Глава 48

Фил

- Надо на вышку поступать, – говорю, искренне надеясь, что Герман ничего не жует в этот момент, а то он подавится, а мне его еще откачивать.

- У тебя все хорошо? Тебе напомнить, как в девятом классе ты орал «Ой, на хер вашу вышку?».

- Времена меняются. Всю жизнь на дипломе шараги просидеть не получится.

- А как ты будешь все успевать?

- Никак. С ума сойду, если буду на двух работах, с учебой и с Таней. Я и так ее не вижу вообще, по три часа спать вместе – не, ну это херня, я на такое не подписывался.

Ухмыльнувшись, друг заваливается прямо на свой кухонный диванчик и закидывает руки за голову.

- Вот с одной стороны, завидую, что у тебя все так насыщенно, с другой – мне и батька хватает. Задрал уже работой закидывать.

- Гер, все взрослые люди работают. Это нормально. Он и так с тобой еще по-божески.

- Да я понимаю, мне грех жаловаться, по сравнению с тобой я в шоколаде. А меня все равно бесит.

Все вокруг бесить его начало с того момента, как в его квартире появилась Алена. И хотя он сам говорит, что это «так, ерунда, она просто красивая», но сам же и раздражается теперь от любой мелочи. А когда говорю — ну давай, рискни, почему бы и нет? Прячется в кусты.

- Давай я найду ее номер, – предлагаю в очередной раз.

- Слушай, отстань, а? У нее мужик есть. Ты сам сказал.

- Так и у Тани был. И ничего, как видишь, больше нет.

- Они разные, Таня твоя и Алена.

- Разные. И что дальше? Все люди разные. Мы тоже с тобой разные, и ничего, всю жизнь дружим.

- Ой, ну ты сравнил нас с ними, – отмахивается от меня, как от назойливой мухи. – Танька твоя – скромняжка такая, а эта… Там пипец похлеще меня будет.

- Тебе же это и понравилось?

- Да. Но без шансов, бро. Надо просто расслабиться.

И что, уговаривать его? Меня вот никто не уговаривал. Мне хотелось, я делал. Всегда был шанс, что Алехина могла бы меня послать. Я только сейчас заметил, что и фамилия у нее говорящая, как для меня специально. Ну и это ничего страшного, потом все равно моя будет, только позже.

Загонов у меня тоже до фига и больше. Например, где мы будем жить с Таней в долгосрочной перспективе? У нее? А что за мужик, который приходит к женщине? Я не хочу, чтобы она считала меня альфонсом. Да, я знаю, мать не будет против, если я со своей девушкой буду жить у нас, но по факту квартира все равно принадлежит маме. И если она однажды уйдет от своего мужика, вернется домой и будет права. На ипотеку реально пока денег нет, из трусов не выпрыгнуть, даже если очень бы хотелось.

Короче, жених из меня, может быть, и не очень крутой. Вышки нет, работаю в автосервисе, машина так себе, жилье – и то мамино. Зато люблю ее. Люблю так, что без нее вообще уже не вариант, не смогу и подохну от тоски. Она думала, я слишком молод еще, да только в этом мое преимущество. Я еще всего своего добьюсь, что задумал, и горы сверну, и до Луны достану, если она будет помогать. Если хоть раз от нее услышу «люблю», то все, накроет, наверное. Я уже порадовался и тому, что решила познакомить с родителями. Значит, все-таки зря сомневался. Влюбилась она, но сама не понимает еще до конца.

Ничего, поможем. У меня свой подход, и с ней он отлично работает. Да, порой из Тани надо вытаскивать ее эмоции и честные признания, но блин, оно того стоит. Если растопить маску снежной королевы, получаешь нереальный эффект.

Мы с Гером молчим, и знаете, это тоже важное качество друга, когда с ним комфортно просто молчать, а не трепаться каждую минуту. Нашу тишину нарушает скрип двери, Лина пришла. Она стала похожа на меня – работает с утра до вечера, съемки, реклама, курсы, поездки. Очень работоспособная и целеустремленная девчонка, добьется своего.

- Привет, Филь, – уставшая, но все равно очень красивая Линка заходит на кухню и наливает себе воды. – Гер, ты даже макароны нам на ужин не сварил? Я же просила. Я устала, как собака, а тебя отец отпускает чуть ли не после обеда. Ну неужели сложно помочь мне?

- Не бузи, сейчас все сделаю.

- Да уже мог бы сделать!

- У меня гости, вообще-то, – с таким пафосом заявляет Гер, как будто к нему пришел губернатор, а не я. – Не кричи, зай, все сделаем.

- И вот так каждый день, – Шацкая жалуется мне на своего братца, хотя это все стабильно.

Герман, к сожалению, от природы страдает ленью и живет совсем не так, как мы с Линой. Думаю, время все расставит по своим местам, и дружочку придется стать работящим и серьезным, как его отец.

- Ладно, близняшки, я пошел. Ужинайте, приятного аппетита. Мне уже пора.

- Я провожу, – вызывается Лина и взглядом заставляет брата оторвать попу от дивана, чтобы набрать уже воды на макароны. Гер шлет мне воздушный поцелуй, дурной мой, а я вместе с Линой иду обуваться.

- Ты успеваешь отдыхать, Филь? – спрашивает у меня Шацкая, когда я уже стою в дверях.

- Честно? Нет. И думаю, ты тоже. Но ты все равно красотка, даже когда видно, что устала.

- Спасибо, – улыбается мне, не кокетничая. Говорю же, Линка уже давно как сестра. – Кстати, ты тоже отлично выглядишь. Все-таки, что любовь с людьми творит! А вот брат мой совсем расклеился и разленился.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Сказать ей, почему? Не думаю, что это хорошая идея. Хоть она для Германа и есть самый близкий человек, но пусть они разбираются между собой. А Гер… кто его знает, может, он страдает не из-за Алены. Может, бездельнику просто жить тяжелее, потому что времени много лишнего. Но бездельником, конечно, я его называю, любя.

- Всё нормально с твоим братом, – соскакиваю с темы, потому что Герман в состоянии рассказать про себя сам.

- Фил, ты же любишь ее?

Вопрос внезапный. Хотя логика, определенно, есть. Раз я выгляжу хорошо, значит, влюблен.

- Люблю.

- Она называет тебя Лешей.

- Я ей как-то сразу так представился. Для меня это важно, да и самому нравится. Знаешь, как будто она для меня особенная. И я для нее.

- Я всегда знала, что ты выберешь себе кого-то крутого, Филиппов, вот уверена была! Берегите теперь друг друга.

- А ты – своего братца, – улыбаюсь, обнимаю ее на прощание и выхожу.

Я уже хочу домой. Таня сегодня была на выезде где-то, сказала, что вернется ближе к вечеру. Поэтому я и решил заехать к Геру, который вечно ворчит, что я про него забываю. Ну как маленький, честное слово. Мне бы про себя не забыть в этой круговерти, когда скачешь между двумя работами и пытаешься уделять как можно больше внимания своей девушке. Я, кстати, звоню ей, спрашивая, не надо ли ее забрать от Правительства, но ее сердобольный смешной водитель Валентинович, который на днях умудрился со мной познакомиться, уже отвез Таню домой.

А познакомились мы, когда вместе с Таней выходили с утра из дома, и Валентинович стоял около служебный машины и курил. Я, разумеется, как парень не очень стеснительный, набросился на Таньку и начал целовать, а дедок наш закашлял. А потом признал во мне того самого парня с шиномонтажки, который полтора месяца назад лечил ему колесо. К удивлению Алехиной, мы с дедулей быстро спелись и нашли общие темы для разговора, и в итоге Танька в то утро чуть не опоздала на работу.

Приезжаю к ней, уже по привычке открываю дверь своим ключом и захожу в прихожую, где стоят мои вторые кроссовки, а в шкафу висят мои ветровка и толстовка. Короче, дом начал как-то постепенно перетаскиваться к Тане. Хотя бывает и такое, что мы ночуем у меня.

- Привет, – Таня встречает сразу, улыбаясь мне. Она еще даже переодеться не успела, стоит в своем офигительном розовом брючном костюме, в котором она похожа на самую крутую на свете бизнес-леди. – У Германа был?

- Да, заехал на полчаса, так, чисто потрындеть.

- Ужинать будем? Там курица со вчерашнего дня. Сам понимаешь, больше ничего не успела.

И еще оправдывается? Глупость какая. Я в принципе в шоке с того, что со своим сумасшедшим графиком она еще и готовить иногда успевает. И делает это очень даже вкусно.

- Я сам погрею, иди переодевайся, – по дороге на кухню успеваю поймать ее и чмокнуть в макушку. Если бы присосался, то все. Меня и так от ее розового костюма вставляет, а тут еще вечер, мы целый день не виделись… Боюсь, мы бы и не дошли до еды вообще…

После ужина принимаем душ по очереди и перебираемся в комнату, чтобы перед сном поваляться под какое-нибудь кино. Это все же невероятный кайф – быть с ней весь вечер, а не с четырех часов ночи до половины девятого утра. Таня, нацепив свою любимую домашнюю футболку, укладывается практически полностью на меня, щелкает пультом и выбирает чуть ли не первый попавшийся фильм из предложений онлайн-кинотеатра. Мне вообще кажется, что нам сейчас все равно, что будет идти фоном, потому что мы просто хотим побыть вместе, и это важнее всего остального.

- В субботу мама и папа ждут нас. Тебе удобно?

Оп. Нежданчик. Точнее, я ждал, мы же только недавно об этом говорили, но я не думал, что Таня так быстро решится.

- Удобно. А они там как, не в шоке?

Ее мой вопрос не смутил, хотя она подумала немного перед ответом.

- Лёш, возможно, им понадобится немного времени, чтобы привыкнуть к тебе, но ты им понравишься, я почему-то в этом уверена, – подтягивается еще ближе ко мне, губами почти касаясь моей щеки. От этого физического контакта, от ее запаха меня опять штырит. И понятно, что Таня не подрывается, почувствовав вдруг, как я на нее реагирую, не маленькая девочка же. Но она дотрагивается губами до щеки, оставляя очень легкий и нежный, короткий поцелуй, после которого мне хочется уже намного больше. И целовать ее сразу хочется совсем по-другому.

- Я просто могу покорить кого угодно, – выдаю с ухмылкой.

- Кажется, так и есть.

- Думаешь?

- Меня ведь смог.

- Окончательно и бесповоротно? – нет, ну а что? Пусть ответит.

- Да. Окончательно и бесповоротно.

Ничего такого она не сказала, а у меня такое чувство, будто время остановилось, и мы с Таней оказались в особом отрезке, где кроме нас никого нет. И будто эта секунда будет длиться целую вечность.

- Скажи еще раз, – настаиваю.

- Я тебя люблю.

- Что?

- Люблю тебя. Я ведь этого не говорила? Но зачем молчать, если эти слова уже назрели. Я тебя люблю. Это правда.

У нее слова только-только назрели, а у меня – закончились.

Просто обнимаю, просто прижимаю к себе, просто вдыхаю запах ее волос как помешанный. Не могу ничего сказать, дар речи пропал как будто. Но я отвечу на это признание, укрыв ее в своих объятиях от всего мира. И физически, реально, и в самом общем смысле, защищая ее от всего, от чего только смогу.

Потому что я счастлив. Стоило же рискнуть в самом начале и поцеловать тогда еще чужую девушку из совсем другого мира? Стоило. Главное не то, кем ты являешься, как живешь, где работаешь, чем дышишь. Главное – то, как сильно ты любишь и что можешь сделать ради того, кому эта любовь адресована.