16 Всё правильно

16 Всё правильно

Прокатываю пальцами по вискам и смиряюсь с присутствием Демьяна. Он, как автомобиль в дрифте, не остановится до окончания манёвра. Мне остаётся только ждать, когда наиграется в правильного мальчика и запустит отсчёт.

Вдох…выдох… И так до бесконечности. Главное, не сбиваться.

Я готова к фильму с Покровским и дальнейшему светопреставлению. Перекинув волосы на одно плечо, подкатываю компьютерный стул к кровати. Находиться на одной кровати с риском контакта опасно.

- Свет выключи, - приказ звучит как-то мягко.

Иду к выключателю и слышу возню за моей спиной. Демьян растянулся на стуле, закинув руки за голову. Футболка задралась, оголяя полоску выточенного пресса, длинные ноги широко расставлены, а на локтях видны свежие ссадины. Демьян, крутанувшись на стуле, останавливает взгляд на мне. Продирается через тонкие чешуйки моей брони и останавливается на полпути, переведя взгляд кровать.

Погасив свет, включаю ночник на стене, сажусь в позу бабочки на кровати и нажимаю на play в открытом окне браузера.

Интимный полумрак, близость Покровского, молекулы его запаха будто лесной пожар обжигают. Главный насос организма заходится рваными хрипами, но я приказываю себе успокоиться. Это просто фильм. Надо придерживаться той же линии поведения, как и в прошлый раз.

Шуршание упаковок, щелканье орешков, хруст чипсов, голоса актёров – вот мои якоря. Первую половину фильма я за них держусь, но захват постепенно слабее. Напряжение спадает. И я не удерживаюсь, начинаю бросать взгляды из-под ресниц на Демьяна. То он крутится на стуле, то ловко забрасывает «третий сорт» в рот, то кладёт подбородок на кулаки и сосредоточено смотрит на экран.

Мы зашли в тихую гавань и проклятый пульс должен перестать сказать. Но это не так. Я чувствую микроожоги, оставляемые зелёными глазами. Чувствую волнение воздуха во время движений Покровского. И я снова хватаюсь за свои якоря.

Я бегаю по кругу. И с каждым разом циркулировать сложнее.

Вторая половина фильма сопровождается жужжанием телефона. Дёмьян не смотрит на экран, только закатывает глаза после окончания каждой вибрации.

- Может, уже ответишь, - не выдерживаю я.

- Это Клим. Черт, ты же понимаешь, что он бы вычислил тебя за пять минут и три купюры? – Покровский в доказательство своей правоты относительно личности звонящего кидает телефон рядом с ноутом.

«Жаров» высвечивается на экране. Зажмуриваюсь, ощущая срыв дыхания. Кажется Клим сейчас нагрянет и начнётся мой персональный фестиваль ужаса.

Переворачиваю телефон экраном вниз.

- Хуже бы уже не стало.

- Ошибаешься.

- И что бы он сделал? – дерзко выстреливаю вопросом.

- Уже ничего не сделает, а если вдруг объявится – разворачивайся и уходи. Он таскаться за тобой не будет, - отзывается Дема, делая оборот на стуле.

- Выше его достоинства? – горько усмехаюсь.

- Типа того, - сводный «братишка» пожимает плечами.

- И я должна тебе верить? – подбираюсь как перед прыжком в ледяную воду. Доверие и Демьян не совместимы в моём случае, но тихий шёпот разума подсказывает, что его слова могут быть правдой.

- Крайнова, хватит устраивать драму. Пруфов нет. Хочешь верь, хочешь наплюй, - раздражённо чеканит.

Оставляю выпад без ответа. Мысли сворачивают в другое русло. Если Покровский догадался о том, что это я организовала наплыв сообщений и звонков, то почему не среагировал? Или готовится нанести мощный удар? Запечатываю мысли. Дождусь, когда внутренний водоворот сбавит обороты, и потом буду решать.

Покровский во время очередного оборота останавливается и подаётся вперёд. Он рассматривает фотографию моей семьи. Её я решила убрать завтра перед самым отъездом, мне нужна частичка тепла в последнюю ночь.

После поступка Демьяна образовалось множество болезненных нарывов. Они лопаются, оставляя уродливые следы. И сейчас один из них пузырится и лопается. Яд даёт о себе знать шипением.

Покровский не имеет права интересоваться!

Резко подскакиваю, желая спрятать фотографию, но осекаюсь. Вспоминаю, что тоже заглянула в замочную скважину, забрав тот больничный счет. Надо бы найти его и выбросить, а лучше сжечь.

Возвращаюсь на своё место.

- А у тебя в семье кто-то болен? – робко выдыхаю. Тревожный холодок от затылка спускается к позвоночнику, но я имею право на вопрос. Покровский же вторгся на мою территорию.

- Нет. С чего взяла? – прищурившись, Демьян сканирует мимику моего лица.

- Мне показалось, что кто-то в универе говорил…ерунда, в общем, - соединяю губы в ровную линию и поворачиваюсь к ноутбуку.

- В универе все судачат, но это пустой звон, - изрекает Демьян и тоже погружается в фильм.

Фильм заканчивается, оставляя приятное впечатление. Пожалуй, я пересмотрю его ещё раз. Одна.

Демьян собирает упаковки и молча уходит, только в дверях чуть задерживается:

- спокойной ночи.

- Спокойной, - тихо откликаюсь. Не верится, что не последовало «пять» или «шесть», сегодня сбилась со счета…

Смахнув с кровати крошки, иду в душ, а после быстро засыпаю.

Просыпаюсь в районе девяти и долго лежу. Раскладываю по полочкам последние события. Ничего не выходит. Вчерашнее поведение Демьяна дезориентировало, и решимость дала трещину. Нет уж! Мне не страшен серый волк в данную минуту, но меня страшит, что опустив барьер, я буду вынуждена выстраивать его заново или просто не захочу восстанавливать. А может меня просто размажет и я вообще ничего не захочу…

Достаю из чемодана лёгкий сарафан до колен, закалываю волосы «крабиком», убираю фотографию и спускаюсь перехватить чего-нибудь. Спустившись вниз, смотрю на хаос в гостиной, отступаю назад и приземляюсь пятой точкой на нижнюю ступеньку. Удар встряхивает и нагоняет новых сомнений.

В гостиной царит беспорядок: фотоаппараты, штативы и множество других неизвестных мне примочек, два компьютера разложены по всем поверхностям. Возглавляют парад мой сводный демон и Михаэль. Они меня не сразу замечают.

- Привет, - Март подает голос первым.

- Доброе утро.

- Привет, - Покровский поднимает голову от экрана компьютера и сводит брови на переносице.

- Ты не знала, что Дэм у нас юный натуралист и участвует в детских конкурсах, - заливисто смеётся Март, и я не могу не улыбнуться.

- Заткнись и ищи карту памяти, которую профукал, - гаркает Покровский.

Я только ошалело качаю головой. Ничего не могу понять и уж точно не представляю этого резкого и плюющего на всех человека участником конкурса.

Встаю на ноги и поправляю подол платья.

- Красивая, ты так быстро приняла меня за придурка, что я даже растерялся. Но я восстал и готов продолжить, - Март широко улыбается, шкодно улыбнувшись. Обаяние блондина прёт напролом. – Что про твою подругу?

- Таню? – переминаюсь с ноги на ногу. Оттягиваю время, потому что не знаю как вести себя. Март тоже может вести игру, а я не хочу подставлять Таню.

- Про неё, - деловито кивает.

- Дай ему хоть что-то и он отстанет, – шепчет Покровский, проходя мимо меня наверх.

Соприкосновение наших рук отражается кавалькадой мурашек по коже. Я ёжусь и решаю последовать совету. Ничего лишнего болтать не буду.

- Таня любит дорамы, мечтает увидеть море и часто сидит с младшим братом, - вяло сообщаю.

- Не густо, но покатит, - лучезарно скалится.

- А ты один или…

- Я один. Или ты думаешь, Покровский сам справится? Нет. Я его верный советник с превосходным чувством стиля и видением прекрасного, - заявляет Михаэль без тени иронии. Закрываю лицо руками и выдыхаю. Март ведёт себя будто мы…друзья.

- Хочешь посмотреть? – глубокий тембр раздается за спиной.

- Давай.

Устраиваюсь на диване, парни располагаются по обе стороны от меня.

- Март, флешку ищи, - рычит Покровский и Михаэль приступает к поискам, оставляя нас вдвоем.

Кровоток на мгновение прекращает работу. Гул в ушах нарастает, а дрожь сотрясает внутренности. Снова неуместная реакция. Хочется раскромсать эту часть, стало бы гораздо проще…

Демьян открывает первую фотографию – панораму города на закате. У меня дыхание перехватывает. Солнце распалось на множество угольков, окрасивших зеркальные поверхности небоскребов.

- Потрясающий кадр, - искренне хвалю.

Демьян щелкает мышкой и кадр сменяется. Я долго всматриваюсь в изображение людей под проливным дождём. Полностью погружаюсь. Столько оттенков серого я кажется никогда не видела. Протяжный выдох возле уха возвращает в реальность. Жар чувственно пощипывает в груди и, извиваясь, устремляется вниз.

- Я завтракать пойду, - подскакиваю и скрываюсь на кухне.

Игра. Это лишь игра Демьяна.

Бесконечно утверждаю про себя. Поймать равновесие удается лишь к концу одинокого завтрака. Прошмыгиваю в комнату, которая так и не стала моей, и начинаю строчить Тане. Рассказываю про вчерашний вечер с Демьяном и про интерес Марта.

TwoPizza: «OMG. Я лучше в горящий дом влезу, чем с Мартом свяжусь».

Я: «Как знаешь, но имей в виду».

TwoPizza: «Закрыли тему. Придёшь сегодня?».

Я: «Вряд ли. Буду раскладывать вещи».

TwoPizza: «Дверь всегда открыта».

Отправляю поцелуйчик и решаю спустить чемоданы вниз.

На мои шаги и шумное сопение парни реагируют молниеносно, а я кажется проваливаюсь в кроличью нору. Март затихает, а Покровский напряжённо следит за мной. Разбирает на атомы и безжалостно уничтожает их. Переработанный мной воздух со свистом выбрасывает в пространство. Ледяные кубики болезненно ударяют по телу и остаются таять на коже.

Видимо, Демьян рассчитывал, что я изменю решение. Стараюсь натянуть маску на лицо и продолжаю двигаться. Ноги подламываются, но я всё-таки спускаю два чемодана вниз.

В гробовой тишине Покровский пролетает наверх и через минуту выходит с моими чемоданами. И так ещё два раза. Последней выносит гитару и отдаёт мне. Не спрашивая, выносит за несколько заходов все вещи на улицу.

Я встречаюсь взглядом с Мартом, который пожимает плечами и отворачивается. Выхожу на улицу. Мы стоим возле калитки плечом к плечу. Ни один не решается нарушить повисшее молчание.

- Пока, - тихо выдавливаю, увидев машину такси.

Демьян кивает, круто разворачивается на пятках и скрывается за забором. Вопросы роятся в голове, но я их отбрасываю.

Всё правильно.

Таксист загружает вещи в машину и я не оглянувшись забираюсь на заднее сиденье. Странно, но дышать легче не становится. Наоборот, появляется давление в груди. Покровский посеял сомнения и мне потребуется вылезти из кожи, чтобы избавиться от них. Позже. Сейчас надо сосредоточиться на проблемах в университете и выживании с бабушкой.

Возле подъезда меня встречает улыбчивый дедушка. В моём новом доме события захватывают целиком и полностью.

К вечеру заканчиваю раскладывать вещи и умудряюсь поругаться с бабушкой. Она ввела комендантский час. Домой я должна заходить крайний срок в девять и ни минутой позже, так как у неё налаженный режим. Охрипнув от приведения доводов, я капитулирую. Буду приходить в девять или оставаться у Тани.

В районе восьми вечера к нам без предупреждения заезжают папа и Вика. Бабушка встречает новую жену сына с ощутимой прохладой, но на дверь не указывает.

Папа ставит торт на гарнитур в прихожей, а Вика передаёт мне чехол для одежды и коробку с обувью. Я принимаю вещи, пытаясь понять зачем мне это.

Я оставила подарки в гардеробной, так как надевать брендовые вещи и туфли на шпильке мне некуда. Да и не моё это всё было.

- Юлечка, это тебе. Платье из последней коллекции для открытия, - восторженно щебечет Виктория.

- Какого открытия?

- Вчера же говорили о нём. Я открываю ещё один магазин и ты приглашена на открытие.

Поджимаю губы и опускаю голову. Я ж не слушала вчера. Думала, они собрались на какое-то открытие к друзьям, а выходит невольно дала согласия сходить.

- Буду рада посетить, - я дежурно улыбаюсь.

- Отлично. Не переживай, тебе не придётся слушать наши нудные разговоры, там будет молодежь. Демьян с Ликой и ещё несколько их друзей.

Вика или издевается или правда считает, что я должна быть в восторге от перспективы встречи с элитой универа вне его стен?!

- Хорошо, - отвечаю сквозь зубы и начинаю соображать смогу ли отвертеться.