Глава 32

Полуденное солнце впервые в жизни казалось мне таким ласкающим и прекрасным. Будто увидела его впервые в жизни. Мы вышли из грота за струёй фонтана и ринулись к замку.

— Было бы лучше, чтобы Чернокнижник и Смерть не увидели нас раньше времени, — зашептала я чрезмерно громко. — А то мало ли что они придумают ещё?

Первым делом побежали к зеркалу. Оно было там же под лестницей. Помнится, когда вчера я вышла из него, то задвинула подальше, чтобы его никто не обнаружил, да ещё и шторкой прикрыла.

Мы воззрились на зеркало, ожидая моего выхода, раз уж время повернули вспять. Его поверхность отражала пентаграмму, начертанную на полу в замке Арно, да потухшие свечи.

Вот появилась я. Проша к пентаграмме, села на пол внутри круга, начала зажигать свечи. Встала, прошла по кругу. Постояла то тут, то там. Пристально начала вглядываться в зеркало. Подошла к нему и отчаянно принялась срывать с него чертополох. Поранилась. Начала протирать зеркало рукой.

Инстинктивно я потянулась рукой к той Лие, которая была по ту сторону зеркала. Она коснулась стекла пораненным местом, и я вдруг ощутила её тепло! Лия отдёрнула руку, странно посмотрела на неё, затем опять протянула руку к зеркалу. Я схватила её за запястье и заволокла внутрь зазеркалья.

— Что ты делаешь? — закричал на меня Сэм, но было поздно.

Та, которая была там, очутилась тут и настолько быстро слилась со мной в одно целое, будто нас не было двое.

— Что это было? — не поняла я, осматривая себя.

— Не знаю, — хмуро бросил Сэм. — По-моему, ты нарушила ход событий и теперь неизвестно чем это кончится.

— Хуже не будет, — отметила я, сокрушаясь, что поступила необдуманно.

Возможно, надо было спрятаться за ширмой и подождать пока вторая я будет здесь. Но сделанного не исправить.

Мы с Сэмом стали вглядываться в зеркало. Сквозь него мы увидели тронный зал Замка Сэма. Я невольно потянула руку вперёд и она прошла! Я чуть не завопила: «Я живая», но не успела и пискнуть, как меня схватила другая рука, человека, который находился снаружи зеркала. Дико вскрикнув, я дёрнула руку на себя и увидела, что за неё держится Сэм. Но ведь он только что стоял справа от меня! И вдруг оказался слева, да ещё и держал меня за руку.

Испуганно поскуливая, я начала отползать. Сэм рассмеялся и набросился на меня с поцелуями.

— У нас получилось! — орал он, не боясь быть услышанным! — Мы вернулись во вчерашний день!

Я слегка пришла в себя. Перестала издавать странные звуки и уставилась на Сэма.

— Думаешь, что мы слились воедино с теми нами, что должны были придти сюда вчера и провести ритуал?

— Да! Конечно! — радостно завопил Сэм. — Теперь мы не совершим страшную ошибку! Мы будем на шаг впереди от Смерти и Чернокнижника!

Мы припрятали зеркало и ринулись в бальный зал. Всё готовилось к торжеству. Потом побежали в свою комнату. Она встретила нас отчуждённостью и многовековым холодом.

— Мы ещё не оживили эту комнату! — возликовала я. — Нам удалось повернуть время вспять!

Привычным движением руки Сэм вернул время обветшалой комнате. На радостях мы так же, как вчера провели день в плотских утехах. А вечером засобирались на бал. Очень хотелось посмотреть на лица Смерти и Чернокнижника, когда мы откажемся принимать участие в их обряде.

Принарядившись для бала, мы ринулись в зал, наполненный музыкой и танцующими парами. Это было прекрасно, вновь быть живыми и вновь кружить в вальсе на призрачном балу!

Нам было так хорошо, как никогда прежде! Даже не верилось, что счастье может быть таким беспредельным!

И вот наступил тот момент, когда к нам подошли барон и баронесса фон Грохские. Их предложение мы слышали ещё вчера, поэтому поспешно отказались. Смерть и Чернокнижник таинственно переглянулись. Мы изобразили безразличие и пообещали подумать. Временное нежелание участвовать в ритуале объяснили охотой побыть наедине.

Весь вечер мы танцевали до упада под пристальным взглядом недругов. Смерть и Чернокнижник поедали нас взглядами, будто хотели околдовать, или силой затянуть нас в пентаграмму.

Под последние звуки музыки гости стали расходиться. Пошли к себе и мы. Но вот ощущение, что за нами следят, никак не отпускало нас. Поэтому пришлось долго бродить по замку, путая следы. Не хотелось, чтобы эти двое знали, где мы обосновались.

Оказавшись в своей комнате, обнаружили ванну на гнутых ножках, наполненную тёплой душистой водой. Разделись, залезли в нее и, пока вода не остыла, нежились в благоуханной неге.

Вылезли из ванны расслабленные, ленивые и уставшие. Наспех обтерев влагу, завалились спать. Нам даже не хотелось затевать любовные игры. Только спать! Всё! Больше никаких желаний!

Утро встретило нас ласковыми лучами солнца. Спешить нам было некуда, поэтому решили поваляться в постели. Но получилось не только поваляться, но и покувыркаться. Так что утро не прошло даром.

Лёжа в постели, уставшая от любовных утех, я смотрела в окно на раскачивающиеся ветви деревьев.

— Знаешь, — нарушила я тишину, — мне кажется, что Смерть и Чернокнижник не отстанут от нас, пока не совершат свой ритуал. Они найдут способ затянуть нас в свою пентаграмму. Колдовством или силой они добьются этого. Поэтому нам надо вернуться в мир живых. По-другому не получится.

Сэм молчал какое-то время, а потом, перекатившись, лёг на меня, заглядывая в глаза.

— Я не смогу жить, зная, что каждую ночь ты вынуждена делить постель с мужем. Я схожу с ума от мысли об этом.

— Мне тоже нелегко, — выдохнула я. — Но ты же понимаешь, что я права. Чернокнижник и Смерть сказали, что ждали нас веками. И вот теперь мы тут, но не хотим участвовать в ритуале. Так скажи мне, что мешает этой парочке вынудить нас пойти на это?

— Ты права, — хмуро ответил Сэм, — нам надо вернуться в мир живых.

— С помощью голубиной почты мы сможем общаться, — стала рассказывать я о грядущих перспективах и, чуть ли не глотая слёзы, добавила, — и если когда-то получится, то сможем встретиться ещё.

Сэм встретил мои слова бурей эмоций.

— Я никогда не пойду на это! — он расшумелся ни на шутку. — Лучше быть мёртвым здесь, но с тобой, чем среди живых, но без тебя.

Я кивнула, разделяя его мнение.

— По мне, так тоже так, — согласилась, но тут же заявила: — Если бы не Генри, я осталась бы с тобой тут навсегда. Но ему нужен отец.

— Нужна и мать, — вставил Сэм.

— Но я не могу переехать в твой дворец. Я замужем.

— Понимаю, — хмуро кинул в ответ Сэм и зарылся пальцами в мои волосы. — Ты так прекрасна, что я теряю голову при виде тебя.

Я улыбнулась. Сэм начал целовать меня и ласкать. Его нежность возбудила меня и мы, не размыкая объятий, слились в порыве страсти. Я бы полжизни отдала, чтобы это соитие никогда не кончалось, но увы… Всё, что имеет начало, имеет и конец.6dfffc

Одевшись, мы вышли из комнаты. Теперь наше пребывание здесь не было беззаботным и радужным. Мы решили перетащить зеркало к нам в комнату, чтобы Чернокнижник и Смерть не перепрятали его или не разбили. От этой сладкой парочки приходилось ждать разных подлостей.

На счастье, зеркало нашли мы без проблем. Оно было всё там же, под лестницей. Пользуясь всеобщей суетой, мы наклонили его, Сэм взял его за ножки, а я подхватила за верх. Торопясь, мы перенесли его к себе в комнату. Ну вот, справились. Без зеркала ритуал невозможен.

— А друг они придумают ритуал только с одним зеркалом? — всполошилась я.

— С тем, что стоит в тронном зале? — Сэм понял мою мысль и разделил волнение.

— Ну да, — закивала я.

— Тогда давай и его сюда притянем.

Чуть ли не крадучись, мы пробрались в тронный зал. На полу была начертана пентаграмма. Чёрные свечи расставлены, зеркало стояло наготове. Было видно, что к ритуалу здесь были готовы давно. Только и дожидались нашего прибытия и согласия.

— Странно, что они не забрали второе зеркало сразу, как увидели, что мы здесь, — шёпотом заметила я, подходя ко второму зеркалу.

— Не подумали, что мы столь дальновидны, что припрячем его, — зашептал в ответ Сэм. — Давай-ка без лишних проволочек заберём зеркало. А то для полного «счастья» не хватает, чтобы объявились наши заклятые друзья.

Сэм подхватил зеркало под ножки, я за верх и мы вытащили его из тронного зала. Закрыли за собой дверь, поволокли дальше. Мимо нас проносились беззаботные люди-призраки, готовящиеся к балу. Они были беззаботны и смеялись. Им не было дела до нас. Подумаешь: двое зеркало несут! Ну и пусть несут дальше!

Справившись с задачей, мы поставили второе зеркало возле первого и закрыли дверь. Я ощутила такое умиротворение, коего у меня, наверное, отродясь не было. Любимый мужчина рядом, зеркала для возврата в мир живых тоже рядом, а дверь запечатана разрывом времени, через который никто кроме нас не может пройти. То есть более надёжного места для сохранности зеркал и нашей любви просто не найти!

— Какие же мы умные! — похвалила сама себя, выпячивая грудь. — Смерть с Чернокнижником будут локти кусать, но никогда не найдут зеркала! Так им и надо! Пусть остаются в своём мире призраков!

Но Сэм тут же вернул меня на землю.

— Лия, надо срочно бежать в Кривляндию и поломать там всё, что можно.

— Зачем? — нахмурилась я.

— Затем, что если Смерть и Чернокнижник обнаружат пропажу зеркал, то поймут из-за чего это произошло. Они не дураки. Они повернут время вспять и остановят его на том вечере, когда ритуал состоялся, и когда они прошли в мир живых. А мы никак не сможем воспрепятствовать им в этом!

Внутри меня аж всё похолодело. Сэм был прав. Надо было срочно избавиться от Кривляндии, чтобы не вернулось то страшное время, когда я ощутила себя мёртвой.

Мы выскочили из комнаты и побежали по замку. Весёлые и беззаботные парочки то и дело сталкивались с нами, мешаясь под ногами.

Когда мы пробежали парк, то увидели возле грота за струёй фонтана два тёмных силуэта. Невозможно было ошибиться. Это были Смерть и Чернокнижник.

Мы побежали ещё быстрее. Пока те не видели нас, мы могли ещё что-то изменить, но если увидят, то сумеют противостоять нам. Хоть в этом мире магии не было, но они умудрялись пользоваться каким-то своим уникальным волшебством. То ли Чернокнижник знал секреты колдовства, то ли Смерть освоила их за те годы, что над ней насмехались. Хотела отомстить обидчикам, вот и изобрела свою собственную магию, неподвластную никому.

Когда Смерть хотела войти в грот за фонтаном, мы оказались рядом. Сэм схватил её за руку и дёрнул на себя. Они не удержались и покатились по земле. Смерть визжала и била Сэма кулаками в грудь.

Чернокнижник вцепился в меня и, притянув плотную к себе, заорал:

— Оставь сейчас же Смерть в покое! Иначе твоей любимой придёт конец!

Я ощутила холод ножа у себя на горле. Сэм глянул на меня и застыл. Встал и, держа Смерть за руку, дёрнул её на себя, чтобы она тоже встала. Мы стояли и смотрели друг на друга. У Чернокнижника в заложницах была я, а у Сэма — Смерть. Ситуация была ужасной.