Глава 17. Незваный гость

Утро субботы началось для нас, как обычно. Привычная рутина, ленивый завтрак, девчонки рисовали эскизы для новых игрушек. Я поручила каждой придумать по монстрику, а то уже надоело тканевых куколок-учителей шить. Хотя ко дню учителя на них будет хороший спрос…

Потом мы отправились на кружок, где для разнообразия создавали необычные фигурки из солёного теста. Тесто я заготовила впрок, а лепка увлекла абсолютно всю ребятню, включая мальчишек, которых в этот раз их пришло даже трое. Завершив учебный процесс, привычно заглянули на детскую площадку, стараясь урвать последние тёплые деньки. Неделя или две, и зарядят дожди. Путь к качелям и каруселям тогда для нас окажется закрыт, а значит самое время накататься впрок. Тем более, уроков-то пока ещё не задали.

После прогулки настала очередь магазина и неспешного возвращения домой под шутки, интересные истории и обязательно с мороженым в руках. Наташа показывала свой блокнот, в котором создавала дизайны платьев для кукол. Монстры там тоже были, но почему-то напоминали больше принцесс с непропорциональными частями тела, чем забавных пухляшей. Ладно, монстры наверняка бывают разными. Кстати, неплохо бы запостить в блоге опрос на эту тему. Тем более, с началом осени туда пришло ещё полторы сотни подписчиков.

Я собиралась уже было предложить девочкам посидеть во дворе ещё, чтобы продолжить зарисовки, когда увидела рядом с калиткой дома Антона знакомую машину. Едва завидев нас, Николай вышел из салона. Даша и Ната, узнав в приехавшем отца, замедлили шаг. Саша не поняла даже, в чём дело, но словно зеркало отреагировала на смену настроения сестёр. Я же ощутила, как вроде бы установившееся со вчерашнего вечера спокойствие улетучивается — за прошедшие дни этого человека в моей жизни было слишком много. Опять же, слишком большой срок в чужом теле давал о себе знать, и эмоции и чувства Настасьи всё чаще брали надо мной верх. Пора было заканчивать дела здесь и возвращаться в родное тело, но разве можно бросить процесс, когда до финиша уже рукой подать? Во всяком случае, очень хочется, чтобы именно рукой.

— Девчонки, идите и обнимите папку! — напоказ добродушно проговорил мужчина. — Ну-ка дружно!

Наташа бросила взгляд на меня, но я пожала плечами. Какой бы он ни бы, это их отец, и вмешиваться в родительские отношения я права не имела. Во всяком случае, пока дело не касается уголовщины. Младшая, а следом и старшая девочка подошли к папе и действительно обняли, хотя и без энтузиазма. Скорее потому, что так полагается. Николай сжал обеих, попытался поднять и покружить, но ожидаемо с этим не справился. Хоть бы его радикулит не прихватил, а то врача тут полдня ждать придётся…

— Ну что, ведите меня показывать свои владения, — опять же с излишнем энтузиазмом проговорил горе-отец. — Напоите папку лимонадом со льдом, а потом кое-чего покажу. Я вам подарки прикупил, чтобы порадовать своих девчат!

— Я не имею права пускать тебя на эту территорию без разрешения хозяина, — твёрдо проговорила я. — А он сейчас на работе.

— В смысле, не имеешь? — вскинулся Николай. — Я же их отец! Ты что, препятствуешь нашему общению?

— Ты можешь общаться с детьми, сколько хочешь, но пустить в дом я тебя не могу.

Непререкаемый вид мужчине не нравился, ведь он привык к покладистой жене. Но мало ли к чему он там привык.

— Я тебе что, мальчик, чтобы на улице стоять? Давай, пускай внутрь — он даже не узнает.

— Мы можем пойти в кафе — в центре Липеньков есть два, куда приходят с детьми, — предложила я. — Или пойдём в парк рядом с детской площадкой, там есть скамейки.

Мысленно прикинув варианты, мужчина всё-таки кивнул и снова посмотрел на девочек.

— Ладно, в парк так в парк, — согласился он, а я мысленно отметила, что вариант с кафе и тратой денег он даже рассматривать не стал. — Прыгайте в тачку, папка прокатит с ветерком.

— Минуточку! — я выставила ладонь и покрепче сжала ручку Саши, которая стояла всё это время молча. — У тебя только два бустера, а детей трое. Лучше пойдём пешком.

Николай посмотрел на малышку, словно впервые увидев, и я фактически смогла прочесть появившееся на его лице недоумение и с трудом запустившийся мыслительный процесс.

— Так в дом её заведи, и всего делов-то. Зачем она нам?

Я сдвинула брови, а Даша и Ната подошли к двоюродной сестрёнке, обняв. Кажется, и без слов понятно было, что мы либо идём все вместе, либо вообще никуда не пойдём.

Никогда ещё дорога не казалась мне такой долгой и нудной, как сейчас. Даже когда к нам буквально прилип друг Антона, это было терпимо. Ну да, Сергей был навязчивым, но хотя бы позитивным. Николай же активно старался показать себя любящим отцом, но даже младшеклассницам понятно, что если до этого родитель не интересовался твоими делами два месяца, то не особо он и скучал. Какой толк вообще хоть о чём-то с ним говорить, если после вопроса как дела и что интересного в школе слушает совершенно невнимательно.?

Мы устроились на скамейке под деревом, недалеко от дороги. Супруг нашей клиентки вручил девочкам по пластиковой кукле — на вид, самой дешёвой, и даже не задумался, что делать это при Саше как минимум нетактично. Девочки за подарки поблагодарили, но в руки брать не стали. Ещё бы! Они уже давно избалованы текстильными игрушками ручной работы, притом самого высокого качества.

Посидев с нами ещё немного и заметив одноклассников, все три стрекозки умчались к любимым горкам и каруселям, и мы с Николаем остались одни. Я бы с огромным удовольствием последовала их примеру, или хотя бы посидела в тишине, но кто бы мне позволил…

— Насть, не дури, — проговорил он, смотря на меня исподлобья. — Бросай это дело с разделом имущества.

— В смысле, бросай? — едва не опешила я. Вот так, с места в карьер. — И что ты предлагаешь? В доме есть моя доля и доли дочерей.

— Что там тех долей! — отмахнулся Коля. — Продадим — копейки останутся.

Копейки, не копейки, а по рыночной цене там весьма интересно получалось.

— Короче, у меня к тебе предложение такое, — начал мужчина. — Ты пишешь отказ от претензий и алиментов, а я сам, по собственной воле буду платить тебе содержание из своего кармана.

Да. Вот теперь я точно застыла, словно памятник. Содержание?

— Насть, пятнадцать тысяч в месяц! Где ты ещё найдёшь такие деньги?

Я нервно усмехнулась, и это были не эмоции Анастасии — это офигела я. Пятнадцать тысяч на двоих детей? Он это сейчас серьёзно?! Очень хотелось взять этого махинатора за ухо и потащить в магазин, чтобы увидел, сколько стоят продукты. Даже самая примитивная корзина. А одежда? А школьные вещи? Игрушки, кружки, элементарные развлечения… За август, в режиме жёсткой экономии, у нас ушло втрое больше. И это нам не приходится платить за квартиру, а львиную долю продуктов покупал Антон, на меня оставив только ежедневные мелочи навроде хлеба и молока, да вкусняшки. Николай же, предлагая эту смешную сумму, словно забыл, что его детям надо где-то жить и чем-то питаться.

— Николай, это даже не смешно, — устало покачала я головой. — Я не собираюсь ничего менять в заявлениях.

— Дом мне тоже нужен, а что я буду делать с пятой частью? — не унимался мой собеседник. Само собой, молодая медсестра хочет быть хозяйкой в целой постройке, а не в крохотном кусочке. — Ладно, чёрт с тобой — восемнадцать. Но ты меня без ножа режешь.

— Не заставляй меня повторяться.

По его сжатым кулакам я поняла, что ещё пару минут, и меня ждёт скандал. Анастасия скандалов избегала, стараясь идти на поводу супруга, но я предпочитаю поругаться как следует, зато отстоять свою точку зрения. Жаль, конечно, что всё это случится на глазах у девочек, но лучше потом поговорю с ними и всё объясню.

Впрочем, сбыться моих худшим опасениям оказалось не суждено. Гул сквера нарушил автомобильный гудок, и я с удивлением увидела вначале машину Антона, а потом и его самого, выходящего из салона. Как всегда лохматый и с этим своим суровым видом, но все три девчушки ринулись к нему навстречу с весёлыми визгами.

— Так, домой, — проговорил наш арендодатель на полпути к скамейке. — Девчонки, на заднее сиденье. Анастасия, вы садитесь вперёд.

— Но…

— Там три детских кресла, — буквально прошипел мужчина, поравнявшись со мной. — Я вас очень прошу, просто молча сядьте в машину.

Спорить и пререкаться я действительно не стала. И кто бы стал, когда перед тобою фактически ангел-хранитель, что помогает избежать сложной ситуации? Я молча прошла в машину, осмотрела заднее сидение, на котором устроилась малышня — и вправду три бустера, а потом посмотрела на оставшихся на улице мужчин. Лица Антона видно не было, но Николай выглядел так, будто пытается сделать хорошую мину при плохой игре. Они проговорили совсем немного, а после горе-папаша подхватил со скамейки кукол и решительно зашагал к нам.

— Вот, подарки забыли, — обе коробки он буквально всунул в руки сидевшей ближе к окну Даше. Возможно, захотел ещё и дверь открыть, но та была заблокирована, да и Антон уже садился на место водителя. — И не страшно вам, крошки мои, жить с этим чудищем?

Я едва не подавилась воздухом. Чудищем? Страшно?! Да он же сам нас сюда отправил! Но заговорить не успела, потому что в этот момент Наташа достаточно громко и твёрдо заявила:

— Он может быть и чудище, зато наше, ручное! И нам с ним очень хорошо живётся.

Ответить на это Николаю не дали — машина рванула с места, оставив после себя клубы пыли. Малышня на заднем сидении шушукалась, что-то обсуждая, но тема была явно не про отца: кажется, что-то про посадки и гербарий. Я ехала молча. Не представляла даже, что сейчас сказать, и нужно ли вообще это делать. Но периферийным зрением всё равно заметила, что Антон сейчас с трудом скрывает улыбку. Зря он это, кстати — ему бы пошло.

Только подъехав к дому, сообразила, что ещё одной встречи с незваным гостем мне не миновать: его машина так и стояла рядом с калиткой. Заведя девчонок, я осталась на улице, но и Антон в дом не пошёл. Я чувствовала, что надо его поблагодарить, но пока с трудом подбирала слова.

— Скажите, а как вы очутились в парке? — вдруг осенило меня. — У вас же рабочий день в разгаре.

— Сашка позвонила и всё рассказала, — пожал плечами мужчина.

М-да уж… У Саши телефон действительно был. Маленькая кнопочная звонилка, какую любой много работающий родитель просто обязан дать своему чаду, чтобы оставаться на связи. Почти такая же была у Дашки, да и Ната всё чаще просила купить мобильный и ей. Но я совершенно упустила момент, когда Александра совершила звонок.

— Заходите-ка вы в дом, — проговорил мужчина, выразительно смотря на меня. — Нечего вам с этим… субъектом общаться.

— Антон, вы не должны брать на себя такие обязанности, — не согласилась я. — Это всё-таки моя зона ответственности.

— Нет. После всего, что он мне там сказал — уже моя.

Так и хотелось вызнать, о чём именно поговорили братья, но, во-первых, Антон вряд ли расскажет, а во-вторых, Николай уже показался на другом конце улицы. И мне действительно совершенно малодушно захотелось сбежать. Кратко кивнув, я скрылась в доме и принялась готовить сырники. Тем более, все три помощницы уже стояли рядом, с вымытыми руками и голодными глазками. А через пять минут услышала рёв уезжающей машины.

Горка сырников была уже наполовину съедена, когда пришло сообщение от Антона: «уехал, буду поздно. На завтра ничего не планируйте, поедем ко мне на работу с экскурсией». Вообще, это было первое сообщение, которое мне написал наш хозяин: обычно как-то обходились десятиминутными встречами по вечерам на кухне, когда и решались все бытовые вопросы. Но раз уж написал, значит это важно.