17

Настя

- Прости, меня, Огонек…

Его слова доставляю очередную порцию боли. Как? Как он это себе представляет? Как можно простить предательство любимого?

Я зажата в его руках и ногах так, что мне дышать удается с трудом. Мне хочется вырваться из его рук, но сил нет на то, чтобы просто пошевелиться. Битва с его авто, а потом и с Даней вымотала меня основательно.

Если бы мой взгляд случайно не зацепился за коробку с битами, тем самыми которыми Даня пытался выбить дверь, то я скорее всего бы была бы уже на вокзале, а не в его объятиях, от которых мне было еще хуже. Потому что предательское тело чувствовало, как бешено стучит его сердце. Чувствовала тепло, исходящее от него. А это не совсем то, что мне нужно.

Я не знаю, что на меня нашло в тот момент, но оставив чемодан у двери и схватив биту, я спустилась вниз. И я даже вовсе не собиралась портить его машину, но не смогла удержаться. Просто выбью стекла. Заменит, не из бедных, тогда подумала я и опустила дрожащими руками железяку на лобовое окно. От звона битого стекла в голове зашумело, и я сам не поняла, как я начала методично наносить удары и выкрикивать ругательства в адрес мужа, приносящие долгожданное облегчение. Жаль, кратковременное.

А потом силы закончились. И сползая на землю, я мельком увидела Даню и двух охранников, которые безразлично наблюдали за мной. А мне снова стало больно. Но уже было наплевать. Кто что подумает или скажет. Я снова плакала. От безысходности. Потому что пару часов назад не думала, что захочу покинуть это место, что Даня снова сделает это. Я же ему доверяла. Наверное, я выглядела жалко и унизительно.

А когда услышала спокойный голос Дани и не увидела в его глазах вины, то поняла, что все я правильно сделала. Плевать. На все. Главное, уехать отсюда. А вместо отъезда сижу на полу, прижатая к груди мужа и слышу от него слова, которые не хочу слышать. Ведь они жалят похуже ос. Они говорят мне о том, что у Дани есть за что просить прощения.

- Как? Как мне это сделать?

Даня глубоко вдыхает и громко глотает, а затем сдавленно произносит:

- Я не хотел, чтобы так получилось.

А к глазам снова подкатывают слезы. Он не хотел! Он променял меня на перепихон с другой! Я для него ничего не значу! И наши отношения, которые я считала идеальными, тоже ничего не значат. Весь если бы значили, то он бы так не поступил.

- Как? Как ты не хотел? – слезы все-таки катятся по щекам. – Я очень старалась быть хорошей, я думала, что значу что-то для тебя. Но видимо у меня недостаточно красивые глаза и длинные ноги. Ведь на них ты променял меня.

- Насть! Ты о чем? Не плачь, пожалуйста! Если ты о Лике, то между нами ничего не было.

Мое состояние сейчас называется из крайности в крайность. Потому что мне смешно от его слов.

- Я сама все видела! Мне не соседка рассказала, а свои глаза. Я видела, как ты ее лапал. Видела, чем вы занимались в машине.

- Между нами ничего не было. Ты все неправильно поняла! – повторяет уверенно Даня. И мое сердце пропускает удар.

Но ведь у сердца нет глаз. И оно не видело ничего. Но это не повод верить Дане, о чем я ему и сообщаю:

- Я не верю тебе!

- Насть, выслушай меня! Просто дай мне сказать, прежде чем вот так рубить с плеча.

Я киваю, потому что мне не выбраться из его плена. А значит придется слушать.

Даня рассказывает, как познакомился с Ликой, как проводил с ней время и о последней встрече с ней.

- Ты с ней был тогда? – уточняю я.

Даня молчит.

- Ответь!!!

- Да, - выдыхает он.

Я закусываю губу. Потому что к сегодняшней боли добавляется та, которую я спрятала далеко и старалась не думать о той ночи. Но теперь нет сил ее сдерживать.

- Насть, вот за это я на коленях готов ползать. У нас с тобой были тогда совсем другие отношения! Но это меня не оправдывает. Просто повелся на женское тело от слишком длительного воздержания. И вместо Лики мог быть кто угодно. Если бы был поумнее, то в жизни не сделал ничего подобного, когда под боком был такой бриллиант, как ты. И я очень жалею об этом поступке. Если бы было в моих силах это изменить, я бы сделал это не задумываясь. Мне бы, придурку, сразу нужно было вымаливать твое прощение. Потому что ты слишком хорошая. Ты не заслуживаешь такого отношения, - речь Дани сбивчивая и я слышу, как он волнуется, - я сейчас тебя отпущу, чтобы ты повернулась ко мне. И не вздумай взбежать.

А это еще зачем? Я не смогу смотреть на Даню. Только не сейчас. Но почему-то выполняю его просьбу. И сразу же вижу в его глаза неподдельную боль и отчаяние.

- Прости меня за эту измену, - его голос сиплый и тихий, а глаза прожигают прямо до самого сердца.

Внутри все переворачивается от его искренности, но я не знаю, что ответить. Если бы не сегодняшние события, я бы простила. Я давно ему ее простила. Но сейчас так внутри все жжет, что я просто спрашиваю, лишь бы заполнить паузу:

- Дань, она же замужем?

-Угу, - Даня закрывает глаза, - у меня до тебя была совсем другая жизнь. Я не был никогда примерным парнем, и делал все, чего нормальные люди избегают, как огня. Бесстрашный и беспринципный придурок. Теперь вот расплачиваюсь за свое прошлое. Которое ворвалось и просто испортило мне все. И я не знаю, Насть, что мне и когда может еще аукнуться, но я не хочу тебя терять. Ты самое дорогое, что есть у меня сейчас.

А мне так приятно от его слов, и так больно. Я так хочу верить ему, хочу забыть все, но не могу. Его руки на бедрах этой красотки говорят мне совсем о другом.

- Зачем ты так со мной? Не хочу слушать твою ложь! Я все видела, Дань. Отпусти меня. Пожалуйста.

- Не могу, - горячее дыхание мужа обжигает мою макушку, - не могу. У нас с Ликой ничего не было. Это какое-то дурацкое стечение обстоятельств. Я просто ступил. Но у меня даже мысли в голове не было изменить тебе. Я просто хотел, чтобы она больше не лезла в мою жизнь. Мне просто нужно было предупредить тебя, и рассказать все о Лике. Но я никогда о ней не думал, и уж точно не знал, что она ворвется снова в мою жизнь и так не вовремя.

Я качаю головой, не зная, что ответить. Его речь звучит так правдиво. Словно чувствуя мои сомнения, Яроцкий лезет в карман пиджака, а еще через минуту, я слышу сначала шорох шагов, а потом их разговор. К этому я была не готова. И хотя, запись подтверждает слова Дани, но я не могу ничего с собой поделать. Мое сердце разрывается на части. Мне так хочется ему верить. Хочется, что бы все произошедшее оказалось лишь страшным сном. По щекам снова бегут слезы, и я не понимаю, сколько можно плакать из-за Дани. Ведь я уже столько слез пролила, что можно было бы наполнить ими реки в пустыне.

Вцепившись в его пиджак, я утыкаюсь носом в шею и стараюсь сдержать рыдания. Мне уже не стыдно, и не спасает ни какая гордость. Мне все равно, что подумает Даня, потому что очень трудно скрывать свои чувства.

- Не плачь, Огонек! Пожалуйста! – уговаривает меня Даня, опустив руку на затылок.

- Не могу, Дань! Это так больно.

- Прости меня, пожалуйста. Дай мне шанс все исправить.

- За что?

Я действительно не понимаю, за что теперь Даня просит прощения. Если между ним и Ликой ничего не было, то за что? Может я чего-то не знаю?

- Вот за это, - отвечает Даня и вытирает пальцами слезы с моих щек. – Я не хочу, чтобы ты плакала. За то, что заставил тебя испытать сегодня. За то, что не рассказал. За то, что оставил одну на приеме. За то, что не могу отпустить.

Я слышу боль в голосе мужа. Заглядываю в его глаза и застываю от его слов:

- Я люблю тебя.

Господи, но почему сейчас и в такой обстановке? Я так долго ждала этих слов, но после пережитого не могу впустить его в свое сердце. По крайней мере не сегодня.

Закрыв глаза, просто молчу и слушаю как сердце предательски пропускает удары.

- Я в глазах твоих утону - Можно? – после первой произнесенной Даней фразы я перестаю дышать и не верю в происходящее еще больше, чем в то, что видела своими глазами в туалете администрации и на парковке, - ведь тонуть в глазах твоих - счастье!

Подойду и скажу - Здравствуй!

Я люблю тебя очень - Сложно?

Нет не сложно это, а трудно.

Очень трудно любить- Веришь?

Подойду я к обрыву крутому

Падать буду - Поймать успеешь?

Ну, а если уеду - Напишешь?

Только мне без тебя трудно!

Я хочу быть с тобою - Слышишь?

Ни минуту, ни месяц, а долго

Очень долго, всю жизнь- Понимаешь?

Значит вместе всегда - Хочешь?

Я ответа боюсь - Знаешь?

Ты ответь мне, но только глазами.

Ты ответь мне глазами - Любишь?

Если да, то тебе обещаю,

Что ты самой счастливой будешь.

Если нет, то тебя умоляю

Не кори своим взглядом, не надо,

Не тяни за собою в омут,

Но меня ты чуть-чуть помни...

Я любить тебя буду - Можно?

Даже если нельзя... Буду!

И всегда я приду на помощь,

Если будет тебе трудно!

Голос Дани дрожит, вибрирует, проникая в меня каждым словом так глубоко, что я понимаю, что Яроцкий останется в моем сердце навсегда. Его рука, которая с силой сжимает мою ладонь, говорит о том, что Даня очень волнуется. Я открываю глаза и вижу, что он так и не отвел своего взгляда. И я настолько ошарашена его словами, что не могу ничего ответить. Хорошо хоть понимаю, что это Асадов, и что Яроцкий его выучил. Неужели подслушал разговор с бабушкой и сделал это ради меня?

- Ты подслушивал? – голос мне не повинуется, и я с трудом произношу такую несложную фразу.

- Случайно, - кивает Даня, - Насть, я без тебя не смогу. Мне ничего не надо в этой жизни. Ни проект, ни мечты, ни даже потребность есть и спать. Если ты очень хочешь, я тебя отпущу, но я сдохну тут без тебя.

В его голосе столько мольбы. Я никогда не видела Яроцкого таким уязвимым. Он сейчас переживал за каждый мои вздох и с какой-то дикой надеждой ждал моего ответа.

- И что мне с тобой делать?

- Просто не уходи.

Эмоции переполняют меня. И на лице даже проскальзывает улыбка. Не ожидала я от Дани таких проникновенных слов, да еще и моего любимого Асадова. И, кажется, я как влюбленная дурочка, поплыла. Нет, ничего не забыла, но уже знала, что просто так уйти от этой рыжей задницы я не смогу. Поэтому склонила голову на его плечо и расслабленно выдохнула.

Я не знаю, сколько мы так сидели, каждый в своих мыслях. Даня вырисовывал замысловатые узоры на моей ладони, а я просто слушала наши сердца, которые стучали в унисон.

- Тебя так долго не было, - нарушила я тишину.

- Угу. Искал тебя по всему зданию. Пришлось даже спуститься к охране и воспользоваться записью с камер.

- Ты видел меня?

- Угу. И как ты отреагировала видел. Но я правда не хотел, чтобы так все получилось. У меня совсем другие планы были на этот вечер.

- У меня тоже, - почему-то в голове всплывает разбитый Данин автомобиль и становится так стыдно за свою несдержанность. За то, что позволила одержать эмоциям верх над собой. – Дань, я не хотела машину разбивать.

- О, да, - Даня улыбается. – Теперь тебе точно придется остаться. Ведь кому-то надо возить меня в универ, потом на работу, а потом забирать домой.

Я думала Даня разозлится, когда я напомню ему об испорченном имуществе, но, кажется, ему все равно. А точнее он действительно никуда не хочет меня отпускать. И я снова таю. Как же мало надо, чтобы поддаться очарованию этого засранца. Всего лишь немного красивых слов и капелька внимания.

- Дань, я останусь, - несмотря на обиду, я очень хочу остаться.

Я не знаю, как у нас все сложится теперь с Даней, но я ему верю. И хочу дать шанс. Ведь если я уеду, то сама не смогу без него.

- Спасибо, Огонек! Я тебя не подведу, - его теплые губы робко касаются моей щеки.

- Цветы, рестораны, кофе в постель, и слова о своей безграничной любви, - диктую ему условия, хотя знаю, что мне ничего этого не нужно, лишь бы он был рядом.

- Я люблю тебя, - Даня сразу же начинает выполнять мои условия.

И я хочу ответить взаимностью, но не решаюсь и просто смотрю в его глаза.

- Ничего не говори. Я знаю, что мои чувства взаимны. Скажешь, когда захочешь. Не под действием эмоций –Даня словно прочитал мои сомнения, но я удивлена. С чего он вдруг решил, что его чувства взаимны. Неужели у меня все на лице написано?

- Откуда ты знаешь?

- Это мой секрет, - Даня улыбается.

- Давай без секретов.

Даня закусывает губу и прищуривает глаза:

- Точно хочешь знать?

- Конечно!

- Нууу, - тянет он время, - ты слишком болтлива, когда кончаешь.

Мой рот открывается в изумлении. Ведь этого не может быть! Да, я теряю связь с реальностью от близости с Даней, но ведь не настолько же, чтобы признаваться ему в любви.

- Чтооо?

- Угу, - кивает головой Даня и в подтверждение своих слов начинает меня изображать, - о, Боже, Даня, да, еще, я люблю тебя, да, пожалуйста, еще, еще!

Я бью его кулаком по плечу и краснею до кончиков волос:

- Ты лжешь!

- Огонек, да я самый счастливый муж на свете. Никогда даже не смел мечтать о такой отзывчивой жене. И пожалуйста, не смущайся. Мне очень нравятся твои иногда даже очень неприличные словечки.

Я издаю протяжный стон. Я столько времени потратила, ломаю голову, как сказать о своих чувствах, а оказывается, что Даня все давно знает.

Даня обнимает меня, крепко прижимая к себе и вдыхает запах моих волос.

- Я люблю тебя, ведьма. Люблю твою улыбку, смех, глаза, губы, люблю, когда сопишь или хмуришься, если не знаешь, как поступить. Люблю твои офигенные ноги и каждые девяносто. Ты в не только в моем сердце, но и в моей крови. Просто наполняешь меня жизнью.

И вот как от таких слов не сойти сума и не поддаться искушению. С трудом сдерживаю рвущее наружу признание. Хочется окунуться в любовь Дани с головой, но сегодняшние события сковали мою решимость. Не могу переступить через себя. Люблю его до одури, но так страшно довериться.

- Пойдем спать, - устало шепчет Даня.

- Дань, я пойду к себе.

- Наааасть! Нееет! Пожалуйста.

- Я не могу. Сейчас. - Я отстраняюсь от мужа и заглядываю в его глаза. – Мне нужно побыть одной.

- Насть, если ты думаешь, что я буду приставать к тебе, то нет. Я тебя очень хочу. И сейчас тоже. Всегда. Но обещаю, что и пальцем не прикоснусь, пока ты не скажешь: «Да».

- Дань, я верю тебе. Но я хочу побыть одна. Ты не даешь мне сосредоточиться.

Даня неотрывно смотрит на меня. А потом медленно склоняется к моему лицу. И когда до моих губ остается всего лишь пару миллиметров, останавливается. Ждет моего отказа. Но я замерла и не могу произнести ни слова. Не встретив сопротивления его теплые губы едва касаются моих. Нежно и медленно кончик языка обводит мою губу. И когда я готова принять его поцелуй, потому что не могу отказаться от его ласки, Даня немного отстраняется.

- Хорошо, - выдыхает он в мой рот, - но я тебя буду ждать. Всегда.

Я киваю головой, а потом Даня помогает мне встать и собрать разбросанные вещи в чемодан, ненадолго задерживая кружевную ткань моего нижнего белья в своих ладонях.

- Нравится? – не могу удержаться от шпильки.

Даня пойманный за неприличным занятием, начинает смеяться. Открыто и весело. Тем самым заставляя меня улыбнуться в ответ.

- Ох, милая, нравится – это совсем не то слово. И если ты сейчас же не скроешься в своей комнате, я наплюю на свои обещания и покажу, что я подумал об этой вещице.

- Меня уже нет, - прощебетала, таща тяжелый чемодан по коридору за собой. В запале своих чувств я даже не почувствовала его веса, а сейчас даже приходилось напрягаться.

А еще Данино «милая» тысячами колокольчиков звенит в моей голове. И этот звон мне по душе. Лучше, чем его ведьма. Спрятав улыбку и захлопнув дверь перед самым носом мужа, я наконец-то смогла выдохнуть. Конечно, мне было жалко смотреть на его грустную моську, но мне сейчас действительно нужно время, чтобы подумать.

Приняв душ и забравшись под одеяло, я поймала себя на мысли, что думаю не о Данином сегодняшнем поступке, а о том, что мне сейчас не хватает его. Я так привыкла засыпать рядом с ним, что мне теперь неуютно и мысли совсем текут в другое русло.

Боже, как же я непостоянна. Неужели любовь к этому рыжему парню сделала меня такой слабой и уязвимой. Ведь совсем недавно я ненавидела его и хотела сбежать на край света, а сейчас думаю о его объятиях. Его слова о любви ко мне и мой любимый Асадов срывающимся голосом, но ни разу не запнувшимся, моего мужа просто разбили мою ненависть на мелкие кусочки. Мне так хочется ему поверить. Хочется быть с ним рядом. Чувствовать его взгляд на себе. Слышать его рваное дыхание и жмуриться от его сладких головокружительных поцелуев. И я готова открыться ему и отдать всю себя, но картинки сегодняшнего вечера не дают мне полностью расслабиться. Я хочу верить в то, что у Дани ничего не было с Ликой. Ведь если было, то Даня лицемер и прекрасный актер. Так проникновенно просить прощение и умолять остаться – это нужно уметь. Я знаю, что Даня талантлив, но настолько же? Конечно, есть запись разговора, но мне не нужны голые факты. У меня сердце заходится в его присутствии. И мне нужны его чувства и эмоции. Настоящие, искренние. Мне нужно чувствовать, чтобы поверить. Поэтому ничего кроме того, чтобы дать ему шанс, понять насколько он серьезен и посмотреть, действительно ли он сожалеет о своем сегодняшнем необдуманном решении, мне не остается. Конечно, всегда есть вероятность того, что Данино прошлое может ворваться в нашу жизнь и снова ее испортить. Но, здесь уже мои барьеры. Мне нужно либо поверить мужу и принять его с его багажом, но при этом твердо знать, что я у него единственная раз и навсегда, либо заканчивать весь этот цирк с чувствами и признаниями и уходить в туман. Прислушавшись к себе, я понимаю, что без Дани я не смогу, и чаша весов перевешивает мои сомнения, но при условии, что Даня не играет. А чтобы это понять, мне нужно время. Совсем немного. Для того, чтобы перебороть свой страх перед неизвестностью. Перед болью, которую я испытала сегодня. В итоге, засыпая, я так и не поняла, что мне делать с Даней. В одном уверена, что люблю его до потери пульса и боюсь оказаться отвергнутой. И теперь не знаю, как быть?

Утром я проспала. В этот день у меня занятия на курсах начинались рано и едва успевала принять душ, привести себя в божеский вид и выпить кофе. Поэтому пулей кинулась в ванную. И, кажется, я не так много времени провела за водными процедурами, но когда вернулась, то ошарашенно замерла посреди комнаты.

Вся моя кровать была усыпана ромашками. Живыми желто-белыми солнышками. Их было так много, что я даже несколько раз моргнула, думая, что у меня глюк. Но нет.

Яроцкий пошел в атаку.

Приятно. До бабочек в животе. Но насладиться этой красотой не было времени. Но это не важно. Важно, что настроение запредельное и воспоминания о вчерашнем вечере уже не такие острые и больные.

Легкий макияж, чтобы скрыть вчерашнее разочарование, и высокий хвост, потому что на другое нет времени, я делаю под собственное мурлыканье. Как же мне мало надо для счастья? Натянув строгую юбку, водолазку и прихватив меховую жилетку, я спустилась вниз.

- Доброе утро, Маргарита Павловна, - глотаю уже готовый кофе, обжигая горло приятным послевкусием, - Даня не спускался?

- Доброе! Как же не спускался? Вон стоит на улице в одних шортах, любуется работой своей жены! На улице еще холодно, а ему хоть бы что, - отвечает Маргарита Павловна.

На ее лице ни одной эмоции. И я стараюсь тоже казаться беспристрастной.

Поворачиваю голову и вижу Даню и правда в одних шортах. Он стоит около разбитой машины, не обращая внимания на апрельский прохладный ветер. Его руки в карманах, спина напряжена и мне даже становится как-то неловко. Как он вообще вчера сдержался и не настучал мне по голове за свою тачку.

- Он тебя обижает что ли? – вкрадчиво спрашивает кухарка.

- А похоже? – я улыбаюсь ей в ответ своей самой лучшей улыбкой, делаю еще глоток и спешу на улицу.

- Ох, молодые! Один ветер у вас в голове! – слышу в спину причитания Маргариты Павловны.

Но не обращаю на них внимания. Ноги сами несут меня на улицу, несмотря на то, что страх взглянуть Дане в глаза такой сильный, что у меня леденеют ладони.

- Привет, - стараюсь чтобы мой голос звучал ровно.

Даня оборачивается на мое приветствие. Его глаза сканируют меня до самых внутренностей.

- Доброе утро, - на его лице растягивается приветливая улыбка. – Ты далеко?

- На курсы, - нервно сглатываю.

Даня молча отворачивается и снова смотрит на свою машину. Я тоже повторяю за ним. Зрелище впечатляющее. На ней нет живого места. Видимо, я вчера выплеснула весь свой негатив, потому что сейчас не чувствую ни вины, ни стыда.

Но сбежать хочется. Поэтому иду к своей машине, закидываю свой фотоаппарат и сумочку на заднее сидение, и когда уже заношу ногу в авто, чувствую руки Дани на своей талии. Муж разворачивает меня к себе, и руки сами ложатся на его плечи. Несмотря на утреннюю прохладу, кожа Дани горячая, мышцы под ладонями тугие и я ловлю себя на мысли, что мне нравится ощущать его жар на своих руках.

- А утренний поцелуй? – игриво спрашивает Даня.

- Блинн, нет Дань, - я знаю, что как минимум нас видит Маргарита Павловна. И вроде, как стесняюсь. Хотя от его слов ноги одеревенели.

- Насть, не отталкивай меня, пожалуйста, - игривость из голоса Дани исчезает и на смену ей приходит мучительная мольба, которая отражается еще и в его глазах, - делай, что хочешь, можешь еще раз мою машину расколотить, но только не отталкивай. Я всю ночь не спал. Мне хреново. Без тебя.

- Да нет же! Я не отталкиваю! Просто нас все видят. Ну, там охранникиии…

- Вчера тебя это мало беспокоило, - губы Дани скользят по моей щеке.

- А ты попробуй еще к кому-нибудь под юбку залезть! – напоминаю Дане о вчерашней выходке.

- Это было принуждение. А добровольно меня интересует только твоя юбка. Кстати, ты сегодня выглядишь потрясающе. Я бы тебя запер и никуда не выпустил.

- Слава богу, мы не в каменном веке, - не могу сдержать улыбку.

- Боже, Насть, что ты со мной творишь? – Даня зарывается лицом в мою шею и крепко прижимает к себе. – Когда ты вот такая холодная, неприступная, я вообще с ума схожу.

А я не такая уж и холодная. От его близости мне становится жарко. И я нервно сглатываю. Слабачка.

Даня поднимает голову и сверлит меня каким-то нежным душераздирающим взглядом. Его губы так близко от моих, что я просто не о чем не могу думать, как о поцелуе.

- Если поцелую, то с катушек слечу, - шепчет Даня, - если нет, то так и буду держать тебя тут до заката цивилизации.

А мне оно надо? Стоять тут, когда я опаздываю? И пусть причиной нашего поцелуя будет моя спешка, а не то, что я ног не чувствую и томительное ожидание заводит меня так, что мне плевать где мы и кто на нас смотрит.

- Целуй…

Даня в ту же секунду с хриплым стоном накрывает мои губы. Его язык тут же оказывается у меня глубоко во рту, подчиняя своей животной страсти. Его руки спускаются на ягодицы и с каким-то остервенением сжимают их, а потом прижимают к его бедрам, давая понять, что для Дани это не просто утренний поцелуй. Он хочет меня. А я ведусь. Как будто не два дня назад, а лет пять его не видела, не целовала и не сгорала, как мотылек в его руках.

Даня отрывается от меня и снова шепчет. Хрипло, сквозь рваное дыхание:

- Не задерживайся сегодня, милая. Я приглашаю тебя на наше первое свидание. В семь часов вечера. В гостиной. И еще Маргарита Павловна сейчас краснеет на своей кухне, наблюдая как твои руки сжимают мои булки.

- Яроооооцкий, блиииин! – надо же так обломать весь кайф.

Мне приходится убрать свои руки, которые не знаю, как оказались там, где он и сказал. А Даня отталкивается и уходит шаркающей походкой в дом, по дороге запустив пятерню в свою шевелюру, тем самым вызвав у меня довольную улыбку на лице. А может и не тем самым.

Все так же глупо улыбаясь, качаю вслед ему головой и отправляюсь на лекции, на выезде из дома даря двум каменным лицам охранников голливудскую улыбку. Позволяю хорошему настроению захватить меня и не отпускать весь день. После удивительного утра так не хочется забивать свою голову неприятными воспоминаниями.

А вечером, которого я ждала с нетерпением, хочу выглядеть потрясающе. Поэтому готовлюсь тщательнее, чем обычно. Предвкушение чего-то невероятного не покидает меня. Синее короткое платье с паетками, высокий каблук, вечерний макияж и крупные кудри, которые уложила в замысловатый узел на макушке. Не знаю, что задумал Даня, но хочется поразить своего мужа. И у меня это получается. Он оценивающе изучает меня с головы до ног, а потом улыбается, как чеширский кот.

- Ты просто супер, ведьма!

- Взаимно, рыжий! – и я не вру.

Синие брюки, белая рубашка, как всегда не застегнутая до конца и выгодно обтягивающая его мускулы, растрепанные волосы и дерзкий взгляд. Если бы не совесть, я бы облизнулась.

Мы приехали в ресторан морепродуктов на набережной. Не забыл, что у меня слабость к этому виду пищи. И это так приятно. Даня проводил меня в отдельную комнату с огромным окном в пол и волшебным видом на ночную реку и пристань.

На столе стоят свечи, цветы и ведерко с шампанским. Если Даня хочет загладить свою вину, то у него неплохо получается. Мои сомнения в нем рушатся только от одной романтической обстановки.

- Мы что-то отмечаем? – интересуюсь, пока Даня отодвигает стул и помогает мне сесть за стол.

Даня в ответ лишь улыбается и жмет плечами.

- Просто свидание, Огонек.

Он разливает шампанское по бокалам, а бесшумно появившийся официант, расставляет тарелки с нашим ужином. Ассорти из морепродуктов, тигровые креветки в соусе и салат с запеченным баклажаном и ростбифом. У меня слюнки просто текут.

- Я хочу сказать несколько слов, - говорит Даня, поставив передо мной бокал.

Мне почему-то волнительно и трепетно. И даже немного страшно. Наверное, поэтому я перебиваю Даню:

- Можно я скажу? – Даня удивленно смотрит на меня, а потом утвердительно кивает, - я хочу поднять тост за самого упорного, талантливого, перспективного и обязательно успешного ландшафтного дизайнера. За парня, который поставил себе цель и добился в ее достижении невероятного успеха. И я бы сделала это раньше, но просто этот парень немного накосячил. Но это не значит, что я не рада за него. Я просто горжусь его победой и считаю, что она заслужена по чести. За тебя, рыжий!

Дрожь в голосе выдает мое волнение, но Даня расплывается в улыбке и протягивает мне свой бокал с шампанским.

- Спасибо, Огонек! Для меня твоя поддержка дороже всех богатств.

Мы выпиваем, и я смущаюсь после своей пламенной речи, но Даня не дает мне закрыться и приступает к ужину, переводя беседу в другое русло.

- Ты сможешь взять перерыв на своих курсах?

- Причина?

- Мальдивы. Две недели. Только ты и я.

- Прямо сейчас?

- Да. Хоть завтра.

Я жму плечами. Предложение настолько заманчиво, что я, конечно, могу что-то придумать, ведь у меня ни одного пропуска, да и шарю я побольше остальных в этой теме. Не думаю, что мое отсутствие сильно отразятся на моих знаниях.

- Да. Могу.

Даня улыбается.

- Тогда теперь мой тост. Я хочу выпить за свое везение.

Я изумленно выгибаю бровь. Очень интересно, что на этот раз выдумал Даня.

- Мне безумно повезло со своей женой. Она красивая, умная, добрая, обворожительная, роскошная, непредсказуемая, трогательная, правда иногда делает поспешные выводы, но это мелочи. Ты – мой самый дорогой подарок от жизни! Я тебя очень люблю и просто безгранично счастлив, что ты есть в моей жизни.

Его слова разрываю мою реальность на атомы. Такие простые вещи, но такие пронзительные. От парализующего ощущения счастья я с трудом выдавливаю улыбку. И не знаю, что сказать. Но Даня меня снова спасает. Он встает, обходит стол, и садится на одно колено передо мной. И если я минуту назад думала, что Даня удивил меня своей речью, то я жутко ошибаюсь. Его следующие слова пробирают до мурашек:

- Выходи за меня замуж.

И пока меня посещает сотни мыслей, разрывает тысячи эмоций и возникает миллион вопрос, Даня берет мою руку и одевает на палец кольцо. Золотое с россыпью синих камней, если не ошибаюсь сапфиров. Оно идеально подходит по размеру и гармонирует с моим нарядом. Господи, я настолько ошарашена, что думаю не о внезапном предложении Дани, а о том, насколько кольцо подходит моему сегодняшнему образу. Скорее всего это защитная организма, потому что я не понимаю, что происходит. Все это так неожиданно и слишком трогательно. Даня смотрит мне в глаза, и я вижу там столько любви и нежности, что готова разреветься. Но муж не дает мне этого сделать. Он встает, тянет меня к себе и оставляет легкий поцелуй на губах.

Мне нужно что-то ответить, но я так растеряна. О каком выйти замуж он говорит, если мы уже зарегистрированы.

Даня прикладывает к моим губам палец:

- Тссс, Огонек. Ничего пока не говори. Просто послушай меня.

Я киваю, потому на что-то другое просто не способна.

Он возвращает меня на место и усаживается, напротив.

- Давай выпьем, - предлагает Даня, и я понимаю, что он тоже волнуется.

Я не чувствую вкуса шампанского. Просто делаю пару глотков, и смотрю, как Даня осушает свой бокал до дна.

- Я тебя очень люблю, Насть! Ты единственное, что мне нужно в этой жизни. И я хочу настоящий брак. С тобой. Навсегда. То есть без всяких договоров, временных ограничений. Хочу, чтобы мы сами к этому пришли, хочу жить с тобой и не думать, что завтра ты исчезнешь. Хочу каждую ночь засыпать с тобой, хочу ссориться по мелочам, а потом целовать тебя до потери пульса. Детей хочу, - все это время Даня смотрит прямо в глаза, и я вижу, что все это он говорит это серьезно, правда на одном дыхании, но совсем не шутит, и у меня в очередной раз мурашки по всему телу, - да много чего хочу, и буду самым счастливым человек, если ты согласишься. Но это только одна сторона медали. А вторая – меня берут в «Артлайт» на работу, я собираюсь поступать в университеты архитектуры и строительства. Но это не самое главное. Я собираюсь отказаться от денег отца, переехать в квартиру, и жить своим заработком и умом. Зарплата у меня будет не самая большая, но хватит чтобы прожить нам вдвоем. Просто не смогу тебе обеспечить тот уровень жизни, к которому ты привыкла. Возможно я не смогу первое время делать тебе дорогие подарки и водить по дорогим ресторанам и бутикам, но буду стремиться к этому. И любить тебя меньше не стану, это точно. Я, конечно, собираюсь развиваться, буду брать индивидуальные заказы, но пока смутно представляю, что и как у меня будет получаться. Конечно, я предполагаю, что отец не бросит меня помирать голодной смертью, но я больше не хочу зависеть от него. И знаю, что твои родители тебе помогают. Я не прошу тебя отказываться от их помощи, но и жить на их деньги я тоже не буду. Без обид. Будет сложно, но я должен это сделать. Я и так слишком много времени потратил на развлечения и беспечную жизнь, и, если бы не ты, вряд ли пришел к этому решению. Мне нужно самому чего-то добиться в этой жизни, и, если ты будешь рядом, я буду только рад. Поэтому, прежде чем ответить мне согласием, подумай и взвесь, готова ли ты идти со мной до конца. Стоит ли вообще игра свеч? Возможно, тебе лучше будет вернуться в столицу после истечения срока договора и вернуться к прежней жизни. Только не бойся, ведьма. Я за правду, какая бы она ни была. Я открыт, как книга. И говорю все, как есть. Мне будет чертовски больно принять твой отказ, я тут с ума без тебя сойду, но отпущу, если ты решишь уехать. Я приму твой выбор, каким бы он не был.

Я дрожу от Даниных слов, и даже кладу столовый прибор на стол, чтобы не уронить его. Такого мозгового штурма я от него не ожидала.

- Примешь мой выбор? Ты же вчера слезно умолял, чтобы я не уходила.

- Вчера случилось недоразумение, где я повел себя по-идиотски, а ты сделала неверные выводы. И было бы глупо ненавидеть, причинять боль друг другу, уезжать, расставаться из-за обоюдного недопонимания. А сейчас все серьезно. Я не хочу, чтобы ты была несчастна и винила меня в том, что я заставил тебя жить по другим меркам. А так и будет, если ты пойдешь на поводу у своих эмоций. Поэтому подумай хорошо.

Если честно, я в шоке от сказанного Даней и не могу сейчас ответить ему что-то вразумительное.

- На Мальдивы мы все равно летим?

Идиотка! Он теперь точно подумает, что я меркантильная и не соглашусь на его условия. Но в голове такая пустота. И в груди что-то жжется, пока не знаю, что, но точно ничего хорошего.

- Независимо от твоего решения. Это же подарок родителей. Но я хотел бы услышать твой ответ до поездки, - отвечает Даня с грустной улыбкой.

Скорее всего он так и понял мой вопрос, как я и подумала.

- А про детей ты серьезно?

Даня усмехается. Кажется, он сейчас разочарован во мне, как никогда.

- Ты не хотела бы?

- Не знаю, - и действительно не знаю.

Я люблю детей и очень хочу стать мамой, но вот эти вопросы сейчас не имеют значения. Я их задаю просто от сильнейшего шока.

- Если ты согласишься быть со мной, то не раньше, чем через два года. Нужно встать на ноги, определиться немного с будущим, да и мы не такие старые, чтобы прям сейчас обзаводиться потомством.

Я киваю.

- Давай ты обо всем подумаешь потом, а сейчас просто насладимся ужином и обществом друг друга, - предлагает Даня.

Ему легко сказать, хотя я вижу, как он переживает. И все это ему нелегко далось. И стараюсь его поддержать. Веду разговоры, отвечаю на вопросы, даже улыбаюсь. Ужин на вкус замечательный, обстановка потрясающая, но я не могу выкинуть из головы слова Дани. И с облегчением выдыхаю, когда мы покидаем ресторан. Но вместо поездки домой, Даня предлагает покататься на ночном пароходе. Я соглашаюсь, может быть апрельская прохлада и речной ветер наконец-то приведут мои мысли в порядок.

Мы выбрали открытые места на палубе, и буквально через десять минут начали дрожать от холода. Все-таки еще рановато для таких прогулок. Либо нужно одеваться соответвующе.

Даня прижимает меня к себе, окутав руками полностью мое тело. Мне сразу становится теплее. И надежно. Настолько, что я забываю обо всем и просто наслаждаюсь его близостью. Мы молчим, слушая как плещется вода в реке, но это не доставляет нам дискомфорта. Все как-будто так и должно быть. Все так правильно, что мне даже не верится, что у нас с Даней какие-то проблемы в отношениях.

На первой же остановке Даня тянет меня на берег:

- Слишком холодно.

А потом вызывает такси, которое появляется через пару минут, и мы снова в объятиях друг друга едем домой. Снова тишина, нарушаемая каким-то очередным хитом. И снова ощущение комфорта. Его теплое дыхание около моего виска, руки на талии – разве от этого можно отказаться.

Уже у двери около моей комнаты Даня ловит меня за руку и притягивает к себе.

- Я люблю тебя, - выдыхает он и снова целует.

В этот раз неторопливо, но с напором. Ласкает языком мои губы, а потом пробирается в рот. А я цепляюсь в его плечи и ноги подкашиваются от вкуса и сладости его губ. Я не знаю, в какой момент поцелуй перестают быть нежным и перерастает в яростный танец наших языков и губ, заставляя меня снова испытать острою потребность в Даниных руках. И Даня не заставляет меня ждать. Сжимает мои ягодицы руками, а затем и вовсе припечатывает к стене, демонстрируя свое желание. И когда я уже начинаю понимать, что хочу своего мужа и готова провести с ним эту ночь, наплевав на все, что между нами происходит, Даня отстраняется от меня:

- Спокойной ночи, Огонек, - его дыхание тяжелое, голос сдавленный, но все же он меня отпускает, - хорошие девочки на первом свидания не спят с парнями. Достаточно поцелуя на ночь.

Даня уходит, хотя я знаю, как ему трудно себя сдерживать. Но раз обещал, то не притронется ко мне. А я смотрю ему вслед, и вся дрожу от желания. Но в ту же минуту благодарна ему, что не дает мне пойти на поводу своих эмоций.

После душа забираюсь в кровать, но не могу сомкнуть глаз. Теперь, когда я осталась одна, вся информация, что вывалил на меня Даня за ужином, накрывает меня лавиной. Мало того, что я не знала, что делать с инцидентом с Ликой, так еще и нужно было делать выбор.

Дурацкое слово.

Но суть происходящего от этого не менялась.

Я выросла в обеспеченной семье. Никогда не была избалованной, но и отказывать себе например в повседневных мелочах не привыкла. Я всегда знала, что на моей карточке есть какая-та сумма и я могу себе позволить кафешки, магазины и различные мелочи, не задумываясь. Если покупка была из разряда дорогих, ее просто нужно было согласовать с отцом. И как бы все. Никаких проблем. И, конечно, я к этому привыкла.

Даня мне предлагал отказаться от этой роскоши. Готова ли я к этому? Буду честной, и признаюсь себе, что нет. А если нет, то это означало одно – после истечения срока договора я вернусь к своей прежней жизни. Развлечения, шмотки, путешествия. Только без Дани.

От этой мысли в груди начинает зарождаться тупая боль. Потому что мне не нужно все это, если его не будет рядом. Я сума сойду без него. И вся эта мишура не спасет меня от любви к мужу. Я же задохнусь без него. В подушку буду выть по ночам и ничего мне не заменит его присутствия в моей жизни. Мне уже плохо. Только от одной мысли, что нам придется расстаться. Как представлю, что больше нет этих сладких поцелуев, трепетных прикосновений, обворожительных улыбок – в дрожь бросает.

По-моему, ни о каком выборе не может быть и речи. Все и так очевидно. Даня – моя вторая половинка. Я без него ничто и никто.

И если понадобится, я дам ему миллион шансов. Буду рядом, пока хватит сил. И если он действительно меня любит, то не вижу причин для того, чтобы расставаться.

Не буду врать, мне страшно. Страшно, что однажды кто-то появится на его пути, кто сможет подвинуть его любовь ко мне. Страшно, что однажды он отвергнет меня. Но не страшнее, чем остаться без него. Потому что моя любовь настолько сильная, что я за ним готова сквозь ветер и морозы, через боль и слезы, и уж точно меня не остановит отсутствие материальных благ. Я верю ему, я доверяю. Не потому что умом понимаю, а ну уровне инстинктов и рефлексов чувствую, что он меня любит и никогда не обидит. И хочу, чтобы он знал, что все это взаимно.

Сажусь на кровати и больше не хочу терять ни минуты. Он должен знать о моих мыслях и чувствах прямо сейчас. Не задумываюсь и иду к его комнате. Я должна ему все сказать. Прямо сейчас.

Стучу в дверь в его комнату, и открываю ее. Дани нет. Даже постель не расправлена. Надеюсь на то, что он внизу.

В гостиной полумрак. И комната освещается лишь светом от уличных фонарей.

Даня стоит около окна и смотрит во двор. Опять в своих шортах с обнаженной спиной. Руки в карманах, а плечи напряжены. Ожидание, похоже, сводит его с ума.

Я кралась довольно бесшумно и почти подошла вплотную к своему мужу, но Даня все равно заметил меня в отражении стекла. Он обернулся, когда мне оставалось до него пару шагов. Его взгляд пробежался по мне, задержавшись немного на груди, а потом на ногах, заставляя сбиться мое дыхание.

- Ты чего не спишь?

Блин, я казалась себе такой решительной мгновение назад, а теперь дрожу от волнения. Слава Богу, не от страха. Теперь я точно ничего не боюсь.

- Я тебя люблю, - выпаливаю прямо в его глаза.

Всего секунда и Даня притягивает меня к себе.

В темноте не видно эмоций, но блеск глаз не удается скрыть ни мне, не ему.

- Еще раз, - выдыхает он.

- Я люблю тебя.

Даня прижимает меня к себе и зарывается лицом в мои волосы.

- Ты даже не представляешь, как я счастлив. Настолько, что не могу себя контролировать. Даже дрожь не могу сдержать.

Даню и правда потряхивает. Черт, и это так приятно. Приятно, что я вызываю у мужа такой шквал эмоций. Именно его реакция говорит о том, что все по-настоящему.

Отстраняюсь от него и снова заглядываю в глаза.

- Я согласна выйти за тебя замуж.

- Насть, я...

- Нет. Ничего не говори. Я люблю тебя очень. Ты иногда бываешь заносчивым и ведешь себя отвратительно, но я без тебя не смогу, - шепчу своему мужу, потому что голос пропал, - ты невероятный и самый лучший для меня. И мне все равно, где и как мы будем жить, если ты меня любишь и не будешь обижать, я тебе готова патроны подавать.

Даня счастливо улыбается.

- Господи, спасибо тебе за это создание, - он поднимает голову к потолку, а потом снова обращается ко мне, - я обещаю, что сделаю все, что в моих силах, чтобы ты была счастлива со мной.

- Просто будь со мной.

- Люблю тебя. До одури.

Я киваю, как китайский болванчик. Кажется, я снова на грани того, чтобы снова заплакать. И чтобы как-то отвлечься от той нежности, что переполняет меня в это мгновение, я снова высказываю Дане свои мысли:

- А еще я не очень хорошая девочка. В смысле хорошая. Но на первом свидании….

Даня не дает мне договорить. Он улавливает мою мысль раньше, чем я успеваю закончить предложение и накрывает губы в дерзком, жадном поцелуе. Его руки тут же подхватывают меня под ягодицами. И через пару шагов он приземляется на ближайшем диване, не разрывая танца наших языков.

- Не донесу тебя до кровати, на лестнице уже буду в тебе, - шепчет Даня и толкается бедрами между моих ног, срывая с моих губ протяжный стон.

Моя пижама и Данины шорты не скрывают его желания, и я чувствую, как тягучие спазмы начинают закручиваться в моем животе.

Даня стягивает с меня топ и припадает губами к моей обнаженной груди. Его рот так глубоко втягивает мой сосок, что я вскрикиваю и как безумная начинаю тереться о его бедра. Желание просто невыносимое. И мне уже в этот момент кажется, что я на грани. Но Даня даже не думает останавливаться и продолжает поочередно терзать мои груди, облизывая и посасывая их.

Его горячая кожа обжигает мои ладони, передавая электрические импульсы по всему телу. И когда я начинаю похныкивать от невозможности терпеть его ласки, Даня приподнимает меня и стягивает шорты вместе с трусиками. Чертовски неудобно, поэтому я помогаю ему стянуть с себя одежду. Даня доверяет мне продолжить это дело самостоятельно, а сам избавляется от своих шорт и боксеров. Мне приходится слезть с него, но как только наша одежда летит в сторону, Даня возвращает меня в прежнее положение – заставляет снова оседлать себя.

- Прям так? – эта позиция для меня новая и мне немного страшно.

- Угу, хочу видеть тебя всю, - отвечает Даня, проникая рукой между моих ног.

Его пальцы раздвигает мои складки и тонут в липкой влаге, заставляя меня вздрагивать от такой ласки.

Мысли покидают мою голову, а когда его руки притягивают мою голову к себе, то я вообще ничего не ощущаю. Кроме его жадных губ и пары пальцев внутри меня. Слишком остро и слишком крышесносно. Я теряю контроль над собой и бесстыже начинаю насаживаться на его пальцы.

Я даже не понимаю, когда пальцы Дани сменяет его член, проникнувший так глубоко, заполнив собой меня до отказа, заставляя прикусить губу.

- Больно? – хрипит Даня.

- Нет. Покажи мне, как надо…

И Даня показывает. Он подхватывает меня под ягодицы и приподнимает, а потом снова отпускает. Наверное, я все схватываю на лету. Потому что его руки перемещаются на мою талию и уже не контролируют процесс. Я сама задаю темп и глубину наших движений, при этом немного отстранившись от него, чтобы видеть его глаза. А там столько огня и страсти, что я понимаю, что это не просто секс, а нечто большее. Больше, чем просто физический контакт. Это на столько личное, настолько связывающее нас, что я теряю разум и отдаюсь ощущениям.

- Не закрывай глаза, хочу тебя видеть, - просит Даня.

И я подчиняюсь. Глаза в глаза. Одно дыхание на двоих. Наши стоны перемешаны, руки переплетены. И когда понимаю, что сейчас меня разорвет на атомы, Даня прижимает меня к своим бедрам и заставляет остановиться.

- Не успею, - он качает головой и тут же опрокидывает меня спиной на диван. Раздвинув мои ноги на максимально возможное расстояние и устроившись удобнее между моих бедер, Даня снова входит в меня. Так медленно, что я начинаю ерзать под ним. – Сейчас, милая, сейчас.

После своих слов Даня теперь командует парадом. Каждое его движение резкое, глубокое, о при этом он не торопится. Он вдалбливается в меня, выходит, делает передышку и снова он во мне. Это просто улет. Я хнычу, умоляю его дать мне разрядку. И когда Даня ускоряется, то срываюсь и проваливаюсь в разноцветную нирвану, где мое тело дрожит, извивается от полученного оргазма, а приятное тепло заставляет парить в каком-то неизвестном мне космическом пространстве. Я настолько потеряла связь с реальностью, что даже не слышала и не поняла, когда Даня пришел к финишу. Лишь его сбившееся дыхание, которое он уже пытался контролировать, и обжигающее тепло его семени на моем животе говорило о том, что Даня тоже кончил.

Он некоторое время держался надо мной на локтях, а потом просто свалился на мое тело, прижимая своим весом к дивану.

- Вообще нету сил, - пробормотал он, - потом помоемся вместе. Просто не ожидал уже тебя здесь увидеть сегодня. Да и эти игры в успею, не успею до добра не доведут.

Сил отвечать не было, да и не особо я соображала, чтобы что-то сказать в ответ. Но мой язык сам отреагировал на его мысли.

- Завтра запишусь к гинекологу и начну принимать таблетки. Я это вслух сказала?

Даня смеется, уткнувшись в мою шею.

- Идеальный диалог двух влюбленных.

- Сейчас исправлю. Я люблю тебя, Яроцкий.

- Я люблю тебя, Яроцкая.