, и хочу, чтобы пошел за мной. Хочу остаться с ним наедине.

Он догоняет меня у самой лестницы и прижимает к себе так, что я чувствую, что Даня возбужден. И просто ликую от этого. То, что мне нужно.

- Трусы-то хоть одела? – шипит он мне в ухо.

- А ты проверь!

- Сомневаешься, что ли? – его руки забираются под лоскуты моего платья и обжигают кожу бедер своими прикосновениями, срывая приглушенный стон с моих губ.

Хорошо, что музыка орет и в гостиной полумрак, поэтому меня не слышно и на нас мало кто обращает внимания.

Я не сомневалась в Дане ни на секунду. Знала, что если он захочет проверить наличие трусиков на мне, то он это сделает, не задумываясь. И он бы сделал, но сбоку появилась девушка в голубом довольном скромном платье, французской косичкой на голове и милой улыбкой на лице. Именно она не дала мне ощутить руки мужа на своем теле.

- Извините, что прерываю вас, но Дань, можно тебя на минутку?

- Привет, Ирин. Конечно, можно.

Даня отпускает меня, шепнув, что он ненадолго и уходит с этой припевочкой в другой конец комнаты, где музыка орет не так громко. Пока они пробираются через толпу, Даня придерживает ее за спину, и по пути захватывает два бокала с шампанским. Они располагаются недалеко от входа на пуфиках и не переставая улыбаться друг другу, ведут с виду довольно милую беседу.

Я не знаю, что это за девушка. То, что она не из клубных прошмандовок – это точно, но я никогда не видела ее раньше. И ничего не слышала о ней.

Стою и смотрю на их воркование и понимаю, что ревную. Я весь вечер ждала эту рыжую задницу, схожу с ума от его близости, а он вот легко развернулся и ушел. Обидно до дрожи. Но в этот раз я не сбегаю. Надоело прятаться и тешить свое уязвленное самолюбие. Беру себе бокал шампанского и выпиваю половину, на большее меня не хватило. Но и этого мне достаточно. Затем иду в толпу танцующих и тут же оказываюсь втянутой в середину Захаровым. Здесь тесно и жарко. Но мне все равно. Мне нужно отвлечься. А уже хорошо подвыпившая компания и трек от Элджея и Федука самое то. И уже через пару минут я полностью погружаюсь в атмосферу танцев и веселья. Илья, взяв меня за руку, кружит вокруг себя и под общие крики и свисты я снова чувствую себя уверенно. Поднимаю руки вверх и вырисовываю бедрами восьмерку, полностью отключив свои мысли.

Его руки я почувствовала сразу. Несколько секунд сомнений, но уверенность в том, что здесь никто не рискнет ко мне прикоснуться, кроме самого Дани, не дает мне вздрогнуть и повернуться. Поэтому сама прислоняюсь к танцующему и стекаю по его телу вниз. Надеюсь интуиция меня не подводит и это действительно Даня, потому что в другом случае мне конец.

- Ты совсем охренела, ведьма? – слышу его крик сквозь музыку, когда возвращаюсь в стоячее положение.

- Да пошел ты, - отвечаю ему, чуть повернув голову.

- Посмотри налево, - снова кричит Яроцкий, - там у окна видишь блондина в красной футболке. Денис Артемьев. Бабник и тусовщик. Видишь его?

Я киваю, не понимая, зачем он это все говорит мне сейчас. Обычный парень, который смотрит прямо на нас с наглой ухмылкой.

- Так вот он мысленно трахнул тебя сейчас во всех позах. А справа Игорь Иванов. Прямо по курсу Женя. А еще Коля, Петя и Саша. И все не сводят глаз с моей жены. И каждый в своей голове делает с тобой то, о чем я даже мечтать не могу из-за твоих тараканов.

- Это у тебя тараканы! У тебя! Понял! У тебя, - кричу в ответ, мечтая спрятаться от всех взглядов, ото всех людей.

Я же просто хотела понравиться мужу. А он меня еще и в чем-то обвиняет. В очередной раз за этот вечер вырываюсь из его цепких рук и сбегаю от своего мужа. Кажется, встреча Нового года мне запомнится надолго.

Далеко я не ушла. Даня схватил меня за руки и бесцеремонно потащил наверх. Я попыталась сопротивляться, но он держал слишком крепко, да и окружающие стали обращать на нас внимание. Поэтому пришлось покорно идти в его комнату.

- Насть, что за концерты? Ты напилась? Так это не повод выставлять себя шлюхой, а меня идиотом.

Какой же он придурок. И какая же я дура. Ведь это все для него. Ради него. Показать бы ему фак и свалить отсюда в туман в какой-нибудь клуб, но я растеряно молчу. Буквально пару часов назад надеялась, что именно этим закончится вечер, но теперь понимаю, что все напрасно. И нет, я знаю, что я выгляжу шикарно. В таких семьях, как моя, чувство стиля и вкуса прививают с пеленок. Просто Дане я не интересна. Тогда почему он злится? Ведь не ревнует же? Или да? Да быть такого не может.

- Не нравится - не смотри! - я так ошарашена своим открытием, что даже не думаю, что говорю.

- Не нравится? - его тон становится подозрительно спокойным, и он подходит так близко, что я чувствую его дыхание на своей щеке, - я тебе сейчас покажу, насколько не нравится.

Даня разворачивает меня и толкает на кровать так, что я падаю на нее пластом и его сильное тело тут же прижимает меня к кровати. Я хочу возмутиться, но не могу сказать ни слова, потому что его горячий язык выводит узоры на моей обнаженной спине, заставляя бабочек вспорхнуть до сладостных спазмов. Разгоряченная кровь сразу приливает к голове, и я стараюсь не поддаться его ласкам и даже пытаюсь освободиться, но все бесполезно. Даня силен и беспощаден. Его язык и губы не пропустили ни сантиметра на моей коже. И я сдаюсь. Сдаюсь и принимаю его изощренные прикосновения.

Руки Дани пытаются задрать мой рваный подол платья, но путаются в ткани, и Даня матерится, но не останавливается. Он задирает его так, что он ложится на мои плечи, и теперь его руки сжимают мои ягодицы. Я не могу сдержать стон. Мне жарко и по венам течет дикое возбуждение, отзываясь во мне сладкими ощущениями. А когда его бедра сменяют руки и упираются в мои ягодицы, низ моего живота откликается дрожью предвкушения. Наша одежда совсем не скрывает возбуждения Дани. Он трется об меня с такой силой, что я вот-вот воспламенюсь по-настоящему. Выгибаюсь ему навстречу, но мне этого мало.

Пытаюсь снова вырваться, хочу видеть его лицо, но Яроцкий не приклонен.

- Лежать, - приказывает он, и я замираю, потому что в эту же секунду его пальцы отодвигают мои трусики в сторону и оказываются у меня внутри.

Вот ошеломляюще откровенно и совсем бесстыдно. Я даже не представляла, что можно вот так реагировать на пальцы. И бессовестно насаживаться на них, слыша, как между ног от возбуждения все хлюпает. Но мне все равно. Я ощущаю только крышесносные движения руки Дани и как ни странно, я не боюсь их. А хочу почувствовать их еще глубже в себе. Но Даня не дает мне такой возможности. Вместо желаемого продолжения, он меняет тактику, и раздвинув ягодицы руками, меняет пальцы на язык.

И это слишком горячо, слишком дерзко и настолько возбуждает, что я извиваюсь под Даней, умоляя его не останавливаться. Он и не останавливается. Доводит меня до такой степени, что я ничего не понимаю.

Словно через тонну воды, слышу, как Даня слишком быстро расстегивает брюки, и через мгновение его член скользит уже по моим влажным складочкам. Вот тут я и напрягаюсь. Паника накатывает на меня сквозь возбуждение.

- Не бойся. Расслабься, пожалуйста. Я не сделаю тебе больно. Обещаю, - слышу свистящий шепот около своего уха.

И с трудом справившись со своим волнением, расслабленно растекаюсь по кровати.

Даня устраивается удобнее между моих ног и медленно, помогая себе рукой вводит член в меня, заполняя меня до самого края. На всю глубину. И застывает в этом положении. Мои мышцы начинают несильно сокращаться вокруг его органа и изо рта вырывается громкий стон.

- Больно? – встревоженно выдыхает Даня.

- Нет. Еще, - прошу я в ответ.

- Ох, Огонек, что же ты со мной творишь? - шепчет мой муж, и так же медленно выходит из меня.

А потом снова он во мне. Не спеша, до самого основания. А я не могу сдержать рвущиеся стоны.

Даня повторяет свои движения, сжимая судорожно мои бедра, а я начинаю ерзать в его руках. Потому что это такой кайф, такое наслаждение, что и слов-то не подобрать. И я даже хочу быстрее, и приподнимаю свой таз, давая Дане понять о своем желании. Но ни фига. Этот засранец не торопится и продолжает дразнить меня. По-другому я не могу назвать, те невообразимо медленные толчки и его короткие выдохи от каждого проникновения в меня.

- Дань, быстрее, пожалуйста, - прошу мужа, не в силах терпеть эту пытку.

- Уверена?

- Да.

И Даня срывается. Подтянув меня за бедра и поставив на колени, он начинает яростно работать бедрами. Вбиваться в меня, доводя до исступления. И я кричу от нарастающего наслаждения. От тугого комка внутри меня, который с каждым толчком становится все чувствительнее и готов вот-вот разорвать меня на части.

- Больше не могу, - выкрикивает Даня и просто прижимает мои бедра к себе, учащая свои толчки, а меня накрывает такое острое наслаждение, спазмы мышц и благодатное тепло, растекающееся по всему телу.

Мир вокруг кружится, и я просто рыдаю от ослепляющих эмоций. И сквозь рыдания слышу свое имя, которое выкрикивает Даня. Одной рукой он до боли сжимает мою ягодицу, а на второй оставляет горячие потеки своего удовлетворения.

Я без дыхания падаю на живот и просто не могу прийти в себя. Мне даже, кажется, что я до сих пор вздрагиваю, хотя точно все закончилось и я слышу сбоку рваное дыхание Дани. Его рука снова ложится на мою спину, и я чувствую, как она дрожит. Так же, как и я.

Мы лежим и молчим. Не знаю, как Даня, а я не могу вымолвить не слова. Мой язык мне не подчиняется, даже тогда, когда Даня встает с кровати. Я лишь расстроено могу выдохнуть. Потому что не хочу, чтобы он уходил. Но попросить его остаться мешает гордость.

Но Даня не уходит. Он роется в прикроватной тумбочке, а потом влажными холодными салфетками протирает мою задницу, возвращает мои трусики на место и опускает подол платья на место. А вот потом уже идет к двери и в место того, чтобы выйти, закрывает дверь на ключ.

Я в шоке. Мы делали это с открытой дверью в тот момент, когда в доме народу столько, что яблоку негде упасть. Его действия не совсем последовательны и разумны, но возразить ему нет сил.

Яроцкий возвращается на кровать и ложится на спину рядом со мной. Наши лица так близко, что я вижу крапинки в его небесного цвета глазах.

- Лучше поздно, чем никогда, - парирует он, кивая на дверь.

- Угу, - соглашаюсь с ним.

- Могу предложить душ, но мне кажется, что стрелки вот-вот перевалят за двенадцать.

Я не хочу в душ. Хочу, как можно дольше оставить его прикосновения на своем теле и не только. Думаю, на моей заднице останутся синяки от его рук.

Я только успела открыть рот, чтобы согласится с ним, как услышала всеобщий гул и звук фейерверков за окном.

- С Новым годом, - шепчет Даня.

- С Новым годом, - вторю ему в ответ.

Он притягивает мою голову к себе и соединяет наши губы в медленном фантастически нежном поцелуе, заставляя меня снова забыть обо всем на свете. Интересно, я когда-нибудь перестану таять от его чувственных поцелуев?

- Ты сегодня очень красивая. Яркая и сексуальная, - Даня прерывает поцелуй.

- Ага, настолько, что ты сбежал поболтать со скромной блондинкой?

- Это Ирина. Моя одноклассница бывшая. Она проходит практику в городской администрации, и именно она втянула меня в проект по реконструкции парка. А сейчас позвала, чтобы сообщить, что у меня серьезные конкуренты и мне нужно напрячь задницу, чтобы получить хотя бы одно из призовых мест. И у меня никогда ничего с ней не было.

Все так просто. А я ведь реально приревновала. Но сейчас не хочу выяснять отношения . Не хочу разрушать это волшебное мгновение, где Даня так близко ко мне не только физически. Я прямо всеми фибрами души это ощущаю. Он открыт для меня насколько это возможно для него, о чем свидетельствуют его расслабленная поза, блуждающая улыбка на лице и нежные прикосновения пальцев, выводящих узоры на моей ладони.

- Ты тоже очень красивый, - блин, кажется, я краснею, а Даня довольно улыбается мне.

- Отлично. Наши впечатления друг от друга взаимны, а значит ты больше не сбежишь.

Я понимаю, что это намек на наш последний раз.

- Я не сбегала. Просто испугалась до чертиков.

- Чего, Насть? – серьезно спрашивает Даня.

И я решаюсь открыть ему свои сомнения, хотя смелости во мне кот наплакал. Ну, не привыкла я такими вещами ни с кем делиться. Даже с мамой и подружками. А тут мальчик, да еще и мой муж. Но запихнув свою нерешительность куда поглубже, робко все-таки призналась.

- Это было жутко больно и неприятно. И если, честно, я мечтала, чтобы все быстрее закончилось. Понимаешь, даже девственницы испытывают удовольствие, а у меня не получилось. И я подумала, что со мной что-то не так. Ни у самой не получилось, ни тебе удовольствия. Хорошо хоть истерить не начала.

Даня, повернувшись на бок, сгибает руку в локте и укладывает на нее голову. Теперь в его глазах ни намека на улыбку. Только серьезность и сосредоточенность. Я даже выдохнула с облегчением. Не пережила бы если мои слова рассмешили бы его.

- А ты с чего взяла, что я не получил удовольствия?

- Ну, если бы мне сказали, давай уже быстрей, я бы точно ничего не получила.

Даня пожимает губы.

- Мне было очень хорошо с тобой, - признается он, - просто я как бы тоже волновался. Не каждый день жен девственности лишаешь. И если ты что-то поняла не так, то это только из-за того, что я переживал за тебя. И я очень старался не сделать тебе больно, но не получилось. А ты взяла и замкнулась в себе и навыдумывала себе кучу причин, что ты не такая как все. Чтоб ты знала, я каждый божий день хотел продолжить. Хотел затащить тебя в кровать и показать, как это бывает.

- Да? – я удивлена, - а выглядело так, как будто получил все, что хотел и на этом спасибо.

Даня смеется:

- Еще один выдуманный тобой миф. Просто решил дать тебе время и возможность сделать выбор самой. Без моего принуждения. Добровольно.

- Хочешь сказать, что все эти поцелуйчики с утра не были принуждением.

- Конечно, нет. Я хотел этого, и делал. Но судя по твоей стойкости, ты еще тот орешек.

- Да нет же. Мне очень нравится тебя целовать, - признаюсь я и замолкаю.

Эти слова так легко слетели с моих губ. А ведь могли другие. Более значимые для меня. Слова, которые я держу в себе очень долгое время. Но Даня с улыбкой относится к моим словам, и я понимаю, что хорошо, что это признание всего лишь о поцелуях.

- А мне нравится, когда ты говоришь такие вещи мне. Заводит.

- Хочешь еще раз? – я немного ошарашена. Почему-то была уверена, что наш сегодняшний вечер – это разовая акция.

- Неа.

Ну, точно. Наивная влюбленная дура.

- Десять, потом еще десять и так каждый день до тех пор, пока ты не сможешь ни ходить, ни говорить.

Я облегченно смеюсь и игриво толкаю Даню в плечо, на что он молниеносно перетягивает меня на себя, и я оказываюсь лежащей на нем сверху. Ощущения божественные.

- Насть пообещай, что больше, не будешь придумывать всякую херню. Просто если что-то щелкнуло в голове, идешь и рассказываешь мне. Иначе мы так и будем играть в кошки-мышки.

- Думаешь легко вот так взять и рассказать мальчику, что первый секс не получился. Особенно если он у тебя был с этим мальчиком.

- Не сложнее, чем разгадать что потом творится в голове у этой девочки. Давай будем доверять друг другу. Если ты не можешь что-то сделать, настроение дурацкое, болит что-то - говори прямо в лоб. Я тоже буду стараться отвечать взаимностью. Могу, например, рассказать тебе про свой первый секс. Он тоже был неудачным. Настолько, что ужаснее я в своей жизни ничего не испытывал. Это было в одиннадцатом классе. Сперматоксикоз был страшный. И мне было все равно, где и с кем. Настолько хотелось, что в итоге я не продержался и минуты. Стыдно было перед девочкой, пиздец как. И последующие разы тоже были не самыми офигенными. И я не мог никому рассказать, что у меня не совсем все айс в этом вопросе. Потому что парни, с которыми я общался были, ну такими опытными, что было стыдно признаваться в своем неумении. Потом с опытом все получилось. И у тебя все получится. Я помогу. Ведь сегодня было все нормально?

Я не могу ничего ответить. Изумлена признанием мужа. Поэтому качаю утвердительно головой.

- И все?

- Ты же знаешь, что все было отлично.

- А как насчет взять и просто сказать? Я вот просто с катушек слетел. Думал будет, как в школе.

Я глупо улыбаюсь. Даня сейчас, как книга. Его очень легко прочитать. Я вижу в его глазах искренность. Ему действительно важны мои чувства и эмоции.

- Ох, Яроцкий, я тоже слетела с катушек, но…, - смущенно отвожу глаза в сторону.

Но?

- Но так мало…

- За это не переживай. Как только все свалят отсюда, обещаю, исполнить любое твое желание в этом вопросе.

От переизбытка эмоций, я целую его в щеку, потом в уголок губ и ни капли не стесняюсь.

- Подожди, - прерывает он меня, - у меня кое-что есть для тебя.

Даня бережно перекладывает меня на кровать и встает. Я встаю следом за ним. Он роется в тумбочке и достает оттуда рамку с какой-то розовой бумажкой.

- Блин, не успел упаковать. Еле успел забрать его до Нового года.

Целуя меня в щеку и поздравив еще раз с праздником, он вручает мне эту рамку. Я беру ее в руки и ничего не могу понять. Весь текст написан на ней на английском языке. И от волнения я не могу вспомнить и перевести ни слова. Взглянув на Даню и присев на кровать, я пытаюсь сосредоточиться и все-таки вникнуть в смысл написанного. А когда у меня получается перевести текст, то я просто не могу поверить и осознать.

- Дань, это же…

Эмоции зашкаливают и мне очень трудно подобрать слова.

- Я слышала о таком, но, чтобы вот так… Я… Боже…

Да, в этот момент красноречием я не блещу, но думаю, это нормально. Ведь с этой секунды я являюсь владелицей участка, размером в десять соток на луне. На Луне, мать твою!

- Это невероятно! Ты же обещал мне тогда подарить луну.

- Всю луну не получилось, но свой огород у тебя там будет.

Только сейчас я вижу, что Даня волнуется.

- Спасибо, - я кидаюсь к нему на шею и обнимаю, крепко прижавшись к нему, – это безумно приятно! Это самый лучший подарок на Новый год.

Я знаю, что это все из области фантастики, и продавцы этих свидетельств просто зарабатывают деньги на всяких романтиках, но я правда очень счастлива, что Даня не забыл о своем вскользь брошенном обещании и отнесся к нему очень серьезно.

- Буду присылать тебе лунные огурцы и помидоры, - обещаю я ему.

Даня улыбается. Я вижу его неподдельную радость, словно для него моя реакция очень много значила.

- Я люблю капусту.

- И капусту тоже. Мой подарок тебе более скромен, но за то ты получишь его по всем традициям Нового года. Завтра под елкой.

Я купила ему профессиональный набор различных материалов для макетирования, начиная от пластика и заканчивая полистиролом, специальную краску, кисточки и всякую мелочь. Конечно, банально, но знаю Данину тягу к своему хобби, думаю, он оценит.

- И еще я не поздравила тебя с днем рождения и ничего не подарила. Просто тогда, - я пытаюсь подобрать слова, но Даня прикасается пальцем к моим губам, не давая мне возможности продолжить дальше.

- Тссс. Давай не будем об этом вспоминать сегодня. Тем более ты уже сделала мне самый дорогой подарок.

- Я? Подарок? Дань, ты, о чем?

- Быть первым мужчиной у своей жены – да о таком в наше время даже не мечтают. Так что можешь не заморачиваться. Я нисколько не обижен.

Я пораженно смотрю на него. Он действительно рад тому, что лишил меня девственности? Но возразить не успеваю, потому что Даня берет ситуацию в свои руки:

- Насть, у меня еще кое-что для тебя.

- Еще?

- Да. В январе у нас в универе начинаются курсы по фотографии. И я взял на себя смелость и записал тебя на них.

Еще один невероятный подарок. Это даже не подарок. Это просто сбывшаяся мечта. И мое сердце колотится сейчас так, что я слышу только его.

- Даня! – я снова обнимаю своего мужа. – Боже, ты настоящий Дед Мороз. Это самый суперский подарок в моей жизни. Я даже не мечтала о таком, ну по крайней мере, в ближайшее время.

- Дед мороз заслужил поцелуй?

- Сотню, - смотрю в его глаза и просто таю.

Медленно тянусь к нему, желая подарить ему самый лучший поцелуй в его жизни, но не тут-то было.

В дверь раздается бешеный стук, за которым следует крик Захарова:

- Яроцкие! Вы совсем там офигели? У вас гости тут ведут разгульный образ жизни, а вы прячетесь, как мыши!

Я утыкаюсь Дане в плечо, и мы весело смеемся над Ильей.

- Он не отстанет, - констатирует Даня и поднимает мое лицо за подбородок.

- Жаль…

Думала, что поцелуй не состоится. Но нет, он состоялся. Даня, несмотря на настойчивый стук в дверь, захватил мои губы в свой нежный плен. Ласково и не торопясь, но одновременно чувственно, он дарил мне неземное наслаждение, а я все глубже погружалась в водоворот своих чувств, рискуя остаться навсегда на этой глубине.

- Я каждый год по традиции загадываю желание, - прерывает Даня поцелуй и просто обнимает меня, прижав к себе, - и сейчас хочу загадать. Только вслух. Хочу, чтобы мы стали настоящими мужем и женой. Никаких друзей. Никакого противостояния. Просто жить, наслаждаясь друг другом, не думая о будущем.

- Оно обязательно сбудется. Потому что у меня такое же желание, - шепчу мужу в ответ.

- Яроцкие, блин! Я сейчас вышибу дверь! – кричит Илья, не переставая стучать.

- Пойдем веселиться? – предлагает Даня

- Мое платье… Может мне переодеться? – я знаю, что выгляжу хорошо, может чуть-чуть вызывающе, но не хочу, чтобы Даня снова злился, если заметит на мне чей-то откровенный взгляд.

Не хочу портить наше перемирие очередной ссорой. И даже готова ради этого сменить наряд. Хотя будет очень жаль, если Даня пойдет на поводу у своих эмоций и запретит мне в нем выходить в свет.

- У тебя охеренное, платье, Огонек. И ты в нем просто огнище. И я не врал про всех тех парней, но это не повод переодеваться. Просто будь на виду.

- Хорошо, - довольно соглашаюсь я и мы наконец-то открываем Илье, который судя по грустному выражению лица, отчаялся до нас достучаться.

- Ну, наконец-то! Как будто время больше не нашли! – возмущается Захаров.

А я просто улыбаюсь. Потому что счастлива по самое не хочу.

Мы поздравляем друг друга с Новым годом, обнимаем, целуем и после спускаемся вниз, где вечеринка идет полным ходом.

Это была волшебная ночь. Море шампанского, куча поздравлений, безудержный смех, танцы до упада и руки любимого человека на талии. Даня не отпускал меня ни на минуту. Я просто таяла в его руках. Даже в танцах. Он впервые танцевал со мной. Да я вообще впервые видела, как он танцует. И надо отметить, это то еще зрелище. Он не только хороший дизайнер, но и задницей подвигать еще тот мастер.

Спать мы пошли под утро, когда все приглашенные покинули наше гостеприимное жилище и остались только самые близкие друзья. Я устала очень сильно и у меня едва хватило сил расположить всех гостей по спальным местам. А потом Даня меня утащил к себе в комнату, и мы уснули, не раздеваясь, едва наши головы коснулись подушки.

Спали очень мало. Потому что неугомонный Захаров разбудил всех, требуя продолжения банкета. И хоть все не выспались, но настроение было отличным. Приведя себя в порядок, я принялась за уборку, а остальные дружно мне помогали. Особенно Даня. Он при любом удобном случае прижимал меня к себе и целовал так, что каждый раз дыхание перехватывало. И я видела в его глазах неуемное желание остаться наедине, но он сдерживал себя, обещая мне неземное наслаждение сразу, как только мы останемся одни.

Вообще это был замечательный день. Я, Даня, Янка, Даша, Захаров, Соколов и Головин отлично провели время. Как одна большая семья. После грандиозной уборки девчонки потягивали шампанское, парни пили что-то покрепче, каждый на свое усмотрение, смотрели фильмы, играли в различные игры и очень много шутили. Но несмотря на занятость, мы нашли время поздравить всех родителей и мою бабушку и всем пообещали в ближайшее время приехать с поздравительным визитом.

Вечером парни уехали, а девчонки ушли спать в мою комнату. Мне ничего не оставалось, как снова пойти к Дане. Но меня это не смущало, а его так вообще радовало. Правда мы снова были уставшие и изрядно выпившие, поэтому сразу легли спать, чуть не задушив друг друга в объятиях.

А вот наутро Даня не дал мне возможности даже толком проснуться.

- Не выпущу из постели до самого обеда, - пообещал он и выполнил свое обещание.

И не только это. Я действительно от наслаждения забыла свое имя и не могла не то, что двигаться, но и говорить. Даня был то до трепета в груди нежным, то до безумия жестким, но каждый раз ему удавалось довести меня до той самой точки, где стирались все границы и запреты. И если бы мне кто-то буквально неделю назад сказал, что от секса можно сойти сума, то я рассмеялась бы ему в глаза, а сейчас на самом деле теряла голову и за утро наверное сотни раз произнесла имя любимого без особых на то причин. Оно само срывалось с губ. Иногда осознано, но чаще в беспамятстве от наслаждения.

- Ну, вот я и получил все, что хотел. Теперь до вечера, Огонек, - Даня сам еле говорил, но по-прежнему не выпускал меня из своих рук.

А я прижималась еще крепче к нему, боясь, что это все сон и когда я проснусь, то все сразу и закончится.

Но ничего подобного. Сказка продолжилась и вечером, и на следующий день. И не только в постели Дани в его комнате. Вообще новогодние выходные выдались очень насыщенными. Наша компания частенько собиралась у нас, и кроме шашлыков на морозе мы успели посетить боулинг, кино, клуб, пару кафешек и даже каток. И среди этой по минутам расписанной программы нам с Даней с трудом удалось навестить его родителей. Наверное, мы оба светились от счастья, потому что родители не сводили с нас глаз и прятали довольные улыбки. А нам было все равно, мы были поглощены друг другом. Наш разговор в новогоднюю ночь сблизил нас и расставил многие вещи по местам.

После праздников мы поехали в Москву к моим родителям и провели там неделю, обрадовав их своим приездом. Они тоже наблюдали за нами, и не хуже нас светились от счастья за нас. А потом была еще неделя у бабушки в деревне с вечерними чаепитиями и баней.

Даня везде чувствовал себя, как рыба в воде. И несмотря на то что он мало общался с моими родителями и бабушкой, он умудрился со всем найти общий язык. Даже с моим угрюмым Ромкой. И Ромка, который принял его прохладно, был просто в восторге от моего мужа. Да и как могло быть по-другому? Я сама от счастья чуть ли не плясала. Умный, красивый, обаятельный, компанейский, свой в доску парень. И все это время он был настоящим. Не играл. Был открыт и легко шел на контакт. А мне лишь оставалось любоваться своим мужем и с каждой минутой убеждаться, что мое сердце не просто так выбрало этого парня. Он был достоин моей любви, и я не сомневалась в этом не на секунду. Днем он был внимательным и заботливым мужем, а по ночам заставлял меня стонать и извиваться в своих руках. А большего мне и не надо.

После нашего путешествия мы вернулись домой. И если я ждала, что все-таки по приезду наши отношения немного остынут, то ничего подобного. Даня сразу же забрал меня к себе в комнату и попросил переехать к нему. Я отказалась. Мне нужно было свое пространство. Место, где бы я могла подумать, и вообще, как-то не готова я оказалась жить с ним в одной комнате. На что Даня весело рассмеялся:

- Сомневаешься, как будто я тебя не в соседнюю комнату зову, а как минимум в другой город, - и утащил в свою постель.

Просыпаться с ним было таким счастьем, что в итоге мои вещи начали плавно перекочевывать в его комнату. Да и как по-другому, если мы все зимние вечера проводили вместе. Он за работой над проектом, я в ноутбуке, обрабатывая фото и выполняя задания с курсов по фотографии. Это вечера стали моим самым любимым временем. Мы были рядом и каждый при этом занимался тем, что ему нравилось без ущерба для другого. Иногда болтали за работой обо всем, иногда молчали и не испытывали при этом дискомфорта.

Нам никогда не было скучно. Мы вместе ездили в универ. Даня на лекции, я на курсы. И судя по взглядам студентов, мы были самой завидной парой. Красивые, счастливые и всегда вместе. Даня не выпускал моих рук, всегда обнимал и целовал, и если кто-то имел взгляды на моего мужа, то своим поведением Даня ясно дал понять, что у него есть я.

По выходным выбирались к родителям, встречались с друзьями или просто проводили где-то время вдвоем. И это, несмотря на Данин проект, который он не успевал сделать в срок. Даня очень переживал за него. Иногда я просыпалась посреди ночи и заставала его за работой. И я понимала, что в создание этого макета Даня вкладывает не только все свои силы, но и всю свою душу и старалась ему не мешать. Быть рядом, но при этом не быть назойливой мухой. Но когда увидела в его глазах какую-то печаль и нервозность, напомнила ему про наш новогодний разговор и попросила его рассказать о том, что его тревожит.

Даня сначала отказался. Но увидев, мои упертые в бока руки и настойчивый взгляд, посадил меня к себе на колени и глухо пробормотал:

- Не успеваю ничего ни хрена. Универ, диплом на носу. Но это все фигня. Хочу, чтобы ты не скучала. Хочу, чаще выводить тебя куда-нибудь, или вообще съездить вдвоем на какой-нибудь курорт. Но блин, не могу. Просто разрываюсь.

Боже, его слова, как бальзам на душу. И, если честно, мне было достаточного того, что между нами происходило на тот момент. Даня был всегда рядом, и я не замечала никакого охлаждения с его стороны.

- Дурак, ты Яроцкий, - я уткнулась в его теплую шею, - меня все устраивает. И, пожалуйста, не думай о таких глупостях. Занимайся проектом столько, сколько считаешь нужным. Я хочу, чтобы ты был победителем, и если хочешь могу переехать в свою комнату, чтобы не отвлекать.

- Ну уж нет. Ты меня не отвлекаешь. Скорее вдохновляешь. И спасибо, что ты у меня такая, - поблагодарил Даня, - обещаю, что, когда все закончится, я буду больше уделять тебе времени.

- Мне достаточно, но я не откажусь от твоего обещания и с нетерпением буду ждать, - прошептала в ответ.

И Даня посвятил каждую свободную минуту своей мечте. Прерываясь только на универ, еду и жаркие ночи в постели. Не каждую ночь, чаще он работал, а я спала в его кровати, но если все-таки у нас был секс, то до изнеможения, до потери связи с реальностью. И я была благодарна ему, что он открыл для меня это таинство, за те вершины блаженства, на которые он меня возносил.

Несмотря на Данину занятость, мы все-таки праздновали мое день рождение в компании наших друзей. Это был сюрприз от моего мужа. Видя то, что он не спит практически по ночам, я даже не стала ему напоминать про свой праздник. Но Даня меня удивил. Велел просто пригласить тех, кого я хочу видеть, а он организует все остальное. Было безумно весело и приятно.

Куча подарков, в том числе от Дани – огромный портрет меня любимой в свадебном платье. Я была растрогана до слез. Это было красиво и неожиданно.

А еще море внимания от мужа. Столько, что от счастья кружилась голова и сердце трепыхалось, словно птица в клетке.

Чуть позднее праздновали годовщину нашей свадьбы. У Даниных родителей, куда приехала моя семья, и даже бабушка. Нас буквально задарили туалетной бумагой и бумагой для печати. Несколько коробок. Чтобы хватило на всю жизнь, пробурчал Ромка. На что мы переглянулись с Даней. Ведь мы с ним никогда не говорили о будущем. Просто жили и наслаждались каждым днем, проведенным вместе. Но, по крайней мере, я точно. Такая ситуация в наших отношениях нас устраивала, поэтому мы тактично промолчали. И даже не успели испытать неловкости. Данина мама разорвала наш перехлестнувшиеся взгляды вопросом:

- Дань, ты что бледный совсем? Не спишь что ли?

- Да, наверное, своим проектом занимается. Только зря время и силы теряет, - вмешался отец Дани.

А я была удивлена. Не знала, что отец Дани был против его увлечения. И не понимала почему? Неужели он не видел работы своего сына?

Даня плотно сжал губы, но промолчал.

- Ничего не зря, - вступилась я, - он обязательно победит в конкурсе. Его проект самый лучший. Даня очень талантливый и многообещающий дизайнер. Я верю в него, не сомневаясь ни на секунду. И думаю, ваша поддержка придала бы ему сил.

Все замерли от моего ответа, а Даня благодарно сжал мою руку под столом, при этом обреченно качая головой.

- Юристом всегда можно где-то пристроиться, - возразил мне его отец, - а вот непонятным дизайнером можно и без хлеба остаться.

Я поняла намек. Сама боролась с отцом на ту же тему. Но я не сдалась. И Дане не позволю. Все сейчас смотрели на меня. И мне предстояло дать отпор, либо согласится с рассуждениями свекра.

- По мне так лучше муж, у которого есть любимое дело, от которого глаза светятся, чем унылый юрист, который из-за нелюбви к своей профессии уйдет в себя и замкнется, делая свою работу, потому что так захотели другие.

Видела, как дрогнул уголок губ у Дани и почувствовала, как руки сжимаются в кулаки. Знаю, что он готов ответить так, что праздник будет испорчен, но держит себя из последних сил.

- А я посмотрю, вы прям спелись? – вмешалась моя бабушка, тем самым разрядив немного обстановку.

- Ага, муж и жена – одна сатана, - неожиданно поддержал нас Ромка.

Тут же в разговор вклинились наши мамы и недоконфликт был исчерпан.

И хотя мы с Даней остались при своем мнении и даже смогли избежать семейной ссоры, но осадок остался, который родители все же сумели развеять, подарив нам путевку на двоих на Мальдивы с открытой датой.

- Спасибо большое за поддержку, - обнимая меня в такси по дороге домой тихо поблагодарил Даня. – Мне она очень важна.

- Да не за что, обращайся, рыжий! – весело откликнулась, чтобы поднять его настроение, хотя видела, как он страдает из-за недопонимания с отцом. – Расскажешь когда-нибудь?

- Конечно, но ты сама все видела. Так что ничего нового я тебе не поведаю. Класса с пятого бредил этим увлечением, а отец пресек все на корню. Я конечно взбунтовался и показал ему небо в алмазах своими пьянками, гулянками, но так и не смог ничего ему доказать. Упертый он. Но я его сын, а значит такой же упертый, как и он. И только в этот раз смог выторговать у него право на попытку, хоть ему и не по душе. И знаешь, я на него не обижаюсь. Даже в какой-то мере благодарен. Если бы он согласился на мое обучение дизайном, то я вырос бы маменькином сынком. Любимое дело и благодарный всем Даня, готовый разбиться в лепешку, чтобы выполнить любое желание родителей.

- Ты молодец, Яроцкий! И даже не сомневайся в себе! Я буду держать кулачки за твой проект до последнего, и даже если ты не займешь призового места, знаю, что ты сможешь найти в себе силы продолжить и стать преуспевающим дизайнером. Главное теперь – не сдаваться.

В благодарность за свою речь получила жаркий поцелуй от мужа. И снова вся покрылась мурашками. Он уже столько раз целовал меня, а мне все равно казалось, что первый. Так же необъяснимо сладостно и чувственно.

Ссорились ли мы с Даней? Конечно, да. В первую нашу ссору, которая началась с мелочи и закончилась извержением вулкана, я вообще ушла спать в свою комнату, и засыпая, глотала слезы обиды. Потому что отошла уже минут через двадцать и хотела вернуться к Дане. Но не знала, что ему сказать. Вдруг он на меня сильно обиделся и не хочет теперь видеть. И именно тогда поняла, что не смогу без него жить, что я не просто его люблю, а дышу им. Он для меня все. Когда придет время расставаться, я, наверное, сразу же умру. И от этого понимания, мне не хватало воздуха, грудь сдавило тисками, а из глаз закапали слезы. Мне было одиноко и тоскливо без него, хотя он был всего лишь в паре метров. А что же будет через год?

Проснулась я в объятиях мужа. И сразу даже испугалась, пока не увидела его рыжую макушку.

- Не мог без тебя уснуть, - сонно пробормотал Даня, - больше не уходи так. Все равно приду. И не злись на рыжую задницу. Я весь на нервах.

- Угу, - довольно согласилась я, - ты на ведьму тоже. Она просто вчера была не в духе.

После этой ночи мы уже не расставались по ночам. Спали вместе, даже если обижались и дулись друг на друга, как мыши на крупу. Но все равно задница к заднице. А утром просыпались в объятиях друг друга. И мирились. Эти моменты были самыми сладкими и запоминающимися. Я даже начала верить, что Даня тоже ко мне что-то испытывает. Ведь не мог же он просто так несколько месяцев подряд баловать меня своим вниманием, целовать так, что дух захватывало, а уж про наши взлеты в постели, я вообще молчу. Я уверенна, что такое просто невозможно сымитировать, не чувствуя к человеку ничего.

Чем больше проходило времени, тем острее была необходимость рассказать Дане о своей любви. Я хотела, чтобы он знал о том, что моя душа и сердце принадлежат только ему. Безраздельно и навсегда. И хотела какой-то определенности. Надоело жить одним днем, не зная, что ждет завтра.

Я слепо верила в то, что если я откроюсь Дане, то он обязательно ответит мне взаимностью. Только я не знала, как это сделать. Даня, несмотря на свою занятость, уделял достаточно мне внимания, и я видела, как загораются его глаза при моем появлении, чувствовала, как он расслабляется, стоит мне его обнять и запустить руки в его лохматую шевелюру, но все же взять и сказать ему три заветных слова не хватало смелости или уверенности. Вообще, я ждала, что он решится сам на это признание, но либо Даня ничего подобного не испытывал, либо ему что-то мешало это сделать. И понадеявшись на второй вариант, я решила первой рассказать о своих чувствах. Я понимала, что могу столкнуться с его безразличием, или вообще, координальным изменением нашей идеальной семейной жизни, но молчать не было сил.

И после некоторых сомнений, я отложила этот разговор на вечер после объявления результатов конкурса. Окончание конкурса перенесли на начало апреля, и Даня с головой ушел в работу, чтобы успеть закончить свой макет к сроку. Ему явно сейчас было не до моих признаний. Поэтому и пришлось отложить этот разговор и хорошенько продумать свою речь и действия.

Время летело быстро, но я даже радовалась этому. Чем быстрее объявят результаты, тем быстрее закончится наша неопределенность в отношениях. Но если бы тогда я знала, чем все обернется, то, наверное, умоляла бы всех богов не то, чтобы замедлить, а остановить время. Потому что вместо красивых слов и счастливых глаз, Яроцкий сломал меня.

Как дешевую китайскую куклу.