Глава 6. Начинаем работу

– Ну и что именно ты искал? – прищурилась я. – Действительно, рецепты? Думаешь, я поверю? Может, деньги? Золото? Эльф равнодушно ответил: – Деньги лежат в нижнем ящике стола в кабинете госпожи Лаванды. Мне приходилось оплачивать сырье и услуги доставщиков, так что я, конечно, знаю, где деньги. Туда же складываю выручку от продажи мыла, занося записи в книгу доходов. А золотые вещи ваша бабушка хранит в своей комнате, в шкатулке из зеленого стекла. Все ее украшения там, не считая любимых сережек, в которых ее похоронили. Он грустно отвел взгляд: неужели скучает по ней? Мне стало совестно, но я не хотела сдаваться так просто. – Конечно, я все проверю, а вот насчет золота, не верится. Вдруг самые ценные сокровища ты забрал, оставив лишь недорогие украшения? Алистер часто заморгал: – Я бы не взял ни денег, ни золота! Рецепты гораздо ценнее! Без них невозможно сварить мыло. – Ты планировал и дальше его изготавливать? – Да! – Но наследников могло и не остаться! – Тогда бы мастерскую городовой магистрат продал с молотка, и все равно нашелся новый владелец, – пояснил он прописную  истину. Я поджала губы: – Новый владелец уже не был бы связан с тобой договором и выгнал бы тебя сразу же! – Конечно, нет, – иронично улыбнулся блондин. – Кто же в своем уме выгоняет работника, которому не надо платить? Лишь кормить и предоставить крохотную комнатку? – Это вообще странно, – проворчала я и двинулась дальше. – Что у нас еще осталось неосмотренного? – Комната вашей бабушки, – ответил эльф и отворил следующую дверь. Перед моим взором открылась большая, но очень уютная комната.  Красивые окна впускали много солнечного света. На стенах вышитые картины и парочка розовых светильников, похожих на цветочные бутоны, вдоль стены два сундука, украшенные металлическими полосками с чеканкой. Я вспомнила, что раньше редко использовали для одежды шкафы, предпочитая складывать ее вот в такие  раритетные вещи. Кресло-качалка занимало весь центр.  Абажур с вышитыми цветочками стоял на прикроватном столике. Узкая жесткая кровать в углу была заправлена домотканым покрывалом, подушки по старинке выложены сверху друг на дружку. Своеобразная пирамидка накрыта кружевами, такие же узорчатые полоски хлопка выглядывали из-под покрывала.  Уютная картинка вызвала ностальгию, смутные воспоминания стали всплывать из глубины сознания. Я едва сдержала слезы и очень пожалела, что не общалась с бабушкой! А сейчас  уже ничего нельзя было исправить!  И только эльф стоял между нами незримым мостиком! Всхлипнув, я вытерла ладонью некстати появившиеся слезы. Алистер хмыкнул и молча протянул мне тонкий шелковый платок. Кивнув, я приняла его и вытерла глаза, поражаясь мягкости ткани. Похоже, эльф привык к роскошным вещам. Собственно, его одежда тоже была дорогой и качественной. Что странно, кругом ни пылинки. – Откуда такая чистота? – удивилась я. – Я слежу за порядком, – скромно ответил Алистер. – Ты сказал, что обыскивал ее, я ожидала бардак, как минимум. Когда обыскивают, все переворачивают вверх дном. – Здесь нет рецептов, – повторил он. – А в комнате не обязательно устраивать бардак. Я вздохнула. Мне предстояло поднять мыльную мануфактуру даже без основы основ – рецептов варки мыла. А конкуренты нашей лавки вряд ли поделятся своими секретами. – Ладно, запиши все, что помнишь, – попросила я эльфа. – А мне надо о многом подумать. Алистер кивнул и уже хотел выйти из комнаты, но внезапно я спросила: – Ты не против, если я поселюсь здесь? Он ошарашенно посмотрел на меня, но, видимо, поразмыслив, кивнул еще раз. – Но я заменю кровать и еще шкаф поставлю. А сундуки можно будет спустить на первый этаж, пусть красуются там. Мой внезапно умолкнувший собеседник кивнул еще раз. – Что такого? Ты точно согласен? Он подал голос: – Ты новая хозяйка, а комната и правда нуждается в обитателе.  Если найдешь рецепты, сообщи, они очень пригодятся! Я не хотела этого обещать, что-то в этих рецептах меня настораживало. Пока не могла понять, что именно, но интуиция  предупреждала не доверять эльфу. В тот день мы успели очень многое. Деньги, действительно, оказались там, где сказал Алистер. У меня теперь была необходимая сумма для оплаты пошлины на получение наследства. А еще я купила новую кровать и постельное белье. Все вещи бабушки я бережно собрала и унесла в ту самую гостевую комнату, где ночевала в первый день. Написала письмо родителям с вопросами, куда девать украшения и другие вещи бабушки. Все же они поступили весьма малодушно, отправив меня разбираться со всем этим одной. Уж не знаю, что там произошло, но без подробностей, я не могла винить одних и одобрять действия других. – Пусть сами решают, сделаю, как они скажут, – проговорила я. Перебирая вещи бабушки, я надеялась найти рецепты, но эльф был прав – их тут не было. Неужели она и правда держала все в голове? Еще я пересчитала запасы готового мыла, а эльф помогал уточнять их названия и свойства.  Он помнил буквально четыре рецепта, а этого для полноценного функционирования мануфактуры было непозволительно мало!  Да и сырья не хватало. Оставалось пока надеяться на старые запасы.  Оказалось, у нас есть соляное, лавандовое и некоторые другие ходовые сорта. Кроме того, мы переложили созревающее мыло поближе к торговому залу, чтобы предлагать его возможным покупателям, когда подойдет его срок.  И наоборот, партии, у которых приближалось окончание срока хранения, выставили на витрину по сниженной цене.  А к ним написали пояснение. Но мой работник не хотел устраивать распродажи, он считал, что мыло – это продукт дорогой и нельзя его отдавать почти даром. – Но тогда оно прогоркнет, – пыталась вразумить его. – Такого никогда не было за все время, что я здесь работаю! – доказывал он, и его синие глаза темнели от недовольства. – Алистер, пойми! Бабушки нет, и теперь не будут так быстро раскупать его. К тому же она как-то умела определять необходимый объем того или иного сорта, у меня же нет таких способностей. – А я просил называть меня Ал! – возразил эльф, и я беспомощно развела руками. В течение пары следующих дней к нам даже приходили несколько покупателей, заинтересованных скидками, и не скрывали, что хотят знаменитое мыло госпожи Лаванды по сниженной цене. Пришлось почти уговаривать эльфа отдавать его им. Это было весело. Он так забавно морщился, выражая презрение к любителям халявы, что грустные мысли, вызванные разбором вещей покойной бабушки,  отошли на второй план. Несмотря на некоторое повышение продаж за счет скидок, у нас все еще не хватало денег на сырье для варки новых партий мыла. Поэтому пока мы распродавали старое и готовили к продаже те сорта, что вот-вот должны были созреть. Обычно готовое мыло, сваренное холодным способом,  созревает от шести до девяти месяцев, если сделано на оливковом масле, и на ближайшее время минимум запаса у нас был. Следующие ночи я спала на новой кровати в старой бабушкиной комнате. Там было гораздо уютнее и спокойнее. Со временем планировала заменить обои и шторы, но пока на это не было ни средств, ни времени. А на следующий день меня ждало необычное знакомство!  К нам как раз должен был прийти господин Фардини с бумагами, удостоверяющими мои права на мануфактуру, и мы ждали его уже с утра.  Но он пришел не один. – Знакомьтесь, это мой племянник! – чиновник представил нам молодого русоволосого человека в рубашке довольно свободного покроя и камзоле, который я привыкла видеть на сокурсниках. На шею он фривольно повязал шелковый платок вместо традиционного кашне, и весь его вид выражал дух бунтарской юности. А мне это было очень близко! Именно  среде таких молодых людей я училась и общалась. – Этьен в этом году закончил финансовый факультет и проходит стажировку под моим началом! Он будет помогать вам! Я радостно кивнула: знания финансовых операций мне как раз и не хватало, а вот Алистер помрачнел.