Глава 17.1

Заскочив в круглосуточный магазин на первом этаже, покупаю бутылку красного вина, сырную и колбасную нарезки и упаковку винограда. С пустыми руками заявиться в гости с ворохом шокирующих новостей попросту стыдно и непривычно. Что я ей скажу? «Настя, я влюблена в Диму! Лиза и Никита ничего не знают, как и сам Дима, которому я не нужна!» – усмехаюсь себе под нос. Обалдеть, я круглая идиотка! Может, ещё не поздно уехать домой? Нет, это будет глупо. Раз приехала, нужно идти. После короткого звонка дверь сразу открывается, и на пороге меня встречает удивлённый и полный недоумения взгляд. – Что-то случилось? – спрашивает Настя, беспокойно бегая глазами по моему лицу. – Пойдем на кухню. Резкими движениями скидываю пуховик, шапку и сапоги. Беру пакет с покупками и направляюсь на звук закипающего чайника. – Сегодня вместо чая вот это. Выставляю на стол набор «отчаявшегося человека» и мешком валюсь на стул. Она молча смотрит на меня, склонив голову набок. Затем всё-таки достает штопор из выдвижного ящика и откупоривает вино, пока я открываю вакуумные упаковки с закусками. – Леа, не пугай меня, что-то произошло? – Разливает по бокалам. Драматически выдерживаю паузу – всего мгновение – и наконец произношу: – Мне кажется, я влюбилась в Диму. Вот я и призналась. Кручу бокал в руке, всматриваясь в красную жидкость, будто там плещется какая-то морская живность. – И когда ты это поняла? – совершенно спокойно, словно всё под контролем, задаёт вопрос Настя. – Когда он ночевал в доме моих родителей… – Делаю глоток холодного вина. – Это было месяц назад, а сегодня что произошло? – Аккуратно присаживается на стул, придвигаясь ближе ко мне. – Ничего, – нагло вру. О проблемах Димы, свидетелем которых я не должна была стать, рассказывать не хочу даже близкой подруге. – Просто увидела его случайно в парке и почувствовала… – Что он тебя сильно волнует? – договаривает за меня подруга. – Да… – Делаю большой глоток, сердце бешено колотится, отбиваясь в пятках. – Я поняла, что он пизд*ц как меня волнует. Я с Нового года борюсь со своими чувствами, и мне кажется, чем больше я борюсь, тем хуже становится. Настя стеклянными глазами смотрит в окно позади меня, растирая ладонью лоб. – Дурная моя голова, да? – натянуто смеюсь. – А до этого как ты его воспринимала? – задумчиво спрашивает. – Ты же помнишь, – улыбаюсь одним уголком рта. – Помню. – Он мне сразу понравился, – признаюсь. – Но Дима меня не воспринимает как девушку. Ну и самое главное – он встречается с Лизой, а я живу с Никитой. Я не могу его бросить ради какого-то наваждения, существующего только в моей голове. – Это все лирика, – отмахивается подруга от моих слов. – Ты не дурная, и, наверное, осознаешь, что одновременно двоих любить невозможно. – Я не знаю… – Признайся наконец сама себе, Леа? – Настя заглядывает в мои глаза с большой осторожностью. Вероятно, боится спугнуть момент истины. – Ты хочешь сказать, что я не люблю Никиту? – сдавленно спрашиваю, будто от её ответа зависит моё будущее. – Да, именно это я и хочу тебе сказать. Ты никогда не любила Никиту, понимаешь? Мотаю головой, уходя в отрицание сказанного подругой. Что за бред? Как это… я никогда не любила Никиту? Всегда любила! Любила же? – Ты не права, – начинаю спорить. – Никита добрый, заботливый, умный, красивый. Мне с ним хорошо! – Ответь мне на один вопрос, пожалуйста. Представь, что Никита тебя бросает, неожиданно заявив о любви к другой. Что ты испытываешь от одной мысли об этом? Я никогда не думала о таком исходе. Даже не представляла, что Никита может меня бросить. Абсурд какой-то. Сейчас я мысленно пытаюсь заглянуть внутрь себя и отыскать скрытый отсек, отвечающий за ревность. – Я… ну… очень неприятно… Морщу нос, почёсывая его кончиком пальца. Я в замешательстве. Внутри не дерёт от мысли, что сердце Никиты может принадлежать другой женщине. Но я списываю стабильное спокойствие на то, что не сомневаюсь в его истинных чувствах ко мне! – Сама мысль, что тебя предпочли другой, просто отвратительна. Её сложно пережить, но ничего общего с любовью это не имеет, – подытоживаю, пытаясь перехитрить саму себя. Настя посылает мне снисходительную улыбку, как дурочке, которая ничего не понимает во взрослой жизни. – Ещё что чувствуешь? – Предательство, удар по самолюбию. В нашем с Никитой случае мне пришлось бы полностью перестраивать быт … – Леа, – останавливает меня лёгким прикосновением руки. – Знаешь, что я чувствовала, когда меня Влад бросил? – Ммм?.. – Я думала, что умерла в тот же момент, когда он сказал, что уходит к бывшей. Моё сердце перестало биться и запустилось снова только через несколько лет, когда боль от предательства немного поутихла. Я отчётливо помню тот день, когда Настю бросил жених накануне свадьбы и со словами «Прости, я мудак, но я должен уйти» укатил в багровый закат. Хуже всего то, что изначально Влад был её лечащим врачом (у Насти с детства проблемы с лёгкими) и она к нему сильно привязалась. Казалось, он её безумно любил, но неожиданно ушёл к бывшей… Прошло уже шесть лет, а сердце Насти до сих пор закрыто на сто замков и щеколд. Конечно, она не ходит монашкой и встречается с парнями, но снова влюбиться она так и не смогла. – Может, я, как Лиза, путаю физическое влечение с влюбленностью? – с долей сомнения озвучиваю внезапно возникшую мысль. – Всё может быть, но подумай прежде всего над моими словами. Солнышко, разберись со своими чувствами к Никите. Киваю, как сломанный китайский болванчик, и осушаю бокал до дна. – Насть, а ты бы простила Влада, если бы он захотел вернуться?.. Я спрашиваю чисто теоретически, – добавляю в своё оправдание за неприятный вопрос. – Ты смогла бы его простить? – Я раньше часто думала об этом, – рвано выдыхает, пряча глаза в бокале, и прикусывает щеку изнутри. – Первое время даже ждала, когда он приползёт и начнёт умолять простить его. А я бы раз за разом требовала подвигов… Но он не пришёл. А потом я вспомнила, как он оставил меня в пустой квартире наедине с ледяной глыбой боли и ни разу не надетым свадебным платьем… И, ты знаешь, я просто поняла, что он меня недостоин. Банально, но помогло. Ухожу от подруги целиком переформатированной, как жёсткий диск, и с непонятным едким чувством на душе, будто на мне только что поставили эксперимент. В словах Насти есть доля истины, но полностью их впитать в себя и переварить я пока морально не готова. Уход от Никиты, с которым мне хорошо и комфортно, кажется дикостью и инфантилизмом, так что я прячу эту мысль в самый дальний ящик. Зато о невозможности испытывать одинаково сильные чувства к двум мужчинам одномоментно я задумываюсь всерьёз – настолько, что проезжаю свою остановку, теперь я вынуждена возвращаться домой пешком в морозной вечерней темноте.