Глава 13. Запретный декабрь

Начало декабря

Дарио

Я появляюсь у кабинета Тео перед утренней тренировкой и впервые не вламываюсь, а тактично стучу в дверь.

— Войдите.

— Привет. — Я переступаю порог и тут же сталкиваюсь с холодным взглядом брата, устремленным на меня исподлобья.

— Привет? — Тео вопросительно изгибает бровь. — Я ожидал услышать приветствие раньше. Хотя бы на мой пятый звонок, который остался неотвеченным. Ты игнорировал меня все выходные, Дарио. А теперь приходишь и говоришь «привет»?

— У меня были важные дела.

Не дожидаясь приглашения, я самостоятельно усаживаюсь в кресло напротив Тео. Не собираюсь ходить вокруг да около. Мы оба знаем об истинной причине этого неизбежного разговора. Поэтому я смело заявляю брату прямо в лицо:

— Я был с Астрой, — произношу твердо и замечаю, как ладони Тео напрягаются и впиваются в деревянную столешницу. — Для меня это важно. — Наблюдаю, как в ясных голубых глазах скапливаются грозовые тучи. — Она важна для меня, Тео. И тебе придется с этим смириться.

— Я не собираюсь ни с чем мириться! — грубо отрезает он в несвойственной себе манере. — Тебе что, сперма в голову ударила?! Поэтому отключился мозг?! — Тео повышает тон. — Она твой тренер, Дарио!

— Да неужели?! — ехидно усмехаюсь я. — Так значит, тебя только это волнует?

— На что ты намекаешь? — скалится Тео.

— Я не намекаю. — Слегка привстаю, упираясь ладонями в противоположный край стола, и придвигаюсь ближе. — Я знаю, о чем говорю. Астра мне все рассказала.

В кабинете повисает пауза. Спина Тео медленно возвращается в исходное положение, прижимаясь к спинке кресла. Мы смотрим друг на друга, не моргая. Напряжение в воздухе ощущается каждой клеткой кожи — если один из нас дернется, его шарахнет током.

Конечно же, я лгу. Астра ничего мне не говорила. Но Тео сам виноват. Он сам дал мне десяток причин заподозрить его и Астру в тайной связи. А последняя фраза, брошенная мне в ее доме, окончательно подтвердила мои опасения.

«Это ты ни хрена не знаешь, Дарио. Ни хрена не знаешь о нас с ней».

Теперь я делаю вид, что знаю. И Тео сам выдаст мне их тайну. Надеюсь, после признания я смогу сдержаться и не размолочу ему лицо.

— Не ожидал? — подстрекаю я на откровенность. — Нечего ответить?

— Зачем она тебе это рассказала? — Голос Тео подрагивает, а взгляд больше не источает злобу. Кажется, он удручен и разочарован. — Наше прошлое касается только меня и Астру.

Прошлое?

Я озадачен, но стараюсь не подавать вида. Я ведь действительно думал, что они закрутили интрижку, как только Астра устроилась работать в колледж. Но, оказывается, их связывает нечто большее? У них есть какое-то общее прошлое?

— Мы с Астрой договорились не лгать друг другу, — с напускной уверенностью заявляю я, когда сам уже закипаю от гнева. Тео еще ничего не выдал, а я уже успел накрутить себя до такой степени, что чувствую, как бурлит в венах кровь.

Тео поднимается на ноги и, развернувшись ко мне спиной, подходит к окну. Его молчание только накаляет и без того напряженную обстановку. Я едва держу себя в руках.

Какого черта он до сих пор молчит?

Что было между ним и Астрой?

Когда это было?

Десятки вопросов кружат в моей голове и впиваются клыками в мозг. Жрут его. Упиваются. А я готов взвывать от боли.

Мне нужна правда. Иначе я свихнусь.

— В общем, я здесь только для того, чтобы прояснить ситуацию и защитить Астру. — Усмиряя пламя внутри, встаю со стула. — Мы с ней в отношениях. И я перегрызу горло любому, кто посмеет навредить или прикоснуться к ней. Понял? А если ты настучишь на нее ректору… Тео, поверь, я превращу твою жизнь в ад.

— Заткнись! — внезапно прикрикивает Тео, поворачиваясь ко мне лицом. — Как ты мог вообще об этом подумать?! Я бы никогда не коснулся Астры, если бы она сама того не захотела. И уж тем более не навредил бы ей.

Грудная клетка Тео часто вздрагивает. Челюсти плотно сомкнуты. Вены на шее взбухли и пульсируют.

Кто она для него?

Я не успокоюсь, пока не выясню правду.

Внутри меня будто лопается пузырек с ядом. Кровь и внутренности пропитываются токсичным веществом. Оно просачивается наружу вместе с самыми низменными чувствами. Боль. Гнев. Ревность. Зависть. Бурлящая смесь травит меня изнутри и вкачивает вредоносную дозу в мозг. Мне хочется придушить собственного брата. Выдрать из грудной клетки его сердце, где засела Астра, и разорвать на куски.

Она моя.

Тео может отобрать у меня дом, семью, мечту и даже личность, но Астру я не отдам. Даже если их что-то и связывает, она все равно будет принадлежать только мне.

«Я бы никогда не коснулся Астры, если бы она сама того не захотела. И уж тем более не навредил бы ей».

— Серьезно? — усмехаюсь я, прищуриваясь. Жду реакции Тео, а затем вбрасываю новую порцию провокационной лжи: — Но Астра так не считает.

Да, я поступаю, как последний мудак, но я хочу докопаться до истины. И если они оба договорились хранить тайну, то я должен надавить на слабое звено.

И мой план срабатывает — слабое звено поддается давлению.

— Она до сих пор не доверяет мне? — Тео отшатывается и упирается рукой в стену. — Это ведь было десять лет назад. И я думал, что смог объясниться. Думал, что она смогла простить…

Десять лет назад?!

Фраза Тео обрушивается мне на голову, словно массивная глыба. Теперь уже я нуждаюсь в опоре, чтобы устоять на ногах.

Они знакомы десять лет?! Какого черта?!

И тут меня будто молнией шарахает. Я начинаю вспоминать фрагменты фраз, сказанные Астрой, и обрывки постепенно складываются в один пазл…

— Я была влюблена в него с детства. Мальчишка из соседнего дома. Мы играли вместе, дружили, росли… А потом внезапно поняли, что дружбы нам недостаточно. А потом он уехал, и я больше никогда его не видела. Вот и вся история.

— Сколько тебе было, когда он уехал?

— Не помню уже… Лет пятнадцать… шестнадцать…

— И после него ты больше никогда…?

— Никогда.

Нет, только не это.

— Ты забыла его?

— Эм… Да, конечно. Прошло очень много лет.

— Но ты хотела бы его увидеть?

— Дарио, я уже достаточно тебе рассказала. К чему эти уточнения?

— К тому, что я вижу, с каким лицом ты о нем вспоминаешь.

Тело сковывает леденящая судорога. Сердце съеживается до размера крошечного, кровоточащего кома. Я сам рою своим чувствам могилу, но не могу остановиться.

Мне нужна эта чертова правда.

Иначе я изведу себя и ее.

Трясясь, я поднимаю на Тео взгляд и спрашиваю:

— Твой шрам на руке связан с ней, так?

А сам мысленно молю, чтобы это было просто обостренной паранойей, но воспоминания только подкрепляют чувство подсознательной тревоги.

— Интересно… Кажется, я видел похожий шрам на руке Тео. Не обращала внимание?

— Эм… Нет. Странное совпадение. Он рассказывал тебе, как получил свой?

Нет.

Мои ногти врезаются в ладони.

Тео, твою мать, не закатывай рукав. Не позволяй мне видеть твою левую кисть.

Но он поворачивает ладонь ребром, и я вижу точно такой же продольный шрам, как у Астры, от запястья до мизинца.

— Все мои шрамы связаны только с ней.

Я чувствую, как замирает сердце.

Нет. Невозможно.

Слова Тео летят пулями в грудь. Каждая попадает в цель. Ранит будто из винтовки. Простреливают одна за другой насквозь.

Я не могу совладать с мыслями. В голове рой пчел, и они жалят. Мозг раздувается и вскипает.

Десять лет назад между Астрой и Тео что-то произошло. Но сколько лет они вообще знают друг друга? Тео родом из Уэльса. Он переехал в США, когда ему было четырнадцать. Когда в его жизни появилась Астра? Он встретил ее здесь?

Стягиваю руками лицо.

Все слишком сложно. Ненавижу неведение. В такие моменты я думаю о худшем.

Я хотел, чтобы Астра была только моей. А получается, что все не так. Я не особенный для нее. Я копия. Дубль два. Замена того, с кем не получилось.

Хочется кричать. Разгромить здесь все. Вывалить эмоции. Но тогда я проиграю. Тогда я просру испытательный месяц с Астрой и не дождусь от нее ни одного откровения.

Нужны ли они мне теперь, когда я знаю, что выполняю функцию «дублера»?

Опять. Как и всю свою сознательную жизнь. Я везде копия Тео. Неужели и для Астры тоже?

Я собираю последние силы в кулак, распрямляю спину и смотрю Тео в глаза.

Нет, брат, я не повержен. Я не твоя копия. И Астра это знает. Чувствует. Она сама выбрала меня. Поэтому расскажет мне правду, как и обещала. Этот месяц изменит все. И ради нее я готов ждать.

Выровняв дыхание, я подхватываю с пола свою спортивную сумку и вздергиваю подбородок, пронизывая Тео угрожающим взглядом.

— Мне плевать на твои чувства. Держись от нее подальше, понял? — предупреждаю Тео. Я готов бороться за Астру.

— Понял. — Он также вздергивает подбородок, отзеркаливая мою позу. — Но если я узнаю, что ты играешь с ней, я превращу твою жизнь в ад.

Он отвечает моей же фразой, отчего в жилах снова вскипает кровь. Как же хочется врезать ему прямо в лицо, чтобы раз и навсегда показать, кто тут выдвигает условия. Я уже стискиваю свободную ладонь в кулак. Уже бросаю сумку на пол и делаю шаг вперед… Но внезапно раздается слабый стук, и в кабинет Тео входит Астра.

Она застывает, едва за ней успевает захлопнуться дверь. Взгляд Тео приковывается к моей девушке, и мы оба замираем, фокусируя внимание на ее появлении.

— У вас все в порядке? — растерянно уточняет Астра, переводя взгляд с меня на Тео.

— Все чудесно. — На моем лице мгновенно возникает фейковая улыбка. — Мы с Тео отлично поговорили и поняли друг друга. — Стреляю косым взглядом в сторону брата. — Тебе не о чем беспокоиться, любимая.

Астра давится собственным вздохом и с трудом подавляет кашель.

Да, возможно, я перегибаю палку и спешу. Да, я осознанно создаю неловкую ситуацию. Но мне плевать. Внутри меня все зудит. Чешется так сильно, что хочется разодрать кожу.

Она моя.

Моя.

Моя!

Хочется об этом кричать.

Скоро каждый гребаный придурок на этой чертовой планете узнает и запомнит, что Астра Аллен принадлежит мне. Никто не посмеет встать между нами. Я отвоюю ее даже у бога, если придется. А кто такой по сравнению с богом мой брат?

Я накаляю обстановку еще сильнее: подхожу к Астре, просовываю руку вдоль ее талии и плотно прижимаю ее к своему торсу.

— Я ведь обещал, что все решу, бейби. — Пользуясь ступором Астры, нависаю над ее лицом. — И я все решил. Встретимся на тренировке.

Мои губы накрывают ее приоткрытый от изумления рот, и я чувствую, как она задерживает дыхание. Надеюсь, Тео сейчас на грани взрыва. Пусть знает свое место. Пусть смотрит и молчит. Пусть он и был ее прошлым, но настоящим буду только я.

У нас с Астрой впереди целый месяц. И он будет незабываемым. А потом она выбросит из головы Тео. Избавится от предрассудков. И сама попросит меня о большем. Она сама расскажет мне свои тайны. Осталось только дождаться января.

Конец декабря

Уже несколько недель я не появляюсь дома. В кампусе тоже ночую редко. Все свободное время и почти каждую ночь я провожу с Астрой. Поначалу она сопротивлялась, но я умею убеждать.

Наш декабрь поистине обладает вкусом. Он горько-сладкий. Как Астра. Как каждый наш поцелуй.

Мой любимый вкус. Микс нежности и страсти. Грань, на которой мы балансируем каждый раз, когда остаемся наедине.

Сегодня Рождество, и я хотел остаться в этот день с Астрой, но она сказала, что ненавидит этот праздник, и настояла, чтобы я съездил домой к семье.

Только по этой причине я сейчас здесь. Сижу за обеденным столом в кругу «близких» людей и делаю вид, что рад всех их видеть (Астра попросила быть дружелюбным).

Особняк пропах ароматами корицы, имбиря и ванили. Кажется, сегодня Эмма не изменила своим традициям и испекла свой фирменный пирог. Этот аромат я узнаю́ из тысячи, потому что с детства вскакивал с кровати, как только чуял «запах Рождества», доносящийся из нашей кухни.

Рождество — единственный день в году, когда Эмма отпускает прислугу и сама готовит семейный ужин с домашним десертом. Выходит действительно вкусно. Поэтому было бы здорово угостить пирогом Астру.

— Дарио, Тео рассказывал о твоих достижениях, — улыбается Эмма, отпивая из бокала. — Мы с отцом очень гордимся тобой.

— Да неужели. — Мой взгляд не отрывается от тарелки. Куда интереснее гонять по плоскости горох, чем глядеть на отца.

— Дарио, не будь таким неблагодарным, — неожиданно встревает Мелани, вынуждая меня отвлечься от перекатывания гороха по тарелке.

— Мел? — в театральном изумлении вскидываю брови. — Ты здесь? Рад тебя видеть. Тео разрешил тебе говорить?

— Дарио, прекрати, — делает замечание отец.

— Что? — цокаю я, переводя на него взгляд. — Я просто искренне удивлен. Может, у нее и мнение свое появилось… Что еще я пропустил?

— Да, появилось, — надменно фыркает Мелани, вздергивая подбородок. Ее взгляд ловит незаинтересованный мой. — Ты мне не нравишься, Дарио. И я считаю, что ты ведешь себя неподобающе.

— «Неподобающе» синоним «экстравагантно». А кто-то находит это очаровательным, слышала? Надеюсь, ты успеваешь следить за ходом моих мыслей, Мел. Если нет, то для такой милашки, как ты, я готов повторить медленнее.

— Дарио! — вскрикивает отец и ударяет ладонью по столу. — Ты когда-нибудь прекратишь превращать каждый наш праздник в цирк?

— Извините. — Встаю из-за стола. — Клоун уступает арену дрессированным пуделям. — Делаю взмах рукой. — Тео, Мел, ваш выход. Пора забавлять публику. А я удаляюсь.

— Куда ты? — спрашивает Тео, заранее зная ответ. Он так и не смирился с фактом, что мы с Астрой теперь в отношениях. Он молчит, но каждый раз при встрече с ним, будь то тренировки или что-то более личное, я чувствую колоссальное напряжение.

— К звездам, — иронично усмехаюсь я.

Мне плевать на него и на всех здесь собравшихся. Поэтому я отвешиваю низкий поклон и с улыбкой покидаю столовую.

К черту их всех. Не здесь я должен быть в этот праздник. Я хочу к Астре. И мой рождественский подарок потрясающе дополнит кусочек украденного домашнего пирога.

***

Я добираюсь до ее дома на своей машине. Сразу примечаю, что в гостиной горит тусклый свет. Астра не любит яркость и предпочитает полумрак, поэтому уверен, что комнату освещает либо телевизор, либо торшер.

Припарковавшись у парка, чтобы не испортить сюрприз, я подкрадываюсь к дому Астры и остаюсь незамеченным. Стучу в дверь и завожу руки за спину, скрывая подарки. Около минуты никто не отвечает, и мне приходится обозначить свое появление более настойчиво.

— Кто? — раздается грубое по ту сторону двери, и я улыбаюсь. Моя мисс «дружелюбие». Я дико по ней скучал.

— Моряк нашел ориентир по самой яркой звезде. Разрешите пришвартоваться.

Дверь распахивается. На пороге стоит изумленная Астра с планшетом в руках.

— Дарио… — Ее суровое выражение лица вмиг смягчается.

— А ты ждала кого-то другого?

— Я вообще никого не ждала. Ты ведь должен был быть с семьей…

— В Рождество надо быть рядом с близкими и любимыми. Ни под первое, ни под второе не подходит моя семья. Поэтому я здесь. — Шагаю через порог, все еще держа руки за спиной. — Ты была чем-то занята? — Киваю в сторону планшета, который она по-прежнему сжимает.

— Ах… нет. — Ставит гаджет на блокировку и откладывает на тумбу. — Писала… Ну… План игр.

— Как скучно, — закатываю глаза. — И как же тебе повезло, что я приехал скрасить твой праздничный вечер. Да еще и с подарками.

— С подарками? — удивляется Астра.

— Ага.

— Во множественном числе? — уточняет она. — То есть их больше, чем один?

— Если считать подарком меня, то их даже больше, чем два.

— С ума сойти, — смеется моя девочка. — Двадцать лет я не праздновала Рождество и не получала подарков. А тут сразу три… — Улыбка сохраняется на ее лице всего пару секунд, а потом мгновенно исчезает.

До меня доходит.

— Как… двадцать лет? — медленно захлопнув дверь бедром, уточняю я.

— После того, как умерла моя мама, наш дом покинул дух Рождества. — Голос Астры окрашивается грустью. — Навсегда.

— Прости… я…

— Не извиняйся. — Она выдавливает улыбку. — Покажи, что ты там прячешь. — Пытается сделать вид, что оживилась, но я вижу, что ее глаза полны непролитых слез.

Я сую в задний карман джинсов основной подарок и демонстрирую дополнительный — кусок рождественского домашнего пирога, приготовленного Эммой.

— Торт? — прищуривается Астра.

— Пирог. И он особенный. Раз в год его готовит Эмма по своему секретному рецепту…

И едва я успеваю договорить, по щеке Астры скатывается слеза. Затем еще одна. И она начинает плакать.

— Звездочка, в чем дело? — Кладу кусок выпечки на тумбу и обхватываю лицо Астры обеими руками, склоняясь над ней.

— Я просто… Давно… — всхлипывает Астра, а у меня замирает сердце.

Я привык видеть Астру сильной. Периодами нервной, грубой, эмоциональной и несдержанной, но никогда не слабой. Даже в моменты панических атак она выглядела не так уязвленно, как сейчас. Сейчас она плачет из глубины души, и я сокрушаюсь от боли, когда смотрю в ее глаза.

— Прости. Я идиот.

— Нет. — Она вытирает ладонями щеки. — Нет. — Подтирает глаза. — Мне просто непривычно. Спасибо, Дарио.

— Иди ко мне. — Я обхватываю ее плечи и притягиваю Астру к себе. Ее лицо утыкается мне в грудь, и я с облегчением выдыхаю.

Ненавижу, когда она плачет. В эти моменты мое сердце будто режет нож. Если бы я мог, то сделал бы так, чтобы она больше никогда не плакала. Я готов подставлять свое сердце под любое лезвие ножа, лишь бы Астре больше никогда не приходилось страдать.

— С Рождеством, Ревендж. — Вытаскиваю из заднего кармана коробочку с основным подарком, который, надеюсь, не вызовет у нее слез, и вкладываю в ладонь Астры.

Она медленно отстраняется от меня, разглядывая бархатный красный предмет в руке.

— Дарио… — предупредительно сглатывает она, смотря на квадратный футляр, занимающий всю ее ладонь.

— Не переживай, бейби. Когда я буду делать тебе предложение, то обязательно встану на колено. И это будет не сегодня.

— Спасибо, — выдыхает Астра.

— О, еще скажи, что не хочешь выйти за меня замуж, — цокаю я.

— Дарио… — Ее глаза расширяются. — Какого черта? Мы всего месяц…

— Расслабься, бейби, и открой наконец подарок.

— Хорошо. — Астра набирает воздух в легкие и приподнимает крышку коробки. — Ох-ре-неть… — выдыхает она.

— Позволишь надеть? — улыбаюсь я.

— Да, конечно…

— Так и знал, что ты сходишь с ума по наручникам.

Вынимаю из футляра платиновый браслет и подношу его к запястью Астры. Украшение выполнено по моему индивидуальному заказу: плетение цепочки повторяет звенья наручников, на концах которых два сердца вместо двух колец, и их нужно продеть одно в другое, чтобы закрепить браслет на руке.

Я застегиваю украшение на запястье Астры, и она вытягивает руку, любуясь им.

— Как символично и одновременно мерзко, — цокает она.

— Не притворяйся, бейби. Ты была в восторге, когда я приковал тебя к себе наручниками.

— Да. Ты прав. И от подарка я тоже в восторге.

— Я очень рад.

Подхватываю Астру на руки и наконец-то страстно целую. Ее ноги оплетают мои бедра и, проталкиваясь языком ей в рот, я не глядя вваливаюсь в гостиную. Мы падаем на диван. Я придавливаю ее сверху, попутно стягивая с нее толстовку.

— Как же я изголодался по тебе. — Сползаю вниз, усыпая поцелуями зону над линией трусиков.

— Боже, Дарио… — сглатывает Астра. — А я ведь тебе ничего не подарила.

Я притормаживаю с ласками и поднимаю на нее взгляд, находясь между ее ног.

— Ну как сказать…

Выпрямляюсь, облизывая губы, и снимаю с себя худи. Бросаю одежду за диван, оставаясь обнаженным по пояс. На моей шее теперь красуется золотая длинная цепочка, на которой болтается кулон в виде буквы «А», достигающий середины грудной клетки. Та самая буква «А», которую я сорвал с шеи Астры в винном погребе.

— Ты украл мой кулон! — вскрикивает она, привставая и упираясь локтями в диван.

— Да. Потому что его место рядом с моим сердцем.

Я хватаю Астру за бедра и резко тяну на себя. Она падает обратно на спину, и я наваливаюсь на нее сверху.

— Поэтому спасибо за подарок, моя маленькая звездочка. Уверен, он принесет мне удачу.

Мой пылкий поцелуй запечатывает рот Астры. Ладонь скользит вдоль изгиба талии и, спустившись к бедру, проникает ей между ног. Астра вздыхает, но ее стон заглушает дверной стук.

Я застываю, нависнув над ее не менее изумленным лицом.

— Ты кого-то ждешь? — прищуриваюсь я.

— Нет.

— Тогда пошли они к черту. — Снова припадаю к губам Астры, но наш поцелуй обрывает очередной стук. Теперь уже более громкий и требовательный.

Я смотрю на Астру, но она безмолвно мотает головой.

— Понятия не имею, кто это, — утверждает она. — Нужно проверить. Вдруг соседи. Может быть, у них что-то случилось… Подожди здесь. И не высовывайся.

— Ладно, — цокаю я, позволяя Астре выбраться из-под моего тела.

Она хватает с пола свою толстовку и по пути в коридор натягивает ее через голову. Я остаюсь лежать на диване, дожидаясь, пока она прогонит непрошеных гостей на хрен.

Щелчок. Астра открывает дверь. И когда до моих ушей доносится мужской голос, я резко вскакиваю.

— Привет, Ревендж. Скучала?

Сердце замирает.

Я знаю этот голос.